Метки:

ПОСЛАНИЕ К ГАЛАТАМ

С АЛЕКСОМ БЛЕНДОМ

Несмотря на то, что Послание к Галатам является одним из относительно коротких посланий рава Шауля, оно считается одним из самых значительных по своему смыслу и той роли, которую оно сыграло в движении веры  в свое время. Сегодня, мы предлагаем вам, вместе с Алексом Блендом порассуждать об этом Послании. 

Алекс Бленд из ортодоксальной семьи, более 20-ти лет он учился в йешивах в Израиле, имел рукоположение ортодоксального раввина, но, тем не менее, искренне верит в Машиаха Иешуа. Многие люди в мессианском движении шли в обратном направлении, из чисто христианских общин в иудейские. С Алексом случилось по другому. Он, не меняя своей позиции ортодоксального Иудея признал в Иешуа Мошиаха!  В своих статьях, как правило, он опирается на еврейские источники.

ПРИВЕТСТВИЕ Апостола Павла и указание на одну из основных тем Послания (1:1-5).

Павел, посланник не от людей, и не [избранный] через людей, но через Йешуа Мессию и [от] Бога Отца, воскресившего Его из мертвых, и все братья, что [пребывают] со мною, к общине Галатии: милость вам и мир от Бога Отца нашего и господина нашего,  Йешуа Мессии, давшего самого себя за грехи наши, чтобы по воле Отца нашего избавить нас от этой злой эпохи.

Павел начинает письмо с указания на особый вид своего посланничества. Он послан не от людей и не через людей. Его послал Бог Отец, через Мессию Йешуа. Это указание сразу же раскрывает нам одну из основных тем письма – божественное и человеческое. Вероятнее всего, это послание было написано в качестве реакции на проповедь или иную попытку распространить некое учение в галатийской общине. Из содержания письма можно понять, что те, кто пришел проповедовать в Галатию учение, против которого выступает Павел, ссылались на знакомство с авторитетными людьми в мире верующих или намекали на их поддержку. В противовес этому Павел обозначает своё посланничество, как миссию, возложенную на него самым высоким авторитетом, который только может быть. Он — посланник Бога Отца через Мессию Йешуа.

«милость вам и мир от Бога отца нашего и господина нашего, Йешуа Мессии»   ­­в прямом соответствии с указанием на то, что он послан Отцом через Йешуа Мессию, Павел шлёт приветствие – «милость от Бога Отца, через Йешуа Мессию».

«избавить нас от этой злой эпохи» — Павел использует греческое слово «эон», которое может означать: век, эпоху, один из миров. Традиция израильтян, современников Павла, знала похожее слово. Ивритское слово «олам» могло означать: наш мир или жизнь после смерти; современный нам мир с его реалиями и грядущую мессианскую эпоху. В соответствии с этой традицией эта эра характеризовалась смешением добра и зла, и невозможностью отделить одно от другого. Мир грядущий назывался «эра, которая полностью благо». Следует обратить внимание, что Павел здесь не говорит о грядущем избавлении от ада. Он так же не говорит об избавлении от чего-то, что ещё только должно произойти. Он говорит об избавлении от той злой эпохи, в которой, по его собственным словам, все и живут. Когда же Павел говорит об избавлении, вероятнее всего, он говорит об избавлении от власти этой злой эпохи. О выходе из подчинения её законам.

УКАЗАНИЯ ОБ ОТЛУЧЕНИИ (1:6-9)

Дивлюсь, что так скоро отклоняетесь вы от призвавшего вас в милости Мессии к иной благой вести. Которая не есть другая благая весть, но некоторые люди запугивают вас и желают извратить благую весть Мессии. Но если мы, или даже Ангел с неба будет возвещать вам оспаривающее то, что мы возвещали вам, да будет отлучение. Сказав, повторю ещё раз: если кто-то будет возвещать вопреки тому, что вы переняли – да будет отлучение.

Павел, как ни в каком ином послании, сразу переходит к делу. Хотя он употребляет довольно таки нейтральное слово «удивляюсь», это выражает такое удивление, с которым нельзя смириться. Пожалуй, ближайшим аналогом в еврейской традиции будет слово «тмия» — удивление близкое к возмущению. Удивление тому, что происходящее радикально противоречит нашему представлению о порядке вещей. Со стороны учителя, которым Павел, безусловно, является, это удивление требует действий. В данном случае оно побудила Павла написать свое самое первое письмо.

Что же удивило Павла? Его ученики, которым он передал благую весть в соответствии с миссией, возложенной на него самим Богом, легко отклонились от того, в чём были научены под влиянием «другой благой вести». Павел сразу же оговаривается, что это не иная благая весть, потому что она нисколько не благая. Это попытка людей запугать верующих Галатии, посеять в них смуту, исказить их понимание учения Машиаха.

Павел рекомендует действовать жёстко. Если кто-то будет распространять учение, противоречащее тому, что передал сам Павел – пусть будет отлучен. Павел перестраховывается и повторяет: если кто-то будет учить что-то противоречащее тому, что вы приняли (это на тот случай, если самозваный учитель скажет, что несмысленные Галаты не так поняли Павла) — пусть будет отлучен. Павел не только полностью уверен в том, что учение было правильно возвещено, но и в том, что оно правильно воспринято.

ЛИЧНЫЙ РАССКАЗ ПАВЛА (1.10 — 2.10) 1.10 — 12

Людям ли я хочу понравиться ныне или Богу? Людям ли угождать стараюсь? Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Мессии. Возвещаю вам, братия, что благая весть, которую я возвещал, не есть человеческая, ибо я и принял её, и научился не от человека, но через откровение Йешуа Мессии.

Павел возвращается к теме, намек на которую содержался в приветствии. К теме божественного и человеческого. Итак, Павел не ищет одобрения людей, не старается им угодить, поэтому, не удивительно, что в ответ на его учение может быть возмущенная реакция, и в его сторону могут звучать какие-то обвинения, как, видимо, это и случилось в Галатии. Павел объясняет, что он возвещал не для того, чтобы кому-то понравиться. Учение, которое он преподает, не получено от людей, поэтому люди, какими бы авторитетными они ни казались, не могут никак судить об этом откровении.

Из дальнейших объяснений мы сможем понять и слова Павла: «если бы я и поныне угождал людям»…

1.12 — 14

Вы слышали о моём прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал общину Божию и опустошал её, и преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моём, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий. 

