Завещание Авраама

Перевод и комментарии Марии Витковской.

Апокриф основан на главе 18 Книги Бытия. Был популярен в Средние века. Сохранилось много греческих рукописей, разделенных издателем Джеймсом на две группы: т. н. “версия В” (более ранняя, предположительно I в. н. э., иудейская) и “версия А” (развернутая, с христианскими добавлениями). Апокриф был переведен на многие языки; дошли коптские, эфиопские, арабские, славянские и румынские версии. Определенных доказательств существования еврейского оригинала нет.

Название можно объяснить тем, что текст был частью трилогии, куда входили также «Завещание Исаака» и «Завещание Иакова» (дошли в коптских переводах). Эта трилогия была подражанием «Завещаниям 12-ти Патриархов». На самом же деле никакого “завещания” Авраам не оставляет, несмотря на неоднократные призывы со стороны Господа Бога и архангела Михаила.

Главный принцип построения сближает апокриф с более поздними Откровениями Седраха и Ездры (диалог с Богом или Его вестником, заканчивающийся смертью героя, и выполнение ряда условий героя Богом).

Перевод выполнен по первому изданию греческого текста в книге: М. R. James. The Testament of Abraham. Cambridge, 1892 (версия А).

Завещание Авраама

Прожил Авраам сколько было отмерено жизни его — девятьсот девяносто пять лет[1], все годы жизни своей живя в мире, кротости и праведности. Праведный, был он весьма гостеприимен, ибо, поставив шатер свой на пересечении путей у дубравы Мамре, принимал всех[2]: богатых и бедных, царей и правителей, калек и немощных, друзей и странников, соседей и прохожих — всех, не делая различий, принимал благочестивый, пресвятой, праведный и гостеприимный Авраам. Дошла и до него общая всем, неумолимая смерти горькая чаша и скрытый жизни предел. Тогда Господь Бог, призвав к Себе архангела Своего Михаила, сказал ему: “Сойди, Михаил архистратиг, к Аврааму и скажи ему о смерти, чтобы распорядился он о делах своих, ибо благословил Я его, как звезды небесные и как песок на берегу морском[3], и счастлив он многим имением и многим имуществом, и богат весьма; превыше же всего праведен он всяческой добродетелью, гостелюбив и братолюбив, как только возможно. Ты же, архангел Михаил, пойди к Аврааму, возлюбленному сыну Моему, и возвести ему о смерти его, и сообщи ему достоверно: “Предстоит тебе в час сей изойти из суетного мира сего, выйти из тела, и отправишься ты с миром к Владыке твоему””[4].

2. Отойдя же от лица Божьего, сошел архистратиг к Аврааму, к дубраве Мамре, и нашел праведного Авраама в поле, сидящим подле подъяремных быков, возделывавших землю, с сыновьями Масековыми и другими слугами числом двенадцать. И се, пошел архистратиг к нему, Авраам же, увидев идущего вдалеке архистратига Михаила, по праву прекраснейшего среди воинов, тотчас поднялся и пошел навстречу ему, как то было в его обычае — давать всем странникам приют, встречая их и принимая. Архистратиг же, почтительно приветствовав его, сказал: “Радуйся, досточтимейший отче, праведная душа, избранник Божий, истинный друг Небесного!”[5] Авраам же сказал архистратигу: “Радуйся, достопочтеннейший воин, солнцеликий и прекраснейший превыше всех сынов человеческих, добро пожаловать! Вот почему хочу спросить тебя: откуда явился цвет юности твоей? Научи меня, просителя твоего, откуда, из какого войска и от какого пути явилась сюда краса твоя?” Архистратиг же сказал: “Иду я, праведный Авраам, из великого града, послан великим Царем сообщить участь друга истинного Его: призывает Царь его к Себе”. И сказал Авраам: “Пойдем, господин мой, со мной на поле мое”. И говорит архистратиг: “Иду”.

