Метки:

«Тайна священства»

Автор: Артур Кац

«Итак, братья святые, участники в небесном звании, уразумейте посланника (в английской Библии говорится «Апостола»), и Первосвященника исповедания нашего, Иисуса Христа».

Я хочу, чтобы мы обратили внимание на то, что в этой строке об Иисусе-Апостоле, также говорится о Нем и как о Первосвященнике.

Я думаю, что все из нас мечтают о подлинных апостольских вещах, но очень немногие с таким же рвением ищут то, что относится к священству.

Я думаю, что то, что нашло яркое отражение в небесном призвании Иисуса, относится также и к нашему небесному призванию, которое не будет по-настоящему небесным, пока Бог не восстановит в нас то чувство священства, которое соединено с апостольским призванием.«Тайна священства»

Введение

К апостольству через священство

У меня на сердце лежит тема о царстве священников, о которой я не могу не говорить. В послании к Евреям есть стих как раз по этой теме, в 3-ей главе с 1-ого стиха:

«Итак, братья святые, участники в небесном звании, уразумейте посланника (в английской Библии говорится «Апостола»), и Первосвященника исповедания нашего, Иисуса Христа».

Я хочу, чтобы мы обратили внимание на то, что в этой строке об Иисусе-Апостоле, также говорится о Нем и как о Первосвященнике. Я думаю, что все из нас мечтают о подлинных апостольских вещах, но очень немногие с таким же рвением ищут то, что относится к священству. Я думаю, что то, что нашло яркое отражение в небесном призвании Иисуса, относится также и к нашему небесному призванию, которое не будет по-настоящему небесным, пока Бог не восстановит в нас то чувство священства, которое соединено с апостольским призванием. Глядя на испытания, встретившиеся мне во время моего скромного служения, я хочу сказать (и я знаю, о чем говорю), что среди Божьего народа существует невероятно огромный недостаток осознания того, что такое священство. Хотя я сам и еврей, это не помогло мне понять этот вопрос. В общем-то, не один раз, когда от меня требовалось присутствовать на воскресных уроках, где рассматривали одежду священников и все предметы, относящиеся к их одеянию, я находил это весьма непонятным и туманным. Однако сегодня я твердо уверен, что на всем том, что относится к священству, пребывает огромная вечная слава Божья. Все это Бог начал открывать мне в моем духе, поэтому я собираюсь сейчас просить Господа о возможности изложить эту тему так, чтобы Его Дух вдохнул в нас по мере рассмотрения этого материала осознание того, что относится к священству, что бы мы все изменились. Я также хочу авторитетно заявить, что священство и апостольство неразрывно органически связаны между собою. Мы не сможем иметь одного без другого. И если наше поколение и пострадало от чего-либо, так это от отсутствия священства, которое должно предшествовать нашему апостольскому хождению. Итак:

Драгоценный Бог, великий Первосвященник нашего исповедания и небесного призвания, приди, о милосердный Бог в Своей небесной святости, совершенный Священник Божий по чину Мелхиседека и вдохни в нас то, в чем мы так остро нуждаемся, чтобы каждая сторона нашей жизни, хождения, общения, служения была затронута тем, что относится к священству. Во имя Иисуса Христа, Святого Господа, благослови это время и сделай его Своим. Благодарим и хвалим Тебя за это! Аминь.

1 Глава

Восьмая глава книги Левит и современность

Восьмая глава книги Левит описывает посвящение священников. В ней слышен странный антикварный звон прошлого. Все в этой главе настолько удалено от того, что сейчас считается современным, что сразу возникает искушение считать это всего лишь чем-то полностью погребенным в антиквариат, как нечто абсолютно недостойное нашего внимания. Но хочу заявить, что такое отношение к этой главе абсолютно неверно. Все то, о чем здесь говорится, наполнено духовной глубиной, совершенно уместной для нашего времени, причем даже более, чем для поколения, жившего в библейские времена.

Глава начинается с драгоценных слов: «И сказал Господь Моисею…» Вы заметите, что на протяжении всей данной главы встречается эта фраза: «И сказал Господь Моисею… И сказал Господь Моисею… И сказал Господь Моисею…», потому что здесь нет такого требования, нет такого постановления, которое возникло от вымысла человеческого. Человек никогда не додумался бы до всего этого! Вся эта глава подрывает человеческое мышление, она противоположна нашей плоти — это сознательная атака на человеческое здравомыслие, логику и приятный вкус. Она исходит из сердца Самого Бога и полностью противоположна всему человеческому, чем еще более драгоценна для нас.

«И сказал Господь Моисею, говоря: Возьми Аарона и сынов его с ним, и одежды и елей помазания, и тельцов для жертвы за грех и двух овнов, и корзину опресноков, и собери все общество ко входу к скинии собрания. И сказал Моисей обществу: вот что повелел Господь сделать. И привел Моисей Аарона и сыновей его, и омыл их водою; и возложил на него хитон, и опоясал его поясом, и надел на него верхнюю ризу, и возложил на него ефод, и опоясал его поясом ефода и прикрепил им ефод на нем. И возложил не него наперсник, и на наперсник положил урим и туммим, и возложил на голову его кидар, и на кидар с передней стороны его возложил полированную дощечку, диадиму святыни, как повелел Господь Моисею. И взял Моисей елей помазания, и помазал скинию и все, что в ней, и освятил это. И покропил им на жертвенник семь раз, и помазал жертвенник и все принадлежности его, и умывальницу и подножие ее, чтобы освятить их. И возлил елей помазания на голову Аарона, и помазал его, чтобы освятить его. И привел Моисей сынов Аароновых, и одел их в хитоны, и опоясал их поясом, и возложил на них кидары, как повелел Господь Моисею. И привел тельца для жертвы за грех, и Аарон и сыны его возложили руки свои на голову тельца за грех; и заколол его и взял крови, и перстом своим возложил на роги жертвенника со всех сторон и очистил жертвенник, а остальную кровь вылил к подножию жертвенника, и освятил его, чтобы сделать его чистым. И взял весь тук, который на внутренностях, и сальник на печени, и обе почки и тук их, и сжег Моисей на жертвеннике; а тельца и кожу его, и нечистоту сжег на огне вне стана, как повелел Господь Моисею. И привел овна для всесожжения, и возложил Аарон и все сыны его руки свои на голову овна; и заколол его Моисей и покропил кровию на жертвенник со всех сторон; и рассек овна на части, и сжег Моисей голову и части и тук; а внутренности и ноги вымыл водою, и сжег Моисей всего овна на жертвеннике: это всесожжение в приятное благоухание; это жертва Господу, как повелел Господь Моисею. И привел другого овна, овна посвящения, и возложили Аарон и сыны его руки свои на голову овна; и заколол его Моисей, и взял крови его, и возложил на край правого уха Ааронова и на большой палец правой руки его и на большой палец правой ноги его. И привел Моисей сынов Аароновых, и возложил крови на край правого уха их и на большой палец правой руки их и на большой палец правой ноги их, и покропил Моисей кровию на жертвенник со всех сторон. И взял тук и курдюк и весь тук, который на внутренностях, и сальник на печени, и обе почки и тук их и правое плечо; и из корзины с опресноками, которая перед Господом, взял один опреснок и один хлеб с елеем и одну лепешку, и возложил на тук и на правое плечо; и положил все это на руки Аарону и на руки сынам его, и принес это, потрясая пред лицем Господним; и взял это Моисей с рук их и сжег на жертвеннике со всесожжением; это жертва посвящения в приятное благоухание, это жертва Господу. И взял Моисей грудь и принес ее, потрясая пред лицем Господним; это была доля Моисеева от овна посвящения, как повелел Господь Моисею. И взял Моисей елея помазания и крови, которая на жертвеннике, и покропил Аарона и одежды его, и сынов его и одежды сынов его с ним; и так освятил Аарона и одежды его, и сынов его и одежды сынов его с ним. И сказал Моисей Аарону и сынам его: сварите мясо у входа скинии собрания, и там ешьте его с хлебом, который в корзине посвящения, как мне поведено и сказано: Аарон и сыны его должны есть его; а остатки мяса и хлеба сожгите на огне. Семь дней не отходите от дверей скинии собрания, пока не исполнятся дни посвящения вашего; ибо семь дней должно совершаться посвящение ваше. Как сегодня было сделано, так повелел Господь делать для освящения вас. У входа скинии собрания будьте день и ночь в продолжение семи дней, и будьте на страже у Господа, чтобы не умереть; ибо так мне поведено от Господа Бога. И исполнил Аарон и сыны его все, что повелел Господь через Моисея».

Я не так часто читаю эту главу полностью, но трудно пропустить в ней любой стих. И не кажется ли вам, что само чтение этой главы уже приводит к определенному утомлению? А что было бы, если бы вам пришлось быть ее действительным исполнителем: пройти через все эти кропотливые требования Бога — резать, окроплять, мазать кровью, непонятно зачем своевременно махать этим приношением потрясания, сидеть у дверей скинии собрания семь дней — все кажется абсолютно абсурдным и невероятно утомительным. А когда дело с кровью и кроплениями окончено, и эти запачканные люди сидят у входа скинии собрания, то взирающим на эту картину вряд ли придет в голову мысль, что быть священником — это хоть сколько-нибудь привлекательно.

