Несколько коротких статей о караимах

Несколько коротких статей о караимах

Странные евреи?

Борух Горин 

Двумя эпизодами в мою детскую жизнь проникли караимы.

Во‑первых, «баня Исаковича». Туда меня отправляла бабушка, если я слишком уж морочил ей голову бесконечными вопросами: «Ой, иди в баню Исаковича». Учитывая, что бабушка в девичестве была Ицкович, я думал, это какая‑то семейная поговорка. Но потом узнал, что «баня Исаковича» — это реально существовавшая в Одессе, на Преображенской, огромная баня. А еще позже выяснилось, что Исакович был не совсем евреем, а караимом. Хотя и Самуилом Исааковичем.

Бани И. И. Исаковича на Преображенской улице. Одесса

Во‑вторых, караимы хотели купить у родителей… моего старшего брата. Правда!.. Родители ездили с совсем еще маленьким Яником в Литву, и там, в Тракае, им встретились караимы. Бездетная пара совершенно влюбилась в очаровательного младенца и абсолютно серьезно предлагала «Волгу» за то, чтобы им отдали его на воспитание. Родители почему‑то отказались.

Позднее, уже когда мне было лет 17, в Москве мне попался таксист, на билете которого значилось имя: Яков Абрамович. И фамилия тоже что‑то вроде Елизарович. Я спросил: «А ид?» (Именно так тогда полагалось, на всякий случай на идише, задавать этот вопрос незнакомцам, чтобы, если что, не обидеть оскорбительным подозрением.) Таксист вопрос понял, но возмутился: «Я караим!» И с гордостью рассказал, что его дед приехал в Москву из Луцка работать на караимской табачной фабрике: «Теперь она называется “Ява”», — с презрением заключил Яков Абрамович.

Реклама караимской табачной фабрики «С. Габай». Неизвестный художник. Хромолитография. Москва. 1890‑е 

«Нееврейские евреи», караимы, очень интриговали. Что это за Самуилы, Абрамы и Исааки, сохранившие свои еврейские имена в эпоху, когда они звучали почти нецензурно? Как они поступают в институты? Я даже знал пару баек про евреев, которые записывались караимами, чтобы со своими фамилиями идти в престижные вузы.

Информация про караимов была тогда скудной и противоречивой. В одной энциклопедии о них писали как о еврейских раскольниках, в другой — как о тюрках, принявших какой‑то особенный иудаизм. И сегодня, несмотря на огромные массивы информации в открытом доступе, караимы остаются для многих туманной легендой. Поэтому мы решили рассказать об этом удивительном этносе‑субэтносе в спецпроекте «Лехаима».

Источник: https://lechaim.ru/events/strannie-evrei/

***************************************************************************************

Изобретение караимов

Даниэль Ласкер.

Перевод с английского Любови Черниной 

Материал любезно предоставлен Tablet

И было во дни Николая Первого, великого царя и императора (да живет он вечно!), правившего Россией и другими землями, в год 1827 по эре христиан и 5588 от сотворения мира, по эре сынов Израиля… был отдан царский приказ… Провозглашен был новый закон на грядущие времена, равного которому не было прежде. И разослал царь письма во все царские области о том, чтобы мужчин еврейского народа брали на военную службу в той же мере, что и мужчин других народов и языков, что повиновались ему… И евреям не разрешалось выкупать мужчин из других народов, чтобы заменить ими сыновей своего народа… Велика был скорбь, пост и плач среди евреев, когда приходил царский приказ в каждую область. Сердца людей были разбиты, дух подавлен, а колени наполнились водой… Раввинские суды постановили, что женщины Израиля должны снять свои прекрасные драгоценности и перестать украшать себя золотом, серебром, драгоценными камнями и жемчугом. Наши братья‑раббаниты поступали так во всех общинах… И поскольку в указе было написано «евреи» и кое‑где стали считать потом, что указ касается всех еврейских течений, не исключая и караимов, то чиновники в городах Крыма распространили указ и на нас — караимов.