3. Придя же на поле, где шла пахота, остановились они для беседы. Авраам же сказал слугам своим, сыновьям Масековым: “Пойдите в лошадиное стадо и приведите двух лошадей ручных и укрощенных, чтобы я и человек сей, мой гость, сели на них”. И сказал архистратиг: “Нет, господин мой Авраам, не вели им приводить лошадей, ибо остерегаюсь я садиться на тварь четвероногую. И неужели Повелитель мой не счастлив многим богатством, имея власть над людьми и всяческими созданиями? Но я сам остерегаюсь того — когда-либо сесть на тварь четвероногую. Так что давай, праведная душа, пешком проделаем путь до дома твоего”. И сказал Авраам: “Воистину да будет так”[6]. Как шли они от поля к жилищу его, росло у дороги древо кипарис. И се, повинуясь воле Божией, заговорило древо человеческим голосом и сказало: “Свят, свят, свят Господь Бог, призывающий его любящими Его”[7]. И скрыл Авраам тайну ту, сочтя, что не слышал архистратиг голоса древесного. Подойдя же к дому, сели они во дворе. И, увидев лик ангельский, сказал Исаак Сарре, матери своей: “Госпожа моя матушка, вот, человек, сидящий с отцом моим Авраамом, не сын он рода населяющих землю”. И побежал Исаак, и поклонился, и пал к ногам бесплотного.

И бесплотный благословил его и сказал: “Дарует тебе Господь Бог обетование, какое возвестил отцу твоему Аврааму и семени его, дарует же тебе и драгоценное благословение отца твоего и матери твоей”. Сказал тут Авраам Исааку: “Дитя Исаак, зачерпни воды из кладезя и принеси мне в сосуде, дабы могли мы омыть ноги человеку сему, гостю нашему: утомился он, придя сюда после долгого пути”. Побежав же ко кладезю, зачерпнул Исаак воды в сосуд и принес им. Подойдя, омыл Авраам ноги архистратига Михаила. Сотряслась тут утроба Авраамова, и восплакал он над странником. Когда же увидел Исаак отца своего плачущим, восплакал и он. И архистратиг, как увидел плачущими их обоих, сам стал плакать с ними, и падали слезы архистратига в сосуд, в воду, взятую для омовения, и делались камнями драгоценными. Видя же чудо то и подивившись, собрал Авраам украдкой те камни и скрыл тайну, один удержав сие в сердце своем.

4. И сказал Авраам Исааку, сыну своему: “Пойди, сын мой возлюбленный, в комнату, где мы вкушаем пищу, и придай ей праздничный вид. Приготовь для нас там два ложа: одно — мне, другое — человеку сему, нашедшему у нас сегодня приют. Поставь для нас там скамью на двоих, поставь светильник и стол, не жалея всего самого лучшего. Укрась жилище, чадо: расстели ткани тонкие, пурпур и виссон[8], воскури все славные и ценные благовония, принеся трав душистых из сада, наполни ими дом наш, зажги семь двойных светильников, дабы возвеселились мы, — ибо муж сей, нашедший у нас сегодня приют, знатнее, чем цари и вельмо-яси, недаром обличьем своим превосходит он всех сынов человеческих”.

Исаак же приготовил все как нельзя лучше. Тогда Авраам, взяв за руку архангела Михаила, отошел с ним в комнату, где вкушали пищу. И воссели они оба на ложа, и на середину выдвинул Авраам стол, где в изобилии стояло все самое лучшее. И вот, поднялся тут архистратиг с места своего и вышел вон, будто бы по малой нужде. И взошел он на небо во мгновение ока, и предстал пред лицем Божиим[9], и сказал: “Владыко Господи, да будет ведомо державе Твоей, что не в силах я возвестить напоминание о смерти праведному тому человеку, ибо не видел на земле никого, подобного ему — милостивого, гостеприимного, праведного, искреннего, богобоязненного, не причастного ни к какому злу. И вот теперь, Господи, да будет известно Тебе, что не в силах я возвестить ему напоминание о смерти”. Господь же сказал: “Сойди, Михаил архистратиг, к другу Моему Аврааму, и что скажет он тебе, то и делай, и если будет он что есть — ешь и ты с ним. Я же пошлю Духа Моего Святого к сыну его Исааку, и зароню напоминание о смерти его в сердце Исаака, так что в сновидении узрит он смерть отца своего. Исаак сам и возвестит виденное им во сне — ты же истолкуешь, и вот, узнает Авраам о кончине своей”.