Павел начинает рассказ о себе. Этим рассказом он хочет подтвердить высказанные выше тезисы о том, что его учение — не учение человеческое, и что он не ищет угождения людям. Говоря о своем прежнем образе жизни «в иудействе», Павел указывает на тот самый период, когда он «угождал людям». С огромной ревностью он гнал и опустошал общины верующих. Нельзя не задаться вопросом: почему он это делал? Достаточно ясно, что общины состояли из иудеев, соблюдающих закон, жизнь которых, в общих чертах, была такой же, какую проводил и сам Павел. В чём же была причина гонений Павла на собрание верующих? Можно сказать, что единственное радикальное отличие последователей Йешуа от фарисеев было в вопросе рукоположения. К рукоположению (ивр. «смиха») было очень серьёзное отношение. Считалось, что цепочка раввинской традиции рукоположения восходит к самому Моше. Появление альтернативной цепочки передачи традиции рукоположения от Йешуа – было делом немыслимым и посягало на особый статус Моше как пророка, да и ставило под сомнение авторитет раввинов и Устной Торы. Поэтому Павел гнал общину Йешуа, защищая авторитет учителей, традицию которых перенял. Таким образом, гонение общины Йешуа было, по сути, угождением людям.

Надо заметить, что на этом пути Павла ожидала блестящая карьера. Учителя подобного уровня пользовались абсолютным уважением народа и ни в чём не нуждались. Если человек искал для себя одобрения людей – путь раввина был наиболее удобным.

Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший милостью Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего, чтобы я возвещал Его язычникам, — я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошёл в Иерусалим к предшествовавшим мне посланникам, а пошёл в Аравию и опять возвратился в Дамаск.

На этот раз он говорит о событии, о котором читатели Послания, скорее всего, знали из его личного свидетельства или из различных устных преданий, имеющих хождение в общинах. Павел говорит, что даже получив откровение от Йешуа, и осознав что Тот, учеников которого он гнал, угождая людям, и есть настоящий Мессия Израиля, даже тогда Павел не стал советоваться с людьми. Было бы, как кажется, логичным, получив подобное откровение, стать учеником  одного из здравствующих посланников Йешуа. Но Павел не пошёл таким путем, а отправился в Аравию, видимо, желая переосмыслить учение в свете откровения, а затем вернулся в Дамаск. То есть, пока Павел не сформировал внутри себя новое учение – благую весть на основании собственных знаний,  человека, преуспевавшего более своих сверстников, и на основании откровений, полученных через Йешуа – он не отправился встречаться с Его посланниками.

1.18 — 24

Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из посланников я не видел никого, кроме Иакова, брата Господина. А в том, что пишу вам пред Богом, не лгу. После сего отошёл я в страны Сирии и Киликии. Общинам Мессии в Иудее лично я не был известен, а только слышали они, что гнавший их некогда ныне возвещает веру, которую прежде истреблял, и прославляли за меня Бога.

Как мы известно из дошедших до нас текстов эвионитов («нищенствующих»), представителей секты последователей Йешуа, соблюдающих закон и ритуальную чистоту, они обвиняли Павла в том, что он лживо выдает себя за образованного иудея. В этих обвинениях звучало и сравнение с Эсавом. Известен мидраш, что Эсав любил выдавать себя за человека ученого, чтобы понравиться отцу. Часто проходил он под окнами дома учения и слушал, о чём идут занятия. Затем он приходил к отцу и с видом невинности, переходящей в святость, спрашивал, надо ли отделять десятины с соломы и соли. Таким образом, Эсав производил на своего отца впечатление человека праведного. В таком «эсавском» стиле жизни обвиняли и Павла. Поэтому он рассказывает, что ничего не взял от посланников Йешуа. Его учение построено не на умствовании или насмешке над принятом от предшествовавших ему посланников учении, но на реальном откровении и только на нём.

2.1 — 5

Потом через четырнадцать лет, опять ходил я в Иерусалим с Варнавою, взяв с собою и Тита. Ходил же по откровению и предложил там, и особо знаменитейшим, весть, которую я проповедую язычникам, не напрасно ли я подвизаюсь или подвизался. Но они и Тита, бывшего со мною, хотя и Еллина, не принуждали обрезаться, а вкравшимся лжебратиям, скрытно приходившим подсмотреть за нашею свободою, которую мы имеем в Мессии Йешуа, чтобы поработить нас, мы ни на час не уступили и не покорились, дабы истина благой вести сохранилась у вас.

Павел продолжает свое свидетельство о Божьем и человеческом в его служении. Он говорит, что уже, будучи утвердившимся учителем, через 14 лет после обращения, он пришёл в Иерусалим, взяв с собой необрезанного грека Тита. В чём была особенность такого поступка? Мы знаем, что евреи, как в стране Израиля, так и за её пределами, резко ограничивали свое общение с не евреями. Запрещалось вместе есть, пить, находиться под одной крышей. По сути, запрещалось всякое общение. Самые ранние свидетельства такому обычаю у иудеев мы находим в греческих источниках. Так, Гекатей Абдерский (322-285 д.н.э.) писал, что иудеи практикуют антиобщественный и нетерпимый образ жизни (apanthropon tina kai misoxenon bion). Аполлоний Молон (1 век д.н.э.) писал об иудеях, как об атеистах и мизантропах, не готовых общаться ни с какими другими людьми (koinonein). А его современник — Диодор Сицилийский первый упомянул, что иудеи отказываются принимать пищу с другими (trapezes koinonein). Помпей Трог писал, что евреи не живут и не едят вместе с другими людьми. Тацит писал, что евреи не ночуют под одной крышей и не едят с инородцами. И в конце второго века н.э. Филострат писал, что евреи не разделяют трапезу ни с кем из инородцев.

В книге Деяний мы видим, как сложно было Петру войти в дом язычника. Петр говорит (Деян. 10:28):

И сказал им: вы знаете, что Иудею возбранено сообщаться или сближаться с иноплеменником; но мне Бог открыл, чтобы я не почитал ни одного человека скверным или нечистым.

Талмуд содержит запрещение вкушать даже свою собственную пищу, принесенную на одну трапезу с язычниками. А в сборнике мидрашей «Пиркей дерабби Элиэзер» мы читаем:

Почему все рабы Авраама, которые были обрезаны вместе с ним, не присоединились к Израилю? Ради чистоты, чтобы не осквернить господина своего своей едой и напитками. Ибо всякий, кто ел с необрезанным, словно ел с собакой. Как пес необрезан, так и язычник необрезан. Прикасающийся к необрезанному, словно прикоснулся к мертвому. Моющийся с необрезанным, словно мылся с прокаженным. Ибо они при жизни мертвы, а в смерти, как падаль полевая.