Этими словами начал Йосеф‑Шломо Луцкий (1770–1844) свое «Послание о спасении Израиля» — отчет о том, как делегация караимов отправилась из Крыма в Санкт‑Петербург с прошением к царю Николаю освободить караимов от нового закона и успешно добилась своего. Хотя караимы не утверждали, что они не евреи — в «Послании» все‑таки говорилось о спасении Израиля , — в нем легко увидеть начало раскола между двумя еврейскими религиозными движениями. В конце концов восточноевропейские караимы стали отрицать любую связь с еврейским народом.

Караимы Гравюра Дени Огюста Мари Раффе. Феодосия. 1837

В Восточной Европе (в Крыму, в Литве, на Волыни и в Галиции, расположенных в современной Западной Украине) караимы появились в XIII–XV веках. В Крыму, где господствовали турки и татары, местные евреи, караимы и раббаниты, платили налоги мусульманскому правительству и помогали друг другу в беде. Они одевались похоже — в татарское платье — и говорили на одном и том же татарском языке; численность их была почти одинакова. В других регионах Восточной Европы раббаниты и караимы впервые в истории говорили на разных языках: огромные массы раббанитов говорили на идише, а крошечные общины караимов — на уникальных караимских тюркских диалектах. Тем не менее они платили налоги правительству Речи Посполитой как одна группа. Показательнее всего, что обе группы пострадали от погромов во время украинского восстания Богдана Хмельницкого в 1648–1649 годах.

Караимские общины были обычно немногочисленными, но их интеллектуалы прекрасно владели всей еврейской традицией. Они ссылались не только на караимские, но и на раббанитские источники и писали на иврите трактаты на самые разные темы. Прекрасным примером караимского интеллектуала XVIII века, знакомого со всем богатством еврейской литературы, был Симха‑Ицхак Луцкий.

В конце XVIII века Речь Посполитая была разделена между Пруссией, Австрией и Россией. Кроме того, в 1783 году Россия присоединила Крымское ханство, ранее подчинявшееся Османской империи. После долгого периода, когда евреи мирно проживали в Восточной Европе, практически не страдая от дискриминации, они внезапно оказались подданными других стран, не желавших и не готовых их абсорбировать. Вскоре евреи стали жертвами дискриминационных законов и особого налогообложения, а в Российской империи они еще и подлежали призыву в армию на много лет.

Можно предположить, что евреи хотели бы избавиться от дополнительного бремени. Но у караимов оказался для этого наиболее убедительный аргумент: они — не те евреи, которых следует дискриминировать. Они отвергали Талмуд, который издавна был объектом основной критики европейских христиан, и объявляли себя полезными гражданами, занимающимися торговлей и сельским хозяйством. Поэтому, утверждали караимы, нельзя распространять на них такие же обременительные законы, как на евреев‑раббанитов.

Караимы впервые потребовали особого обращения в правление австрийской императрицы Марии Терезии (1717–1780). Небольшие караимские общины численностью человек в 200 проживали в Галиче, Кукезове и некоторых других местечках Галиции — части Польши, вошедшей в состав Австрии. Прецедент возник, когда императорский указ, изданный в октябре 1774 года, освобождал австрийских караимов от свадебного налога и вдвое снижал для них подушную подать. Австрийцы считали их «образцовыми евреями», которые должны подавать пример собратьям‑раббанитам.

Вскоре настал черед российских караимов требовать для себя исключительных условий — когда в 1795 году на евреев, проживавших в Российской империи, была наложена подушная подать, вдвое превышавшая то, что платили христиане. Екатерина II (1729–1796) удовлетворила прошение караимов, поданное Соломоном Бабовичем (ум. в 1817) — главой крымской общины.