Думаю, что многие из нас имеют очень смутное представление о том, что значит быть священником. Мы видим себя в таком несколько возвышенном образе, но говорю вам, что подлинным имиджем и образом священника является именно тот, который описан в данной главе. Священники — это люди настолько выложившиеся, настолько истощенные Божьими требованиями, настолько погруженные в кровь, жир и масло, что просто невозможно определить, где кончается жертва и где начинается священник. Неким образом они стали одним целым. И, действительно, они являются живой жертвой! И если от них все же и осталось что-либо после всех этих процедур и требований посвящения, Бог в Своей мудрости дал самое последнее повеление: они должны ждать семь дней у входа скинии собрания.

Многие из нас страстно хотят быть заметными, быть на виду, когда делают что-либо для Бога. И, если быть откровенными, во многом из того, что мы делаем и говорим, присутствует ужасная человеческая примесь. Даже в самых скромных свидетельствах явно виден пробивающийся наружу эгоизм, вплетенный в то, что мы предлагаем для Бога. Как много служений и свидетельств в этом поколении содержат в себе человеческое грязное пятно, зловоние, некий запах плоти, которая всячески препятствует, не дает пережить нам сошествие Божьего огня в виде славы.

2 Глава

Благословение или набожное пожелание?

Я прочел бы вам начало следующей главы книги Левит, начинается с восьмого дня — дня новых начинаний, когда вновь Бог требует совершить иную последовательность приношений. И эти люди, которые полностью исполнили требования Бога, ожидают меру в семь дней, ведь в восьмой день, день новых начинаний, Бог пообещал им: «Сегодня Господь явится вам. И сказал Моисей: вот что повелел Господь сделать — и явится вам слава Господня». И в конце этих восьми дней, когда была принесена последняя жертва, в 22-ом стихе 9-ой главы говорится:

«И поднял Аарон руки свои, обратившись к народу, и благословил его, и сошел, совершив жертву за грех, всесожжение и жертву мирную».

Посмотрите на эту картину: пророк и священник апостольского служения, соединенного со священническим призванием, вошли в скинию собрания, и выйдя оттуда, благословили народ. Могу предположить, что этот народ никогда не сможет получить истинное, подлинное, вечное благословение до тех пор, пока Моисей и Аарон не войдут в скинию собрания и не исполнят все требования Бога для освящения, для посвящения, заключающегося в многократном пролитии крови и бесчисленном приношении жертв!

Бесели Ишлинг в своей книге, из которой я собираюсь цитировать, говорит, что большинство наших благословений, которые мы изрекаем на людей, скорее являются набожным пожеланием, чем реальным осуществлением. Даже такая фраза, как «Будь благословен, брат!» — всего лишь доброжелательная скороговорка, а не слова, сказанные со властью, властью Божьего священника, единственного имеющего способность передать Божье благословение.

Я думаю, это происходит потому что мы избегаем крови и противимся жертвоприношениям и необходимым обрезаниям и разрезаниям. Но, говорю вам, во времена Моисея, когда священник поднимал свои руки над народом, на них сходило благословение! На них действительно сходило настоящее благословение. Я не говорю о каком-то подъеме эмоций — я говорю о небесном служении Духа, сходившего на израильтян. О служении, осуществляемом властью людей в священных одеждах, полностью посвященных Богу, которые могли призывать на людей Божественное благословение.

Мы не видим сегодня служения такого рода (за исключением редких случаев) в том постоянстве и в том объеме, в котором нуждается наше поколение. Ибо я хочу сказать вам, что противоположностью благословению является проклятье. И весь нынешний мир преображается не в славу, которая явилась ученикам Христа на горе преображения, а в нечто, содержащееся в самих глубинах преисподней, когда люди теряют Божье подобие и становятся настолько обезображенными, настолько уродливыми — живыми карикатурами, что иногда с большим трудом удается отличить один пол от другого.

3 Глава

Каков священник — таков и народ!

Мы живем в странный, деградированный век. Служение священника было утеряно, и это отсутствие начертано ужасом на всем нашем поколении. Ибо Бог сказал, что священник должен учить людей видеть разницу между святым и оскверненным, различать, где естественное, а где сверхъестественное. Ибо если не будет священников, если не будет умения различать, если люди не будут чувствовать, что является священным и святым — то каким же образом узнает обо всем этом безбожный мир, если это отсутствует даже среди Божьего народа, даже среди церкви. Когда большая часть наших религиозных действий является всего лишь эдаким развлечением, смешением правильным в техническом, теологическом смысле, но лишенным небесного благоухания, небесного аромата, лишенным ощущения священства таких людей, которые вышли из святилища, сначала окончив служение Богу, и только затем приступивших к служению людям.

Как много служений, выходящих вперед к микрофону, являются полными человеческого хвастовства, дерзости и неестественности, человеческого зловония, идущего совместно с этим служением. Создается ощущение, что те люди не пребывали в ожидании в святом месте, более того, они даже не имеют ни малейшего понятия о том, что такое место вообще существует — место, к которому их призвал Бог, чтобы там находиться в ожидании.

Мы крайне нуждаемся в восстановлении подлинного ощущения священства. Пророк, Священник и Царь — вот описание служения Иисуса Христа. И я думаю, что это чувство священства должно глубоко проникнуть в любое призвание, которое мы имеем, говоря в апостольском ракурсе, иначе нас будет сопровождать эта неестественность, противная, напыщенная человеческая примесь, вклинивающаяся во все, что мы говорим и делаем, лишающая нас славы Божьей.

Я удивлен, что мы довольны стольким малым. Я удивлен, что мы довольны всего лишь простыми хорошими собраниями и успешными кампаниями. Думаю, что одной из причин неудач а выражении себя через служение священника, является отсутствие у нас желания и стремления к славе Божьей. А я верю, что такое стремление должно предшествовать всему остальному. Ожидание того, что слава Божья может действительно сойти на нас, как огонь, и привести к тому, что люди будут падать навзничь на землю, с глубокими вздохами от покаяния и раскаяния, с руками, прижатыми к губам, с рыданием, смирением, каясь и сокрушаясь с сильными воплями. Так присутствие Божье сходит на Божий народ, совершающий свое священническое служение.

Бог собрал весь народ смотреть на это освящение священников. Знаете, почему? Потому что какие священники — такой и народ. Они не просто какие-то религиозные делки, равнодушно исполняющие свои религиозные обязанности, не просто деятели, которым дают зарплату в долларах из пожертвований церкви, когда прихожане церкви занимаются своим делом, а священник своим. Нет! Существует очень тесная связь между народом и священником — жизненное органическое звено. Поэтому какое духовное состояние священника — такое же и духовнее состояние всего народа.

Если вы захотите понаблюдать за, мягко говоря, печальной историей израильского народа, вам достаточно будет проследить только за историей израильского священства. Когда у израильских священников была ревность по Богу, когда они уважали Божье призвание, когда существовал отделенный для Бога класс людей, когда они благоговели перед Богом и с благоговением относились к исполнению своих обязанностей, то в результате этого весь Израиль находился в своем зените, в полном духовном расцвете. Но когда эти люди начали отворачиваться от Бога, когда они начали отходить от истины, когда их стала привлекать греческая культура, которая во времена древнегреческого мира буквально все сметала на своем пути, когда они начали давать своим детям греческие имена вместо еврейских, когда они были более очарованы борцовскими матчами, кулачными боями, чем должными Божьими жертвоприношениями — тогда Израиль попадал — в большие проблемы.

Я не знаю, встречались ли вы когда-нибудь в своей жизни с современными еврейскими раввинами. Я, бывало, брал с собой группы христиан, чтобы посещать с ними синагоги и храмы для иудейского поклонения по вечерам в пятницу, когда у евреев происходит служение «Шаббат» — суббота. После таких служений мы обычно задавали раввинам вопросы, и они отвечали на них. Как правило, я спрашивал: «Скажите, пожалуйста, где сейчас приносится жертвоприношение, согласно Писаниям Ветхого Завета?» Раввины обычно начинали смеяться, ухмыляться или попадали в затруднительное положение а, посмеявшись, они вдруг становились серьезными и отвечали: «Понимаете, жертвоприношение — это была примитивная, первобытная форма иудаизма. Теперь мы достигли более высокого уровня, перешли к высшим и более совершенным формам иудейской религии и поэтому мы прекратили применять эту кровавую практику».

Знаете, что я думаю? Не только евреи перешли к «более высоким» формам иудаизма, на даже церковь, даже Израиль Божий!!! Даже церковь сейчас отказывается от жертвоприношений и чувствует себя неловко при этих обрезаниях, разрезаниях, кровотечениях и всех этих сопутствующих жертвоприношению процедурах. А ведь все это является неотъемлемой частью истинного священнического служения.

4 Глава

Почему священник не должен потеть:?

Кто из вас хотел бы быть омытым водою слова Божьего прямо перед людьми? Пережить унижение перед другими, будучи обнаженным до того момента как на ваше тело оденут первую часть священнического одеяния, а затем вы облечетесь в одно одеяние за другим, в согласии с Божьим предписанным порядком: без шерсти, потому что Божий священник не должен потеть.

Я думаю, это одна из самых великих иронии современности, что по воскресеньям выделяется намного большее количество пота, чем в любой другой день недели. Больше, чем мы когда-либо встречали в истории, волнения и озабоченности, больше тревоги и нервов, больше человеческой плотской производительности, успешной человеческой религии. Но дело в том, что Тот Бог, Который сказал: «На Моем священнике не должно быть шерсти», остается Богом и сегодня. Хочу сказать вам, что в священничестве видна суть таких людей, которые настолько не принадлежат себе, настолько утомлены всеми этими жертвоприношениями, настолько погружены в кровь и масло от локтей своих рук до пальцев своих ног, что от них самих просто больше ничего не остается — ничего такого, что способно по-человечьи совершать какое-либо священнодействие. И именно это и является сердцевиной и самой сутью всей этой тайны истинного священства. Ибо истинное священство совершается в силе жизни непреходящей, в силе Святого Духа, в силе жизни воскрешенного Христа, а не в силе человеческих стремлений, попыток и стараний. Не в выставлении напоказ себя и своей плоти, согласно придуманному нами образу священства. Эти люди настолько опустошенные, настолько утомленные: они буквально лежат навзничь перед своим Богом, они настолько сокрушены, настолько отстранены от себя, настолько истощены, настолько осознают святость того, что перед ними, что даже не смеют и мечтать начать что-либо своими собственными человеческими силами и усилиями. Для них это было бы полным противоречием самому понятию «священник».

