Самые шокирующие ритуалы в славянском язычестве

В последнее время наблюдается резкий рост языческих культов, практически на всех континентах. И их адепты, привлекая в свои ряды новых поклонников, апеллируют тем, что «нам не нужен импортный бог, а у нас есть свой национальный». И обыватель, не искушенный в этих вопросах, но желающий «прикоснуться к истинным знаниям», легко попадает на эту красивую легенду о «национальных» богах. А что они собой представляют на самом деле? В предлагаемой вам статье, дается краткая их характеристика. Точнее характеристика славянских богов.

От редакции сайта.

Мифология древних славян была тесно связана с природой. Наши предки жили в симбиозе со стихиями, а их обряды и ритуалы были призваны подчеркнуть это единство. Исследователи отмечают, что амплитуда характера религиозных традиций славян была довольна широка: от мирных сельскохозяйственных до жестоких и кровопролитных культов.

Мать— Сыра Земля

С незапамятных времён основой славянской мифологии был культ богини по имени Мать — Сыра Земля. Она давала жизнь, она её и отнимала. Как указывает исследователь славянской мифологии Ю. И. Смирнов, славяне представляли её в образе женщины: травы, кустарники и деревья — её пышные волосы, их корни — жилы, скалы — кости, ручьи и реки — живая кровь. Именем Матери-Земли клялись, съедая при этом щепотку земли, и клятву эту нельзя было нарушить, потому что земля не будет носить клятвопреступника. До сих пор сохранилось выражение «Чтоб мне сквозь землю провалиться». В качестве требы для Матери-Земли приносили зерно.

Культы любви иплодородия

Отголоском славянской древности было почитание Рода; именно он посылал с неба на землю души людей. Род считался покровителем мужчин, а о женщинах заботились его дочери — рожаницы. Среди рожаниц известны две: Лада и её дочь Леля.

Лада считалась защитницей семьи, богиней любви и красоты, а также плодородия. Собиратель русских народных сказок А. Н. Афанасьев писал: «В народных сказках ладо до сих пор означает нежно любимого друга, любовника, жениха, мужа, а в женской форме (лада) — любовницу, невесту и жену». Богиня Леля заботилась о первых весенних ростках, цветах и благоволила девичьей любви.

Рожаницам женщины приносили в дар цветы и ягоды. Ритуалы, способствующие плодородию, были связаны с обнажённым телом. На хлебном поле с целью хорошего урожая совершался своеобразный обряд. «Хозяйка ложилась в поле и делала вид, что родит, между ног ей клали каравай», — рассказывал профессор Н. М. Никольский в книге «История русской церкви». На Страстной неделе, последней неделе Великого поста, также колдовали о том, чтобы хлеб родился лучше. Хозяин тряс соху, имитировал пахоту. Нагая женщина собирала по углам тараканов, заворачивала их в тряпочку и выносила на дорогу. Произносили и наговор на скотину и домашнюю птицу.

В Вятской губернии на Великий четверг до восхода солнца нагая хозяйка дома должна была бежать со старым горшком на огород и опрокидывать его на кол: горшок оставался в таком положении на колу в течение всего лета — это охраняло кур от хищной птицы.

А под Костромой вплоть до XVIII века сохранялся такой языческий ритуал: нагая девушка садилась, как ведьма, на черенок помела и трижды «объезжала» вокруг дома.

Ярило

Это был весёлый бог весеннего солнца и плодородия, покровитель любви и деторождения. Имя его происходит от слова «яр» — «сила». Божество представлялось не только молодым мужчиной в белых одеждах и на белом коне, но иногда и женщиной, одетой в белые брюки и рубашку и держащей в правой руке чучело человеческой головы, а в левой — пучок колосьев: символы жизни и смерти. На голове у Ярило был венок из первых полевых цветов.

Ярилин день отмечался 27 апреля. В этот день девушку сажали на белого коня, которого водили вокруг ритуального столба или дерева на высоком месте. Затем коня привязывали и водили вокруг хоровод, воспевая приход весны. Второй праздник, посвященный Яриле, отмечался в середине лета перед Петровским постом. На этот раз божество изображал юноша, одетый в белые одежды, украшенный лентами и цветами. Он возглавлял праздник, который заканчивался угощением и народным гулянием.

Ярила прославлялся, как «распространяющий весенний или утренний солнечный свет, возбуждающий растительную силу в травах и деревьях и плотскую любовь в людях и животных, юношескую свежесть, силу и храбрость в человеке» (П. Ефименко. «Зап. Имп. Рус. Геогр. Общ. по отд. этнографии», 1868 г.).

Культ Велеса— бога животных иподземного мира

Крылатый змей Велес почитался как покровитель скота и лесных зверей. Он правил также подземным миром, и ему посвящался неугасаемый огонь. Когда убирали хлеб, в дар Велесу оставляли пучок несжатых колосьев. Для здоровья и плодовитости скота закалывали белого ягнёнка. Обряд принесения Велесу человеческих жертв описывается в «Сказании о построении города Ярославля»: «Когда приходил первый выгон скота на пастбища, волхв закалывал для него тельца и тёлку, в обычное же время из диких зверей жертвы сжигал, а в некоторые очень тяжелые дни — и из людей. Когда же огонь у Волоса угасал, то волхва в тот же день и час отрешали от керемети, и по жребию избирали иного, и этот закалывал волхва и, разведя огонь, сжигал в нём труп его как жертву, единственно способную возвеселить этого грозного бога» (Воронин Н. Медвежий культ в Верхнем Поволжье XI в.). Новый огонь разрешалось добыть только методом трения дерева о дерево: тогда он считался «живым».

С приходом христианства Велеса заменил христианский святой с похожим именем — священномученик Власий. Как указывает исследователь славянской мифологии Ю. И. Смирнов, в день памяти этого святого, 24 февраля, крестьяне угощали домашних животных хлебом и поили крещенской водой. А если на скот нападали болезни, люди «опахивали» деревню — прокладывали вокруг неё плугом борозду и проходили кругом с иконой святого Власия.

Культ огня

Богом огня был Сварог (другие его имена Святовит, Радегаст) и его сын Сварожич. Огонь считался у славян священным. В него нельзя было плевать, бросать нечистоты. При горящем огне запрещалось сквернословить. Огню приписывались целебные и очистительные свойства. Больного человека проносили через огонь, в котором должны были погибнуть злые силы. Жениха и невесту перед свадьбой проводили между двумя кострами, чтобы очистить и защитить будущую семью от возможной порчи.

Битьё посуды на современных свадьбах — отголосок поклонения Сварогу, только прежде били горшки о печь.

Сварогу приносили и кровавые жертвы, которые определял жребий или указывал жрец. Чаще всего это были животные, но могли быть и люди. «Среди различных жертв жрец имеет обыкновение приносить иногда в жертву и людей — христиан, уверяя, что такого рода кровь доставляет особое наслаждение богам» (Гельмольд. Славянская хроника, 1167-1168 гг.). Адам Бременский в хронике XI века «Деяния гамбургских епископов» повествует о гибели Иоанна, епископа Мекленбургского: «Варвары отрубили ему руки и ноги, тело выбросили на дорогу, голову же отсекли и, воткнув на копье, принесли её в жертву богу своему Радегасту в знак победы».

Культ богов войны

Когда упрочилась княжеская власть, главенство культа плодородия сменилось культом войны. Близ Великого Новгорода располагалось капище — Перынь, где богам этого культа приносились человеческие жертвы. Одним из первых письменных упоминаний о ритуальных убийствах можно считать сообщение в византийском «Стратегиконе Маврикия» (VI-VII вв.). В нём, в частности, идет речь о славянских племенах склавинов и антов.

В прежние времена Перынь была островом, но в 1960-х годах водный режим был нарушен строительством насыпной дамбы. В результате река вокруг Перыни обмелела и остров объединился с берегом. В киевском святилище, устроенном князем Владимиром Святославичем в 980 году, находились несколько идолов: деревянный Перун с серебряной головой и золотыми усами, Хорс, Дажбог, Стрибог, Симаргл и Мокошь. О жертвах, которые приносились этим богам, имеются свидетельства в ряде зарубежных источников.

Немецкий епископ Титмар Мерзебургский в «Хрониках» (XI в.) писал: «Сколько в той стране [славянской — авт.] областей, столько там есть и храмов, и изображений отдельных демонов, которых почитают неверные, но среди них упомянутый город [капище — авт.] пользуется наибольшим уважением. Его посещают, когда идут на войну, а по возвращении, если поход был удачен, чествуют его соответствующими дарами, а какую именно жертву должны принести жрецы, чтобы она была желанной богам, об этом гадали, как я уже говорил, посредством коня и жребиев. Гнев же богов умилостивлялся кровью людей и животных».

Византийский хронист Лев Диакон (середина X в.) повествует об осаде византийцами князя Святослава в городе Доростол. Автор называл всех северных варваров скифами, но, конечно, настоящих скифов уже не существовало, и речь идёт именно о язычниках-славянах и русах:

«Скифы не выдержали натиска противника; сильно удручённые гибелью своего предводителя (Икмора, второго человека в войске после Святослава), они забросили щиты за спины и стали отступать к городу, а ромеи преследовали их и убивали. И вот, когда наступила ночь и засиял полный круг луны, скифы вышли на равнину и начали подбирать своих мертвецов. Они нагромоздили их перед стеной, разложили много костров и сожгли, заколов при этом по обычаю предков множество пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили несколько грудных младенцев и петухов, топя их в водах Истра».

Факт жертвоприношения пленных и младенцев у славян подтверждается и другими средневековыми авторами, а также археологами. Б. А. Рыбаков в своей книге «Язычество древней Руси» пишет, что древнее городище Бабина гора на берегу Днепра, принадлежавшее, по его мнению, ранним славянам, было языческим святилищем, где приносились в жертву младенцы. Свидетельствуют об этом, по убеждению исследователя, детские черепа, захороненные неподалеку без предметов, которые обычно сопровождали погребения. Он предполагает, что Бабину гору «можно представить себе как святилище женского божества вроде Макоши», где жертвами были дети.

Ибн Руст, начало X века: «Есть у них [славян — авт.] знахари, из коих иные повелевают царю, как будто они начальники их. Случается, что приказывают они приносить жертву творцу их, что ни вздумается им: женщин, мужчин и лошадей, а уж когда приказывают знахари, не исполнить их приказание нельзя никоим образом. Взяв человека или животное, знахарь накидывает ему петлю на шею, навешает жертву на бревно и ждет, пока оно не задохнётся, и говорит, что это жертва Богу».

В летописи «Повесть временных лет» упоминается юноша-христианин, которого язычники хотели принести в жертву: Иоанн, сын Феодора Варяга. Сын и его отец были убиты толпой фанатиков-язычников. Впоследствии Церковь канонизировала их как святых мучеников. Какому именно богу должны были принести в жертву юного варяга, летописец не уточняет. Б. А. Рыбаков полагает, что Перуну. Но спустя всего 8 лет после создания капища в Киеве князь Владимир принял христианство и «повелел повергнуть идолы — одни изрубить, а другие сжечь. Перуна же приказал привязать к коню и волочить его с горы по Боричеву к Ручью и приставил двенадцать мужей колотить его палками. Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, но для поругания беса, который обманывал людей в этом образе — чтобы принял он возмездие от людей». Избитого Перуна сбросили в Днепр, причём княжеским людям было велено отпихивать его от берега, пока он не пройдет пороги.

Источник: https://weekend.rambler.ru/read/40621827

Алия.

Алия (восхождение) — переселение евреев в Израиль на постоянное жительство.

Алия до второй половины 19 в.

Термин «алия» («восхождение») применительно к репатриации евреев в Эрец-Исраэль возник в эпоху возвращения из пленения вавилонского. С этого времени алия стала постоянным явлением еврейской истории, осуществлением пророчеств об избавлении. Приток евреев из стран рассеяния поддерживал существование ишува (заселение) в Эрец-Исраэль в течение многих веков после разрушения Второго храма.