В свете всех приведенных источников, можно достаточно ясно увидеть, насколько сильна была у израильтян традиция отстраняться от язычников, и, следовательно, насколько смелым был поступок Павла, на основании личного откровения «заявиться» с язычником в собрание посланников Йешуа. Но Павел достаточно доверял откровению.

Для него ясно, что вера в Мессию Йешуа очищает язычника и снимает необходимость ограждаться от него. Для него так же ясно, что эта вера столь преобразует его самого, что для него перестает быть «инфекционно»-опасным общение с язычником. Причиной запрета  общения с язычниками была опасность отойти от веры отцов и склониться к идолопоклонству. Этот запрет приводил к столь сильной изоляции, что израильтяне, вполне возможно, ощущали себя в золотой клетке или, если это продемонстрировать на другом примере, маленьким ребенком, которому запрещено разговаривать с незнакомцами. Запрет этот, безусловно, продиктован заботой о ребенке, но, тем не менее, является серьёзным ограничением.

Посланники Йешуа, авторитеты мира верующих, общались с Титом, не поднимая темы обрезания. Но хотя сами посланники и не отстранились от Тита, видимо, нашлись в их окружении люди, которых Павел называет вкравшимися лжебратьями, которые, опять же, как мы можем предполагать, требовали ограничить Тита в общении. Здесь Павел, возможно, имеет ввиду, включая в свое «мы» и самих «знаменитых». Он говорит, что свободу, позволяющую безбоязненно общаться с язычниками, они отстояли, ни на минуту не уступив.

2.6 — 10

И в «знаменитых» чем-либо, какими бы ни были они когда-либо, для меня нет ничего особенного: Бог не взирает на лицо человека. И «знаменитые» не возложили на меня ничего более. Напротив, увидев, что мне вверена благая весть для необрезанных, как Петру для обрезанных (ибо Содействовавший Петру в посланничестве у обрезанных содействовал и мне у язычников). И, узнав о милости, данной мне, Иаков и Кифа, и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезанным, только чтобы мы помнили нищих, что и старался я исполнять в точности.

Павел продолжает свой рассказ об общении с посланниками и говорит, что посланники увидели истинность его служения. Так Петру вверено служение для израильтян, а Павлу — для язычников. При этом у посланников возникло понимание, что вверивший ее – Один, и что посланническая миссия Павла — верна. Это подтверждает то, что Павел не посланник из Иерусалима, не второй после Петра, а равный ему, так как оба являются посланниками Бога, через Мессию Йешуа. Посланники не возлагали на Павла рук, а «протянули руку общения», и это очень важна деталь. Единственное проявление иерархии —  Павла попросили помнить о нищих в Иерусалиме, то есть отделять какую-то часть из получаемых пожертвований на нужды иерусалимской общины. Павел подтверждает, что принял к исполнению это указание. И это означает, что учение Павла оставляет своим центром Иерусалим. К этому пониманию мы ещё вернемся в дальнейшем.

Когда же Петр пришёл в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию. Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных. Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечён их лицемерием. Но когда я увидел, что они отступили от правды благой вести, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?

На первый взгляд может показаться, что в этом фрагменте Павел меряется авторитетами с Петром. На самом деле такое понимание представляется сомнительным. Павел продолжает развивать тему дихотомии (раздвоенности) между божьим и человеческим. Иначе, данный рассказ Павла можно было бы принять за злоречие о Петре.

Сначала, попытаемся понять, что же произошло, и почему Петр подвергся нареканию. Многие комментаторы видят ситуацию таким образом, что Павел, Петр и Варнава оставили иудейские традиции кашрута (разрешённой и запрещённой пищи), но, когда пришли посланники Иакова, стали лицемерно соблюдать эти традиции. На самом деле в Писаниях есть достаточно свидетельств того, что в экстремальных ситуациях израильтяне ели в компании язычников собственную пищу или пищу, приготовленную язычниками, не нарушающую законов кашрута. Рассмотрим эти примеры:

Даниил. 1:9-16

Даниил положил в сердце своем не оскверняться яствами со стола царского и вином, какое пьет царь, и потому просил начальника евнухов о том, чтобы не оскверняться ему. Бог даровал Даниилу милость и благорасположение начальника евнухов; и начальник евнухов сказал Даниилу: боюсь я господина моего, царя, который сам назначил вам пищу и питье; если он увидит лица ваши худощавее, нежели у отроков, сверстников ваших, то вы сделаете голову мою виновною перед царем. Тогда сказал Даниил Амелсару, которого начальник евнухов приставил к Даниилу, Анании, Мисаилу и Азарии: сделай опыт над рабами твоими в течение десяти дней; пусть дают нам в пищу овощи и воду для питья; и потом пусть явятся перед тобою лица наши и лица тех отроков, которые питаются царскою пищею, и затем поступай с рабами твоими, как увидишь. Он послушался их в этом и испытывал их десять дней. По истечении же десяти дней лица их оказались красивее, и телом они были полнее всех тех отроков, которые питались царскими яствами. Тогда Амелсар брал их кушанье и вино для питья и давал им овощи.

Книга Иудифь 12

И приказал ввести её туда, где хранились серебряные сосуды его, и велел ей пользоваться пищею от стола его и пить вино его. Но Иудифь сказала: не буду есть этого, чтобы не было соблазна, но пусть подают мне то, что принесено со мною. Олоферн сказал ей: а когда истощится то, что с тобою, откуда мы возьмем, чтобы подавать тебе подобное этому? Ибо среди нас нет никого из рода твоего. Иудифь отвечала ему: да живет душа твоя, господин мой; раба твоя не издержит того, что со мною, прежде, нежели Господь совершит моею рукою то, что Он определил. И ввели её слуги Олоферна в шатер, и спала она до полночи; а пред утреннею стражею встала и послала сказать Олоферну: да даст господин мой повеление, чтобы рабе твоей дозволили выходить на молитву. Олоферн приказал своим телохранителям не препятствовать ей. И пробыла она в лагере три дня, а по ночам выходила в долину Ветилуи, омывалась при источнике воды у лагеря. И, выходя, молилась Господу, Богу Израилеву, чтоб Он направил путь её к избавлению сынов Его народа. По возвращении она пребывала в шатре чистою, а к вечеру приносили ей пищу. В четвертый день Олоферн сделал пир для одних слуг своих и не пригласил к услужению никого из приставленных к службам. И сказал евнуху Вагою, управлявшему всем, что у него было: ступай и убеди Еврейскую женщину, которая у тебя, прийти к нам и есть и пить с нами: стыдно нам оставить такую жену, не побеседовав с нею; она осмеет нас, если мы не пригласим ее.