5 Глава

Одежды, определенные Богом

Облачение, эти искусно сделанные одеяния, прикрепляются к священнику искусно сплетенным шнуром. Это не просто: «Раз, два — и снял! Раз, два — и одел!» Не так, как в американских фильмах, когда человек вбегает в телефонную будку и через секунду выбегает оттуда суперменом. Вы не можете использовать это облачение за кафедрой, а затем выбрасывать дома за ненадобностью. Это нечто, прикрепленное к священнику искусно сплетенным шнуром, который восходит к самим небесам. Это не что-то такое, что человек сам предопределил и выбрал для себя, чтобы исполнять. Это не такое призвание, которое человек сам выбрал для себя, потому что оно, видите ли, показалось ему увлекательным и привлекающим. Господь повелел Моисею: «Возьми Аарона и его сыновей… «

Из этого места Писания видно, что всех этих посвященных людей было ровно пять, и это прекрасный прототип, и прообраз апостольского служения, состоящего из пяти видов — апостолы, пророки, учителя, евангелисты и пасторы. Но Бог все эти пять служений определил как одно. Он считал его священническим служеяием. Именно этого ощущения так сильно не хватает в нашем современном апостольском понимании; Многие из нас выходят вперед для служения пред людьми еще до того, как они совершат служение перед Богом. Выходят служить в своих личных одеждах. Понимаете, о чем я говорю? Многие из нас выходят в запятнанных одеждах, в одеждах, запятнанных потом. Выходят без осознания необходимости очищения водою слова Божьего, смывающей все то, что смердит и отдает зловонием, для того чтобы затем облечься в священнические одеяния, которые ни что иное, как наш Первосвященник, Господь.

Нам следует приходить перед лице Божье, погружаясь в Его присутствие, и только затем выходить для служения людям. Это вы можете увидеть в Библии. В книге Иезекииля, 44-ой главе, мы читаем; как Бог судился со священниками и левитами. Он не мог отвергнуть это священство, потому что дары и призвание Божьи непреложны, но позволил им служить только у ворот храма и не дальше. Им было позволено 16 служить только во внешнем дворе перед людьми, где они могли только разрезать животных. И только одна единственная семья из всего колена левитов, семья Садока (кстати, слово САДОК означает праведность), только его семья получила разрешение приходить перед лице Бога и служить Ему в святом месте внутри храма. И именно такого рода служения нам так не хватает сейчас. Ныне мы наблюдаем больше человеческих ощущений, больше человекоугодия, желания угодить, удовлетворить человеческие ожидания, чем ощущения тех людей, которые в ожидании перед Богом. Как мало таких людей, которые отворачиваются от своих собственных человеческих намерений. Ибо только на святом месте Бог может вдохнуть в человека ту тему, которую затем священники должны вдохнуть в народ.

6 Глава

Будете гонимы!

Как бы это ни было странно, но знаете, что зачастую становится результатом такого посвящения Богу? Поношение от людей. Однажды я проповедовал на Западном побережье США в одном известном харизматическом центре. Честно говоря, я и сам не знаю, как туда попал. Я не собирался и не планировал туда ехать, но верю. что Господь Сам устроил так, чтобы я там оказался. Там все настолько отличалось от того, к чему мы привыкли: это был огромный, головокружительный харизматический центр.

Итак, я готовился в тот вечер к проповеди. Я начал молиться, и в святом месте во время молитвы Господь сказал мне:

«Малая закваска квасит все тесто».

На основании всего лишь этого маленького откровения от Господа я вышел тогда вперед в том огромном собрании верующих и стал проповедовать, имея от Господа лишь это маленькое «интуитивное откровение. Я сказал людям, что сегодня будет не проповедь, а событие, что и произошло в действительности, как мы увидим позже. Ибо во время моей проповеди я был прерван одним из служителей этой церкви, сказавшим мне: «Не убивай овец, а проповедуй евангелие!» Я посмотрел на него с удивлением, ведь, что касалось меня, я проповедовал Слово Божье. Поэтому я продолжал проповедовать, пока не закончил свою проповедь. Помню, когда я говорил, где-то посредине моей проповеди (хотя я и не планировал это говорить), я вдруг услышал слова, которые исходили из меня. Вот что я говорил тогда:

«В жизни каждого служителя и каждого служения наступает момент истины. И если вы не отнесетесь к этому моменту так, как должно, и не поступите так, как подобает поступать с истиной, если вы не разберетесь с этой истиной, если вы закроете на это свои глаза, то именно с этого момента в ваше тесто вводится закваска».

Как мало я знал о том, насколько уязвляющими и насколько точными, пронизывающими оказались мои слова для того собрания, той общины, в которой я проповедовал тем вечером. Это настолько их обидело, что по окончании моей проповеди пастор подошел к микрофону и сказал: «Давайте помолимся за нашего несчастного брата. Я всегда глубоко ценил брата Каца и его служение, но… очевидно, в нем происходит какая-то внутренняя борьба, которую он и изливает в сегодняшней вечерней проповеди. Так что давайте помолимся за этого дорогого человека». И один из его религиозных делков, один из его помощников, подошел ко мне, возложил на меня свою руку в эдакой снисходительной манере и начал за меня молиться. И затем все присоединились к этой молитве. И в то время, когда это происходило, один из слушателей встал, пересек всю аудиторию и подошел прямо ко мне. Он сказал: «Брат Артур, я полностью отрекаюсь и отказываюсь от всего, что происходит здесь в данный момент. Я хочу, чтобы вы знали, что я слышал вашу проповедь и свидетельствую, что каждое слово, которое вышло сегодня из ваших уст, было от Бога. Вот вам мой адрес, мои координаты, мое имя. Прошу вас, приезжайте и служите в моей стране, в Претории, в Южной Африке». После этого сам пастор и все его служители отвели меня в свой церковный офис и стали разбирать по косточкам. А я пытался определить, какой недостаток они нашли во мне, что было не так? Может быть, в тот вечер я проповедовал не по Писанию? Нет! Может быть, я говорил, как еретик, что-то противоречащее христианскому учению и доктрине? Тоже нет. Тогда я спросил их, в чем же дело и в чем они не согласны с моей вечерней проповедью. И мне объяснили: «Понимаешь, Арт, сегодня твоя проповедь была слишком серьезной для такой аудитории. Здесь же молодая община, молодые люди, и они вряд ли поймут те слова, которые ты говорил сегодня. Более того, твои слова могли очень легко их обидеть». И тогда я сказал им: «Но позвольте, что же вы тогда посоветуете мне делать? Вы что, хотите, чтобы я смотрел своими естественными глазами, своим естественным взглядом и по плоти определял и учитывал состояние аудитории передо мной, а затем вычислял, о чем мне говорить, а о чем нет на основании того, что видят мои человеческие, плотские органы чувств? Вы этого хотите?» После этого я сказал пастору: «Я хочу, чтобы вы знали, брат, что сегодня вечером, когда я молился Господу в святом месте, Бог, Который является моим Господом и перед Которым я стою, сказал мне: «Малая закваска квасит все тесто».

И мне ничего не оставалось, как только говорить те слова, которые Сам Господь вложил в мои уста, несмотря на то, что они оскорбили и обидели вас».

Запомните, служение священника очень часто будет оскорбительным для многих людей. Очень часто люди будут искаженно воспринимать священническое служение. Священническое служение очень часто будет кровавым. В нем будет много обрезания, много резания, много крови, много боли, много страдания. Количество крови будет таким большим, что вы не только сами будете покрыты кровью, но также будете обрызгивать ею и окружающих вас во время вашего служения. Но, говорю вам, что если вы будете послушны всему тому, что Бог требует от вас в процессе всех этих процедур, то в конце вы увидите, как на вас сойдет мера Божьей славы.

Когда священник, выйдя из святого места, поднимает свои руки над народом, то слава Божья сходит на людей как огонь, что и было в служении Аарона. Облекитесь в Божье одеяние и снимите с себя свою собственную смердящую, запятнанную одежду, от которой исходит зловоние духа мира сего. Оденьте на себя эти священные Божьи облачения! Оденьте этот нагрудник, пусть он будет прикреплен к Богу, Который призвал вас. Оденьте на голову эту священную диадиму. Тогда с каждым вашим шагом вы будете ощущать вес этой золотой таблички, на которой начертано: «Святыня Господня». О, если бы каждый из нас мог носить эту табличку! О, если бы мы, постоянно находясь в сфере Божьего Духа, всегда чувствовали на своем челе вес этой святыни. С каждым шагом мы бы ощущали: «Святыня Господня! Святыня Господня! Святыня Господня!».