И сказал архистратиг: “Господи, все духи небесные — бесплотны, и не едят они, и не пьют[10]. Он же поставил предо мной стол, уставленный в изобилии всем, что ни есть лучшего из благ земных и тленных. Что же я, Господи, теперь стану делать? Как мне не выдать себя, сидя за одним столом с ним?” Господь же сказал: “Сойди к нему, и пусть сие тебя не беспокоит, ибо когда будешь сидеть с ним, пошлю я к тебе духа всеядного, и поглотит он из рук твоих и через уста твои все, что будет на столе: услади же себя всем вместе с Авраамом, истолкуй лишь как должно видение — так, чтобы узнал Авраам серп смерти и жизни скрытый предел, и чтобы распорядился он всем, что есть у него, ибо благословил Я его превыше песка морского, и как одни только звезды небесные”.

5. Тогда сошел архистратиг в дом Авраама и воссел подле него за столом, Исаак же служил им. По окончании трапезы, сотворил Авраам обычную(?) молитву, и архангел молился вместе с ним, и легли они отдохнуть каждый на ложе своем. Исаак же сказал отцу своему: “Отче, хотелось и мне лечь с вами в комнате сей, чтобы мог я услышать вашу беседу: любо мне слушать слова доблестного мужа сего, превосходящие все, доселе слышанное”. Сказал тут Авраам: “Нет, дитя, но отойди в комнату твою и ляг на ложе твое, дабы не стали мы в тягость сему человеку”. Тогда Исаак, испросив их благословения и сам пожелав им доброй ночи, пошел в комнату свою и возлег на ложе своем. И заронил Бог напоминание о смерти в сердце Исаака, словно бы то привиделось ему во сне, и, пробудившись к третьему часу ночи, встал он с ложа своего и бегом прибежал в комнату, где спали отец его с архангелом.

И там, став перед дверью, начал кричать Исаак, говоря: “Отче Авраам, поднимись и отвори мне скорее, чтобы мог я войти и обвить руками шею твою, и целовать тебя прежде, чем отнимут тебя у меня”. Тогда, поднявшись, отворил ему Авраам. И, войдя, обвил Исаак руками шею его и стал плакать громким голосом. Сотряслась тут утроба Авраамова, восплакал и он с ним громким голосом. Архистратиг же, видя их плачущими, восплакал сам вместе с ними. Сарра же, бывшая в комнате своей, услышав плач тот, бегом прибежала к ним и нашла всех их плачущими в объятиях друг друга. И сказала Сарра с плачем: “Господин мой Авраам, из-за чего вы плачете? Скажи мне, господин мой, не принес ли тебе брат сей, что сегодня гостит у нас, весть о племяннике твоем Лоте, что умер он, и потому все вы так сокрушаетесь?” И в ответ сказал ей архистратиг: “Нет, сестра Сарра, не так, как ты говоришь, но сын твой Исаак, думаю я, видел сон, и пришел к нам, плача; у нас же при виде его сотряслась утроба, и оба мы восплакали”.

6. Услышала Сарра речь архистратига, превосходившую все, доселе слышанное, и тотчас узнала, что говорящий — ангел Господень. И сделала Сарра знак Аврааму в сторону двери, чтобы вышел он, и говорит ему: “Господин мой Авраам, знаешь ты, кто этот человек?” Авраам же сказал: “Не знаю”. И сказала Сарра: “Вспомни, господин мой, трех мужей небесных, бывших нашими гостями в шатре у дубравы Мамре, как заклал ты тельца безупречного и предложил им трапезу. Когда же окончили они есть мясо, вновь поднялся теленок и весело сосал свою мать. Или не знаешь ты, господин мой Авраам, что и плод чрева нам даровали они, как обещали — Исаака? Ибо, если мужей тех святых было трое, сей есть один из них”[11]. Сказал же Авраам: “Сарра, истинно сказанное тобой: слава и хвала Богу нашему и Отцу, ибо вчера вечером, когда мыл я ноги его в сосуде для омовения, сказал я себе в сердце своем: “Ноги сии — одного из трех мужей, коим омыл я стопы тогда[12]. И слезы его, падавшие вечером в чашу, делались камнями драгоценными””. И достав из одежд, дал он их Сарре со словами: “Если не веришь мне, взгляни на это”. Взяв же их, поклонилась Сарра и целовала, сказав: “Слава Богу, являющему нам чудеса! Знай же теперь, господин мой Авраам, что сие есть нам откровение, будь то о дурном или о хорошем”.

