Когда же наконец наступит «конец»?

Когда же наконец наступит «конец»?

Кто позволил высчитывать время прихода Мошиаха?

Р-н Борух Клейнберг

Так сложилось, что барометром общественного мнения принято считать прессу. Из нее мы зачастую узнаем о «светлом, добром и вечном» и о том, как правильно подобает жить добропорядочному человеку. Но время от времени эту общую идиллию «общественного мнения» нарушают несанкционированные события: войны или вооруженные конфликты, природные или «рукотворные» катаклизмы, сообщения о летающих тарелках или инопланетянах и т.п., которые заставляют задуматься и кое-что пересмотреть. В эти трогательные минуты «барометр общественного мнения» устремляет свои взоры в неизведанную эзотерическую даль нечеловеческого познания. Цитаты из пророчеств Нострадамуса пересыпаются простонародными доводами провидицы Ванги и обязательно подтверждаются астрологическими прогнозами, которые, как это принято считать в оккультных (и не только) кругах, предвещают «обещанный» апокалипсис – конец света.

Свет, конечно, жалко немного, но себя как-то больше. Неужели все так печально и необратимо?

Впрочем, наиболее либеральные издания приводят еще и альтернативные точки зрения на судьбу мира, среди которых особенно выделяется традиционная еврейская точка зрения. Но поскольку цель нашего очерка выходит далеко за рамки светской прессы, ограниченной «объективными» суждениями об эзотерических материях, то мы в отличие от них позволим себе сконцентрироваться на традиционных еврейских источниках, чтобы пролить свет на волнующий вопрос, что нас ждет в «конце света»?

Надо сразу сказать, что еврейские мудрецы разных поколений также видели в некоторых исторических событиях намеки на ближайший приход Мошиаха и наступление Освобождения, только с той лишь разницей, что предвещало это совсем не апокалипсис, а новый гармоничный и мирный этап в жизни человечества.

Предсказаниями и расчетом времени, когда должно наступить Освобождение, занимались наиболее выдающиеся мудрецы разных поколений. Среди них были Рабби Акива и рабби Шимон бар Иохаи, Рабби Саадия Агаон и Раши (рабби Шломо Ицхаки), Рамбам (рабби Моше бен Маймон) и Рамбан (рабби Моше бен Нахман), рабейну Бехая и Абарбанель, Аризаль и Ор Ахаим, рабби Шнеур Залман из Ляд и Хатам Софер, Мальбим и рабби Шолом-Дов-Бер (Любавический ребе в пятом поколении) и другие. Любой интересующийся еврейской историей человек узнает в этом неполном списке самых известных и влиятельных авторитетов Торы, чьи деяния до сих пор служат примером для всего еврейского народа.

Однако каково будет наше удивление, если мы увидим, что на занятие расчетами и предсказание времени прихода Мошиаха существует совершенно недвусмысленный запрет. Так Талмуд в трактате Сангедрин (97б) приводит различные расчеты мудрецов поколения танаев и амораев о наступления «конца» и заключает: «Что означают слова пророка Хавкука: «Ибо есть еще время до исполнения видения, и взлетит оно к концу (Освобождению), и не обманет оно; если замедлит — жди его, ибо придет непременно; не опоздает»? Сказал рабби Шмуель бар Нахман, сказал рабби Инотан: «Взлетят (сгинут) кости рассчитывающих наступление «конца», поскольку говорили они, что наступил «конец» и не пришел (Машиах).Значит, он больше не придет? Все равно надо ждать его, как сказано: «Ибо придет непременно; не опоздает». Данное суровое мнение по поводу практики рассчитывать наступление «конца» нашло также отражение в своде законов. Так Рамбам в разделе законов «О царе и войне» пишет (12:2): «И не следует человеку посвящать себя изучению преданий об этом и углублению в толкования пророчеств о Машиахе.… И не следует заниматься ему вычислением сроков прихода Машиаха. Сказали мудрецы: «Да отлетит душа тех, кто вычисляет наступление «конца»…»

Со смыслом этих резких слов как-то не стыкуются комментарии величайших из мудрецов, которые были в первом ряду тех, кто нарушил этот суровый запрет. Даже сам Рамбам, который записал его в своем кодексе, пишет в знаменитом послании йеменским евреям о приближающемся по его расчету «конце» (Игерет Тейман, гл. 3): «По этому поводу есть у нас традиция, что в словах Билъама (Бамидбар 23:23) «…в свое время рассказано будет Яакову и Израилю о том, что совершал Всесильный» содержится тайна, что от шести дней творения следует отсчитать время до пророчества Билъама и прибавить его к году, когда пророчествовал Билъам … четыре тысячи девятьсот семьдесят шесть лет от сотворения мира (1216 г. н.э.) … это самый точный расчет «конца».