Если бы так было, тогда насколько меньше появлялось бы этого порывистого, поспешного служения, на много меньше плоти в том, что мы говорим и делаем. Намного меньше было бы тогда душевности, намного меньше лилось бы тогда пустых человеческих слез. И больше было бы того, что пришло с Самих Небес. Ибо Бог не будет насильно навязывать нам те вещи, которые являются небесными и совершенными, до тех пор, пока мы довольствуемся чем-то меньшим. Думаю, тогда у нас было бы больше расположенности к тишине, к ожиданию Бога. Меньше было бы стремления выбегать к месту, с которого можно говорить к людям. Но мы больше ожидали бы того, чтобы Дух Божий развернул и открыл нам разум Божий и славу всех Его целей и намерений в каждой конкретной ситуации. Давайте ощутим тяжесть и вес этой золотой диадимы, святыни для Господа.

7 Глава

Помазание не изливается на плоть.

Затем мы читаем о том, как были помазаны елеем скиния, все ее принадлежности и предметы для служения — в общем, все то, что само по себе мертво и не может говорить. И знаете, я всегда изумляюсь: если Бог постоянно требует, чтобы этим драгоценным елеем помазания были помазаны медь и деревянные предметы, то что же тогда говорить о нас, о людях, о плоти и крови, о нас, которые сотворены по самому образу и подобию Божию, которые призваны для того, чтобы служить Богу! Как мы смеем стоять перед людьми самонадеянно, не будучи помазаны на это священным, Божьим драгоценным елеем. В книге Исход говорится, что на человеческую плоть священный елей не должен изливаться. И слава Господу за то, что от подбородка до подошвы ног человеческая плоть была покрыта праведностью Божьего виссона, Божьего одеяния. И единственное место, куда могло попадать это священное помазание, этот Божий священный елей, это была голова Аарона, откуда елей стекал на его бороду и дальше на края риз. Это было единственное место на человеке, куда можно было изливать этот священный елей, т.к. на человеческую плоть его нельзя было изливать, как сказал Господь. И знаете, что является одной из самых печальных и грустных сторон во всей нашей современной харизматической культуре? Это то, что мы все больше и больше ставим ударение на нашем звуковом оборудовании и на других технических человеческих ухищрениях, используемых как замена святого Божественного помазания, которое все больше и больше исчезает из наших служений. Оно — святое, и на человеческую плоть не должно изливаться. Но когда у Бога есть Его люди, которые находятся в нужном для Него месте, в нужное для Него время и осуществляют Божье служение, на которое призваны лично Богом и привязаны к Нему этим небесным шнуром, творя при этом Божьи дела, а не свои — то можете не сомневаться, что Божье святое помазание обязательно будет на таких людях, на таких служителях. «И он излил Божий елей на сынов Аарона и он привел вола для приношения и они возложили на него руки и Моисей убил его».

8 Глава

Нет посвящения без смерти

Заметьте, что в служении священника присутствует так много смерти, так много пролития крови. Одно животное за другим. Но та же самая кровь смерти является той же кровью, которая затем все окропляет. Нет посвящения без смерти. Нет жизни, как только через кровь, которая исходит от жертвы и окропляет Божьих служителей. Одно и то же свидетельство вновь и вновь повторяется в Писании: что Божье священное служение, служение священника не должно исходить от человеческой плоти. Священническое служение не должно быть продуктом человеческой ревности. Оно не должно быть выражением душевности или человеческой доброжелательности делать что-либо для Бога. Священническое служение, касающееся времени и вечности, исходит только из жертвы, закланной на смерть. Только из окропляющей крови жертвы, из жизни воскресения,

Священство по чину Мелхиседека осуществляется в силе вечной непреходящей жизни. У священства по чину Мелхиседека нет ни начала, ни происхождения, ни конца дней, нет ни отца, ни матери. Священник Мелхиседек жил в силе жизни вечной, неразрушимой, непрестающей жизни (Евр. 7:16). И только такой вид священства .должен совершаться в наши дни. Сейчас можно даже измерить отсутствие подлинного священства в наши дни, можно определить через отсутствие познания Жизни воскресения, ибо эти две вещи очень тесно и неразрывно связаны между собой и накрепко органически соединены.

Священничеству не учатся — его наследуют, получают по наследству точно так, как и сыновья Аарона. Знаете ли вы, что существовала только одна священническая одежда, передававшаяся от Аарона-первосвященника дальше, его преемникам. И каждый, кто становился первосвященником, должен был дорасти до этой одежды. Ее не подшивали по размеру того или иного человека — она всегда оставалась неизменной. То же самое касается и нашего времени: есть только одна священная одежда, до которой мы все должны дорасти, дорасти до точных пропорций священника Мелхиседека, до священничества, осуществляемого силой вечной Божьей непрестающей жизни, сходящей с небес. И служить как-то по-другому, а не под действием вечной Божьей жизни — это значит, служить в абсолютном противоречии с истинным священническим служением. Каждый из нас, кто имеет чувствительное ухо, знает разницу между одним и другим. Мы слышали хорошие проповеди, мы слушали хорошее учение, мы видели разные служения и слышали разные проповеди и хорошие свидетельства; но есть разница между просто хорошим и тем, что имеет силу и жизнь, исходящую из смерти: Вот почему Бог призывает священников становиться в проломе стены, которая может вот-вот обрушиться, которая не была скреплена известью, а всего лишь подбелена белой краской, и не более. Да, это кажется правильным, это кажется белым, звучит как истина: да, это не противоречит известным христианским учениям, это технически правильно — но все равно эта стена обрушится, потому что только известь может скрепить ее и сохранить от падения и разрушения, т.к. только известь имеет необходимый органический состав. К сожалению, я не так уж разбираюсь в извести, но, знаете, что в нее входит? Разложившиеся остатки органических накоплений, умерших тысячи лет назад. Поймите, без смерти не будет стены, которая сможет устоять — она будет всего лишь подбеленная. Без смерти, без окропления кровью не бывает истинного священнического служения. Будет всего лишь правильное служение, но без Божьего аромата и благоухания, без Божьего огня, который сходит с неба и заставляет людей падать своими лицами на землю.

9 Глава

Что мы кладем на алтарь перед Богом?

Итак, «Моисей вылил кровь к подножию жертвенника и освятил его, взял весь тук, который на внутренностях, и сальник на печени, и обе почки и тук их и сжег Моисей на жертвеннике (16 стих). А тельца, и кожу его, и мясо его, и нечистоту его сжег на огне вне стана, как повелел Господь Моисею».

Вы знаете, что я думаю? Что мы все перепутали, сделали все наоборот. Мы сжигаем перед Богом и считаем самой лучшей жертвой для Него то, что мы больше всего ценим сами. Вот что мы обычно сжигаем для Него: плоть, кожу и мясо. А то, что нам кажется абсолютно ненужным и неценным, то есть: внутренности, кишки и т.п., — то мы хотим вынести прочь за стан и там уничтожить. Смею сказать вам, что Божий путь — это не человеческий путь! Можно ли мне сказать вам, что то, что неприятно и ненужно нам, имеет огромную ценность в глазах Божьих и является для Него приятным благоуханием. Бог вовсе не заинтересован в нашей внешней шкуре, в нашей плоти, в нашем мясе. Он повелел Моисею вынести все это за стан вместе с нечистотой. Видите? Он все это приравнял к нечистоте — нашу плоть и нашу шкуру. Но то, что спрятано внутри нас, находящееся во внутреннем человеке, то, что подверглось глубокой Божьей обработке в Святом Святых — именно оно является благоприятным благоуханием для Господа. И сколько есть священников, которые положили все это на жертвенник и дали Богу возможность провести там работу, сколько тех, которые ожидали Бога и с радостью приняли Божью операцию в своих внутренностях в святом месте, в результате чего они могут принести Богу это благоухание приятное, эту жертву, это всесожжение, поглощенное Божьим огнем. Обращаю ваше внимание на то, что именно огонь совершает эту работу. Но у многих из нас нет ни внутренностей, ни огня. И все, что мы кладем на жертвенник перед Богом, это нашу нечистоту, нашу плоть, наше мясо, нашу шкуру, все наши внешние вещи и достоинства, которые вовсе не являются для Бога благоуханием приятным. На них Бог никогда не пошлет с небес Божественный огонь как знак Своей славы.

Священник — это тот человек, который пережил Божье действие в своей внутренности, который пережил Божью работу внутри себя. Бог совершает ее в святом, внутреннем месте, причем так, что этот священник не может объяснить это другим людям. Если он расскажет другим людям обо всех методах, которыми Бог проводит Свою работу внутри него, то им может покажется это все позорным, неприятным, так что они станут поносить такого священника. Вы не можете объяснить другим то. что пережили сами. Вы можете только молча страдать и переносить унижение из-за всего того, что Бог совершил внутри вас, в тишине и покое, в том месте, которое Сам Бог избрал лично для вас, если только вы позволяете Богу привести вас в такое место.

10 Глава

Посвященное ухо

Знаете, что является характерной особенностью нашего поколения? Это то, что у нас очень мало жажды и расположенности к тишине. Мы поколение, выросшее с транзисторами, приклеенными к нашим ушам. Наши дети являются продуктом 25 такого поколения, которое не может даже совершать домашнюю работу, если рядом не будет включен радиоприемник или магнитофон. Тишина так страшит нас! Верующие люди недостаточно времени проводят в тишине, в ожидании Бога, в потаенном, месте, где они могли бы положить себя на Божий жертвенник во всесожжение Богу Его огнем.

А что же мы можем сказать обо всех этих странных инструкциях? О кроплении кровью правого уха, большого пальца правой руки и большого пальца правой ноги?