При арабском владычестве еврейское население Эрец-Исраэль постоянно уменьшалось. Однако в середине 13 в. в страну прибыли группы евреев из Франции и Испании, движимые религиозными мотивами и мессианскими (см. Мессианские движения) чаяниями. Они поселились в Акко, который до 1291 г. оставался под властью крестоносцев. В 1211 г. туда прибыли 300 раввинов из Англии и Франции, а в 1260 г. рабби Иехиэль бен Иосеф из Парижа (умер, по-видимому, в 1265 г.) основал иешиву, в которой обучались более 300 человек. В 1267 г. в Иерусалиме поселился Нахманид, основавший небольшую еврейскую общину. В 13–14 вв. в Эрец-Исраэль переселялись евреи из Германии, Франции, Италии, Сицилии, Северной Африки и Передней Азии.

В конце средних веков в страну начали прибывать небольшие группы испанских марранов. Алия увеличилась с середины 16 в., когда Эрец-Исраэль подпал под власть турок. В Цфате возникла одна из самых значительных еврейских общин мира (в 1570-х гг. там проживало около четырнадцати тысяч евреев).

В 17 в. характер алии изменился: большинство ее составляли старики, мечтавшие быть похороненными в Святой земле, а также бедняки, рассчитывавшие на благотворительность евреев стран рассеяния. В начале 18 в. в страну прибыли приверженцы Саббатая Цви во главе с Иехудой Хасидом ха-Леви, которые обосновались в Иерусалиме. К середине 18 в. еврейская община города насчитывала более пяти тысяч человек. Во второй половине 18 в. в Эрец-Исраэль начали приезжать хасиды, приверженцы Исраэля бен Эли‘эзера Ба‘ал-Шем-Това; число их составило к 1777 г. свыше трехсот. Первоначально они поселились в Цфате, однако позднее часть их переселилась в Тверию и Пки‘ин. По имеющимся данным, в 1839 г. в Эрец-Исраэль жили 6547 евреев (из них 4833 сефардов и 1714 ашкеназов), в том числе в Иерусалиме — 3007 человек (2508 сефардов и 499 ашкеназов). С 1840-х гг., а особенно в 1860-х гг., начинается все более интенсивное развитие ишува. В эти годы в страну прибывали преимущественно ашкеназы из Российской империи. В 1876 г. в Иерусалиме проживало уже около 12 тыс. евреев, причем большинство составляли ашкеназы. В конце 19 в. в основном алия прибывала из стран Восточной Европы и из Марокко; еврейское население страны достигло двадцати пяти тысяч человек (в четыре раза больше, чем в 1839 г.).

Алия с конца 19 в. и до образования Государства Израиль.

Репатрианты нового типа, движимые национальным сознанием и ставившие целью освоение и заселение Эрец-Исраэль, начали прибывать в страну с 1882 г. Волну репатриантов между 1882 г. и 1903 г. принято называть первой алией. Во главе движения, вызвавшего первую алию, стояла небольшая группа молодежи, убежденная, что еврейская проблема может быть решена лишь путем возвращения еврейского народа на свою историческую родину. Так возникли в России первые группы движения Ховевей Цион, к которому принадлежали билуйцы, определившие свою цель как политическое и национально-духовное возрождение еврейского народа в Эрец-Исраэль и основавшие в стране земледельческие поселения (еще до этого были основаны поселения Петах-Тиква и Рош-Пинна). Финансовая и административная помощь барона Э. де Ротшильда позволила приобрести новые земельные участки и основать мошавот Ришон-ле-Цион, Зихрон-Я‘аков, Иесуд-ха-Ма‘ала, Экрон, Гедера и Беер-Товия. В 1890-х гг. возникли Реховот, Нес-Циона, Хадера, Мишмар-ха-Ярден, Моца, Хартов, Метула, Шфея, Бат-Шломо, Эйн-Зейтим и Маханаим. В этих мошавот жили около десяти тысяч евреев. Около трех тысяч репатриантов поселились в Яффе. Тогда же иврит начал превращаться в разговорный язык, возникли начальные школы, в которых преподавание велось на иврите.

В начале 1880-х гг. стали прибывать евреи из Йемена. Первая организованная группа, движимая мессианскими чаяниями, прибыла в Эрец-Исраэль в 1882 г. В конце этого года в Иерусалиме проживало двести семей репатриантов из Йемена, а в 1885 г. — уже четыреста. В 1890 г. репатрианты из Йемена начали селиться в Яффе, где через три года основали объединение «Пе‘улат сахир» (буквально `наемный труд`), ставившее своей целью трудоустройство выходцев из Йемена в еврейских сельскохозяйственных поселениях.

За годы первой алии в Эрец-Исраэль прибыло около 25 тыс. человек, увеличив еврейское население страны до 47 тыс. человек, однако многие из них покинули страну из-за крайне тяжелых условий жизни. Земли во владении евреев составляли около десяти тысяч гектаров.

Следующая, так называемая вторая алия (1904–14), была вызвана усилением национального самосознания евреев России после Кишиневского погрома (см. Кишинев), антисемитских эксцессов и поражения революции 1905 г. и находилась под влиянием идеи синтеза социализма и сионизма. Б. Борохов основал движение По‘алей Цион, А. Д. Гордон — движение Ха-По‘эл ха-ца‘ир. Оба включили в свои программы тезис о необходимости возвращения евреев к физическому груду. В 1909 г. в Эрец-Исраэль был создан первый киббуц (Дгания). В годы второй алии в стране силами прибывшей молодежи была создана организация Ха-Шомер, ставившая своей целью вооруженную охрану еврейских поселений.

В эти годы возобновилась также репатриация йеменских евреев, вызванная волной религиозных преследований и тяжелой засухой 1903–1905 гг., во время которой погибли тысячи евреев. Значительное число йеменских репатриантов, прибывших в 1907 г., составили жители столицы Сана, а также опытные земледельцы сельских районов Северного Йемена. В 1910 г. основан первый рабочий поселок йеменских евреев Ша‘араим (близ Реховота). Репатриация йеменских земледельцев побудила поселенческий отдел Сионистской организации содействовать увеличению алии из Йемена, с этой целью туда был направлен в 1911 г. Ш. Явнеэли. В результате его деятельности до конца 1912 г. из Йемена переселились в Эрец-Исраэль около полутора тысяч евреев и обосновались в сельскохозяйственных поселениях. Алия из Йемена продолжалась вплоть до мировой войны.

Общая численность второй алии составила около 40 тыс. человек, и хотя многие покинули страну, еврейское население Эрец-Исраэль к 1914 г. достигло 85 тыс. человек. Площадь земельной собственности во владении евреев составила 41,8 тыс. га. В этот период возник ряд новых сельскохозяйственных поселений, а в 1909 г. был основан Тель-Авив, где открылась первая гимназия с преподаванием на иврите.

Третья алия (1919–23) была продолжением прерванной войной второй алии и стимулировалась массовыми погромами в России в период гражданской войны и Декларацией Бальфура с последовавшим за ней установлением британских власти в Эрец-Исраэль. Движение Хе-Халуц, входившее во Всемирную сионистскую организацию, создало многочисленные центры по сельскохозяйственной подготовке еврейской молодежи к репатриации в Эрец-Исраэль. В эти годы возникли и другие сионистские молодежные движения — Ха-Шомер ха-ца‘ир, Бетар, Гордония и Хе-Халуц ха-мизрахи (религиозного толка).

В результате арабского давления британская мандатная администрация опубликовала в сентябре 1920 г. указ, ограничивавший квоту еврейской иммиграции в страну (16,5 тыс. человек в год), а в июне 1921 г. установила, кому будет разрешен въезд в нее: владельцам капитала, студентам и некоторым категориям квалифицированных работников. В 1922 г. была опубликована первая Белая книга, ограничивавшая понятие «национального очага» только западной частью Эрец-Исраэль (то есть исключавшая Заиорданье) и декларировавшая, что алия будет разрешена только с «учетом экономической емкости страны в каждый период времени и в соответствии с интересами уже проживающего в стране населения». Несмотря на эти ограничения, численность третьей алии составила свыше 35 тыс. человек, так что к концу 1923 г. ишув насчитывал более 93 тыс. человек, а обрабатываемые евреями земли составили 56 тыс. га. В эти годы были созданы Хистадрут и Хагана, возникли новые сельскохозяйственные поселения, увеличились масштабы еврейского сельского хозяйства и промышленного развития страны.

Четвертая алия (1924–28) явилась в основном результатом антиеврейской экономической политики, проводившейся правительством Польши, и введения иммиграционных ограничений в США. В 1924 г. в страну прибыло около 13 тыс. евреев, из которых половину составляли выходцы из Польши. Большинство репатриантов были обладателями небольших капиталов, приток которых способствовал быстрому развитию мелких предприятий и расширению строительства. В 1925 г. число репатриантов достигло рекордной цифры — 34 тыс. человек. В следующем году из-за экономического кризиса в Эрец-Исраэль прибыло лишь 13 тыс. репатриантов, а шесть с половиной тысяч человек покинули страну; в 1927–29 гг. репатриировалось еще около десяти тысяч человек, однако приблизительно столько же оставило страну. Всего за годы четвертой алии в Эрец-Исраэль прибыло около 85 тыс. евреев (в том числе 9,2 тыс. из Йемена), из которых уехали около 20 тыс. человек. Четвертая алия способствовала резкому увеличению городского еврейского населения и развитию еврейской торговли и промышленности.

В 1930 г. была обнародована вторая Белая книга, свидетельствовавшая об уступке британских мандатных властей арабскому давлению как по вопросу о будущем еврейского национального очага в целом, так и в отношении дальнейшей еврейской иммиграции в страну. Борьба Сионистской организации против намеченной в Белой книге политики британского правительства увенчалась успехом, и в 1931 г. она была фактически отменена.

Пятая алия (1929–39) состояла в основном из евреев, покинувших Германию в результате прихода к власти нацистов (1933). Репатрианты пятой волны значительно обогатили духовную и культурную жизнь ишува, внеся большой вклад и в создание юридической системы страны.

До начала Второй мировой войны с помощью алият ха-но‘ар в страну прибыло более пяти тысяч юношей и девушек из Европы (более 60% из Германии, 20% из Австрии, остальные — из Чехословакии и стран Восточной Европы).

Опубликованная в мае 1939 г. шестая Белая книга, последовавшая за антиеврейскими беспорядками 1936–39 гг. в подмандатной Палестине, устанавливала иммиграционную квоту на ближайшие пять лет в 15 тыс. человек в год, несмотря на преследование евреев нацистами в Европе. В 1939 г. в страну смогли прибыть лишь 13,7 тыс. евреев. Всего с пятой алией в страну прибыло свыше 250 тыс. человек. Еврейское население Эрец-Исраэль достигло в 1940 г. 450 тыс. человек и владело 150 тыс. га земли.

В ответ на иммиграционные ограничения началась иммиграция «нелегальная». Нелегальные иммигранты прибывали главным образом из Европы, а также из Ирака, Сирии, Египта и Ирана. Значительный вклад в организацию нелегальной алии из восточных стран внесли еврейские общины Сирии и Ливана. В городах Халеб (Алеппо), Дамаск, Камышлы (на сирийско-турецкой границе) и в Бейруте действовали штабы нелегальной иммиграции. Всего в 1934–39 гг. в страну нелегально репатриировались приблизительно 15–21 тыс. евреев, большей частью бежавших от нацизма.

Начало Второй мировой войны несколько ослабило политическую борьбу за алию, так как еврейские учреждения сотрудничали с британским правительством в борьбе с нацистской Германией. Однако практические мероприятия не ослабевали и сосредоточились на спасении евреев от физического уничтожения. В первые годы войны, когда еще не вся Европа была под властью Германии, оставалась возможность организовывать отправку судов с еврейскими беженцами из различных портов. В последующие годы эта возможность исчезла. Британские власти, когда им удавалось перехватить суда с беженцами, переправляли репатриантов на Кипр (в одном случае — на остров Маврикий), где они (всего около 55 тыс. человек) содержались в особых лагерях вплоть до создания Государства Израиль. Несмотря на чинимые британскими властями препятствия, в 1940–45 гг. в Эрец-Исраэль было нелегально доставлено морским путем около 60 тыс. человек. Одновременно продолжалась нелегальная алия из стран Востока (около семи с половиной тысяч человек).

