Перейти к содержимому

НАГРАДА ПРОРОКА

НАГРАДА ПРОРОКА

«Принимающий пророка во имя пророка получит награду пророка, и принимающий праведного во имя праведного получит награду праведного». (Еван. от Мат. 10:41, пер. еп. Кассиана)

Нужно признать, что этот стих сам по себе достаточно тёмен. Что значит принимать пророка во имя пророка или праведного во имя праведного, и что значит награда пророка или награда праведного? Ближайший контекст едва ли помогает понять это. Да и контекст всей Библии тоже — конечно, сочетание «во имя» встречается довольно часто, но едва ли в том же значении, что в этом стихе.

Иоанн Златоуст (не весьма доброй  памяти) дает два варианта понимания:

«Выше угрожал наказанием не принимающим, а здесь назначает награду принимающим. И чтобы ты знал, что об этих последних Господь более печется, не просто сказал: приемлющий пророка, или: приемлющий праведника; но присовокупил: во имя пророка и во имя праведника.

То есть, если примет кого не по мирскому гостеприимству, или не по другим каким-либо мирским расчетам, но потому, что он пророк, или праведник, мзду пророка, мзду праведника приимет, – или какую достоин получить принявший пророка, или праведника, или какую получит сам пророк, или праведник»(Беседы на Евангелие от Матфея)

Нам представляется, что первым вариантом толкования, представленного выше, Златоуст попал в самую точку: принявший пророка именно как пророка, а не просто как любого странника, получает награду, положенную принявшему пророка. Каковая награда, видимо, выше, чем награда просто гостеприимному человеку. То же самое касается принимающего праведника.

Но почему мы выбираем именно это  понимание? Не является ли такое  предпочтение произвольным? В этом выборе нам помогает использование подобных конструкций в еврейской традиции, хотя, возможно, Златоуст, дав два варианта на выбор, просто угадал в одном из них.

В Талмуде мы находим утверждение, что при исполнении заповеди важно не только то, что человек делает, но и что он при этом имеет в виду, о чем думает. Много подробностей насчет применения этого принципа к жертвоприношениям можно прочесть, например, в трактате Зевахим. Вот всего пара таких текстов:« Все жертвы, зарезанные не во их имя, — кашер (годны), но не вменяются жертвователям в исполнение долга, за исключением пасхи и хаттат, — пасхи в ее время, а хаттат во всякое время; р.Элиэзер говорит: и ашам, — пасхи в ее время, а хаттат и ашам во всякое время [р.Элиэзер сказал: хаттат приносится за грех, и ашам приносится за грех: поэтому как хаттат — пасуль (негодна), если принесена не во имя ее, так и жертва ашам пасуль, если принесена не во имя ее]). (Мишна Зевахим 1:1, перевод Н.Переферковича)

«Во имя шести вещей жертва закалается: во имя жертвы, во имя жертвующего, во имя Бога, во имя огня, благоухания, приятного, а хаттат и ашам — во имя греха. Сказал р.Иосе: если в сердце приносящего не было одной из этих мыслей, жертва кашер, ибо таково условие бет-дина, что мысль принимается во внимание только у совершающего службу. Всегда принимается во внимание мысль у закалающего: если закалающий думает во имя хаттат, а жертвователь думает во имя всесожжения, закалающий во имя всесожжения, а жертвователь во имя хаттат, то принимается во внимание мысль у закалающего».  (Тосефта Зевахим 5:13, перевод Н.Переферковича)

Н.Переферкович дает пояснение происхождения такого подхода в примечании к введению к его переводу трактата Зевахим Мишны:« В виду важности, придаваемой Талмудом мыслям приносящего жертву, приведем библейское основание этого учения. Стих гласит (Лев 7, 17-18): «а оставшееся от жертвенного мяса к третьему дню должно сжечь на огне; если же будут есть мясо мирной жертвы на третий день, то она не будет благоприятна; кто ее принесет, тому ни во что не вменится: это осквернение (пиггуль), и кто будет есть ее, тот понесет на себе грех». Буквальное понимание этого места представляет затруднение, так как, раз жертва принесена по закону, она не может снова стать негодной только потому, что на третий день кто-то съел часть оставшегося мяса. Поэтому раввины полагают, что Писание говорит о мысли есть ее мясо на третий день после заклания»

Но применение этого принципа важности мыслей при выполнении заповеди не ограничивается жертвоприношениями. Вот еще примеры:« Некто читал Тору и (когда он дошел до «Шема», т.е. до Вт. 6,7) наступило время чтения: если он направил свое сердце (т.е. подумал, что читает именно «шема», а не Тору), то он свой долг исполнил, а если нет, то он долга своего не исполнил». (Мишна Берахот 2:1, перевод Н.Переферковича)

«Некто слышит звук рога (в Новолетие) или чтение мегиллы (в Пурим), проходя мимо («сзади») синагоги, или из своего дома, близкого к синагоге: если он направил свое сердце, то его  долг исполнен, если же он сердца не направил, то долг не исполнен. Хотя один слышал и другой слышал, но один направил свое сердце, а другой сердца не направил». (Мишна Рош-Ѓашана 3:7, перевод Н.Переферковича)

В примечании к вышеупомянутой Мишне Н.Переферкович пишет:« «Направлять свое сердце» — значит иметь намерение исполнить данную мицву. Если он случайно услышал в Новолетие звук рога, который он по закону обязан слушать в этот день, и при этом у него явилась мысль, что он исполняет заповедь о слушании, то эта заповедь им исполнена».

Итак, применяя такое значение идиомы «во имя», мы придем к верному, хочется верить, пониманию нашего стиха. Если человек, оказавший гостеприимство пророку, принимает его именно как пророка, то Б-г воздаст ему как принявшему пророка. То же касается праведника или человека с любым другим статусом.

Дмитрий Резник
Февраль 2017, Чешир, Коннектикут

Источник: https://dpreznik.wordpress.com/2017/02/26/reward-of-the-prophet/