Знаете, я наслаждался, когда однажды слушал дискуссию об Аврааме. И хотя слово «священник» никогда не применялось к Аврааму, но без всяких сомнений Авраам был подлинным священником Божьим. Еще задолго до того, как Богом были предписаны все эти инструкции посвящения в священство, было очевидно, говоря духовно, что кровь посвящения явно присутствовала на ухе Авраама. Представьте: проснуться рано утром с готовностью совершить такое повеление от Бога, которое бросает вызов любому человеческому пониманию.

«Авраам, возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака, и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой я скажу тебе». После этого Авраам встал рано утром и приготовился в путь.

У Бога был человек с ухом, к которому прикоснулась кровь посвящения. Обладает ли Бог вашим правым ухом? И какая часть из того, что вы делаете, говорите или кем вы являетесь, является результатом послушания людям? Сколько вы совершаете того, что является ожиданиями людей, того, что вам нашептывают люди? Как часто вы пляшете под дудку этого мира и ходите согласно его ритма, его такта? Действительно ли Бог обладает вашим правым ухом?

Послушны ли вы, когда Он призывает вас совершить то, что противоречит вашим знаниям и понятиям, подобно случаю с Авраамом?

Автор книги Левит говорит, что центром управления всех областей нашей жизни является ухо. Не обязательно ухо как внешний слуховой орган, но тот орган, с помощью которого мы прислушиваемся к различным советам. И эти советы могут приходить к нам из нашего собственного темперамента, от нашего собственного ума, от наших естественных наклонностей, от глубоко укорененных амбиций, от тщеславия и гордости. Поддаться и внимать всему этому — значит позволить нашей жизни быть руководимой нашими собственными человеческими интересами. И самым величайшим парадоксом и дилеммой нашего современного христианства являются люди, у которых есть благие намерения совершать что-то для Бога и для самих себя в одно и то же время. Каким-то образом такие люди хотят соединить, породнить и скрепить воедино эти два совершенно разных понятия. Но запомните: этого никогда, никогда не удастся сделать!

Что касается говорения и слышания, то правая рука и правое ухо являются положением и местом власти. Обладает ли Бог вашим ухом? Может ли Он остановить вас на середине вашего пути, вашего курса, когда у вас есть намерение делать то или иное, и через тихий нежный голос, через Свой шепот или интуитивное откровение, придать вашему курсу совершенно другое направление? И, более этого, будете ли вы послушны тому, что слышите от Бога? Ибо какой смысл слышать от Него и не исполнять, когда от вас потребуется принести в жертву на горе вашего личного Исаака? Или лишиться чего-нибудь и пережить посрамление, унижение или нечто такое, чего вы никому не сможете объяснить? Обладает ли Бог вашим правым ухом? Являетесь ли вы освященными и посвященными Ему? Весь секрет заключается в том, чтобы ваше ухо было живо только для Него и мертво для всего остального, для всех других предложений, не исходящих лично от Самого Господа.

Я знаю, что все мы, живущие в этом последнем поколении, будем призваны к такому необычайному поведению и послушанию, что не только этот мир будет не понимать нас, но даже наши христианские коллеги, наши собратья по вере будут находиться в замешательстве, чувствуя себя оскорбленными. Обладает ли Бог вашим ухом? Есть ли на нем кровь посвящения? Если вы услышите от Господа что-либо, будете ли вы послушны этому?

11 Глава

Посвященная рука

Кровью был также окроплен большой палец правой руки, что является картиной священнического служения Богу. Но знаете ли вы, что огромная часть священнического служения является монотонной, без эмоций, совсем неинтересной, однообразной и скучной, не доставляющей абсолютно никакого удовольствия нашей плоти, не давая ей никаких комплиментов? Несмотря на все это, будете ли вы совершать это служение? Будете ли вы послушно исполнять все то, что Бог потребует от вас в дальнейшем? Даже если Божьи требования будут противоречить вашему собственному характеру и темпераменту, будете ли вы все равно послушны Господу? Будете ли вы послушны Богу, если Он станет призывать вас к Божественной строгости и суровости?

Ваш темперамент обычно подстраивается под людей, чтобы красиво выглядеть перед ними. Вы всегда склонны надеяться на то, что в итоге всё будет хорошо и приятно, вы не хотите, чтобы вас неправильно поняли, чтобы на вас смотрели, как на какого-то строгого и особо бюрократичного религиозника, или, как на бесчувственного, не любящего человека. Но, знайте, если вы во всем будете послушны Богу, то именно так на вас и будут смотреть окружающие. Именно за такого человека вас все и будут принимать. И, все же, будете ли вы послушны Богу, несмотря на все это? Будете ли вы совершать то, что Он от вас потребует? Станете ли вы инструментом Его Божественной строгости, также как и инструментом Его Божественной благодати? Помазан ли кровью большой палец вашей правой руки, также, как и ваше правое ухо? Будете ли вы беспощадны, если Бог призовет вас к беспощадности? Будете ли вы инструментом Божьего суда, если Бог призовет вас произвести Его Божий суд? До тех пор, пока Бог не будет целиком обладать нами и нашими поступками, до тех пор у Него не будет настоящего истинного священника.

12 Глава

Посвященная нога

Кровь на большом пальце правой ноги означает, что Господь должен направлять нашу жизнь и что мы должны руководствоваться исключительно Господними интересами и никакими другими, что нам не всегда будет позволительно идти куда угодно. Кстати, идти иногда намного легче, чем стоять. Но кто из вас задумывался над этим? Как часто мы предпочитаем уходить от нависших над нами давлений и от неприятных для нас ситуаций, в которые мы попадаем. Но такой «уход» дает нам только психологическое облегчение и избежание трудностей, до тех пор, пока вы не будете готовы стоять в тех нелегких, трудных, полных Божьих требований ситуациях, которые предназначены вам Самим Богом, до тех пор крови посвящения не будет на большом пальце вашей правой ноги. Наше хождение, как и наше стояние, должно быть мертвым для всех, кроме Господа. Наша жизнь должна быть излита перед Ним, дабы она могла достичь другого уровня. У священника нет своей собственной жизни, жизни для самого себя. У него нет своего собственного наследия для самого себя. У него нет своих собственных владений и имущества. В мире этом нет ничего такого, что священник мог бы приобретать для самого себя. Священник не уходит на пенсию с роскошью и «люксом». Бог — его наследие. Господь Бог является всем его имуществом. Священник бескорыстен, отделен от всего. Он является странным для всех. Он живет совершенно в другом такте и совершенно под другой ритм. Он Божий. У него кровь на ухе, на большом пальце правой руки и на большом пальце правой ноги. Он посвящен Господу. И кроме этого он ничего не хочет.

Когда мы стремимся делать свои собственные дела, стремимся к своим собственным целям, к своей собственной славе — это значит, что нам надлежит еще только прийти к священническому месту. Иисус Христос является прекрасным примером и иллюстрацией Того, Кто служил всецело только Своему Отцу. Иисус Христос был живым только для интересов Своего Бога-Отца. Он никогда не помышлял о Своих Собственных интересах. Если мы Господни, то должны руководствоваться и управляться только Господними интересами, отбросив всякие побуждения и предложения искать своего. Единственное, что нас должно интересовать, это что наш Отец думает о том, или о другом вопросе?

Недавно я разговаривал со своим другом. Он еврей, верующий в Иисуса. Живет он на Аляске, но его послали на восточное побережье США, чтобы он там «пас» небольшую христианскую общину. И мой друг начал перечислять мне все причины, по которым он собрался туда ехать. Во-первых, что там живут его родители (всего лишь в нескольких милях от его будущей церкви), кроме этого, он сможет навещать их и свидетельствовать там своим друзьям, которым он никогда еще не свидетельствовал. Он сказал мне, что его поездка будет способствовать тому и тому, и этой цели и той. Он изложил мне больше десятка прекрасных, похвальных человеческих причин в пользу этой поездки. Но ни в одной из этих причин не было ни намека, ни ссылки на то, что Сам Бог посылает его туда.

Сколько из нас основывают свои решения на основании своей человеческой логики и думают, что этим они будут служить Богу.

Мы думаем, что если мы отправимся туда-то и сделаем то или иное, то это послужит Божьим интересам, в то время как Господь Бог не сказал нам об этом ни единого слова. Сколько наших дел мы совершаем без Божьего повеления! И сколько из того, что Бог велит нам делать, мы совершаем до назначенного Им времени!

О, если бы мы пришли к священническому месту и были покрыты кровью посвящения, ибо там нет жизни для самих себя, там невозможно определить, где кончается жертва и где начинается священник. И жертва и священник стали одним целым. У священника нет жизни для себя и даже если у него есть что-то свое, то оно полностью уничтожается и сгорает за эти семь дней ожидания у дверей скинии собрания. А вы ждали эти семь дней? Вы находились в таком ожидании? Неужели мы думаем, что создавая свои школы ученичества и проводя людей через учебные курсы в три месяца, мы делаем этих людей способными изменить весь мир? А где же ожидание? Где же возможность умереть нашим человеческим стремлениям и нетерпеливости, которые так глубоко сидят в нашем человеческом естестве, за эти последние семь дней ожидания у дверей скинии собрания?

До тех пор, пока не совершится полностью смерть такого рода, у Бога еще нет священника, чьи руки, покрытые кровью, могут призвать Божье благословение, чтобы оно сошло с небес в виде славы и огня.