Хотя всему миру стало известно о Катастрофе европейского еврейства, ограничения на иммиграцию не были отменены и после окончания войны. Поэтому нелегальная алия стала основным способом репатриации евреев вплоть до образования Государства Израиль. В 1945 г. в страну прибыло 4,4 тыс. нелегальных иммигрантов, в 1946 г. — около 23 тыс., в 1947 – около 44 тыс. Нелегальная иммиграция превратилась в разветвленное и многостороннее движение. Сотни тысяч беженцев находились в лагерях для перемещенных лиц в Германии, однако британские власти не разрешали им репатриироваться в Эрец-Исраэль. Хагана организовала их нелегальную иммиграцию (см. Бриха). Всего за эти годы в страну было доставлено около 70 тыс. евреев на 65 кораблях; еще 15 тыс. прибыли различными путями поодиночке. Всего с начала нелегальной иммиграции (1934 г.) в страну прибыло около 115 тыс. нелегальных иммигрантов, из них около 80% — морским путем. За период британского мандата в Эрец-Исраэль репатриировалось легально и нелегально около пятисот тысяч человек.

К моменту создания государства еврейское население подмандатной Палестины составляло около 650 тыс. человек; в руках евреев находилось 180 тыс. га земли.

Алия после 1948 г.

Провозглашение Государства Израиль было воплощением чаяний сионизма, видевшего в создании еврейского государства первый и решающий шаг на пути национального освобождения еврейского народа — его превращения в равноправную и суверенную нацию. Решение Организации Объединенных Наций о создании еврейского государства в Эрец-Исраэль (29 ноября 1947 г.) было международным признанием не только права на самоопределение еврейского населения страны, но и права всего еврейского народа на свое государство, и потому репатриация еврейского народа на свою историческую родину является осуществлением исторической миссии и моральным оправданием еврейского государства. Создание Государства Израиль положило конец ограничениям на репатриацию в Эрец-Исраэль, налагавшимся чужеземными властями. Декларация независимости Израиля (1948 г.) провозглашает, что вновь созданное государство открыто для репатриации евреев всего мира.

Израильское правительство считает себя ответственным за судьбы евреев во всем мире и, в первую очередь, за обеспечение возможности каждому еврею, где бы он ни жил, осуществить свое право на алию. Юридическим оформлением этого права является Закон о возвращении, принятый Кнесетом 5 июля 1950 г.

В годы массовой алии после образования государства были проведены операции по переселению в страну целых еврейских общин (иракской — операция «Эзра и Нехемия» и йеменской — операция «Волшебный ковер»). Кнесет, правительство и общественность стоят во главе борьбы за право на алию в тех странах, где власти препятствуют свободному выезду своих еврейских граждан. Так, многолетняя борьба за право советских евреев на выезд из Советского Союза еще в конце 1960–70-х гг. принесла немалый успех: под давлением международного общественного мнения советские власти были вынуждены разрешить около четверти миллиона евреев покинуть пределы страны. Немаловажным фактором была моральная и политическая поддержка Израилем активистов алии и узников Сиона. С 1980-х гг. Израиль оказывает помощь в репатриации евреям Эфиопии, Аргентины, Франции и других стран.

Израиль не только обращается к евреям диаспоры с призывом репатриироваться и способствует самой репатриации, но и оказывает всестороннее содействие новым репатриантам. Система подчиненных Еврейскому агентству и Министерству абсорбции органов помогает новоприбывшим в различных областях — трудоустройстве, обеспечении жильем, изучении иврита, общественной абсорбции и т. п. (см. Государство Израиль. Абсорбция). Израильская внешняя и внутренняя политика также является средством стимуляции алии и абсорбции репатриантов; влияние на возможную алию и на положение олим в стране учитывается при принятии или непринятии правительством Израиля тех или иных политических, экономических и социальных решений.

Существование суверенного еврейского государства и его успехи в сочетании с целенаправленным распространением сионистской идеологии среди евреев диаспоры и оказанием помощи новоприбывшим являются важнейшими факторами, стимулирующими алию в Израиль. Израильское общество в основном состоит из репатриантов и их потомков. С момента провозглашения независимости Израиля до конца 2003 г. в страну репатриировалось 2 млн. 950 тыс. человек (см. таблицу 1). Еврейские общины Курдистана, Афганистана, Ирака, Сирии, Йемена, Алжира, Туниса, Ливии, в значительной мере Марокко, а также Болгарии, Греции и Югославии репатриировались в Израиль в почти полном составе, положив таким образом конец древним центрам еврейской диаспоры.

Таблица 1. Число репатриантов в Израиль из разных регионов мира (1948–2003)

Регион                  Период

1948-1951  1952-1960 1961-1964   1965-1971    1972-1979         1980-1989    1990-2001   2002-2003          Всего

Европа¹               324639        92562        76142         56552         46285        41144        44509              4853          686686

Азия¹                   237704        37119        19899         36309         19456        14433        13514              1060          379494

СССР/СНГ²             8163       13743          4646         24730           137134    29754      906127              31057    1155354

Африка                  93282    143485      116671         48214         19273       28664        55622              7349         512560

США и Канада       1947          1829          2343         18497         23141       20771        19475              2982           90985

Цен. и Юж. Амер.                 1756          4973          8198         12529         20624       17639        19088              9340                    94147

Авст. и Океан.          119            120            133             700            1275           959          1119                   71             4496

Нет данных

о регионе             20014          3307            761           1504              394           469            637                  123          27207

Всего                   687624    297138      228793       199035            267582               153833    1060091              56835               2950929

¹ Не включая выходцев из республик бывшего СССР и государств, возникших на территории Советского Союза после его распада.

² Включая и выходцев из Латвии, Литвы и Эстонии.

Сразу же после провозглашения независимости Израиля в страну начали прибывать евреи с Кипра, куда они были интернированы британскими властями (см. выше), а также евреи, пережившие Катастрофу и содержавшиеся в лагерях для перемещенных лиц. В январе 1949 г. число прибывших достигло ста тысяч. Всего в первый год существования Государства Израиль в него прибыли 203 тыс. репатриантов. В 1948–51 гг. в Израиль переселились целые еврейские общины: 37 тыс. из 45 тыс. евреев Болгарии, 30,5 тыс. из 35 тыс. евреев Ливии, 124 тыс. из 130 тыс. евреев Ирака (операция «Эзра и Нехемия»), около 100 тыс. из 150 тыс. переживших Катастрофу евреев Польши, около 117 тыс. из 350 тыс. евреев Румынии. В 1949–50 гг. Израиль провел операцию «Волшебный ковер»: в течение двух лет каждые два дня осуществлялся прямой перелет из Йемена в Израиль, таким образом репатриировались 48 тыс. из 50 тыс. йеменских евреев. В эти годы было создано 347 новых сельскохозяйственных поселений (251 мошав и 96 киббуцов) и построены первые города развития; резко увеличилось население многих основанных в предшествующие годы городов, в частности Цфата и Афулы.

В 1955–57 гг. в Израиль прибыла новая волна репатриантов (около 160 тыс. человек). Среди новоприбывших было 60 тыс. евреев из Марокко, 15,5 тыс. — из Туниса, 35 тыс. — из Польши, значительную часть которых составляли евреи, вернувшиеся в Польшу из СССР. Вслед за венгерским восстанием 1956 г. в Израиль нелегальным путем прибыло около 9 тыс. евреев Венгрии. После Синайской кампании (1956 г.) в страну репатриировались 14,5 тыс. евреев Египта. Многие из репатриантов этих лет обосновались во вновь созданных сельскохозяйственных поселениях в районе Лахиша и в Изреельской долине.

Новый подъем алии относится к 1961–64 гг., когда в страну прибыло около 220 тыс. репатриантов, преимущественно из Северной Африки (около 100 тыс., главным образом из Марокко) и Румынии (около 63 тыс. человек).

Шестидневная война, усилив национальное сознание евреев во всем мире, дала новый толчок алие. Между 1967 и 1984 гг. в Израиль прибыло около полумиллиона репатриантов, из них: около 35% — из СССР, 13% — из Северной и Южной Америки, 7% — из Франции, 6% — из Румынии, 6% — из Северной Африки, 4% — из Ирана, 3% — из Англии. Наибольший подъем репатриации был в 1972–73 гг. (около 55 тыс. человек в год) и в 1978–79 гг.

В эти годы в Израиль прибыло около 160 тыс. репатриантов из Советского Союза. Подъем национального самосознания советского еврейства был вызван как победой Израиля в Шестидневной войне, так и антиизраильской кампанией в советской прессе, ростом антисемитизма в повседневной жизни и полуофициальной дискриминацией во всех областях государственной и общественной жизни. Первым шагом в борьбе советского еврейства за репатриацию были письма от 18 еврейских семейств из Грузии в Комитет защиты прав человека при ООН (1969 г.), в которых, наряду с протестом против дискриминационной политики советских властей, было выражено требование разрешить желающим того евреям выехать в Израиль. В 1969 г. число репатриантов из СССР составило 3019 человек (в 1968 г. — всего 224 человека), однако в 1970 г. их число вновь резко сократилось — до 992 человек. Антиеврейские процессы 1970–71 гг. по обвинению группы евреев Ленинграда (см. Санкт-Петербург) и Риги в попытке захватить самолет и покинуть Советский Союз показали, что национальное движение в СССР охватило широкие круги советского еврейства и что активисты этого движения готовы на самопожертвование ради достижения своей цели.

Борьба советского еврейства, поддержанная евреями всего мира и широкими кругами общественности Европы и Америки, а также давление Соединенных Штатов, обусловивших свои политические и экономические отношения с СССР готовностью советских властей уважать национальные чаяния советских евреев, вынудили Советский Союз предоставить желающим того евреям право покинуть страну. В 1971 г. число выехавших из СССР достигло 13 тыс. человек. Наибольший подъем алии из СССР приходится на 1972–79 гг. В начале 1980-х гг. политика советских властей в отношении евреев изменилась, число разрешений на выезд сократилось (1980 г. — 21,5 тыс., 1981 г. — 9,5 тыс., 1982 г. — 2,7 тыс.).

Из 259,5 тыс. евреев, покинувших СССР в 1967–82 гг., около 161 тыс. репатриировались в Израиль. 65% (около 105,5 тыс. человек) репатриантов из СССР составляют ашкеназские евреи и около 35% — евреи восточных общин, грузинские евреи — 18% (около 30 тыс. человек — примерно половина всей грузинской общины), бухарские евреи — девять процентов (около 15 тыс. человек — примерно треть всей бухарской общины), горские евреи — семь процентов (около 11 тыс. человек — примерно шестая часть всей общины).

Несмотря на широкий размах алии в 1972–73 гг., уже тогда появилась нешира (буквально `отпадение`) евреев СССР в страны Запада. Это явление постепенно приобретало все большие размеры, и в 1977 г. более половины выезжающих из СССР евреев эмигрировало в страны Северной Америки и, в некоторой мере, в страны Европы, главным образом в Германию. В 1978 г. нешира составила около 60%, а в 1979 г. около 66%. Выбор между репатриацией в Израиль и эмиграцией в другие страны определялся многими факторами, важнейшими из которых были уровень национального самосознания и еврейского воспитания, способность Израиля удовлетворить профессиональные запросы новоприбывших, наличие родственников и друзей, трудности, связанные с массовой абсорбцией, а также представление об Израиле, сложившееся под влиянием советской антиизраильской пропаганды. Из 105,5 тыс. ашкеназских евреев, прибывших из СССР в Израиль между 1967 и 1981 гг., наибольшее число (около 22 тыс.) приходится на 1973 г. Выезд евреев из европейской части СССР был вызван в основном антисемитизмом местного населения и полуофициальной дискриминацией на службе и при приеме в высшие учебные заведения. Выходцы из европейской части СССР дали и наибольший процент неширы.

Средняя семья репатриантов, прибывших из европейской части СССР в 1968–1979 гг. — 2,8 человек. Средний образовательный уровень этой алии очень высок, она дала Израилю большое число высококвалифицированных специалистов: около 50% репатриантов с высшим образованием составляли инженеры, около 17% — врачи. Велико также число ученых, архитекторов, юристов, преподавателей, деятелей искусств и спортсменов. По данным на 2001 г., численность безработных среди представителей этой волны алии ниже, чем в среднем по Израилю, а уровень их заработной платы превосходит средний по стране.