Когда в 1827 году был принят закон о призыве, положивший конец освобождению евреев от военной службы, стало ясно, что задача этого закона — отделить еврейских юношей от семей и подвергнуть их миссионерскому давлению. Чтобы предотвратить подобную участь для караимов, из Крыма в Санкт‑Петербург на поклон к царю Николаю I (1796–1855) отправилась следующая делегация. Возглавлял ее Симха Бабович (1790–1855) — сын Соломона и богатейший человек в Крыму. Его сопровождал Йосеф‑Шломо Луцкий, который и составил процитированный выше рассказ об их долгом и трудном путешествии. Предполагалось, что этот рассказ будут ежегодно читать в караимских синагогах в честь успеха караимов. Его заглавие, «Игетер тшуат Исраэль» («Послание об избавлении Израиля»), и ясный раввинистический иврит, на котором он написан, свидетельствуют о том, что, даже добившись освобождения от ограничений, наложенных на евреев, караимы продолжали считать себя «Израилем». В то же время видно было, как увеличивается трещина между двумя группами. В 1863 году караимы получили полные гражданские права, а раббаниты — нет, и это положило начало еще более драматическому расколу.

Одним из самых выдающихся караимов XIX века был Авраам Фиркович (1787–1874), и часто считается, что именно он возглавил кампанию за деиудаизацию караимов. Но если посмотреть внимательнее, становится ясно, что, хотя Фиркович и был страстным защитником караимов, не чуравшимся фальсификаций, подлогов и мошенничества для достижения своих целей, он никогда не отрицал, что караимы представляют собой часть еврейского народа — однако результатом его переписывания истории фактически стал новый статус караимов, в конечном счете избавивший многих из них от смерти и в то же время повлекший за собой распад караимских общин и верований.

Авраам Фиркович. Около 1870

На момент смерти Фирковича в 1874 году российские караимы обладали особыми правами, но более или менее сохраняли еврейскую идентичность. Они продолжали молиться и сочинять тексты на иврите, хотя говорили на караимских диалектах тюркских языков. В то же время некоторые караимы начали выражать стремление к отказу от еврейства. Частично это объяснялось тем, что караимы, особенно в Крыму, добились экономического процветания в 1870–1890‑х годах, а евреи все больше приобретали в России репутацию «революционеров и террористов». Караимы стремились к сохранению статус‑кво.

Если евреев считали левыми, то караимы помещали себя в правой части политического спектра, для которой были характерны сильные антиеврейские настроения. Караимы мечтали отделить себя от еврейской политики, пусть и не от еврейской веры. Они изо всех сил пытались угодить царской власти, что вело к усилению русификации и секуляризации членов общины, а также первым попыткам формирования отдельной караимской национальной идентичности.

Хорошим примером нового обрусевшего, светского караима‑националиста был Серая Шапшал (1873–1961) — человек, которому караимы в наибольшей степени обязаны своей «деиудаизацией». В 1896 году, будучи студентом факультета востоковедения Петербургского университета, он опубликовал брошюру, в которой пытался доказать тюркско‑хазарское происхождение караимов. Шапшал окончил университет, получив диплом лингвиста, и стал российским политическим агентом. В этом качестве он служил наставником сына персидского шаха и участвовал в подавлении персидского восстания 1908 года. Хотя он был человеком светским, но благодаря связям в российском правительстве ему удалось в 1915 году добиться избрания духовным главой (хахамом) караимской общины родного Крыма и Одессы. Эти связи сослужили ему дурную службу после революции, и в 1919 или 1920 году Шапшал был вынужден покинуть Крым, занятый Красной Армией.

Серая Шапшал. 1895

Еще в Крыму Шапшал начал пропагандировать идею о хазарском происхождении караимов. В 1916 году он отменил преподавание иврита караимским детям. С 1919 по 1927 год он жил в Стамбуле и работал библиотекарем у последнего султана, а потом в банках. Его избрали хахамом польско‑литовских караимов, большая часть которых проживала в межвоенной Польше, где после вековой оккупации антироссийские настроения были очень сильны. В знак того, что он против языка иврит, Шапшал изменил название своего титула и стал называться гаханом — это тюркское слово напоминает титул правителей Хазарского каганата, каганов.