13 Глава

Священство по чину Мельхиседека

Я хочу сказать вам, что мы очень много теряем из-за того, что невнимательно относимся к Священным Писаниям Ветхого Завета. Мы очень многое теряем из-за своего слепого, неразумного пренебрежения тем, что мы считаем устаревшими, ненужными подробностями Ааронова посвящения и священничества. Замечу, что священничество по чину Мелхиседека имеет требования ни чем не меньшие, и даже большие Ааронова служения. Давайте посмотрим на послание к Евреям, где описывается священство по чину Мелхиседека. Мелхиседек, царь правды, царь праведности и царь мира. В расширенном переводе Библии (Amplified Bible), в 7-ой главе говорится, что он был без сведений об отце, матери и его предках. Без родословной линии, без начала дней и без окончания жизни. Мы не приходим к такому священству посредством Ааронова священства, или через принадлежность к левитскому колену, или потому, что ваша фамилия Кац. Мы входим в это священство только потому, что мы входим в Сына Божия, Который является царем праведности и царем мира. Который является Божьим первосвященником. В какой мере вы находитесь в Иисусе Христе, в такой же мере вы находитесь в священстве по чину Мелхиседека. Не больше и не меньше. Естественные наши факторы здесь абсолютно ни при чем, также как и наши естественные желания и решения. Здесь все говорит об уподоблении Сыну Божьему. Тот, кто уподобляется Сыну Божьему, пребывает священником навсегда. Это не быстрое облачение и раздевание, это не «вбегание в телефонную будку», это не удобства в перемене одежд. Это вечное, без изменений, без прекращений и остановки священство, которое написано в вашей жизни. Вы являетесь его неотъемлемой частью, вы с ним одно, войдя в Его первосвященство навсегда. И, знаете, что это значит? Это значит, что все в нашей жизни должно быть освящено. Это касается даже самых обычных и обыденных аспектов нашей повседневной жизни. Все это должно быть освящено для Бога. Самые обычные повседневные вещи становятся святыми, становятся святынями Господними. И мы не смеем приблизиться к нашей спальне и к нашей кухне как к чему-то обычному. Даже обычные наши разговоры перестают быть простыми беседами и болтовней. Все становится освященным и посвященным, имея на себе вечный вес славы. Ощущение облака славы должно следовать совместно с жизнью тех людей, которые пребывают внутри Этого Царя Праведности.

16-й стих этой главы говорит о том, что это священство является таким не по закону заповеди плотской и не на основании внешней человеческой соответственности и приемлемости, но на силе жизни непрестающей. Я хочу сказать вам, что если одно только чтение о священстве по чину Аарона так сильно утомляет нас, то что можно тогда сказать о священстве по чину Мелхиседека? Его никак невозможно совершать на основании человеческой ревности и благих намерений, но только на основании силы жизни непрестающей и вечной. Это ли является источником вашего бремени за этот умирающий мир? Это ли является источником вашей озабоченности об Израиле, или об индейцах, или об индусах, или обо всех нуждающихся в этом мире? Вы знаете, гораздо лучше иметь дело с людьми, которые абсолютно безразличны, бесчувственны и не несут вообще никаких бремен, но ожидающих, пока к ним придет бремя, нисходящее от вечной, непрекращающейся жизни Божьей. Это вовсе не те бремена, которые люди сами себе придумывают, делая их такими, чтобы они казались приличными, достойными, благими. «О, этот умирающий мир!» Знаете, такое бремя лопается, как мыльный пузырь, при первом признаке давления, при первом вызове, при первой нужде жертвовать нашими эгоистическими, человеческими, личными интересами. Но настоящее священническое бремя, которое входит в наши сердца в результате проявления этой вечной, непрестающей Божьей жизни, остается твердым и непоколебимым, на него ни в коей мере не повлияет дефицит или нехватка бензина. Такое бремя не скажет: «Нефть — да, а Израиль — нет!» Оно скажет: «Израиль — да, даже без нефти, без отопления, без комфорта, без роскошной машины!» Потому что такое бремя приходит от вечной, непрестающей Божественной жизни, которая является жизнью воскресения Царя Праведности, Царя Мира. Она является свидетельством, ибо Он свидетельствовал, что Ты священник вовек по чину Мелхиседека. А сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее. А посему, как сказано, Он и может всегда спасать (в английской Библии говорится: полностью спасать, совершенно спасать, спасать до самого дна, без остатка, до конца, навечно) приходящих через Него к Богу. О, побольше бы нам спасения такого рода! Полного, совершенного спасения. И поменьше бы этого поверхностного, хрупкого спасения, такого, о котором мы слышим в отчетах, что десятки, сотни тысяч были спасены, но никто из них не обратился ко Христу. Такие люди всю жизнь борются, чтобы идти за Богом. Происходит такая борьба, что у них даже зубы скрипят и пот течет ручьями. Они хотят сделать то-то, побывать там-то, ухватиться за это, остаться тут и одновременно приобрести себе обитель на небесах. Нет сомнений, что такие люди никогда не были спасены Священником по чину Мелхиседека, потому что всякий, кто приходит к Богу через Него, спасается полностью, совершенно, без остатка. И мы нуждаемся побольше именно в таком спасении и поменьше в «Четырех духовных законах». Мы нуждаемся в таком спасении, которое не является таким дешевым, таким привлекательным для наших человеческих и эгоистических интересов. Нам нужно поменьше такого спасения, когда говорится: «Примите Иисуса, и за это вы получите такие-то преимущества и выгоды». Если бы священник услышал такую формулировку, он широко открыл бы рот от удивления и разорвал бы свои одежды! Нельзя предлагать людям принять спасение взамен удовлетворения их грязных, нечистых, эгоистических, эгоцентричных интересов. Это не спасение, потому что, если вы не спасены от своего «я», вы не являетесь спасенным. Быть спасенным от своего «я» — это значит быть полностью спасенным. О, побольше бы таких священников, которые будут спасать людей на основании силы вечной непрекращающейся жизни, а не на основании душевных человеческих призывов, слез и сентиментов, т.е. всего того, что является привлекательным для человеческой плоти, для человеческого «я». О, люди, снимите с себя эти запятнанные плотью одежды и облекитесь в праведность Божью, войдите в Божье священство, которое должно быть связано с апостольским призванием.

14 Глава

Ожидание Бога

Дальше говорится: «Поставил Сына, навеки совершенного». И затем 8-ая глава начинается со слов: «Главное же в том, о чем говорим, есть то, что мы имеем такого Первосвященника, который воссел одесную престола величия на небесах». Священническое и небесное призвания неотделимы друг от друга. В скинии собрания было место под названием «Святое Святых», которое служило прообразом и иллюстрацией того места, в которое был приглашен священник по чину Мелхиседека на основании вечной, непрекращающейся жизни. Он вошел в самое небо, к Божьему престолу. А вы были там? Если вы не были там прежде всего, то как вы смеете выходить и служить пред людьми? Ожидание Господа — это нечто абсолютно незнакомое и неизвестное для многих современных христиан. Ожидайте Господа, ожидайте Святого Духа! В тишине и безмолвии ожидайте Его. Предоставьте Духу Святому время. Простите меня, но я никак не могу привыкнуть к современному темпу христианской жизни: мы летим в другие города на самолетах, затем нас там встречают в аэропортах, везут в гостиницу, в которой мы второпях умываемся, бреемся, одеваем галстук, идем сразу же на собрание, где нас зовут к кафедре через пару минут, и ожидают, чтобы мы проповедовали и служили им. Вы что думаете, что мы профессионалы? За кого мы себя считаем? Боже мой! Да ведь спортсмену и то предоставляется больше времени для того, чтобы разогреться и приготовиться к соревнованиям, чем мужу Божьему для того, чтобы уловить Божий разум и получить от Господа откровение для этого часа, для этого места, для этого народа. Вы с большим уважением относитесь к выступлению спортсмена, чем к служению священника. Вы хотите все прямо сейчас. И в результате вы получаете то, за что вы платите. Вы получаете поверхностное, дешевое, плотское, человеческое служение, в котором отсутствует небесное благоухание. Да, вроде бы все правильно, по Писанию, согласно Библии. Но люди какими пришли, такими и ушли: неизмененными, не приведенными к небесному престолу. Они не ощутили на себе небесного дуновения и запаха небесного благоухания, исходящего от Божьего престола, потому что служителю не дали возможности ожидать Бога в тишине, в тихом Божьем святом месте.

«В великой тишине успокоив свои души, предоставьте себя Господу в ожидании и дайте Духу Святому время оживить вас и углубить в вас уверенность в том, что Бог будет действовать через вас могущественным образом».

15 Глава

Принести в жертву свое «я»

Мы избраны священством святым, задача которого приносить духовные жертвы. Заклание жертв является существенной и неотъемлемой частью служения священника. И в каждой жертве, которую мы приносим, должно происходить заклание, подчинение и принесение в жертву самого себя и своей плотской силы к смерти. Мы больше не приносим в жертву козлов, тельцов и баранов, мы приносим в жертву самих себя, мы — жертва теперь. Каждый раз, когда в нас проявляется эта плотская самодеятельность, которая хочет выставить себя в служении, и ищет самого дешевого и легкого выхода, используя проповеди прошлой недели — она должна быть принесена в духовную жертву и заклана насмерть перед Богом. Пусть кровь хлынет потоком в этом святом месте, чтобы все силы нашего «я» и нашей плоти были преданы смерти, чтобы то, что мы делаем во время нашего служения, исходило уже не от нас, но от вечной силы Божьей, непрекращающейся жизни, сходящей с небес. Вот это будет служение с небес! Но к сожалению когда приходит такой служитель, мы не всегда счастливы и рады: мы можем быть в ужасе от его слов, потому что думали о себе, что уже давно являемся священниками и у нас все в порядке. Мы воздавали бурные аплодисменты своему апостольскому призванию. Мы смотрели на себя как на благонамеренных, доброжелательных старцев, которые способны цитировать наизусть Священные Писания, которые «собаку сьели» в здравом учении и знают, как давать советы и консультации людям. И вдруг к нам приходит посетитель с небес, и приносит с собой благоухание, запах и дух, который бросает вызов всему нашему естеству — вызов до самых наших корней. После этого мы вдруг начинаем чувствовать себя дешевыми, пустыми. Мы осознаем, что до того, как пришел этот посетитель, все, что мы делали и говорили, было полностью человеческим. По этой причине и результат наших дел не может превзойти их происхождение и источник. О, побольше бы такого вторжения в наши ряды, побольше бы такого благоухания служителей, которые не выходят вперед для служиения людям прежде, чем не совершат служения перед Богом в святом месте. Лягте, распростершись перед Богом, ожидайте семь дней у скинии собрания. дабы все то, что является человеческим, пустым и суетным. эгоистическим и земным, было полностью пожрано и уничтожено. Дабы все, что исходило бы из нас, было лишь Его Божественной и небесной жизнью.