Письмо Аристею

Ради этого я сделал это прежде всего. Я дал указ о том, чтобы этот день, в который вы прибыли, стал считаться великим днем и стал ежегодно торжественно справляться в течение всей моей жизни. Вышло так, что это ещё и годовщина моей победы на море над Антигоном. Поэтому я буду рад пировать с вами сегодня”. “Все, что вам может потребоваться, – сказал он, – будет приготовлено как подобает и вместе с вами и для меня тоже”. И они выразили своё восхищение, и он повелел отвести их в лучший квартал, прилежащий к цитадели и готовить пир. И Никанор вызвал главного дворцового распорядителя Дорофея, чиновника, особо назначенного смотреть за евреями, и приказал ему приготовить всё необходимое для каждого из них. Ибо так было установлено царем, и это установление вы увидите соблюденным сегодня. Ибо поскольку многие города имеют свои обычаи в том, что касается еды, питья и возлежания, есть особые чиновники, назначение которых узнавать, что им требуется. И всякий раз, когда те приходят к царю, для них готовят, соблюдая их собственные обычаи, так чтобы они не испытывали беспокойства, наслаждаясь посещёнием. Та же предусмотрительность была соблюдена и для еврейских посланцев. Дорофей же, назначенный старшим приставником при еврейских гостях, был человеком весьма тщательным. Ради такого пира он открыл все хранилища, бывшие под его надзором и державшиеся особо для подобных гостей.

Основываясь на этих источниках, можно предположить, что Павел, Петр и Варнава ели за одним столом с язычниками дозволенную пищу. Как мы уже говорили выше, даже такое общение очень не одобрялось общественным мнением той эпохи, но в соответствии с учением посланников, вера в Йешуа делала человека неуязвимым для такого рода нечистоты.

Когда же пришли люди от радикально настроенного Иакова из Иерусалима, Петр и Варнава стали стесняться своей либеральной позиции. Всего возможных позиций по отношению к язычникам было три:

  • позиция посланников Йешуа – язычники очищаются от нечистоты идолопоклонства и присоединяются к Божьему народу через принятие Йешуа.
  • позиция школы Гилеля – язычники присоединяются к народу через гиюр и охотно принимаются в народ.
  • позиция школы Шамая – язычник только в крайнем случае и после многих испытаний может пойти гиюр и присоединиться к народу.

Петр сначала придерживался первого мнения, а когда пришли люди Иакова, стал демонстрировать приверженность второму мнению. Жить «по-язычески» в данном контексте означает придерживаться мнения равенства язычников и израильтян в вопросах чистоты в Йешуа Мессии. Павел обвинил Петра в том, что тот, придерживаясь «про языческих» либеральных взглядов, учит язычников на личном примере, что для того, чтобы стать людьми равными, они должны проходить гиюр. Именно из-за своего лицемерия и из-за плохого личного примера, Петр оказался, по словам Павла, достойным нарекания.

МОРАЛЬ ИЗ ЛИЧНОГО СВИДЕТЕЛЬСТВА 2.15 — 21

Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Йешуа Мессию, и мы уверовали в Мессию Йешуа, чтобы оправдаться верою в Мессию, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть. Если же, ища оправдания в Мессии, мы и сами оказались грешниками, то неужели Мессия есть служитель греха? Никак. Ибо если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником. Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Мессии, и уже не я живу, но живет во мне Мессия. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. Не отвергаю милости Божией; а если законом оправдание, то Мессия напрасно умер.

Павел начал свое письмо с того, что он избран для посланничества не человеком, а Богом, через Мессию Йешуа. Он говорил о том, что он получил откровение, которое не является плодом человеческого учения, оно не принято от людей, но посланники Йешуа с ним согласились и приняли Павла как равного. Суть этого учения заключается в том, что верующий в Йешуа иудей может без проблем для себя сообщаться с язычниками в служении. Павел рассказал и о своем разговоре с Петром, где он не побоялся отстаивать свое учение. Это было ещё одно подтверждение тому, что учение его опирается на авторитет Бога, а не человека.

Теперь Павел переходит к выводам из всего сказанного:

Мы по природе иудеи, а не грешники, как язычники; – утверждение, требующее понимания в контексте еврейской традиции. В результате грехопадения Адама всё человечество стало нечистым (не пригодным для служения Богу), осквернившись «нечистотой змея». Обрезание Авраама было началом подготовки к очищению от этой нечистоты. Мидраш говорит, что Всевышний обещал Аврааму сделать его отцом многих народов. Сделать, а не назначить, что указывает на определенный процесс. От Авраама должен был произойти народ, который рождается свыше и его «плодитесь и размножайтесь»осуществляется не обычным путем. На Синае, согласно традиции, народ Израиля был впервые очищен от нечистоты змея. А все остальные народы продолжали пребывать в этой скверне. Об этом очищении Павел и говорит. Иными словами его следует понимать так: мы по природе своей очищены от нечистоты змея, не то, что язычники, которые пребывают под нечистотой греха.

однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Йешуа Мессию, и мы уверовали в Мессию Йешуа, чтобы оправдаться верою в Мессию, а не делами закона;- соответственно, оправдание здесь следует понимать как очищение, способность сохранять чистоту – читай: выстаивать против греха, сохранять пригодность к служению Богу. Эти способности человек приобретает не через соблюдение закона, а по вере, помимо соблюдения закона. То есть закон не дает иммунитета ко греху. И для приобретения такого иммунитета, надо уверовать в Машиаха.

Если же, ища оправдания в Мессии, мы и сами оказались грешниками, то неужели Мессия есть служитель греха? Никак. — некоторые могли бы подумать, что раз Машиах выявляет наше несовершенство, то Его можно сравнить с другим персонажем, который занят обличением и обвинением – Сатаной. Поэтому Павел задает такой риторический вопрос и отвечает: это никак не возможно.