В 1928 году Шапшал всерьез взялся за кампанию по деиудаизации, чтобы добиться более высокого статуса для своей общины. Нет сомнений, что Шапшал черпал вдохновение в турецком национализме Кемаля Ататюрка. Частью реформ Шапшала была замена иврита тюркским караимским языком где только можно, то есть в синагогальном богослужении и на надгробиях караимских кладбищ. Теперь на этом языке писали латиницей, отказавшись от традиционных еврейских букв. Заимствованные слова, преимущественно из иврита, заменялись придуманными тюркскими. Караимы отказались от традиционных еврейских имен и ввели новый календарь, в котором фигурировали тюркские названия месяцев и праздников, придуманные Шапшалом.

Шапшал переписал и караимскую историю. Внезапно караимскими пророками оказались Иисус и Мухаммед. Караимы якобы поклонялись священным дубам на кладбище Чуфут‑Кале, что превращало караимскую религию в синкретическую, включавшую элементы иудаизма, христианства, ислама и язычества. Шапшал придумал и «герб» с языческими символами, который должен был заменить в караимских синагогах иконографию с шестиконечной звездой и скрижалями Завета. Само слово «синагога» было запрещено, и на смену ему пришло звучащее не по‑еврейски «кенеса» или «кенасса». И самое главное, караимы объявили себя потомками тюркских племен, не имеющими никакого исторического родства с еврейским народом.

Караимская кенаса в Евпатории. Крым. 1906 Фото: Энциклопедия Брокгауза и Эфрона

Невзирая на противодействие этим реформам со стороны многочисленных караимов‑традиционалистов, большинство караимов довольно быстро усвоили новый исторический и религиозный нарратив, предложенный их лидерами. В Европе тридцатых годов быть евреем становилось все более и более неприятно, а Шапшал дал караимам способ отмежеваться от иудаизма, сохранив себя как общину с собственными ритуалами в невероятно опасный исторический момент.

Действительно, изобретения Шапшала сохранили многим караимам жизнь. Хотя некоторые восточноевропейские караимы были убиты во время Холокоста как евреи, подавляющее большинство выжило. Нацисты поверили их утверждениям о происхождении от тюркских племен, принявших «Ветхий Завет / Моисееву веру», а ученые‑раббаниты подтвердили это — они понимали, что, признав караимов евреями, они в реальности подпишут караимам коллективный смертный приговор.

К сожалению, отношения между караимами и раббанитами, и без того напряженные, еще больше ухудшились после Холокоста. Есть сообщения о раббанитах, которым караимы отказывали в просьбе назваться членами их общины. Некоторые караимы даже сражались в рядах немецкой армии. Сам Серая Шапшал всю войну прожил в собственной квартире в Вильнюсе, и его не потревожили ни нацисты, ни советские войска, когда они вновь заняли этот город.

Отчуждение караимов от еврейского народа продолжилось и при советской власти, которая преследовала религиозных людей вообще и евреев в частности. Для нее караимы представляли собой не адептов еврейской религии, а малую этническую группу. Караимы перестали учить иврит, по большей части забыли тюркский караимский язык и утратили обряд обрезания. В семидесятых годах, когда эмигрировать из СССР разрешалось практически только евреям, караимы не претендовали на статус евреев, сохраняя верность своему вымышленному историческому нарративу.

Чуфут‑Кале. Крым Фото: Лешек Козловский / Flickr

Но после распада Советского Союза в 1991 году, когда экономическое положение стало ухудшаться, а Израиль делал заманчивые предложения потенциальным репатриантам, позволяя довольно гибко толковать Закон о возвращении, ряд восточноевропейских караимов переехали в Израиль (многие из них вместе с родственниками‑христианами). По некоторым данным, кое‑кто из оставшихся крымских караимов заинтересовался своими еврейскими корнями. Но большинство восточноевропейских караимов все еще считают себя потомками тюрков, а теперь даже монголов, сохранивших какие‑то рудименты языческого шаманизма. Литовские караимы включили в свои молитвенники христианские элементы. Остатки караимов пытаются возродить свой язык и фольклор, но их осталось очень мало.