7. Оставив же Сарру, вошел Авраам в комнату и сказал Исааку: “Итак, сын мой возлюбленный, возвести мне правду, что видел ты во сне, и что взволновало тебя, когда вот так бегом прибежал к нам?” И в ответ стал говорить Исаак: “Видел я, господин мой, этой ночью Солнце и Луну над головой моей, и лучи Солнца окружали и освещали меня. Когда же я так смотрел и радовался, то увидел, как отверзлось небо, и муж светлый сошел с него, сиявший ярче семи Солнц. И, подойдя, муж тот солнцеподобный забрал Солнце от головы моей и поднялся обратно на небеса, откуда вышел, я же опечалился печалью великой, ибо забрал он Солнце от меня. И спустя короткое время, когда еще печалился я и убивался, увидел я мужа того во второй раз сходящим с неба. И взял он от меня и Луну над головой моей. И восплакал тут я плачем великим, и умолял мужа того светлого, и говорил: “Нет, господин мой, не отнимай славы моей у меня, сжалься надо мной и услышь меня; и когда взял ты Солнце от меня, оставь Луну при мне!” Он же сказал: “Дай подняться им к вышнему Царю, ибо хочет Он, чтобы они были там”. И забрал он их от меня, лучи же оставил при мне”. И сказал архистратиг: “Слушай, праведный Авраам: Солнце, которое видел сын твой, есть ты, отец его, и так же точно Луна — мать его, Сарра. Муж светлый, сошедший с неба, есть посланник Божий, который должен забрать праведную душу твою от тебя. Ныне же узнай, досточтимейший Авраам, что настал час оставить тебе земную жизнь и переселиться к Богу”. И сказал Авраам архистратигу: “Вот чудо из чудес невиданное! Так значит, ты — тот, кто пришел забрать душу мою от меня?” Говорит же ему архистратиг: “Я — Михаил архистратиг, предстоящий пред лицем Божиим, послан сюда возвестить тебе напоминание о смерти; и если так, то отправлюсь я теперь к Нему, как Он повелел мне”. И сказал Авраам: “Сейчас вижу я, что ты — ангел Господень и что послан взять душу мою, но я не пойду с тобой: ты же сделай то, что Он прикажет тебе”[13].

8. Услышав слова те, тотчас сделался архистратиг незрим, поднявшись же на небо, предстал пред лицом Божиим и поведал обо всем, виденном в доме Авраама. Сказал архистратиг Владыке и такие слова: “Вот что говорит друг Твой Авраам: “Не пойду я с тобой: ты же сделай то, что Он прикажет тебе”. А теперь, Господи Вседержителю, прикажет ли что Слава Твоя и Царствие Твое бессмертное?” Сказал же Бог архистратигу Михаилу: “Еще раз пойди к другу Моему Аврааму и так скажи ему: “Сие есть воля Господа Бога твоего, приведшего тебя в землю обетованную, благословившего тебя превыше песка морского и звезд небесных, отверзшего утробу неплодной Сарры и даровавшего тебе в старости плод чрева — Исаака; воистину говорю тебе: благословляя, благословлю Я тебя и, умножая, умножу семя твое, и дам тебе все, что попросишь у Меня, ибо Я — Господь Бог твой, и нет другого кроме Меня. Что же ты противишься Мне и что печалишься, скажи? Зачем противишься архангелу Моему Михаилу? Или не знаешь, что со времен Адама и Евы все умерли? И ни один из пророков не избежал смерти, и ни один из правителей не бессмертен, и ни один из праотцев не избежал тайны смерти — все умерли, все примирились с адом, всех пожинает серп Смерти. К тебе же не посылал Я Смерть, не позволил смертоносному недугу сойти на тебя, не дал серпу Смерти встретить тебя, не позволил сетям ада опутать тебя, не пожелал, чтобы когда какое-либо зло коснулось тебя, но для доброго увещевания направил к тебе Моего архангела Михаила, чтобы узнал ты о переходе своем из мира и сотворил распоряжение о доме твоем и обо всем, что есть у тебя, и чтобы благословил ты Исаака, сына твоего возлюбленного. Теперь же узнай, что не для того, чтобы огорчить тебя, сделал Я так. Для чего же сказал ты архистратигу Моему: “Не пойду с тобой!”? Для чего сказал сие? И не знаешь ты, что, позволь Я Смерти прийти к тебе, — посмотрел бы Я тогда, пошел бы ты, или не пошел””.