С 1967 г. по конец 1982 г. в Израиль репатриировалось около половины (30 890 человек) всех евреев Грузии. Доля евреев Грузии в алие из СССР чрезвычайно высока, почти в десять раз выше, чем доля грузинских евреев в общем числе евреев СССР. Наибольшее число репатриантов из Грузии прибыло в Израиль в 1972 г. (10,3 тыс. человек). Нешира среди грузинских евреев сравнительно невелика (максимальный показатель — 14%). Около 94% репатриантов из Грузии приехали большими семьями (средняя величина семьи — 3,4 человека). Процент детей и молодежи до 18 лет среди евреев Грузии выше, чем среди выходцев из европейских республик (средней показатель по всей «алие семидесятых» из бывшего СССР — 28%). Процент лиц с высшим образованием ниже, тем не менее, более трети всех работников составляют лица с высшим и средним специальным образованием. Основным побуждением к алие является национально-религиозное сознание. Относительно высок процент верующих. Солидарность грузинских евреев очень высока, они поддерживают тесные семейные и общинные связи.

Репатриация бухарских евреев началась в 1971 г., и до конца 1982 г. в Израиль репатриировалось около 16 тыс. человек. Нешира среди бухарских евреев относительно невелика (около 13%). Подобно грузинским евреям, они в массе своей репатриировались семьями (94%), средняя величина семьи — 4,1 человека. Дети и молодежь составляют 45%; около 37% составляют лица с высшим и средним специальным образованием. Почти все бухарские евреи соблюдают еврейские традиции. Основной побудительной силой к репатриации являются религиозные мотивы. Бухарские евреи придерживаются рамок большой патриархальной семьи, все больше образуя сплоченную этническую группу (в выборах в Кнесет в 1999 г. принимал участие и список бухарских евреев «Лев — олим ле-маан Исраэль», за который было подано 6311 голосов, что не позволило ему преодолеть электоральный барьер).

Репатриация горских евреев за период с 1972 г. по 1982 г. насчитывает 10,8 тыс. человек. Национальное пробуждение среди представителей этой общины произошло несколько позднее, чем в других районах СССР, и лишь в 1974 г. началась массовая репатриация. Годом наибольшей алии горских евреев был 1975 г., когда с Северного Кавказа (из Дагестана), а также из Азербайджана прибыло 2270 человек. Среди горских евреев практически не было неширы. Средняя величина семьи — 4,3 человека; дети и молодежь составляют около 50%. Основной мотив репатриации горских евреев — религиозный. Структура семьи патриархальная, объединяющая три-четыре поколения.

В середине 1980-х гг. алия упала до самого низкого уровня за всю историю Израиля; в 1986 г. в страну прибыло менее десяти тысяч олим. Однако уже в 1987 г. началась новая волна алии из Советского Союза: число репатриантов из СССР удесятерилось по сравнению с предыдущим годом (2096 против 202 человек), причем власти стали разрешать на выезд многолетним «отказникам».

Подлинный перелом в масштабах алии произошел в 1989 г.: число репатриантов — 24 тыс. (из них более половины — олим из Советского Союза) — в два раза превысило среднегодовой показатель четырех предыдущих лет. В рекордном 1990 г. число репатриантов достигло почти 200 тыс. (лишь в 1949 г. их число было больше — 240 тыс. человек); более 92% из них прибыли из СССР.

С 1986 г. число вызовов, высылаемых в Советский Союз, постоянно росло, и к концу 1990 г. вызовы имели около миллиона советских евреев. Начиная с середины 1989 г., алия из Советского Союза неуклонно увеличивалась с каждым месяцем. С введением в октябре 1989 г. квоты на въезд в США подавляющее большинство выезжающих из Советского Союза евреев стало направляться в Израиль. Так, в 1990 г. в страну прибыло 185,2 тыс. человек, причем три четверти из них — во втором полугодии. Максимума алия достигла в декабре 1990 г. — 35,6 тыс. человек за месяц, однако резко сократилась в январе 1991 г., с началом войны в Персидском заливе. Хотя именно в 1991 г. начали осуществляться прямые авиарейсы для репатриантов, темпы алии начали снижаться. За первые шесть месяцев из Советского Союза приехало 88,5 тыс. человек (около 80% от общего числа репатриантов), то есть на 34% меньше по сравнению с предшествующим полугодием. Во втором полугодии 1991 г. в Израиль из СССР прибыли 59 тыс. человек. В 1992–2000 гг. численность репатриантов из стран СНГ и Балтии составляла от 46 до 67 тыс. человек в год (см. таблицу 2), составляя примерно 80% общего числа прибывавших. В последующие годы численность репатриантов из стран СНГ и Балтии резко снизилась, составив в 2003 г. лишь 12549 человек — меньше, чем в любой год из предшествующих 15 лет. Заметное снижение темпов алии русскоязычных евреев и членов их семей (собственно евреи составляли меньшинство иммигрантов, прибывших в страну из СНГ и стран Балтии в 2000–2003 гг.) привело к тому, что в эти годы численность евреев-эмигрантов, избравших местом жительства США и Германию, превысило объемы репатриации в Израиль. В 1989–1998 гг. 62% евреев и членов их семей, покинувших страны СНГ, прибыли в Израиль (23% — в США, 9% — в Германию).

Таблица 2. Репатриация в Израиль в период «большой алии» 1990-х гг.

Год        Общая числ. репатриантов              В том числе из СССР/СН

1989                             24 300                                                   12 780

1990                            200 170                                               184 740

1991                            176 650                                               147 670

1992                              77 350                                                  64 880

1993                              77 860                                                  66 160

1994                              80 810                                                  67 750

1995                              77 660                                                  64 730

1996                              72 180                                                  58 830

1997                              67 990                                                  54 630

1998                              58 500                                                  46 140

1999                              78 400                                                  67 100

2000                              61 542                                                  51 060

2001                              44 633                                                  33 850

2002                              35 168                                                  18 508

2003                              24 652                                                  12 549

Всего       1 157 865                           951 377

Состав алии из СССР/СНГ. Репатриация из различных мест Советского Союза была различна по интенсивности, причем в 1970-е гг. начался массовый выезд из тех районов, откуда в прошлом эмиграция евреев была сравнительно невелика (восточные области Украины, некоторые районы Сибири и т. д.). Процент выехавших, как и отношение числа вызовов к общей численности еврейского населения, весьма отличались в разных республиках. В 1990–1991 гг. 53,4% прибывших репатриантов составляли выходцы из Москвы и Ленинграда (Санкт-Петербурга). Впоследствии их доля в составе алии из СНГ неуклонно снижалась, составляя после 1995 г. менее 20% от общего числа прибывших репатриантов (в 2002 г. — 13,4%).

В профессиональном составе репатриантов очень высок удельный вес специалистов с высшим образованием. Данные по алие 1970-х гг. таковы: среди олим старше 15 лет, работавших до приезда в Израиль, 38% составляли люди с высшим образованием, работавшие по специальности (в том числе 25% инженеров и 6% врачей). В начале 1990-х гг. доля лиц с высшим и средним специальным образованием была очень высокой (65% от общего числа репатриантов из СССР, прибывших в Израиль в 1990–1991 гг.); после 1993 г. она снизилась до 50%. Массовая алия из Советского Союза привела к возникновению в Израиле центра литературного творчества на русском языке и появлению множества разнообразных периодических изданий на русском языке. Наличие в Израиле значительного числа носителей русской культуры во многом способствовало кристаллизации русского еврейского общинного самосознания в Израиле. Местная русскоязычная пресса старается отражать весь спектр мнений общины по этому вопросу, колеблющийся от стремления к замкнутости до полной интеграции в израильское общество. Важная роль в деле ознакомления израильского читателя с духовным миром евреев Советского Союза принадлежит выходящим ежегодно с 1976 г. на иврите под редакцией Д. Приталя (1919–2006) и Л. Дымерской-Цигельман сборникам «Еврейская интеллигенция в СССР», «Евреи в СССР» и «Евреи бывшего СССР в Израиле и в диаспоре». Изменение названия альманаха адекватно отражает социально-демографические перемены в жизни русскоязычного еврейства, большая часть которого эмигрировала из бывшего СССР в Израиль и другие страны.

Алия из Аргентины, Эфиопии, ЮАР, Франции и других стран. В конце 1980-х гг. начала увеличиваться алия из Аргентины, что было связано с ухудшением там экономического положения (в 1990 г. — 2045 репатриантов; почти втрое больше, чем в 1986 г.); впоследствии стабилизация политической и экономической ситуации в Аргентине и трудности абсорбции, связанные с наплывом репатриантов из Советского Союза, привели к уменьшению этой волны алии, однако в 2002 г. наблюдался новый всплеск: за один год в Израиль прибыли почти шесть тысяч репатриантов из Аргентины. Всего в 1948–2003 гг. в Израиль из Аргентины репатриировались 65815 человек. Внутриполитический кризис в Южной Африке стимулировал эмиграцию евреев, однако большая их часть предпочла переселиться в Австралию, США или страны Западной Европы (за весь период 1948–2003 гг. в Израиль прибыло менее 20 тыс. репатриантов из Южной Африки).

В результате улучшения отношений с Эфиопией увеличилась репатриация из этой страны. Небольшие группы репатриантов из Эфиопии начали прибывать в Израиль с первых дней существования еврейского государства. В 1980-х гг. число прибывающих значительно увеличилось (1980 г. — 259 человек, 1981 г. — 650, 1982 г. — 950, 1983 г. — 2393). Резкое ухудшение экономического положения, политическая неустойчивость и катастрофическая засуха поставили под угрозу само существование двадцатипятитысячной еврейской общины Эфиопии. В ходе операции «Моше», предпринятой правительством Израиля в ноябре 1984 г., более восьми тысяч евреев были прямыми авиарейсами из сборных пунктов на севере Эфиопии и юге Судана переправлены в Израиль. Еще почти две тысячи человек прибыли в Израиль из Эфиопии в 1985 г. Демографическая структура алии из Эфиопии отличалась высоким (около 50%) числом лиц младше 18 лет (средняя величина семьи — 3,8 человек) и незначительным (около пяти процентов) — старше 60 лет. В результате трудных переходов, во время которых многие погибли от голода и тягот пути, среди репатриантов велико число неполных семей и одиноких; по прибытии многие страдали от истощения, болезней и депрессии. За три последующих года (с 1986 г. по 1988 г.) в Израиль из Эфиопии смогли прибыть немногим более тысячи человек, в 1989 г. — 1448, а в 1990 г. — 4121 человек. В мае 1991 г., когда повстанцы подошли к Аддис-Абебе и падение марксистского режима Х. М. Менгисту стало неотвратимым, над евреями Эфиопии (см. Фалаша), жившими в столице в ожидании репатриации в Израиль, нависла реальная угроза. Израиль принял решение о немедленной эвакуации эфиопских евреев. В ходе операции «Шломо» был создан воздушный мост между Аддис-Абебой и Израилем, и в течение трех дней в Израиль были перевезены около 15 тыс. эфиопских евреев. Внутриполитический кризис в Албании, приведший к ослаблению изоляционистского режима в стране, позволил организовать в 1991 г. репатриацию еще остававшихся там немногочисленных евреев. Вследствие гражданской войны в Югославии в Израиль прибыло несколько десятков югославских евреев.

На всем протяжении истории Израиля продолжается алия из Франции, которая не уменьшилась даже в период интифады. Всего за 1948–2003 гг. в Израиль репатриировались более 70 тыс. уроженцев Франции. Рекордным был 1969 г., в ходе которого в Израиль из Франции прибыли 5292 человека. В два последующих года численность репатриантов из Франции оставалась сравнительно высокой (4414 человек в 1970 г. и 3281 человек — в 1971 г.). В 1999–2003 гг. в Израиль из Франции прибыли 7439 человек.

Гражданство Израиля. Приобретение израильского гражданства регулируется Законом о гражданстве от 14 июля 1952 г., согласно которому право на израильское гражданство признается в силу репатриации в Израиль, либо проживания в Израиле, либо по рождению, либо натурализации или в результате дарования.