Сегодня караимская община в Израиле — признанная часть еврейского народа. Однако в последние двести лет и особенно в последнее столетие исторические тенденции, существовавшие в Восточной Европе, заставили тамошних караимов отказаться от своего еврейства и придумать историю собственного происхождения, не имеющую никаких исторических оснований. Если говорить словами Пасхальной агады, они отделили себя от общины. В результате некогда процветающая и креативная еврейская община практически прекратила свое существование.

Оригинальная публикация: Inventing the Karaites

Источник: https://lechaim.ru/academy/izobretenie-karaimov/

*************************************************************************************

Как восточноевропейские караимы утеряли свою еврейскую идентичность

Михаил Кизилов 

Исторический пример караимов не вписывается во многие этнографические парадигмы.

Караимизм возник в раннесредневековое время на Ближнем Востоке как оппозиционное движение, в качестве противовеса раввинистическому иудаизму — доминирующей форме еврейской религии. В более позднее время, на рубеже Средневековья и Нового времени, дисперсные караимские общины уже существовали не только на Ближнем Востоке, но и в странах Восточной Европы, в Северной Африке, османской Турции и Крымском ханстве. В настоящий момент общины караимов проживают во многих странах, но преимущественно на территории Крыма, Украины, России, Польши, Литвы, Турции, Израиля, Франции и США. Любопытно, что на современном этапе различные ветви этого народа, называя себя одним и тем же этнонимом, имеют различную самоидентификацию. Так, большинство караимов восточноевропейского происхождения (проживающих в основном на территории Крыма, Литвы и Польши) считают себя народом тюркского происхождения, в то время как караимы Израиля, Египта, Турции и США причисляют себя к представителям еврейского населения. Сейчас во всей Восточной Европе проживает около 1500–2000 караимов, из них значительная часть в России.

В разные эпохи и в различных географических регионах на становление этнического самосознания караимов повлияло не только обособление от остальных представителей еврейской диаспоры, но и влияние окружавшего их мусульманского и христианского мира. В случае с крымскими караимами на формирование их самоидентификации повлияли такие факторы, как наличие тюрко‑ и русскоязычного населения (последнее — после присоединения региона к России в 1783 году). Польско‑литовские караимы, сохраняя привезенный ими, по‑видимому, из Золотой Орды тюркский караимский язык, начиная с периода позднего Средневековья формировались под этнокультурным влиянием как соседствовавших с ними славянских народов (поляков, русских, белорусов и украинцев), так и литовцев и местных евреев‑ашкеназов.

Восточноевропейские караимы, сохранившие свою этническую самостоятельность до наших дней, предоставляют исследователю редкую возможность подробно изучить процессы, протекавшие внутри этой сравнительно немногочисленной этно‑конфессиональной общности и прийти к содержательным выводам относительно самоидентификации восточноевропейских караимов на различных этапах существования этноса.

Процитирую два караимских источника, один — 1825 года, другой уже наших дней, конца ХХ века. Первый из них представляет собой прошение караимской общины Крымского полуострова российскому императору Александру I и говорит следующее о происхождении этой этно‑конфессиональной группы:

Мы все караимы, потомки одного древнейшего Еврейского поколения (выделено мной. — М. К.), которое более четырех веков поселясь в Крыму в последствии вместе с прочими Крымскими народами поступило под благословенную державу Ва[шего] Императорского Величества (сохранена орфография подлинника. — Ред.)».