Ведь если я снова строю, что разрушил, то сам себя делаю преступником.— почему же в данном случае Машиах не является «обвинителем»? Потому, что он даёт возможность убрать ту самую золотую клетку изоляции, о которой мы говорили. Его обвинение, это не обвинение в суде, это выставление диагноза вместе с лечением. Он дает новую систему оправдания — достижения чистоты. Это происходит помимо закона. То есть способность человека достигать чистоты и сохранять её, приобретается помимо соблюдения закона. Павел не противопоставляет одно с другим, а разделяет. Это суть его откровения. Но отделение одного от другого, позволяет избавиться от системы ограничений и разрушить перегородку, препятствующую общению между израильтянами и язычниками. Восстановление этой перегородки – любая попытка её заново построить, это возвращение к системе, которая не давала достигнуть совершенной чистоты, а потому — это преступление.

Через Закон я умер для Закона, чтобы жить для Бога. Я сораспят с Мессией. — Учение Машиаха и откровения полученные Павлом не противоречат Торе. Они её естественное развитие. Талмуд говорит о том, что по воскресении из мёртвых, обновлённый человек имеет иную природу. У него уже не может быть награды и наказания за исполнение заповедей, потому что они стали его природой и их исполнение не требует усилий. А раз не требует, то нет и награды за это. Началом такого состояния и является праведность, о которой говорит Павел — способность не становиться нечистым, когда сталкиваешься с нечистым. Павел, как ученик Гамлиэля, хорошо знает израильскую эсхатологию. И ему известно, что Машиах – исполнение всех обетований Закона, цель Закона, как он говорит дальше. Поэтому Павел имеет полное «законное» основание умереть для закона ограничивающего его отношения с язычниками, чтобы жить для служения Богу. И эта смерть – сораспятие с Машиахом. В послании к Галатам – первом новозаветном послании – эта мысль ещё недостаточно ярко выражена. Но в послании к Римлянам мы находим её в полноте. Если умрем с Машиахом, то с ним и воскреснем с обновленной природой, способной не оскверняться нечистым в процессе служения.

и уже не я живу, но живет во мне Мессия. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. — Природа Павла изменилась таким образом, что в нем живет Павел обновленный, то есть в нем отражен образ Мессии. Итак, он живет во плоти верою в Машиаха. Здесь вера – вверение себя Мессии, предоставление Ему своего тела. Через это Павел получает особый уровень праведности — умение не оскверняться.

Не отвергаю милости Божией; а если законом оправдание, то Мессия напрасно умер. —  Павел здесь нисколько не говорит о том, что Закон не надо соблюдать. Он повторяет, что Закон сам по себе не дает человеку праведной природы. Не защищает человека от осквернения. Если бы Закон так работал, то смерть Йешуа была бы не нужна.

Подведем итог первых двух глав:

  • Павел говорит, что его откровение «не от человеков, но от Бога».
  • Павел говорит, что он узнал о новой праведности, которая не нуждается в ограде и позволяет не оскверняться, соприкасаясь с нечистым.
  • Поскольку эта праведность дана помимо соблюдения закона, доступ к ней открыт и язычникам.
  • Получив иммунитет от осквернения, всякий верующий из Иудеев может общаться с язычником и вместе служить Богу.
  • Данная праведность приобретается верою в Йешуа Мессию. А вера, это полное предоставление себя Ему. Так что сам человек умирает, а Машиах живет в нем.
  • Все это откровение не противоречит Закону, а осуществляет его.
  • Если бы Закон, в смысле соблюдения заповедей, давал бы достигнуть чистоты, смерть Йешуа была бы не нужна.

ГАЛАТАМ 3:1-5

О, несмысленные Галаты! кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Мессия Йешуа, как бы у вас распятый? Сие только хочу знать от вас: через дела ли закона вы получили Духа, или через наставление в вере? Так ли вы несмысленны, что, начав духом, теперь оканчиваете плотью? Столь многое потерпели вы неужели без пользы? О, если бы только без пользы! Подающий вам Духа и совершающий между вами чудеса через дела ли закона сие производит, или через наставление в вере?

О, несмысленные Галаты! кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Мессия Йешуа, как бы у вас распятый? —После личного свидетельства, рассказывающего о ценности полученного Павлом и преподанного Галатам откровения, Павел переходит к проповеди обличения, полной гневных риторических вопросов.
О настроении Павла ярко свидетельствуют слова, которые он применяет в риторике. Слово, которое он употребляет по отношению к Галатам, правильно было бы переводить довольно грубо, как «придурки». Кто «прельстил» или «околдовал», «сглазил» — косвенно говорит об отношении Павла к «прельстившим». В столь коротком тексте сплетаются сожаление, гнев и боль.
Сие только хочу знать от вас: через дела ли закона вы получили Духа, или через наставление в вере? —Мне и самому было бы интересно услышать ответ на вопрос Павла. Мы не знаем, как и когда Галаты получили Духа. Но, собственно, вопрос Павла явно риторический. Очевидно, что действие Духа было явлено в галатской общине помимо дел Закона. И здесь, очевидно, пришло время разобраться что такое «дела Закона», о которых говорит Павел. Как мы видим, он противопоставляет дела Закона и веру с одной стороны и плоть, и дух — с другой:
Так ли вы несмысленны, что, начав духом, теперь оканчиваете плотью? —К какому такому закону могли обратиться Галаты, чтобы это было отступлением от духа к плоти? От правильной благой вести, которая приводит к неоскверняющейся праведности, обратились к вести ложной. Единственное, что подходит под это определение, это свод законов, называемый на иврите «хок», — законы чистоты и нечистоты, которые являются прямым установлением Создателя и не имеют за собой логического объяснения. Вот как рассказывает об этом Мидраш Раба (Песикта (14:5), Танхума (Хукат 8) и Бемидбар Раба (19:8)):
Спросил язычник у Рабби Йоханана бен Закайя: Разве ваши законы (связанные с красной коровой) не похожи на колдовство? Вы приносите корову, сжигаете ее и берете ее пепел. Кропите два-три раза на того, кто осквернён нечистотой мертвого, и говорите ему: ты чист! Сказал ему Рабби Йоханан бен Закай: в тебя когда-нибудь вселялся бес? Тот сказал: нет. А ты видел когда-нибудь человека, в которого вселился бес? Тот сказал: да. И что вы с таким человеком делаете? Тот сказал: мы приносим корни деревьев, разжигаем их под ним, а потом льем на него воду, и тогда бес выходит. Сказал Рабби Йоханан бен Закай: вот, пусть твои уши слышат то, что сказали твои уста. Дух нечистоты – это как бес. На него кропят воду очищения, и он выходит. Когда язычник ушел, ученики Рабби Йоханана бен Закайя сказали ему: ну, его-то ты оттолкнул соломинкой (то есть, легко справился с его вопросом), а нам-то ты что ответишь? И он сказал им: клянусь вам, и мертвое тело не оскверняет и воды не очищают – но сказал нам Святой, да будет Он благословен: вот закон, который Я вам дал, и нет у вас права нарушать его.
Дав нам подобные законы и повелев нам хранить чистоту, Всевышний по сути ограничил нашу свободу. Об этом Павел будет говорить в дальнейшем. А сейчас нужно понять, что весь «хок» — весь свод законов о чистоте и скверне — фокусируется исключительно на теле. Он вообще не занимается чистотой совести. В отличие от очищения по вере в Йешуа, которая способна очистить не только тело. Об этом писал Петр (1Петра. 3:21):
Так и нас ныне подобное сему образу погружение, не плотской нечистоты омытие, но прошение у Бога доброй совести, спасает воскресением Йешуа Мессии…
По Петру мы получаем от Бога очищенную совесть, а точнее очищенное сознание. И это та самая новая праведность, о которой говорит Павел. Петр же, развивая свою мысль, говорит, что это «крещение» — погружение в воду с целью посвящения себя в рабы господину — не только дает праведность, но и спасает! От чего же спасает погружение, воскресением Мессии Йешуа? Вероятнее всего, как говорит Павел в начале послания – от сей злой эпохи, то есть от опасности смешать чистое и нечистое, потерять праведность и оскверниться.
Таким образом, Галаты устремились к исполнению заповедей, связанных с чистотой и скверной тела. Они, словно обратились к иной системе координат праведности. И эта система оказалась способной очищать только плотское. Но затеяв строительство разрушенной перегородки, они оказались согрешившими против благой вести и отпали от праведности более совершенной.
Это отпадение и оплакивает Павел.
Столь многое потерпели вы неужели без пользы? О, если бы только без пользы! —Всё то, что Галаты, видимо, претерпевали на пути обретения той праведности, которую проповедовал Павел, оказалось без пользы. «Если бы только без пользы», — восклицает Павел. Ему виден огромный вред, который принесло это отпадение.
Заканчивая обличение, Павел снова, хотя и в иной форме, задает тот же самый риторический вопрос:
Подающий вам Духа и совершающий между вами чудеса через дела ли закона сие производит, или через наставление в вере?