На основании статьи второй Закона, любой репатриант (оле) автоматически приобретает израильское гражданство, если только он уже не является израильским гражданином по рождению. Согласно Закону о возвращении от 5 июля 1950 г., каждый еврей имеет право прибыть в Израиль в качестве оле, и виза оле должна быть предоставлена любому еврею, выразившему желание поселиться в Израиле, если только ходатайствующий не занимается или не занимался в прошлом деятельностью, направленной против еврейского народа, или если его поселение в Израиле не угрожает безопасности страны, либо общественному порядку, либо здоровью населения. Каждый еврей, репатриировавшийся в Израиль до 5 июля 1950 г. или родившийся в Израиле до или после этой даты, также рассматривается как прибывший в страну в качестве оле в силу Закона о возвращении. С точки зрения Закона о возвращении, еврей определяется как лицо, рожденное от матери-еврейки и не перешедшее в другое вероисповедание, либо лицо, принявшее иудаизм (при этом в самом Израиле признаются только ортодоксальные /см. Ортодоксальный иудаизм/ гиюры). Права еврея по Закону о возвращении и права оле по Закону о гражданстве распространяются на нееврейского супруга, детей и их супругов и внуков репатрианта (за исключением лиц, которые, будучи евреями, добровольно перешли в другое вероисповедание); при этом не имеет значения, жив ли и репатриировался ли в Израиль еврей, в силу прав которого указанные лица обладают правом на израильское гражданство. Согласно поправке к Закону о возвращении от 1971 г., любой еврей, находящийся вне пределов Израиля, может по желанию получить израильское гражданство.

В силу проживания в Израиле, израильским гражданством обладают лица, бывшие гражданами подмандатной Палестины непосредственно перед образованием Государства Израиль и оставшиеся жителями страны на 14 июля 1952 г.

По рождению израильским гражданством обладает лицо, если хотя бы один из родителей является израильским гражданином.

В силу натурализации израильское гражданство предоставляется, если ходатайствующий удовлетворяет всем следующим условиям:

а) находится в момент подачи прошения в Израиле,

б) проживал в Израиле три из пяти лет, непосредственно предшествовавших подаче прошения,

в) имеет разрешение на постоянное жительство в Израиле,

г) поселился или намеревается поселиться в Израиле,

д) обладает хотя бы элементарным знанием иврита,

е) отказался от своего прежнего гражданства либо намерен отказаться от такового при получении израильского гражданства.

Получение израильского гражданства в силу натурализации обусловлено также декларацией ходатайствующего о его намерении быть лояльным гражданином Израиля. Процесс натурализации облегчается для лиц, которые состояли на израильской военной службе после 29 ноября 1947 г. (дата резолюции ООН о создании еврейского государства) или которые потеряли сына или дочь на военной службе в Армии обороны Израиля.

Совершеннолетний израильский гражданин, не проживающий в Израиле или формально заявивший о своем намерении покинуть Израиль, может подать письменное заявление об отказе от израильского гражданства. Если министр внутренних дел утверждает такое заявление, его податель перестает быть израильским гражданином, начиная с даты, устанавливаемой министром. Министр внутренних дел правомочен лишить гражданства лицо, совершившее акт нелояльности по отношению к Государству Израиль или приобретшее израильское гражданство незаконным путем.

Источник: http://www.eleven.co.il/article/11732

СЛУШАЙ, ИЗРАИЛЬ!

«СЛУШАЙ, ИЗРАИЛЬ!»

Семен Винокур

В 1996 году я решил уволиться с телевидения. Это был мой последний рабочий день. Снимаем мы мужичка, главного повара гостиницы «Дан Панорама», а в соседней комнате кто-то мычит.
Тут повар прерывается и кричит в стену: — Папа, они тебя все равно снимать не будут!
Мычание прекращается.
Я спрашиваю: — А зачем ему сниматься, вашему папе?
— Он хочет рассказать о своей жизни, — говорит повар. — Может, сделаете вид? – Так, для блезира поснимайте, чтобы у него давление не поднялось…
— Рабочий день закончился, — отрезает мой оператор Ави и начинает собирать оборудование. (У них, на телевидении, это было железно, 7 часов работы, два обязательных перерыва… Собственно, поэтому, я и увольнялся, ничего нового там уже нельзя было сделать.)

Стало мне больно, достал я свою камеру-мартышку и сказал сыну-повару: — Мне торопится некуда. Показывайте папу.

Заходим в полутемную комнату. На кресле-качалке сидит старик и смотрит на меня круглыми глазами.
Повар говорит: — Папа, познакомься, это самый известный режиссёр.
— Это было сразу после войны, — начинает старик ещё прежде, чем я успеваю сесть… — А это увидят люди? – подозрительно кивает на камеру.
— Обязательно, — говорю. – Это она выглядит, как мартышка. Но это профессиональная камера, дедушка. Говорите!
— Так вот, — говорит старик, — мы ездили по Польше искали сирот. Мы постановили в нашем кибуцном движении, что должны успеть раньше религиозных. Те ведь тоже искали. Мы хотели, чтобы не заморочили они детям головы. Я-то знал, что такое религия, я жил и родился в Польше, в религиозной семье. Но вовремя одумался… Так вот, приезжаю я в один монастырь, под Краковом. Проводят меня к настоятелю. Говорю ему, так и так, я из Израиля, ищу детей–сирот, хотим их вернуть на нашу историческую родину.

Он мне говорит: — Садитесь, попейте нашего чая травяного.
Сижу, пью чай, а он рассказывает.
— Да, — говорит, — есть у нас еврейские дети… Скрывать не буду… Наш монастырь брал детей. Настоятеля соседнего монастыря повесили, когда узнали… Я боялся… Но когда до дела доходило, не мог отказать. Ну, сами посудите, приходят евреи в монастырь. Тихо, ночью, чтобы никто не видел. Стучат в окно. Открываю. Они заходят, с ними их сынок маленький, еле на ножках стоит. Завёрнутый в пуховый платок, только глаза видны. Возьмите, говорят, завтра нас увозят. И вижу, как мама ему личико открывает, волосики разглаживает и целует его, целует, чувствую, как прощается. И знаю я… они не вернутся… Ну, как тут не взять?!.. Беру.
— Спасибо вам огромное, — говорю настоятелю, — вы — настоящий праведник!..

А он мне говорит: — И так, бывало, по 5-6 за ночь… Идут и идут. Я боюсь. Но беру. И братья в монастыре, они всё про это знали. И молчали. Ни один не проговорился.
— Спасибо вам, спасибо, — повторяю, — вам и всем братьям монастыря… Спасибо, что сохранили наших детей.
— А теперь вы приехали их забрать, — он продолжает.
— Повезу их на родину, — говорю.
А он мне говорит: — А как вы их отличите, детей ваших?
— Что значит, как отличу? – спрашиваю – У вас же списки остались?! — Нет, – говорит. — Нет никаких списков. Мы никаких списков не составляли. А если бы их нашли, не дай Бог?!
— Послушайте, — говорю, — спасибо за спасение детей, конечно, но я без них не уеду. Покажите мне их. Я их заберу. И всё.
— Вы что ж, насильно их заберёте?
— Почему насильно, я им всё объясню…
— Они ничего не помнят, что вы им объясните?
— Что у них были другие родители, — говорю, — что они наши дети…
— Мы их давно уже считаем нашими детьми, — говорит.
— Но они наши дети!
— Докажите! – говорит.
— Есть у наших детей, — говорю, — одно отличие…
— Это наши дети! – говорит он жёстко. – Никакой проверки я делать не позволю.
И встаёт.
И я встаю.
И чувствую, что за мной встаёт весь наш многострадальный народ.

И говорю веско: — А ну-ка, ведите меня к детям.
— Хорошо, пойдёмте, — говорит он спокойно. – Но на меня не надейтесь. Сами определите, где ваши дети. На глаз.
И приводит он меня в большой зал, в такую огромную спальню. И вижу я там много–много детей. Белобрысых, чернявых, рыжих, разных… Время вечернее. Ложатся спать. Все дети причёсаны, сыты, чистые личики, румянец на щёчках… Сразу видно, с любовью к ним относятся.

Стоим мы посреди зала, и настоятель говорит мне: — Ну, как вы определите, гдеваши дети, а где нет?.. Молчу. Не знаю, что ему ответить.
А он мне говорит: — Если ребенок захочет, мы насильно держать не будем. Обещаю вам. 

И продолжает, просит: — Родителей своих они не помнят. Вместо их родителей — мы. Не мучайте их. Оставьте здесь.

Тут проходит мимо чернявенький, я ему на идише говорю: — Как поживаешь, малыш?

А он мне по-польски отвечает: — Здравствуйте, меня зовут Ежи, я вас не понимаю.
— У всех польские имена, — слышу я голос монаха. – Все говорят только по-польски. Их дом здесь.

И тут я окончательно понимаю, что ничего сделать не смогу. Что это насилием будет, если я буду искать их, объяснять, уговаривать… Ну даже если я определю, кто наши дети… они же не согласятся ехать!.. Надо оставить всё, как есть, — думаю, – и уходить. Вот уже потушили свет. Вот уже все легли. Поворачиваюсь, чтобы идти… Смотрю на настоятеля. Он разводит руками.
Думаю: «Ну не в тюрьме же я их оставляю, им здесь хорошо…»…

И тут… Откуда только всё берётся?!.. Впрочем, знаю, откуда!.. Из детства…

Я вдруг спрашиваю настоятеля: — А можно, я им только один вопрос задам?
— Можно, — говорит, — задавайте.
И тогда я набираю воздуха в легкие и громко, чтобы все слышали, говорю:  — «Слушай, Израиль, Бог наш, Бог един»…
До сих пор, мурашки по телу идут, когда это вспоминаю. Вспоминаю, как всё стихло… Такая тишина наступила! Гробовая тишина!..

И вдруг у окна приподнялись две головки… А потом у двери ещё две… И у прохода одна… Приподнялись и смотрят на меня… Смотрят и смотрят… И вижу я их глаза — такие большущие, удивлённые!… И тут спускают они ноги на пол. И вдруг начинают ко мне бежать! Как по команде. Со всех сторон. Стучат голыми ножками по полу и бегут. И так, слёту, втыкаются в меня. А я плачу, не могу сдержать слёзы. Обнимаю их, заливаюсь слезами!.. И повторяю все время: «Дети, мои дорогие, вот я приехал, ваш папа! Приехал я забрать вас домой!»..

Смолкает старик. Вижу, как дрожит у него подбородок.
— Не было дома, чтобы не знали мы этой молитвы… — говорит, — Утром и вечером повторяли: «Слушай Израиль, Бог наш, Бог един…»… Жила она в сердце… каждого.

Снова молчит. Я не прекращаю съёмку. Вижу, это ещё не конец. И действительно он продолжает.
– Оглядываюсь я, — говорит он, — стоит этот мой настоятель. И так у него голова качается, как у китайского болванчика… И он тоже еле сдерживается, чтобы не завыть.
И дети вдруг, вижу, разворачиваются к нему. На него смотрят, на меня оглядываются… Снова на него… На меня… И вдруг начинают к нему пятиться… А я молчу. Сказал себе, что буду молчать. И всё!.. Пусть сами решают.
И тут вдруг настоятель говорит: — Дорогие мои дети… Как я счастлив… — говорит, — что вы возвращаетесь домой.
Они останавливаются. Вижу, он еле выговаривает слова…
— Все исчезнет, дети мои, — говорит, — вот увидите! Не будет религий, наций, не будет границ… Ничего… Ничего не будет разъединять нас. — Любовь только останется, — говорит.
И вдруг делает к ним шаг, обнимает их… и улыбается! Улыбается!..

– Любовь, она и есть религия, — говорит. — Вот возлюбим мы ближнего, как самого себя… не меньше — не больше, — возлюбим!.. Как самого себя!.. Вот тогда и раскроется нам, что есть только Любовь. Что Он – Любовь, дети мои! Любовь!.. А мы все…– семья… Весь мир, дети мои, – … большая семья!..
И замолкает… Дети стоят, молчат. Я молчу. Все мы молчим…
— А я к вам обязательно приеду!.. – говорит он. — Обязательно приеду, а как же!.. Вы только не забывайте нас, там, дома.

Потом поворачивается и уходит. Спотыкается у выхода, чуть не падает…
…Так я их и привёз сюда, — говорит старик. — Двенадцать мальчиков. Всех мы воспитали в нашем кибуце. Я ими очень гордился. … Трое погибли в 73-м, в войну «Судного Дня». Тяжёлая была война. Йоси сгорел в танке на Синае. Арье и Хаим — прямым попаданием… Ещё один, Яаков, женился на Хане… Такая была свадьба веселая!… А через три года… в автобусе… в Иерусалиме… Это был известный терракт… подорвались. Настоятель приехать не успел…

После этих слов старик замолчал. Я понял, что съёмка закончена.