Второй, написанный одним из лидеров крымских караимов в 1990‑х годах, трактует этнические корни и время появления караимов в Крыму иначе:

Крымские караимы‑тюрки (караи) (выделено мной. — М. К.) — потомки ветви древних караитов, входивших в гуннский и хазарский племенные союзы, ассимилировавших в Крыму сармато‑алан и, частично, готов. В их состав вошли и представители более поздних родственных тюркских племен, половцев. 

Даже две эти, взятые достаточно наугад, цитаты из караимских авторов наглядно демонстрируют радикальные перемены, произошедшие в менталитете и этнической самоидентификации восточноевропейских караимов в XIX–XX веках.

«Караимский вопрос» возник в качестве одной из вариаций т. н. «еврейского вопроса», с которым столкнулись правительства европейских стран в XVIII веке. Обобщая сущность проблемы, можно сказать, что в тот период перед правительствами европейских стран остро встал вопрос относительно того, как поступить с довольно многочисленными и влиятельными еврейскими общинами, до тех пор сохранявшими свой особый, «чуждый» для остальных граждан статус, как интегрировать эту важную и влиятельную часть населения в европейское общество. Пытаясь интегрировать евреев, правительства впервые столкнулись с караимами, сильно отличавшимися как внешне, так и своей религиозной традицией от остальных евреев. Караимы не верили в Талмуд — и это было очень важно для христианских властей того времени, видевших в Талмуде «корень зла» и «испорченности» еврейского народа.

Становление караимской национальной идеологии и этнического самосознания в XVIII–XIX веках наиболее результативно можно проследить по сформулированной А. Тойнби системе «вызова‑ответа». Так, в ответ на первый вызов их национальному благополучию — екатерининский указ 1794 года о двойном налогообложении, уравнивавший их в гражданском статусе с евреями‑талмудистами, — караимы ответили рядом прошений, петиций и даже посольством к императрице Екатерине II. В результате действий лидеров караимской общины в 1795 году российское правительство освобождает караимов от двойного налогообложения, распространявшегося на все еврейское население империи. (Подобного рода прошения были поданы и несколько ранее, в 1774 году галичскими караимами, а в 1790 году — караимами города Луцка. Подробнее об этом см. в статье «Изобретение караимов»).

Следующий «вызов», указ 1827 года об обязательной для евреев‑раввинистов и караимов службе в армии, вызвал еще более сильную реакцию: новое, более представительное посольство было отправлено к Николаю I с целью добиться признания исключительного, особого статуса караимов и выделения их из числа остальных представителей иудейского вероисповедания. И вновь действия караимских лидеров увенчались успехом: в 1827 году караимы освобождаются от несения всеобщей воинской повинности. А евреи‑раввинисты начинают тянуть нелегкую лямку военной службы в империи.

Однако самым серьезным вызовом, потребовавшим от караимов конструирования целостной картины этнической истории, достаточно убедительной, чтобы не вызывать более у власть имущих никаких сомнений относительно их особого национального статуса, явился рескрипт графа М. С. 

Воронцова (1839) с рядом детальных вопросов относительно прошлого караимов и времени их появления в Крыму, что в целом сводилось к одному, главному вопросу: необходимости предъявления серьезных доказательств нееврейского статуса караимов. Дать ответ на эти вопросы было поручено самому известному — несмотря на противоречивый характер его известности — караимскому лидеру и собирателю древностей А. С. Фирковичу (1787–1874). Авраам Самуилович с блеском справился с поставленной задачей, предоставив столь желанные для правительства исторические сведения, которые оправдывали юридическое и правовое отделение исповедовавших «древнебиблейскую» веру автохтонных евреев‑караимов от всех «пришлых» и «испорченных Талмудом» евреев‑ашкеназов. Увы, в процессе создания своей исторической концепции Фиркович не погнушался подлогом и сфальсифицировал как надгробные надписи, так и рукописи, тем самым удревняя время появления караимов в Крыму и датируя этот факт VI (!) веком до н. э.