В своей книге Бесели пишет дальше:

«Учи нас по мере того, как мы приближаемся к Тебе, ожидать Тебя, принося в жертву свою собственную мудрость, волю в святом страхе перед действиями нашей человеческой природы. Да научимся мы в смирении простираться перед Тобой, дабы Твой Дух мог действовать в силе. Учи нас в то время, как мы 37 полагаем свою жизнь перед Тобой, день за днем, чтобы та святая жизнь, которая истекает и исходит от Божьего престола, возрастала в силе в нас, чтобы наше поклонение становилось в духе и истине».

Надеетесь ли вы на самих себя? Разочаровались ли вы в самих себе? Уповаете ли вы на свою человеческую смышленность, на свой человеческий интеллект? Презираете ли вы свое красноречие? Стыдно ли вам от того, что вы можете совершать что-либо для Бога сами по себе? Вы не боитесь того, что все это может выражаться перед людьми? Предоставили ли вы Богу достаточно времени, чтобы убедиться, что все эти земные вещи, какими бы похвальными, впечатляющими и доброжелательными они ни были, могли бы умереть, как жертвоприношение в святом месте перед Ним, чтобы служение, которое будет исходить из вас для людей, имело свои истоки и происхождение с самих небес и от Его престола?

16 Глава

Священник, способный благословлять

«Отвергая свою собственную мудрость и свое «я», с полным упованием ожидайте того, что Он будет делать».

О, как желал бы я, чтобы у меня было такое время! Я хочу посоветовать вам приобрести себе личную копию такой книги, хранить ее у себя под подушкой и читать день и ночь. Самая большая проблема этой книги в том, что ее написала женщина, Бесели Ишлинг. Эта немецкая христианка должна была поведать нам, что такое истинное царственное священство. В этой книге есть столько всего драгоценного, что я могу цитировать ее вам от корки до корки. Она говорит о тех людях, которые имеют власть благословлять.

«Многие посвященные люди могут сказать: «Да благословит тебя Господь!», но можно почувствовать, что эти слова выражают всего лишь хорошее, набожное пожелание, и не более того. Что за этими словами не стоит никакой духовной силы, что тот человек, который провозглашает эти слова благословения, не обладает властью двинуть Божью руку, чтобы она совершила это благословение. Молитва такого человека не проникает к престолу Бога, потому что он сам не был там, и, как следствие этого, искупительная сила Христа не исходит через него на других людей. И в сердца других людей не входит мир Божий через его провозглашение благословения».

О, как мы нуждаемся в священстве в нашем современном поколении, в таком священстве, которое сможет воистину благословлять людей, потому что их руки окунуты в кровь: они подчинили себя всему тому, что Господь повелел совершить Моисею. Они полностью посвященные: с головы до ног. Эти люди всецело отдали себя Богу. Их уши, руки, ноги, тела, внимание, мысли, помыслы, идеи, жизни, будущее полностью и всецело основаны и утверждены на небесах. Когда такие люди поднимают свои обагренные кровью руки, с ладоней, локтей которых капает кровь, они поднимают эти руки над народом Божьим и сводят на него Божий огонь как образ славы. Это люди, которые осознают свою нужду в ежедневном очищении и понимают, что первая жертва приносится за них самих, за их собственное беззаконие, несмотря на то, что они являются священниками. Люди, которые осознают естество своих сердец, то, что даже их самая возвышенная речь обладает элементом развращенности. Те вещи, с которыми нам приходится сталкиваться каждый день — наша зависть, ревность, конкуренция, жадность и стяжание — требуют принесения жертвы, жертвы сначала за самих себя, прежде чем перед Богом начинать служить людям.

17 Глава

Сияющее священство

Дальше Бесели пишет, что только те люди, которые изошли из Божьего престола, чтобы служить человечеству, только те люди, которые сами живут в Божьем присутствии, смогут служить другим людям в качестве священников.

Сегодня вечером я молился, чтобы Бог вдохнул дух священства в этот народ. Поймите, это не просто какое-то очередное учение, которое я вам сегодня преподаю, этому нет аналога, его нельзя разложить по пунктам и параграфам, эта истина должна быть вдохнута в вас или разбрызгана, покроплена на вас.

Смысл всего этого, смысл жизни, сокрытой перед Божьим престолом, жизнь людей, которые постоянно живут в Божьем присутствии, которые могут принести людям нечто от небесного благоухания, отделение от мира, которое может быть основано только там, на небесах. Я говорю вам: искушения мира сего будут преследовать вас до последних дней вашей жизни, пока вы не найдете этого священного Божьего места перед небесным престолом, будучи полностью посвященными Богу, лежа перед Ним навзничь, ожидая Его. Это и есть последняя, окончательная, завершающая победа над той силой, которая стоит за искушениями и соблазнами этого мира.

«Пребывайте в Его присутствии, в тишине и спокойствии святилища Божьего, где священник живет, будучи сокрытым в Его святом присутствии, где на него сияет слава Божьего лица, где он может быть приготовленным нести Божий яркий свет в этот мир, находящийся в глубокой тьме».

Знаете, это правда. Когда одна сестра приехала посетить нашу общину Бен Израэл в Миннесоте, она сказала, что мы еще не сверкаем Его славой. Да, это было правдой. Этим она 40 сказала все. Мы еще не сверкаем. Но я говорю вам, что мы страстно желаем этого, и покоряем, и подчиняем себя каждому Божьему процессу сокрушения, ломки, обрезания, отделения, освящения нас, ожидания Бога в тишине, в сокрушенности духа, дабы нам стать сияющими. Чтобы нечто от превосходящей славы небес стало потоком изливаться из нас. И пока мы этого не добьемся, мы не успокоимся и не удовлетворимся. Бог желает иметь царство священников на земле, целую расу мужчин и женщин, сияющих и превосходящих все остальное, потому что они сами ожидали присутствия Того, Кто является светом. Позвольте мне закончить некоторыми трезвыми мыслями, выраженными Бесели.

«Это является крайней необходимостью — жить в присутствии Бога».

Не относиться с терпимостью ни к какому проявлению тьмы. За священническое призвание придется очень много заплатить. Это не для любителей, не для любопытных, дешевых искателей. Это не для тех, кто очень быстро хочет войти в служение и делать, делать, делать для Бога. Это для тех людей, которые расположены к ожиданию, которые каждым шагом любят ощущать вес золотой диадимы: «Святыня Господня. Святыня Господня. Святыня Господня».

«Имеем ли мы хоть малейшее представление о том, что значит не удовлетворить все эти требования? Что значит провалиться во всех этих требованиях? Что значит стоять перед людьми и не быть способным помочь им, потому что у нас нет никакой Божьей духовной силы, чтобы разрешить их проблемы и благословить их? Что значит быть всего лишь простыми религиозными деятелями? Или речистыми харизматами? Или механическими практиками, у которых нет ни власти, ни силы благословить и спасти в священнической манере это погибающее поколение? Как же мы будем способны предстать когда-то перед живым Богом, Который потребует от нас дать отчет за кровь наших братьев, в которой мы были виновны?»

Мы подвели Бога, потому что не жили в Его святилище и забыли очиститься от наших прежних грехов. Я страстно желаю, чтобы любой человек, встретившийся нам в мире, уходя потирал свой затылок, бил себя по щекам, чтобы убедиться, не спит ли он и в глубоком раздумье размышлял: «Кто этот человек, которого я встретил? Человек или ангел?» Я страстно желаю, чтобы каждая встреча с Божьим народом была равносильна встрече с Самим Богом. Чтобы каждый выход на платформу Божьего служителя становился Словом, ставшим плотью, становился событием, а не просто очередной проповедью и очередным учением. Чтобы сияние небес, благословение небес было настолько интенсивным и шло таким мощным потоком через лицо, голос, манеры этих служителей и священников, что этот мир был бы прижат к стене и остался без извинения за то, что пренебрегал и отвергал то Небесное Царство, представителями и священниками которого являлись те служители. Но если взглянуть на нас, мы больше напоминаем этот мир: дешевые, речистые, болтливые, быстрые, торопливые. Наши церкви — это часто или ужасная скука, или сплошное развлечение. Все у нас происходит быстро. Мы словно играем со святынями. Наше ученичество, подчинение, власть, миловидные, остроумные, болтливые служения лишены священнической ответственности. Нет той торжественности, нет ощущения небес, нет той божественной грандиозности, Божьего страха, не говоря уже о том, что нам нечего спроектировать на этот мир, и научить его разнице между святым и оскверненным. Ведь мы сами этого не знаем!