…Я уехал из этого дома уже поздним вечером. Сын-повар приготовил мне такой ужин, какого я в жизни не ел. Я обещал, что смонтирую очерк и привезу им. Назавтра была срочная работа, я завершал своё пребывание на телевидении. Они выжимали из меня последние соки. Через неделю я решил просмотреть материал. Вытащил кассету… Пусто…
Испугался. Стал вертеть туда-сюда, проверил, где только можно, даже поехал к своим ребятам-операторам — подумал, может, у меня что-то с головой. Одни мне сказали, что забыл включить на запись. Другие, что, может быть, кассету заклинило. Третьи — что эту камеру «JVC» надо выкинуть… В общем, не снялось ничего…

Вечером позвонил повару. Долго готовился к разговору… Он выслушал меня. Потом сказал: — Знаете, я вам очень благодарен.

«Вот тебе раз!» – думаю.

А он говорит: — За то, что остались, выслушали его… Отец мой сейчас в больнице. Похоже, что осталось ему несколько дней жизни. Но он лежит тихий, как ребёнок, не стонет, не кричит, улыбается…

****
Прошло много лет с тех пор. Честно говоря, потом я слышал много подобных историй о том, как дети вспоминали молитву. Истории были похожи до мельчайших деталей. Я даже подумал грешным делом, что старик всё это придумал…
Но не давал мне покоя настоятель.
— Идеалист, утопист, фантаст, – думал я о нём. — Куда там этому миру до любви!.. А тем более до одной семьи…
Но не отпускали меня его слова.
Пока я не нашёл доказательства, что так всё и будет. Пока не встретил Учителя.

Семён Винокур

_________

Семён Матвеевич Винокур — уроженец Белгорода, советский и израильский сценарист, кинорежиссёр и продюссер. В 1999 году награждён призом Израильской киноакадемии.

Право на суверенное государство

Дор Голд и Джефф Гелмрейх

Самое, пожалуй, странное, что голоса критиков, ставящих под сомнение идею создания государства Израиль, раздаются не из Тегерана и не из Эр-Рияда. Эти «сомнения» сеют в умах мировой общественности европейские интеллектуалы и некоторые крайне левые американцы. Многие из них открыто требуют ликвидации Израиля, а взамен предлагают учредить двунациональное Палестино-Еврейское государство. Об этом пишут в газетах Гардиан (Англия) и Нью-Йоркское книжное обозрение (США). Новые антисионисты, как правило, прежде всего, говорят, что у евреев нет прав на суверенное государство, что еврейский «национализм», по сути своей — ничем неоправдан и несправедлив.

Любопытно, что эта кампания, столь серьезно занятая вопросами правомерности существования Израиля, не задается аналогичными вопросами относительно существования других 190 государств, входящих в состав ООН. Подобного пристального внимания не удостаиваются ни мини-государства Европы — от Лихтенштейна до Ватикана, ни многоплеменные государства Африки, многие из которых распадаются сами по себе. Не оспаривается право на существование стран ярко выраженного католического, протестантского или мусульманского толка.

Это исключительное внимание, сосредоточенное лишь на Израиле, невольно порождает вопрос об истинных мотивах «критиков». Майкл Гов, помощник редактора лондонской газеты Таймс, заметил в одной из своих статей: «Можно критиковать Израиль за те или иные действия, но говорить, что он не имеет право на существование — иное дело. Что за стандарты применяют к евреям?».

Небезынтересно также отметить, что, нападая на Израиль, никто даже словом не обмолвится о специфичности ситуации. «Атакующие» даже не берутся оценивать юридические или политические последствия создания государства Израиль для его нееврейского населения (в частности — для израильских арабов, которые являются равноправными гражданами страны). Игнорируют критики и особые исторические обстоятельства, которые привели к необходимости объявить Израиль государством евреев. Словом, все эти нападки на Израиль, не соотносясь ни с ценой, которую заплатили евреи за право иметь собственное государство, ни с уникальностью положения евреев в мире, не имеют под собой никакой реальной почвы. Это становится еще очевиднее, если проанализировать историю, закон и факты…

Права государств и права Израиля

Традиционно, в соответствии с международным законодательством, политическое формирование может получить статус государства, если соблюдены четыре условия:

1. Существование народа, претендующего на собственное государство.

2. Наличие территории, на которой можно создать государство.

3. Наличие органов управления народом.

4. Способность поддерживать отношения с другими странами.

Выступая в 1948 году за принятие Израиля в ООН, американский представитель напомнил Совету Безопасности, что Израиль — формирование, отвечающее всем этим четырем критериям. Сегодня, когда подвергается сомнению само право еврейского государства на существование, бросается в глаза горькая ирония сложившейся ситуации. Ведь еврейское государство существовало за тысячи лет до того, как были образованы большинство современных государств. И вот теперь подвергается сомнению связь еврейского народа с Землей Израиля. Как это понимать? Следует ли относить подобные измышления на счет невежества секулярных интеллектуальных кругов, не имеющих ни малейшего базисного представления об еврейской истории, или эти злобные выпады мотивированы вновь возрождающимся антисемитизмом?

Тут нечего и гадать. Полная необразованность «критиков» в области еврейской истории и уникальности еврейских корней — очевидна. А вкрапленный в нее антисемитизм придает ей агрессивную окраску.

Еврейская претензия на право суверенитета на земле Израиля (Эрец Исраэль) возникла в последнее столетие по трем основным причинам:

1. Это — не новое требование, но, скорее — подтверждение исторического права, о котором евреи никогда не забывали и от которого никогда не отказывались. Даже после разрушения еврейского государства в 1-м веке н.э., еврейский народ имел свои автономные политические и юридические институты. Династия Давида продолжала свое существование в Багдаде вплоть до 13 века. Сохранялась еврейская традиция, и все в ней, включая еврейские праздники и ежедневные молитвы, содержит идею возвращения в Сион. Таким образом, в течение долгих тысячелетий изгнания еврейские исторические права поддерживались в еврейском историческом самосознании.

2. Еврейский народ в диаспоре оказался в совершенно невыносимых условиях. Преследования и нападения антисемитов сменились в 12-м веке угрозой настоящего истребления, геноцида, и Катастрофа служит тому печальным доказательством. Вначале эта угроза сосредотачивалась в Европе, но вскоре распространилась и на весь Ближний Восток.

Арабские государства, получив независимость, стали смотреть на свои еврейские общины, существовавшие там многие столетия, как на европейских чужаков. Они систематически ущемляли евреев в самых элементарных человеческих правах, лишая еврейских граждан всякой защиты и даже конфискуя их имущество.

Со времен Дамасского кровавого навета 1840 года до погромов 1941 в Багдаде и без того неустойчивое еврейско-арабское сосуществование, рухнуло. И это случилось еще до основания государства Израиль. Опасность ярого, фанатичного антисемитизма сделала необходимым создание сильного еврейского государства, которое бы послужило евреям пристанищем. Евреи поняли, что они больше не могут позволить себе пребывать в состояние беспомощности и бесправия.

3. Постоянный рост ассимиляции неизбежно вел к исчезновению еврейских общин по всему миру. Еврейское государство, культура которого поддерживает уникальные обычаи еврейского народа, его традиции и ритуалы — наилучшая гарантией сохранения еврейства и рождения новой еврейской цивилизации, которая сможет внести свой вклад в мировое сообщество.

Исторический базис государства Израиль — нерушимая связь с Эрец Исраэль

Израиль — единственное из основанных в последнее столетие государств, легитимность которого была признана и Лигой Наций, и ООН. Мандат Лиги Наций, данный Израилю странами-победительницами Первой Мировой войны, еще не предоставлял еврейскому народу право на национальный дом в Палестине — он лишь подтвердил, что это право существовало ранее. Связь еврейского народа с его исторической родиной было известна и принята в предыдущем веке мировыми лидерами. Например, в 19-м веке — президентом США Джоном Адамсом, Наполеоном Бонапартом и министром иностранных дел Великобритании лордом Палмерстоном.

Организация Объединенных Наций, преемник Лиги Наций, сохранила эти права в параграфе номер 80 своего устава. Древняя, библейская связь евреев с землей Израиля — историческая аксиома. Наконец, представилась возможность узаконить эти исторически признанные права еврейского народа.

С 1517 года Эрец Исраэль находилась под властью Оттоманской империи. После поражения Оттоманской империи в войне с Британией в 1918 году, был подписан Севрский договор, согласно которому Турция потеряла суверенитет над всеми азиатским владениями, располагавшимися вне границ Турции. Образовавшийся вакуум создал благоприятную возможность для того, чтобы снова поднять вопрос об исторических правах евреев.

С времен поражения еврейского государства в войне с римлянами в 70 году н. э. и разрушения Иерусалимского Храма, еврейский народ никогда не терял связь с землей Израиля. На эту землю, кстати сказать, никогда не претендовал, кроме евреев, ни один народ, и никто не заявлял о намерении считать ее своей государственной территорией. Земля Израиля всегда оставалась в статусе отдаленной провинции крупных империй.

Известный историк Ближнего Востока, Бернард Льюис, писал:

«С конца древнего еврейского государства и до начала британского правления, территория, называемая сегодня Палестиной, не была страной и не имела границ, за исключением административных. Это были отдельные местные поселения, не всегда похожие друг на друга, внутри более крупного образования» (Bernard Lewis, «The Palestinians and the PLO, A Historical Approach,» Commentary, January, 1975).

Евреи тем временем, не переставали претендовать на эту землю. Льюис замечает: «В течение столетий не прекращалось постоянное движение евреев в святую землю». В 135 году н. э., в результате поначалу успешного восстания Бар Кохбы против Римской империи, Иерусалим был вновь провозглашен столицей еврейского государства. Римский император Адриан собрал против повстанцев многочисленное войско, и восстание было подавлено. После этого евреям запретили селиться в Иерусалиме, и этот запрет действовал почти 500 лет. Лишь раз в год, 9-го Ава, им разрешалось приходить к развалинам Храма — на то месте, которое со временем получило название «Стена Плача».

Во времена правления императора Адриана римские власти переименовали Иудею в Палестину, надеясь этим стереть память о существовании на этой земле еврейского государства.

В этот период, еврейский центр переместился из Иудеи в Галилею, где были построены сотни синагог — от Средиземного моря до Голанских высот. В 4-м веке нашей эры, несмотря на катастрофические людские потери в период войн с Римом, евреи все еще составляли большинство населения Галилеи. В деревне Пекъин, расположенной в Верхней Галилее, постоянное еврейское присутствие сохранялось с эпохи Римской империи и до образования государства Израиль.

Поражение Восточной Римской империи (Византия) в войнах с персидскими армиями в 614 году нашей эры, позволило евреям снова захватить Иерусалим и сделать его своей столицей. Правда — ненадолго. Византийское правление было восстановлено, и евреев вынудили вновь покинуть Иерусалим — вплоть до окончательного поражения византийцев в 638 году н.э.. На этот раз они были повержены исламскими армиями калифа Омара, который вновь позволил евреям селиться в городе.

Эрец Исраэль вошла в состав преуспевающих мусульманских империй. Под исламским правлением евреи оказались в какой-то мере защищенными — в ту эпоху мусульмане чтили «народ книги». Тем не менее, им приходилось платить непомерные дискриминационные налоги (подушный и на землю). Тяжелейшее бремя налога на землю в течение первых веков исламского правления привело к постепенной утрате еврейского контроля над территориями Галилеи.

Крестоносцы, захватившие страну в 11 веке, развязали небывалую резню (особенно — в Иерусалиме), в результате которой многие евреи погибли. Но, несмотря на это, великий еврейский ученый и поэт раби Иегуда а-Леви (1075-1141 гг.), призывал евреев к массовой эмиграции в Эрец Исраэль.

Начало еврейского возрождения в Эрец Исраэль относится к 1187 году и связано с разгромом и изгнанием крестоносцев курдским мусульманским завоевателем Салах а-Дином. Он, как и калиф Омар, вновь позволил евреям селиться в Иерусалиме. Так, например, когда это стало безопасно, между 1209 и 1211 годами, триста раввинов приехали из Франции и Англии и поселились в Иерусалиме. К ним присоединились евреи из северной Африки и Египта. Выдающийся еврейский ученый Рамбан (Рабейну Моше бен НахманНахманид; великий комментатор Торы, Танаха и Талмуда; Испания — Эрец Исраэль, конец 12-го — начало 13-го вв.), приехавший в Иерусалим в 1267 году, основал здесь синагогу, которая по сей день стоит в Старом Городе.