Авраам Фиркович (сидит) с зятем Г. Фирковичем и дочерью Малкой. Литография К. Гуна

Концепция Фирковича произвела должное впечатление, и российская администрация больше не тревожила караимов каверзными вопросами. В 1843 году на караимов распространяется указ о почетном гражданстве «без ограничений, для евреев установленных». И, наконец, в 1863 году караимы окончательно уравниваются в правах с православными подданными Российской империи. А евреи‑раввинисты продолжают облагаться бесконечными налогами, ограничениями, запретами, процентными нормами и пр.

Именно в то время, в процессе создания идеологической и исторической базы для обоснования своей этнической «особости», караимы начали утрачивать многовековые представления о нерасторжимом культурном и этническом единстве с евреями‑раввинистами, которых еще совсем недавно, в конце XVIII века, они называли «ахейну а‑раббаним» — «собратья наши раввинисты».

Если говорить о процессах романтизации и «забывания» этнического прошлого, неотъемлемых составляющих становления национального самосознания любого этноса, то они четко прослеживаются и в процессе формирования самосознания крымских караимов. Так, различного рода романтические теории о происхождении караимов от утерянных колен Израиля или праведников (цадиким) эпохи Второго храма, циркулировавшие в их среде в XVII–XIX веках, в первой четверти XX века предаются «забвению» и подменяются детально разработанной хазарской теорией, ставшей основной национальной теорией для восточноевропейских караимов.

Согласно этой теории, караимы являются не народом семитского происхождения, а тюрками‑хазарами, принявшими в VIII веке неталмудический иудаизм караимского образца. Впервые предположения о хазарском происхождении караимов были выдвинуты еще в первой половине XIX века, однако подробно развиты в 1896 году С. М. Шапшалом (1873–1961), ставшим в 1915 году главой крымских караимов. Опровергнуть эту теорию не составляет труда: караимы появляются в Крыму лишь в XIII веке, то есть два‑три века после развала Хазарского каганата, и не имеют к хазарам никакого отношения. К тому же не вызывает сомнений тот факт, что иудаизм хазар был талмудического, а не караимского извода. Тем не менее в хазарскую теорию происхождения караимов начали верить не только сами караимы, но и ученые.

Родоначальник хазарской само‑идентификации караимов хахам Серая Шапшал. 1938 Фото: Л. Семашко

Шапшаловская псевдоисторическая концепция стала окончательно утверждаться в караимской самоидентификации после вступления С. М. Шапшала в должность польско‑литовского хахама (главы общины) в 1927 году. Позднее, в межвоенной Польше с ее антисемитскими настроениями, эти «прохазарские», деиудаизационные тенденции набирают силу, достигая апогея во время Второй мировой войны и Холокоста. По ряду причин, о которых надо говорить отдельно, нацистская администрация поверила псевдонаучной хазарской теории и признала караимов неевреями. В результате, пережив Холокост практически без потерь, караимы еще сильнее стали бояться слова «еврей» и всех связанных с ним коннотаций.

Запущенный Шапшалом механизм деиудаизации (то есть утраты еврейской идентичности) и тюркизации караимской общины продолжает действовать до сих пор, приобретая в последнее время совсем гипертрофированные формы, когда караимские авторы Польши, Литвы, России и Украины нередко именуют себя тюрками‑караями и указывают в числе своих предков не только хазар, но и половцев, гуннов, монголов, кераитов, сармато‑алан, а также различного рода алтайские народы. Тем не менее надо отметить, что среди проживающих в Крыму караимов, особенно тех, что живут в Евпатории и Феодосии, можно заметить следы возрождения религиозной традиции и интереса к изучению иврита. Так что, в известной степени, хазарская теория начинает сбавлять обороты — и, возможно, спустя какое‑то время караимы начнут возвращаться к иудейским корням своей религии и самоидентификации.

Источник: https://lechaim.ru/academy/kak-vostochnoevropeyskie-karaimi-uteryali-svoyu-evreyskuyu-identichnosty/