9. Взяв же у Господа слова увещевания, сошел архистратиг к Аврааму, и, увидев его, пал праведник ниц на земную твердь словно мертвый. Архистратиг нее сказал ему все, что услышал от Всевышнего. Тогда, поднявшись, припал благочестивый и праведный Авраам со многими слезами к ногам бесплотного и умолял его, говоря: “Прошу тебя, архистратиг вышних сил, коли уж почтил ты меня, раба грешного и недостойного, приходя ко мне каждый раз, прошу тебя и сейчас, архистратиг, сослужи службу — донеси еще единожды слово мое до Всевышнего и скажи Ему так: “Говорит Авраам, слуга Твой: Господи, Господи, во всяком деле и слове, о каком просил я Тебя, услышал Ты меня, и всякое желание мое исполнил. И теперь, Господи, не противлюсь я державе Твоей, ибо знаю и сам, что не бессмертен, но смертен. Когда все послушно воле Твоей, дрожит и трепещет пред лицом силы Твоей, я тоже чувствую страх — и все же в одной-единственной просьбе прошу не отказать мне: ныне, Владыко Господи, услышь мольбу мою, ибо еще пребывая в теле, хочу увидеть я всю вселенную и творения все, какие создал Ты, Владыко, единым Словом. И как только увижу сие, тогда уйду из жизни без печали””. И вот, вновь отошел архистратиг и стал пред лицом Божиим, и возвестил Богу обо всем, сказав: “Говорит друг Твой Авраам: “Восхотел я оглядеть всю вселенную при жизни моей, прежде, чем умру””. Услышав же то, вновь велит Всевышний архистратигу Михаилу и говорит ему: “Возьми облако светлое и ангелов, что правят колесницами, и, сойдя, возьми праведного! Авраама на колесницу херувимскую и вознеси его в эфир небесный, чтобы увидел он всю вселенную”.

10. И, сойдя, взял архангел Михаил Авраама на колесницу херувимскую и вознес его в эфир небесный, и повлек его на облаке с шестьюдесятью ангелами[14]. И стал подниматься Авраам на колеснице надо всею вселенной, и взирает на мир, каким он был в тот день: одни люди пашут, другие правят волами, в одном месте пасут скот, в другом — танцуют и веселятся, поют и играют, где-то дерутся и ведут тяжбу, в другом месте, плача, справляют поминки по мертвым. Увидел он и новобрачных, почивающих в постели, и, сказать кратко, увидел все, что ни есть в мире хорошего и дурного. И так, пролетая мимо, увидел Авраам мужей, вооруженных мечами, державших в руках мечи те заостренные, и вопросил Авраам архистратига: “Кто они?” И сказал архистратиг: “Люди сии — воры, задумавшие сотворить убийство, кражу и душегубство”. Сказал же Авраам: “Господи, Господи, услышь голос мой и повели, чтобы вышли звери из чащи и пожрали их!” И только сказал он это, как вышли звери из чащи и пожрали людей тех[15]. И увидел он в другом месте мужа и жену, творящих прелюбодеяние, и сказал: “Господи, Господи, повели, чтобы разверзлась земля и поглотила их!” И тотчас надвое расселась земля и поглотила их. И увидел он еще в другом месте людей, копающих под дом и расхищающих чужое имущество, и сказал: “Господи, Господи, повели, чтобы сошел огонь с небес и пожрал их!” И только сказал он это, как сошел огонь с небес и пожрал их.

И тут был с неба глас архистратигу, говорящий: “Повели, Михаил архистратиг, остановить колесницу и верни назад Авраама, дабы не увидел он всей вселенной; ибо если увидит всех, живущих в грехе, погубит он все мироздание. Ибо вот, не грешил Авраам и не щадит грешников, Я же сотворил мир и не желаю погубить ни одного из них, но ожидаю смерти грешника, дабы жил он и мог покаяться. Вознеси же Авраама к первым вратам небесным, чтобы посмотрел он там на суды и воздаяние, и пусть покается перед душами грешников, которые он погубил”[16].