ОБОСНОВАНИЕ УЧЕНИЯ ПИСАНИЕМ 3.6 — 14

Так Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность. Познайте же, что верующие суть сыны Авраама.И Писание, провидя, что Бог верою оправдает язычников, предвозвестило Аврааму: в тебе благословятся все народы. Итак верующие благословляются с верным Авраамом, а все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою. Ибо написано: проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона. А что законом никто не оправдывается пред Богом, это ясно, потому что праведный верою жив будет. А закон не по вере; но кто исполняет его, тот жив будет им. Мессия искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою — ибо написано: проклят всяк, висящий на древе, — дабы благословение Авраамово через Мессию Йешуа распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою.
Теперь же, Павел переходит к обоснованию своего учения Писанием:
Так Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность. Познайте же, что верующие суть сыны Авраама. —Обратим внимание, что в оригинале, в книге Берешит (Бытие. 15:6) сказано: «И поверил [Аврам] Богу и это вменил ему [Бог] в праведность».
То есть здесь мы видим тот же «хок» — волюнтаристское решение Бога, когда Творец постановляет, что вера Авраама — его праведность. Далее, Павел говорит, что Господь исполнил свое обетование и сами Галаты: не евреи, к которым пришел иудей Павел и проповедовал в их среде, которым он пишет письмо – являют собой осуществление этого обетования. Все верующие – дети Авраама.
Иерусалимский Талмуд (Бехорим 1:4) приводит мнение, что Авраам — отец всех верующих, входящих под крылья Шехины, вне зависимости от расы, пола и т.д. но в зависимости от взглядов и верований, потому что именно они определяют сущность человека. В Талмуде, так же существует определенный дуализм, то есть разделение между телесной принадлежности к сынам Авраама, и принадлежности духовной — единства убеждений, надежд и ценностей.
Итак верующие благословляются с верным Авраамом, а все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою. Ибо написано: проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона. —Верующие в Машиаха, вверяющие себя ему, благословляются благословением Авраама и получают совершенную праведность. А те, кто утверждаются на делах закона, делают это из страха проклятия. То есть их праведность не столько благословение, сколько стремление избежать проклятия. Почему так? Потому, что написано: проклят всяк, кто не исполняет…
В трактате Шаббат рассказывается, что во время Синайского откровения, Всевышний поднял гору над евреями, как котел с углями, говоря: если не примете – я брошу эту гору на вас. То есть само принятие Торы евреями, по мнению мидраша, было совершено не добровольно и под страхом проклятия. Но это нисколько не свидетельство против Торы. Все это было обусловлено несовершенной природой человека и впоследствии, Тора была принята добровольно. И мы еще коснемся всех этих вопросов более подробно, при дальнейшем обсуждении.
А что законом никто не оправдывается пред Богом, это ясно, потому что праведный верою жив будет. А закон не по вере; но кто исполняет его, тот жив будет им. —Павел возвращается к теме, которой закончилась вторая глава, чтобы подтвердить ее Писанием, непосредственно словами пророка Хавакука (2:4): «Праведный верою будет жить». Что это значит и как это подтверждает слова Павла? Что означает «будет жить» в словах пророка? Будет жить, означает, что  останется жить и после смерти.
Традиция говорит, что праведники и в смерти называются живыми, а злодеи при жизни называются мертвыми. Жизнь, в вечном смысле, определяется не биологическим состоянием, а праведностью. Но праведность становится жизнеспособной, благодаря вере, которая, как мы сказали – вверение себя Машиаху.
А Закон (то есть тот самый «хок» о котором мы говорили) не по вере, то есть он не может изменить внутренней сущности человека, сделать его праведность жизнеспособной, чтобы человек более не возвращался ко греху. Поэтому, человек соблюдающий закон, будет выживать «в этом эпохе». Закон позволяет выжить тому, в ком смешивается чистое и нечистое, доброе и злое, божественное и человеческое, выражаясь современным языком, закон играет роль диализа для человека с не функционирующими почками.
Мессия искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою — ибо написано: проклят всяк, висящий на древе, — дабы благословение Авраамово через Мессию Йешуа распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою. —Машиах, приняв смерть на кресте, сделался за нас проклятием. Как такое может быть? Об этом Павел говорил немного раньше. Машиах, в соответствии с Законом, умер для Закона. В воскресшем, обновленном теле, для Него не было уже чистого и нечистого. И когда Павел сораспялся Мессии, то и для него перестало существовать разделение. Рухнула перегородка, разделяющая мир на чистых и нечистых. Сломалась золотая клетка Израильтян. Посредством этого, благословение Авраама распространилось на язычников, как и было обещано. И в этом обновлении и Израильтянам, и язычникам дана была возможность удостоиться Духа – то есть получить совершенно новый уровень праведности.