В 13 веке еврейские семьи восстановили общину в Цфате. Этот город в 16 веке стал международным центром изучения Каббалы. Воодушевленные ростом еврейского населения, евреи вновь заявили о своих правах на Иерусалим. В 1428 году, обеспокоенный этими обстоятельствами, папа запретил морским капитанам перевозить евреев в Палестину. Евреи, тем не менее, несмотря на препятствия, продолжали возвращаться на свою Родину. Выдающийся комментатор Мишны, Овадия Бертанура, оставил в 1488 Италию и переселился в Иерусалим. Он похоронен у подножия Масличной горы.

Наплыв еврейских беженцев, спасавшихся от испанской инквизиции (1492 год) в Османскую империю, получившую в 1517 году контроль над Эрец Исраэль, привел к увеличению еврейского присутствия в Цфате, Хевроне и Тверии. Султан Сулейман Великолепный выделил своему португезскому еврейскому советнику, Дону Иосифу Наси земли в окрестностях этих поселений — для заселения евреями. Евреи стремились на свою Родину, в Землю Обетованную, задолго до появления современного политического сионизма. Продолжались потоки еврейской иммиграции из Йемена и Литвы. В 1809-1811 годах в Эрец Исраэль прибыли многие ученики Виленского Гаона (раби Элиягу из города Вильно; Литва, вторая половина 18-го века). В 1864 — за полстолетия до передачи прав на эту землю Британской империи, до провозглашения декларации Бальфура и до передачи Лигой Наций мандата на эту землю Британской империи, в Иерусалиме образовалось явное еврейское большинство.

Источник: http://www.evrey.com/sitep/object/print.php?menu=321

Русский сионизм

Русский сионизм — русские, ставшие евреями

Alex Shulman

В Музее Диаспоры в Тель-Авиве я обратил внимание на русскиe фамилии среди участников первой сионистской алии. Куракины, Матвеевы, Нечаевы… — все они из русских крестьян-субботников,принявших иудаизм, за что их в России называют «жидовствующими». Эти люди слились с еврейским народом и оставили свой след в истории еврейского государства.

Среди них была и крестьянская семья Агеевых, репатриировавшихся в 20-ые годы. Израильтяне, потомки этих иудействующих,создали сайт, посвященный истории своей семьи http://www.ageyev.co.il/.  Фотографии с этого сайта иллюстрируют мою статью.

Подполковник Йоси Куракин (1964-1997)

В сентябре 1997 года Израиль был взволнован известием о гибели во вражеском тылу боевой группы израильского морского спецназа. Израильские десантники, высадившиеся на ливанском побережье, попали в засаду и приняли неравный бой с намного превосходящими силами врага. Бойцов морского спецназа, дравшихся до последней капли крови, возглавлял подполковник Йоси Куракин, до конца выполнивший свой офицерский долг.

Откуда у боевого израильского офицера такая русская фамилия? Сразу вспоминается старинный дворянский род, оставивший памятный след в российской истории. Род подполковника Йоси Куракина занимает не менее славное место в истории становления еврейского государства.

В конце XIX века крестьянин села Солодники Астраханской губернии Агафон Куракин, принадлежавший к субботникам, вместе со своими последователями решил перейти в иудейскую веру. Вместе с женой и двенадцатью детьми он отправился в Вильну, где обучался в ешиве.

После прохождения гиюра он принял имя Авраам и в 1898 году в составе большой группы еврейских поселенцев-первостроителей еврейского государства прибыл в Эрец Исраэль.

Надо сказать, что Авраам Куракин был не одинок в своих устремлениях — в то время тысячи русских крестьян-субботников, желавших слиться с еврейским народом, прошли аналогичный путь.

Сионизм — национально-освободительное движение еврейского народа за восстановление национального государства на исторической Родине в Эрец Исраэль, всегда привлекал к себе множество сторонников, независимо от их национального происхождения и религии.

Движение субботников (или жидовствующих) зародилось в Россиии в XVIII веке среди помещичьих крестьян центральных губерний России. Члены общины соблюдают все иудейские обряды и праздники. На сегодняшний день, по различным оценкам, численность общины насчитывает десятки тысяч человек.Представители общины придерживаются законов иудаизма и соблюдают святость субботы. В царской России субботники подвергались гонениям: в 30-ые годы 19 века по указу Николая1 крестьяне, исповедующие иудаизм, были насильно переселены из центра России на окраины империи в Сибирь и Закавказье. Их принуждали вернуться в лоно христианства.

Тем не менее к началу ХХ века общины иудействующих существовали в 30 губерниях Российской империи и насчитывали десятки тысяч человек. Часть из них уезжали в Эрец Исраэль, где селились в еврейских сельскохозяйственных поселениях.

В местах проживания «жидовствующих»(Кубань, Закавказье, Сибирь) действовали в начале 20 в. сионистские кружки (на 1-й конференции сионистов Кавказа в Тифлисе в 1901 г. был делегат от станицы Михайловской Кубанской области З. Лукьяненко), а в селе Зима (Иркутской губернии) была сионистская организация, пославшая своих представителей на состоявшийся в 1919 г. в Томске 3-й Всесибирский сионистский съезд.
http://krotov.info/library/25_sh/mu/levich.htm

И сегодня продолжается репатриация «жидовствующих» в Израиль. Село Высокий Таловского района Воронежской обл. было ссновано, вместе с соседним селом Ильинка, еврейскими крестьянами из сел и хуторов Озерки, Бутурлиновка, Клеповка, Верхняя Тишанка и др. в 1920г. на помещичьих землях. Села эти входили в колхоз «Еврейский крестьянин»

В селе Высокий была синагога, в 1999 году там проживало 1500 евреев.
Почти все крестьянское население села Ильинка репатриировалось в Израиль в 1973-2000гг. Они были признаны раввинатом совершенно «кошерными» евреями, т.к. в этом селе всегда строго соблюдались требования Галахи.
Основные ареалы проживания иудействующих русских крестьян на территории СНГ:
Сибирь: Иркутская, Томская, Амурская обл, по реке Енисей
Центр России: Тамбовская, Курская, Воронежская обл.
Закавказье и Кубань: станица Михайловская, село Привольное, село Еленовка

В тель-авивском Музее диаспоры, где занимаются генеалогией еврейских родов, каждый посетитель может узнать об израильских семьях, чьи корни идут от русских крестян-жидовствующих. Так, Эфрони ведут свой род от Нечаевых, Шмуэли от Протопоповых, Яакоби от Матвеевых, Дроры от Куракиных… Они были в числе пионеров сионистской алии.

Их потомки и сегодня заметны в жизни Израиля. Так, генерал Рафаэль Эйтан, начальник Генерального штаба израильской армии в 1978-1983 гг., вел свою родословную от крестьян Орловых, прибывших в Эрец Исраэль в начале прошлого века.

Израильские архивы хранят массу документов о судьбах русских людей, навсегда связавших свою судьбу с еврейским народом.

Глеб Баевский, выпускник Морского корпуса и Морской академии, потомственный морской офицер и дворянин, близко к сердцу принял идею строительства еврейского государства. Революция застала его старшим офицером крейсера «Аврора»

Глеб Баевский участвовал в гражданской войне в России и после разгрома белого движения оказался в эммиграции. Встреча с Иосифом Трумпельдором перевернула его жизнь — Баевский проникся идеями сионизма и примкнул к еврейским халуцим, отправлявшимся в Эрец Исраэль

Он прибыл в Эрец Исраэль в 1920 году и стал здесь одним из пионеров еврейского флота. Баевский, после перехода в еврейство получивший имя Арье, присоединился к боевой организации сионистов-ревизионистов Бейтар, где был сторонником самых решительных действий против арабских банд и британских властей. Он был заместителем командира школы морских офицеров, созданной Бейтаром.

Глава семьи русских «жидовствующих» крестьян Элиша(Родион) Агеев — унтер-офицер русской армии.1910г.

Семья Элиши (Родиона) и Ривки (Екатерины) Агеевых по дороге в Эрец Исраэль.1921г.

Семья Элиши и Ривки Агеевых в Тель-Авиве.30-ые г.

Представитель пятого поколения Куракиных, Йоси, родился в 1964 году в семье офицера морского спецназа Арье Куракина. У мальчишки всегда был перед глазами пример отца — участника многих отчаянных по смелости боевых операций, и потому для него не было проблемы выбора профессии на всю жизнь. В школе Йоси занимался боевыми искусствами, увлекался регби и виндсерфингом. В 10–м классе прошел курс подготовки боевого пловца на морской базе Гадны. В 1983 году был призван в армию и прошел отбор в морские коммандос.

Армейская карьера Йоси складывалась удачно: офицерские курсы, командование взводом, ротой морского спецназа, постоянное участие в боевых операциях в тылу врага…
В 1995 году Йоси Куракин получил звание подполковника и возглавил подразделение морских коммандос, с которым не раз шел в бой. 4 сентября 1997 года подполковник Йоси Куракин со своими бойцами ушел в последний бой в тылу врага…

Классиком израильской литературы стала уроженка рязанского села поэтесса Елизавета Ивановна Жиркова, дочь православного священника и ирландки, публиковавшая свои стихи на иврите под псевдонимом Элишева. Она начала писать на иврите еще в Москве, а после приезда в Эрец Исраэль в 1925 году ее творчество получило широкое признание. Интересны ее воспоминания о пути, приведшем ее в Израиль http://www.lechaim.ru/ARHIV/186/elisheva.htm

В Израиле бережно сохраняется как музей еврейских первопоселенцев в Галилее усадьба Дубровиных, крестьян-субботников, перешедших в иудаизм и прибывших в Эрец Исраэль в 1903 году. Они поселились в еврейском поселении ха-Есод, где основали образцовое хозяйство. Несмотря на тяжелые климатические условия, малярию, унесшую жизнь троих детей, и постоянные нападения арабов, Дубровины выстояли и навсегда вошли в историю Израиля как пример стойкости и преданности идеалам сионизма.
Семья Авраама Куракина также прошла обычный путь еврейских поселенцев. В 1901 году они получили земельный надел от Еврейского национального фонда, на котором основали свою ферму. Условия жизни были крайне тяжелыми — их ждала непаханная сотни лет земля, которую пришлось буквально возрождать из песка. Большую опасность представляли постоянные набеги арабских банд, поджигавших посевы, грабивших инвентарь и терроризировавших поселенцев. Стычки с ними зачастую приобретали характер затяжной войны.

Для борьбы с арабскими бандами стали создаваться еврейские сторожевые отряды ха-Шомер (Страж), одним из бойцов которых стал сын Авраама Куракина — Ицхак. Сын Ицхака, Реувен Куракин, погиб в схватке с арабами. Жизнь еврейских поселенцев всегда была связана с винтовкой и плугом. Только глубокая вера и недюжинная сила позволили Куракиным и их товарищам выстоять и победить в этой непрерывной войне за право жить на своей земле.

Преданность родной стране приходится оплачивать собственной кровью. Менахем Куракин родился в 1922 году и с детских лет занимался крестьянским трудом на родительской ферме. Уже в пятнадцать лет он вступил в Хагану — еврейскую подпольную армию и принял участие в боях с арабами. Командование Хаганы направило его в подразделение морских коммандос. В начале Второй мировой войны британское командование обратилось к Хагане с предложением о проведении совместных операций против нацистов и их приспешников.
Восемнадцатилетний Менахем Куракин вошел в группу из двадцати трех еврейских и британских коммандос, перед которой была поставлена задача атаковать штаб пронацистского режима Виши в ливанском порту Триполи. В январе 1941 года корабль с бойцами вышел из хайфского порта. Назад он не вернулся…
В 1948 году в огне Войны за независимость родилось государство Израиль. Тогда еще немногочисленному населению еврейского государства пришлось противостоять вероломному нападению армий десяти арабских стран. Враг был разгромлен, но кровь является ценой победы. В бою при прорыве блокады Иерусалима погиб еще один представитель куракинского рода – 18-летний Рафи Коэн.