18 Глава

У нас нет наследия в этом мире

И, как пишет дальше Бесели:

«Как люди могут быть священниками, если они не умеют переносить трудности и ужасно страдают, если не могут удовлетворить свои эгоистические желания? Им становится очень плохо, когда они не испытывают любви со стороны других людей».

А как вы себя чувствуете, когда вас не хлопают по плечу, когда вас не признают, когда вас не чтят подобающим образом? Является ли это для вас концом света? Священники безразличны к человеческим аплодисментам, точно так же, как и к их упрекам. Их задача заключается в том, чтобы слушать только Бога. И, скажу вам, что иногда проходит много времени, прежде чем Бог оправдает или защитит Своих священников. Часто небеса находятся в молчании, когда вы проявили послушание Богу и несете за это поношение. Может пройти целый месяц перед тем, как Бог даст вам знать, что вы являетесь Его верным слугой. Сможете ли вы вытерпеть такое? Не разочаруетесь ли вы? Или может быть вы живете в духе этого мира, этого поколения, по принципу: «Теперь! Сейчас! Немедленно!» Этот род требует удовлетворить все свои желания немедленно и только сейчас. Он настаивает на «Сейчас же!», без всяких промедлений и ожиданий.

«Хотя они и познали Иисуса Христа как своего личного Спасителя, они не вошли еще в свое священническое призвание и остались привязанными к этому миру, находясь в зависимости от людей, в зависимости от обстоятельств. Да и как они могут быть способными помочь другим, освободить других, если они сами настолько подчинены греху. Как они могут быть свидетелями искупления и спасения, если сами привязаны к игу сатаны и продолжают к нему прилепляться. Вот почему царственные священники стоят величественно и не зависят от людей, обстоятельств, условий и материальных вещей этого мира».

Пришли ли вы к этому выводу? У вас нет никакого наследия в этом мире. Вы не ищите и не ожидаете этого. Вы абсолютно безразличны к машинам, одежде, деньгам, успеху, наградам, страховкам и тому подобным вещам. Вы носите то, что у вас есть; вы едите то, что вам предоставляется; вы живете в том жилье, которое вам дают; вы летите на любом доступном самолете, не взирая на то, в каком аэропорту вы будете садиться и в каком будете делать пересадку. Вам это полностью безразлично.

«Священники не зависят от людей, от обстоятельств, от ситуаций и материальных вещей этого мира. Иисус Христос стал их полным наследием, и теперь в царственном величии они проходят через боли суда, будучи готовыми жить в примитивных условиях. Они воистину царственное священство, самое свободное и независимое от вещей этого мира. Однако, они всегда готовы отдать самих себя, способны посредством молитвы разрушить оковы сатаны над человеком и освободить человеческую душу. Священник покоится в мире святилища. Иисуса Христа ему вполне достаточно, он полностью Им доволен. Кроме Иисуса ему больше ничего не нужно. Любые скорби, которые являются неотъемлемой частью этой священнической жизни, полностью посвященной Богу, всего лишь способствуют тому, чтобы этот священник еще ближе и теснее подошел к своему Господу и чтобы природа Иисуса еще сильнее проявилась в нем. Современный погибающий мир заплачет и зарыдает, когда услышит этих посланников, пришедших из присутствия Божия. Они приняли силу от Него, они отражают собою Славу Его Лица, они воистину царственное священство».

Я хочу завершить эту проповедь стихом из восьмой главы послания к Евреям:

«Ибо, если бы Он жил на земле, то не был бы и священником». Это сказано кратко, но в то же время очень подробно.

«Если бы Он жил на земле, Он не был бы священником».

Невозможно маршировать под дробь барабанов этого мира, или жить под религиозную диктовку этого мира и быть при всем этом священником по чину Мелхиседека, который может освободить людей от их оков и свести благословение, простерши свою руку. Если бы Он дальше жил на земле, то не был бы священником. Скажите мне, где вы живете? Дети, это призыв к высшему небесному призванию — быть не только апостолами, но и священниками, черпать нашу жизнь, поддержку и энергию, наши помыслы, идеи и направления, наши послания и наши проповеди из святого места, находясь распростертыми перед Богом, с осторожностью наблюдая за тем, чтобы ничего не изошло из нас.самих: из нашей естественной, плотской жизни, которую нужно вновь и вновь приносить, в качестве жертвы для разрезания и пролития крови.

Когда Божий огонь сошел на восьмой день и люди увидели славу Божию, они пали на землю своими лицами перед Ним. Знаете, я ужасно устал видеть людей, которых убедили принять Иисуса ради тех выгод и преимуществ, которые они должны были получить за это. Где страх Божий? Люди должны знать, что день гнева Агнца скоро придет на них. И кто спасет их от этого дня? Кто станет за них в пролом? Кто будет предупреждать и призывать их? Кто будет их ходатаями, заступниками, чьи сердца будут разрываться под этим бременем Божьим за них? Кто будет таким человеком, который, не взирая ни на что, будет говорить любое «юродство», которое Господь положит ему на уста? Кто станет говорить так, чтобы люди были потрясены этой Божьей властью священника, которая явно проявляется в их провозглашениях и заявлениях? Кто будет спасать людей от вечного огня?

Давайте начнем это с осознания нашей собственной земной жизни. Давайте отбросим от себя это стремление выходить на публику и говорить, служить так, чтобы это бросалось в глаза — если мы прежде не провели время в тишине, в покое и ожидании того, чтобы в нас сгорело все эгоистическое и все земное. О, побольше бы этого небесного благоухания и власти священника по чину Мелхиседека! О, побольше бы служений, которые будут происходить в силе вечной, неразрушимой и непрекращающейся жизни! Если бы мы жили на земле, то не были бы священниками. Я призываю вас подняться на небеса и презреть все земное. Но предупреждаю, что за каждое ярмо, которое вы позволите над собой разрушить, вам будет больно! Ибо как сказал один прекрасный поэт:

«То, что стало блаженством на небесах, было сперва болью и страданием на земле».

Вы готовы страдать? Вы готовы переносить эту утомительную жизнь священника, полную изнеможения и оцепенения, эту разбрызганную кровь, масло, ожидания, приношения, потрясания, съедания жертвы? Потому что невозможно дешево откупиться от этого служения. Вам придется лично «съесть» его, «съесть» то, что вы совершаете перед Богом. И это будет тесто, которое невозможно переварить, если оно не небесного, божественного происхождения.

Заключение

Это очень серьезные вещи, дорогие друзья, и мы не будем апостолами, если мы вначале не станем священниками. Это призыв ко священничеству, священному отношению ко всему, что мы говорим и делаем в своих домах, семьях, в самых обычных повседневных ситуациях нашей жизни. Все это, без исключения, должно быть поглощено и пропитано небесным, как это и должно быть в царстве священников.

Склоним наши головы, и поблагодарим Бога за это высокое небесное призвание:

О, Господь, слава Тебе, наш драгоценный Бог! Мы в смущении, Господь, от того, насколько минимальным и убогим был весь этот разговор о такой величайшей, величественной теме Божественного священства. О, Господь Всемогущий, я прошу Тебя в Духе Божьем, в силе жизни непрестающей, которая найдена на святом месте у престола Твоего — дохни силой этой жизни на Твоих служителей, на Твой народ. Вдохни в нас само ощущение смысла этого высокого призвания. Сделай так, чтобы в нас вошло свежее, новое осознание важности того, чтобы найти это место тишины и ожидания перед Тобою. Пусть люди просят и приглашают Тебя совершать Свои действия внутри них, в их личной жизни, чтобы они могли положить все на Твой жертвенник во всесожжение приятное, в благоухание Тебе. Пусть их жизнь истекает из места истины, а не из поверхностности. Пусть они в страхе и беспокойстве выходят к людям, если прежде не вышли пред Твое лицо. Пусть они никогда даже не подумают служить Тебе как-то по другому, а не в священном облачении Самого Бога. Да презирают они все, что исходит из их естественной человеческой жизни: тщеславие, амбиции, мысли, знания, идеи. Пусть все исходит только от Твоей Божественной жизни, из священнической, неразрушимой, вечной жизни. О, драгоценный Бог, дохни на нас духом священничества!

Если у вас есть жертвы, которые вам нужно принести, то я хотел бы, чтобы вы принесли их Богу прямо на том месте, где вы находитесь сейчас. Прямо сейчас. Есть нечто плотское, что необходимо разрезать и положить на жертвенник, чтобы вы стали Божьим священником. Может быть, вам нужно принести Богу что-то в сожжение Его огню. Сделаете ли вы это сегодня? Вы можете воздвигнуть свой собственный жертвенник, преклонить колени там, где вы находитесь и положить на этот жертвенник все, что вы хотите исповедать и отдать Богу в жертву. Может быть, это человеческие амбиции, гордость, тщеславие, суета, желание того, чтобы вас видели и признавали люди; может быть, это ваша нетерпеливость, неспособность ожидать, самонадеянность, из-за которой вы думаете, что совершаете что-то благоугодное Богу, но что в действительности Он никогда не поручал вам. Если есть какая-то жертва, которую вам нужно принести, сделаете ли вы это сегодня? Станьте на колени и положите это перед Богом. Может быть, в вас есть какое-то неправильное отношение, недостаток уважения и благоговения перед Божественными, небесными вещами? Может быть, вы стали жертвой духа этого мира? Я хотел бы, чтобы вы совершили свое посвящение Богу прямо сейчас:

«Господи, я хочу быть священником. Господи, я признаю и осознаю это призвание быть Твоим священником».

Тайна священства