Братия! говорю по рассуждению человеческому: даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему. Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: и потомкам, как бы о многих, но как об одном: и семени твоему, которое есть Мессия. Я говорю то, что завета о Мессии, прежде Богом утвержденного, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, чтобы обетование потеряло силу. Ибо если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию. Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподан через Ангелов, рукою посредника. Но посредник при одном не бывает, а Бог один.

Когда Всевышний обещал Аврааму отдать землю семени его, Авраам спросил (Бытие.15:8):«Как я узнаю, что унаследую ее». Вопрос был о том, как может сам Авраам быть уверенным, что его потомки будут достойны унаследовать землю. В продолжение истории, Всевышний навел сон на Авраама и рассказал ему (Бытие.15:13-14): «знанием узнаешь», что потомки твои будут порабощены в земле чужой, но Я выведу их оттуда и приведу в Землю. Сам Всевышний сделался гарантом того, что потомки Авраама унаследуют землю. Павел отмечает, что Тора говорит не «зерейха» (семенам твоим), но «зереха» (семени твоему в ед.ч). Конечно, можно было бы поспорить с Павлом, что и делают противники христианства. Слово «зереха»является собирательным и поэтому стоит в единственном числе. Но в мидрашах, подобное обращение внимания на форму слова в порядке вещей. Но вопрос: для чего Павел делает такое уточнение? Разве не сказал он несколькими стихами ранее, что все верующие дети Авраама и, как мы говорили, сами Галаты – исполнение обетования? Но «семени твоему» означает, что весь проект «Авраам», основан ради того откровения, которое будет раскрыто через Йешуа Мессию. В Нем целевое откровение верующим. В Нем, а не в Законе.
Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподан через Ангелов, рукою посредника. Но посредник при одном не бывает, а Бог один. — Павел обращается здесь к израильской традиции, представленной в ранних мидрашах и в «Книге Юбилеев», о том, что из уст Всевышнего прозвучали для народа только две первые записи декалога, а остальное было дано при посредстве ангелов. Если бы человек мог самостоятельно соблюдать «люби Бога всем сердцем» (Второзаконие.6:5), он бы не нуждался ни в каких других заповедях. Истинная любовь и сделала бы его праведным. Любящий Бога не мог бы лгать, воровать, нарушать святую субботу и.т.д. Но по причине того, что человек не устоял в этой любви, по причине преступлений, был дан закон. Павел отмечает, что закон преподан через ангелов. То есть ангелы не только участвовали в даровании Торы, но они стали и свидетелями заключения завета. Так же и в дальнейшем мы увидим, что воспитание человека в Завете осуществлялось через ангелов:

— ангелы присутствовали, когда Ноах разделил землю между сыновьями (Книга Юбилеев)
— ангел обратился к Агарь.
— ангелы возвестили рождение Ицхака.
— ангелы были посредниками при даровании Торы.

А сколь многочисленны истории в устной традиции о чудесной воспитательной работе Ангелов. В Берешит Раба  (10) мы находим разговор Мудрецов о многочисленных воинствах небесных:
Рабби Нахман, сын рабби Шмуэля бар Нахмана сказал: удостоился человек — армия небесная к нему (чтобы наградить); не удостоился – армия к нему (чтобы наказать). Строил дом и удалось ему – армия небесная помогала ему. Упал с этого дома – и тут дела армии небес. Ест хлеб свой и наслаждается им — армия рядом с ним. Застряла кость у него в горле – и тут армия. Множество армий приставил Всевышний к человеку, чтобы охранять Образ свой, который в нем. А в армии этой и медведи и львы, и змеи, и сарафы, и скорпионы. А так же прорастил Всевышний траву, для лечения всякой болезни и заживления всякой раны. И нет травинки на земле, к которой не был бы приставлен Ангел, побуждающий ее расти.
Мы здесь видим, что Закон благ. Что он дан человеку, для того, чтобы человек мог иметь надежду сохранить неискаженным образ Творца, по которому он и создан. Вместе с тем, из-за того, что по причине прегрешений, сама эпоха оказалась смешением добра и зла, человек в эту эпоху и по этому Закону не был абсолютно свободен. Под абсолютной свободой мы здесь понимаем не свободу делать все, что заблагорассудиться человеку, но свободу управлять миром на свое усмотрение, то есть свободу заниматься собственным предназначением. Подобно сыну царя во дворце, человек, как маленький ребенок был окружен многочисленными няньками, которые следили за безопасностью ребенка.
Откровение Йешуа возвращает человека на духовный уровень, который был до беззаконий, по причине которых был дан Закон.

3.21 — 25

Итак закон противен обетованиям Божиим? Никак! Ибо если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона; но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Йешуа Мессию. А до пришествия веры мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак закон был для нас детоводителем к Мессии, дабы нам оправдаться верою, по пришествии же веры, мы уже не под руководством детоводителя.

Снова Павел предвидит вопрос. Если закон не был предусмотрен изначально, то возможно он противоречит обетованию, данному Аврааму? И Павел отвечает, что такое предположение ошибочно. Закон не мог животворить, поэтому не мог быть альтернативой откровению, данному через Йешуа и той праведности, которая через него открылась. Но человек нуждался в том, чтобы дожить до времен, когда предназначено открыться праведности Йешуа.
Человек был создан для того, чтобы управлять миром (Бытие. 1:22), но для того, чтобы быть допущенным к этому управлению, он сначала должен был повзрослеть. В процессе взросления и совершенствования, к нему как страж, был прикреплен закон. Павел пользуется метафорой, называя закон «детоводителем». Это должность, которую чаще всего занимал раб, но даже будучи рабом, он имел в подчинении хозяйского сына.
Вполне вероятно, что Павел был знаком с классической греческой литературой. Рассуждение о детоводителе и его роли в жизни ребенка приводится у Платона, среди диалогов Сократа. Известно, что Сократ подводит собеседников к тем или иным мыслям, просто задавая правильные и нужные вопросы. Для того, чтобы понять рассуждения Павла в том же ключе, в котором, вероятно, понимали его читатели, вспомним о диалоге с Лисидом.
Павел говорит, что Галаты, вернувшись к соблюдению законов чистоты плоти, деградировали духовно. Вместо того, чтобы согласно откровению Йешуа, повзрослеть и свободно исполнять своё предназначение в этом мире, они, как малые, неразумные дети — «придурки», вернулись к указке закона: «Это не трогай! Туда не ходи! С этим вместе не сиди!».