Но не надо думать, что закон, что дышло… Традиция иудаизма выстояла все испытания только благодаря незыблемости закона. Тогда в чем же разгадка столь странного поведения еврейских мудрецов, пренебрегших, на первый взгляд, запретом, который таит в себе опасность подорвать веру народа в приход Машиаха?

В поисках ответа на этот вопрос давайте вместе заглянем в труды еврейских мудрецов, посвященных вычислению срока прихода Машиаха. Вот что пишет Рамбан (Рабби Моше бен Нахман, 1194-1270) перед тем как приступить к изложению своих расчетов в книге «Сефер Агеула» (врата IV): «Мы принадлежим к поколению приземленному, ограниченному, малознающему и небольшого ума,.. так как мы можем набраться высокомерия открыть наш рот, высчитывая срок, знать его и открыть эту тайну в этой книге, тогда как гиганты мысли минувших поколений ошиблись в вычислениях? Однако, с другой стороны, мы ближе к этому сроку по причине столь длительного времени, прошедшего с тех пор. И возможно, что тот запрет на сокрытие срока потерял силу, поскольку исчезла причина, порождающая его, как сказано: «Ты сокрыл видение на длительное время» (Даниель 8:26). Говорится также: «И ты, Даниель, сокрыл эти слова и запечатал их в книге до последнего срока, когда воспрянут многие и умножится знание» (Даниель 12:4), и это тот намек, на основании которого мы имеем право ворошить вопрос о сроке в этой книге и умножать знания… И прежде чем мы откроем рот, чтобы начать рассуждать о сроке, мы должны пояснить выражение мудрецов: «Да отлетит душа тех, кто вычисляет наступление «конца»…, смысл которого заключен в вышесказанных словах о том, что мудрецы Талмуда (IV век н.э.) знали о предстоящем долгом изгнании и не хотели, чтобы это стало достоянием народа и повлекло потерю надежды. Но теперь, когда эти соображения потеряли актуальность, поскольку мы (по всем признакам) живем «в конце дней» и уже многие мудрецы до нас посвятили свои труды этому вопросу и наше мнение уже не причинит отрицательного воздействия на народ, то, возможно, наши логичные и обоснованные слова окажут дополнительное положительное воздействие на них…»

Интересное объяснение мы находим также в книге «Меейней Аиешуа», принадлежащей перу рабби Ицхака Абарбанеля (1437-1508): «Однако когда придет срок Освобождения, откроет Всевышний свои «сокровища». И народу, который ходил в темноте, откроется Б-жественный свет, и увидят они то, чего не видели их предшественники. И намек на это мы находим в словах ангела: «И ты, Даниель, сокрыл эти слова и запечатал их в книге до последнего срока, когда воспрянут многие и умножится знание» (Даниель 12:4). Из слов «до последнего срока» мы учим, что он будет сокрыт, пока не наступит время, и именно тогда «воспрянут многие и умножится знание» и люди узнают то, о чем пророчествовали пророки…».

Из рассуждений Рамбана и Абарбанеля совершенно очевидно, что запрет на вычисление сроков прихода Мошиаха отличен от других запретов мудрецов, природа которых состоит в том, чтобы удалить человека от зла. В нашем же случае запрет носит лишь временный характер, поскольку сам по себе расчет «конца» не является воплощением зла, и смысл его состоял в том, чтобы предотвратить разочарование народа в связи с грядущим длительным ожиданием, что было очевидно во времена составления Талмуда.

Эту идею можно проиллюстрировать на примере одной известной притчи. Отец и сын едут принять участие в свадьбе, которая должна состояться в очень далеком от них городе. Не успели они отъехать от дома, как сын спрашивает отца: «Когда мы приедем на свадьбу?». «Разве ты не знаешь, ведь мы только в начале длинного пути. А ты уже хочешь знать, когда мы приедем», — ответил отец. Когда они уже подъезжали к месту свадьбы, то отец, чтобы вовремя одеть праздничную одежду, спросил кучера: «Далеко ли еще ехать?». Услышал сын вопрос отца и удивился: «Ведь ты сам говорил, что неуместно спрашивать, когда мы приедем, чтобы не усложнять себе жизнь в пути, так почему же ты сам задаешь такой же вопрос?». «Сын мой, – ответил отец, – до этого мы были далеко от цели нашего путешествия, и не имело смысла думать об этом, однако сейчас, когда до города рукой подать, мы должны знать точно, когда приедем, чтобы заранее приготовиться к свадьбе.

Источник: https://ru.chabad.org/library/article_cdo/aid/1081895/jewish/-.htm