3.26 — 29

Ибо все вы сыны Божии по вере в Мессию Йешуа; все вы, совершившие погружение в Мессию, в Мессию облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно в Мессии Йешуа. Если же вы принадлежите Мессии, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники.

С устранением перегородки, упразднением разделения на чистых и нечистых, у всякого человека появился доступ к получению Духа Святого, а через него и праведности — способности хранить пригодность для служения Богу. В этом исполнение обетования, данного Аврааму. Для оправдания верой нет разницы между иудеем и язычником, рабом и свободным и.т.д. Но стоит помнить, что Павел говорит здесь не об отмене вообще всякой разницы, но о то, что вера дает праведность всякому. Не стоит понимать это как отсутствие вообще всяких различий между мужчинами и женщинами, иудеями и язычниками и подобное. Не надо спешить закрывать женские туалеты и раздевалки. Павел говорит о конкретном аспекте – способности получить праведность по вере.

4.1 — 5

Еще скажу: наследник, доколе в детстве, ничем не отличается от раба, хотя и господин всего: он подчинен попечителям и домоправителям до срока, отцом назначенного. Так и мы, доколе были в детстве, были порабощены вещественным началам мира; но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего, Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление.

Выше, когда мы говорили о детоводителе, мы уже говорили о диалоге с Лисидом, который хорошо иллюстрирует то, что здесь говорит Павел, а именно, ребенок, который растет в большом имении, находится на попечении рабов, фактически у них в подчинении. И окружен огромным количеством всевозможных запретов, призванных охранять его безопасность. Так, что при поверхностном рассмотрении, ребенок бесправнее раба.
Точно так же человек, который создан для того, чтобы править миром, как написано: «сотворим человека … и да владычествует он» (Бытие.1:22), до времени своего взросления, был заключен во власть вещественных начал мира. К этим вещественным началам относятся (в греческом понимании) пять основ мироздания: земля, вода, огонь, воздух и эфир. Но в более широком понимании, и Ангелы так же делятся на категории, по стихиям. То есть в известном у израильтян пантеоне Ангелов, есть ангелы огня, ангелы земли и т.д. Вот как говорит об этом книга Юбилеев1:

Ибо в первый день Он сотворил небеса, которые вверху, и землю, и воды, и всех духов, которые Ему служат, и Ангелов лица, и Ангелов прославления, и Ангелов духа огня, и Ангелов духа ветров, и Ангелов облачных духов мрака, и града и инея, и Ангелов долин, и громов и молний, и Ангелов духов холода и зноя, зимы и весны, осени и лета, и Ангелов всех духов Его творений на небе, и на земле, и во всех долинах, и духов мрака и света, и утренней зари, и вечера, которые Он приготовил по предвидению Своей премудрости. И тогда мы увидели Его произведения, и прославили Его, и восхвалили Его за все произведения Его, ибо семь великих произведений Он сотворил в первый день.

Как мы уже говорили раньше, все эти ангелы были частью армии, охраняющей человека в рамках Закона. Но Павел, сейчас в этом письме, пытается создать некое «мы», объединяя язычников и израильтян. Если израильтяне были во власти ангелов, имеющих разную природу по стихиям, то язычники ощущали свою зависимость от стихий. Для человека было важно, например, под знаком какой стихии он родился. Люди отслеживали преобладание той или иной стихии в каждый конкретный момент и это определяло возможные действия самого человека.
В Галатии были распространены предания о вмешательстве различных существ стихийной природы в жизнь человека: так гномы считались существами земной стихии. Русалки, ундины, кикиморы – к водной. Феи и эльфы – воздушной. Саламандры и ифриты – к огненной. Мы точно не знаем, как конкретно называли Галаты элементы стихий, но о наличии у них таких верований можно говорить с большой уверенностью.
Павел же, хочет показать, что несмотря на многие различия, в истории Галатии и Израиля можно найти довольно явные параллели.
Но от этой зависимости мы были избавлены, когда Сын Божий – Слово Божие, сущее изначально внутри Отца, стало плотью. Сын родился от жены. Павел говорит об этом, потому что в израильской традиции второго Храма, термин «рождённый женой» — обычный термин, которые используют ангелы, как указание на низкий статус человека. То есть Слово Божье, воплотилось, подчинилось Закону, совершив наше освобождение. И мы освобождены от всех тех данных ангелами запретов. Важно при этом, помнить, что нас освободили, не от служения Богу. И не от исполнения Закона. А от всех тех преград, которые мешали нам служить и исполнять Закон в полную силу. Все эти преграды стояли до тех пор, пока мы росли и были подобны рабам, не имея прав. Сейчас же преграды сняты, бесправие исчезло. Но появились обязанности, как то: управление имением, имя которому «мир».
Теперь израильтяне могут беспрепятственно нести Тору язычникам, а язычники не нуждаются в обрезании, как начале очищения для служения Богу. С того момента, как раскрылась праведность через веру в Йешуа и очищение через нее, отпали все барьеры и запреты в общении с нечистым (необрезанным, язычником). Но это никак не значит, что отменена суббота (которую, согласно «книге Юбилеев», и ангелы празднуют), или отменен кашрут. Потому, что ни то, ни другое никогда не стояли преградами в распространении света язычникам.

1 Апостол Павел был хорошо знаком с греческой классической литературой, и он понимал значение и влияние контекста, в котором человек родился и вырос, на его формирование.   Апостол Павел, обращаясь к галатам, использует примеры и понятия, взятые из близкой галатам среды.

Например, слово «детоводитель» можно встретить в Диалогах Платона.

Апостол Павел, стараясь разъяснить смысл своего послания, прибегает к понятиям, знакомым галатам (прим. ред.).

Источник: http://oasis-magazine.com/2016/02/24/poslanie-k-galatom-s-aleksom-blendom/

ПОСЛАНИЕ К ГАЛАТАМ С АЛЕКСОМ БЛЕНДОМ