Род Куракиных давно уже пустил глубокие корни на земле Израиля, более тысячи потомков Авраама Куракина живут по всей стране. 4 мая 2003 года, в день 55-й годовщины государства Израиль, почетное право зажечь юбилейный факел на горе Герцля в Иерусалиме вместе с президентом государства было доверено Нево Куракину, восьмилетнему сыну Йоси…

Источник: http://kehila.info

Не нарушить Тору я пришел …

(Комментарий Матфея 5:17-19)  

Автор: Шомер бен Хаим
Лидер Мессианской Общины

Menorah

На протяжении столетий люди вдохновлялись на различные дела цитатами из священных Писаний.

Слова и цитаты из Писаний порой коверкаются, порой искажаются, порой приводятся чтоб доказать противоположное того, о чем они учат.

Не секрет, что вырвав различные цитаты из контекста, можно доказать что угодно.

Недостаточная грамотность, непонимание культуры, образа жизни современников Писаний и недостаточное изучение Писаний приводит нас к непониманию и неверному толкованию и далее к ошибочному пониманию смысла Писаний.

Услышав, вырванную из контекста цитату, или ложное учение, мы можем быть уведены в сторону от действительного учения Писаний.

К сожалению, на этом процесс не останавливается, потому что люди передают свое невежество по наследству другим и со временем формируется целая религиозная традиция, основанная на искаженных толкованиях библейских текстов.

Изменить многовековую традицию основанную на таких доводах, увы не легко.

Она из таких цитат искаженных много раз является краеугольным камнем учения о Торе.

Я спрошу людей, что такое Тора и большинство скажут мне в ответ – это закон.

Они будут правы, но так же правы как человек, указавший на роскошный бокал, наполненный вином, сказавший — это жидкость.

Понятие Торы намного шире понятия закона.

Определив Тору лишь таким ограниченным образом, мы смотрим на нее очень односторонне.

Тора — это не просто закон, а учение.

Корень этого слова «яра» дает нам понимание, что имеется в виду учение о направлении, инструкции, указатель.

В Писаниях Нового Завета написанных на греческом языке слово Тора почти всегда переводится как «номос» — закон, что и дает читателю это ограниченное одностороннее понимание.

Это просто неадекватность греческого языка в данном случае.

Он не способен передать сущность Торы, так как делает это иврит.

Понимая эту информацию о Торе, мы теперь подходи к знаменитым словам Йешуа о Торе, которые слишком часто были истолкованы неверно. 

Мататяху – Матфей 5:17

17 Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить.

Что же означают эти слова?

Я слышал много объяснений на эту тему.

Йешуа говорит, что Он пришел не нарушить Тору, но исполнить ее.

Многие люди говорят, что

Йешуа исполнил Тору и поэтому нам не нужно исполнять ее заповеди более.

Йешуа придерживался закона, чтоб меня от него освободить…

Он придерживался всех законов, чтоб исполнить их раз и навсегда.

Наша праведность – это Его праведность и Он исполнил весь закон.

Вы когда-нибудь слышали такие рассуждения?

Я слышал не раз и это полный абсурд.

Йешуа в своей жизни придерживался Торы, чтоб потом мы не следовали Его примеру?

Именно так некоторые люди и истолковывают этот стих.

Нет, Машиах был примером для нас во всем, чтоб мы могли следовать по Его следам.

Многие люди приходят в заблуждение об этом стихе по причине слова «исполнить» и именно по причине неправильного понимания этого слова их толкование стиха становится неверным.

Греческое слово «плеру» — исполнить может иметь два значения. Одно исполнить в смысле пророчество, т.е.подвести к итогу, выполнить, наполнить до края, закончить.

Другое в смысле наполнения, т.е. придать полное значение, наполнить, привести к полноте.

Если у слова могут быть два оттенка значения, то какое же из этих значений более подходящее для данного отрывка?

Это мы наверно можем определить, лишь взглянув на другое слово в этом предложении.

Йешуа говорит: не нарушить пришел Я (Тору), но исполнить.

Слова «нарушение» и «исполнение» являются антонимами, словами противоположного значения. 

В данном случае греческое слово «каталуо» – нарушить означает растворить, разделить, разбить, разрушить разломать, уничтожить.

Это слово явно несет негативное значение, т.е. если «нарушить» и «исполнить» действительно антонимы, то их значения не могут быть оба негативные.

Именно это и приводит нас к выводу что в данном случае более уместно использовать второе возможное значение слова «исполнить» (позитивное значение).

В то время как первое значение слова «плеру» подразумевает конечность и финал, то наиболее положительное значение этого слова, т.е. наполнить смыслом, придать полное значение, привести к полноте и т.д. берет приоритет. 

Другая причина, почему слово «исполнить» не уместно понимать в пророческом смысле, потому что дальнейшие слова Йешуа сами опровергают этот смысл.

Если Йешуа исполнил, закончил, подвел к концу и финалу, т.е. выполнил и после этого смысл Торы был утрачен, то получается противоречие.

По его же словам в следующем предложении пока небо и землю существуют, не малейшая черточка из Торы не пройдет.

Мататяху – Матфей 5:18-19

18 Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все.

19 Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном.

Читая эти стихи, и размышляя о том, что Йешуа пришел для того чтоб изменить Тору и установить что-то радикально новое вместо нее, становится непонятным содержание стиха.

Почему тогда Йешуа говорит, что те, кто будут исполнять Тору и учить других будут большим в царстве Божьем, а те, кто не будет исполнять и учить других будет меньшим?

Почему такая награда за исполнение Торы, если вот-вот Йешуа сам ее исполнит и нам не нужно все это будет?

Да, просто не вяжется такое объяснение в свете контекста.

Получается явное противоречие.

Следует добавить к сказанному, что это был дословный перевод слов, но мы всегда должны думать и о возможности, что некоторые слова это слова – фразеологизмы или специфическая терминология.

Многие ученые, исследующие раввинстическую литературу этой эпохи, полагают что слова «нарушить» и «исполнить» это галахические термины и должны пониматься не совсем в прямом смысле, а в соответствии с их использовании в раввинистической литературе того времени.

Когда раввины первого столетия говорили «нарушить» по отношению к Торе, они имели в виду истолковать заповеди ложно.

Когда они говорили «исполнить», то они имели в виду верно истолковать написанное.

В свете этого объяснения, слова Йешуа становятся еще ясней.

Вот как возможно они звучали бы для тех, кто его слушал и был знаком с религиозной терминологией того времени.

Не думайте, что Я пришел исказить значение заповедей, истолковать неправильно закон или пророков: не исказить Тору пришел Я, но дать истинное и верное истолкование.

Теперь, нам ясно, что думает о Торе и Пророках Йешуа.

Читая, дальше мы только дальше убеждаемся, что отношение Йешуа к Торе не просто положительное, Он конкретно поощряет исполнение заповедей Торы.

18 Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все.

Эти строки должны служить нам пониманием, что Тора как учение, ее смысл, ее сущность вечна.

Пока мы живем в этом мире, пока мы ходим по земле и смотрим на небо, даже самые маленькие штрихи и буковки в ее тексте имеют для нас важность и значение.

Йешуа пришел исполнить Тору, пришел исполнить пророков.

Исполнить как пророчества или же наполнить смыслом?

Да, действительно определенные аспекты и части Торы и конечно Пророков были исполнены.

Многое из мессианских пророчеств сбылись, но далеко не все.

Посмотрите на систему жертвоприношений, которая описана в книге Левит.

Йешуа стал последней жертвой и сделался священником для нас, когда положил свою жизнь за нас.

Эта система была изменена его жертвой, но она не исчезла.

Ее принципы продолжают действовать.

У нас до сих пор есть священство, только теперь оно не через Левитов.

У нас до сих пор есть жертва, только теперь это не скот, а Машиах.

Без слов записанных в Торе, мы с вами не могли бы понять жертву Йешуа во всей ее глубине.

В конце 18-го стиха все же написано, что ни одна буква не пройдет, пока не исполнится все.

Далеко не все исполнились еще, да и земля до сих пор под ногами, значит, и Тора не прошла.

19 Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном.

Йешуа говорит что те, кто нарушат заповеди Бога и будут других людей учить нарушать, малейшими нарекутся в царстве небесном.

Что это значит?

Это значит что они попадут в царство по их вере, но по их непослушанию не получат наград.

Это в очередной раз подтверждает, что люди не попадают в царство Божье на основе их доброты или соблюдения заповедей.

Тора не была дана нам, чтобы проложить путь на небо, она дана нам, чтобы мы могли правильно жить на земле.

Вера, лишь вера и очищение от греха дает нам путь на небо.

Тора только помогает нам к этому придти. 

Без веры соблюдение Торы совершенно бесполезно.

Йешуа говорит, что те, кто будут соблюдать и других учить великими нарекутся.

Из этих слов нам становится кристально ясным отношение Йешуа к заповедям Торы.

Все Его слова и его учения не противоречат Торе, а наоборот поддерживают заповеди.

Он  пришел, чтоб наполнить значением заповеди, чтоб истолковать нам их так, как Бог имел их в виду, кода они были даны Моше.

Наше призвание с вами до сих пор не нарушать, как сказано здесь заповеди Всевышнего, а соблюдать их. Путь, на который нас ставит Йешуа — соблюдать и учить других людей соблюдать.

Из всего сказанного лишь остается сделать вывод, что Йешуа наполнил Тору и пророков смыслом для нас и соблюдал ее сам не для того чтоб мы, потом отвергли ее учения.

Эти слова никак не свидетельствуют о том, что Йешуа исполнил Тору окончательно, чтоб нам не нужно было ей следовать в будущем.

Такое толкование данного стиха – это заблуждение и сам контекст не поддерживает такой вывод.

Источник: http://old.myzion.ru/

Несколько классических еврейских коммент. к 53 главе Исайи

Интересный комментарий на 53-ю главу книги пророка Исайи, которая считается мессианской главой.


Автор: Кирилл Гиляров

Глава 53 книги Пророка Йешаягу — одно из наиболее сложных мессианских пророчеств. Существуют две полярных точки зрения:
1. Данная глава повествует о страдающем Народе Исраэля.
2. Эта глава повествует о Йешуа из Назарета.
Первая точка зрения — иудейская, вторая — христианская. Какая же из них является верной, и возможен ли компромисс между ними? Давайте рассмотрим текст главы непредвзято.
Описание страдающего Раба Г-спода ясно указывает на то, что речь идет не о народе, а об отдельном человеке из народа. “За греховность народа моего — поражение ему” (53,8). Более внимательное прочтение текста данной главы позволяет сделать вывод о том, что речь здесь идет о двух людях: о Страдающем Праведнике, и об Оправдывающем Страдающего Праведника Рабе Г-спода. “Мудростью своей оправдал Праведника Раб Мой перед многими, и грехи их он нес” (53,11). Образ этих двух персонажей появляется еще в гл. 50, а в гл. 53 он получает окончательное раскрытие. “Г-сподь Б-г открыл мне ухо, и я не воспротивился, назад не отступил. Спину свою я отдал побивающим и щеки свои — вырывающим волосы, лица своего не закрывал от поругания и оплевания. И Г-сподь Б-г помогает мне, поэтому что не стыжусь я, поэтому сделал лицо свое, как кремень, и знаю, что не буду посрамлен. Близок ОПРАВДЫВАЮЩИЙ меня” (50, 5-8).
По моему глубокому убеждению, речь здесь идет о двух Машиахах: Машиахе Бен-Йосефе и Машиахе Бен-Давиде.

В связи с этим возникает вопрос: можно ли считать, что Йешуа (Йешу) — Машиах Бен-Йосеф?

Для этого необходимо сначала понять, что представляет собой Машиах Бен-Йосеф. Означает ли приставка “Бен-Йосеф” намек на его кровное происхождение от Йосефа, либо речь идет о духовном соответствии этого Машиаха с Йосефом.
Лично я придерживаюсь второго мнения. Оно исходит из того, что Машиахом может быть лишь человек из рода царя Давида. Поэтому под “Бен-Йосеф” следует понимать то, что этот Машиах будет обладать как и Йосеф (Иосиф) пророческим даром и через него благотворно влиять на мир неевреев, став для них советником подобно Йосефу для египтян. Приставка “Бен-Йосеф” может указывать также на происхождение этого Машиаха от потомоков Давида, правивших Израильским Царством, где проживали потомки Йосефа или указывать на Израильское Царство как на его местожительство.
Существуют такие термины, как “Машиах хазекат” и “Машиах вадай”, т. е. Потенциальный Машиах и Машиах Наверняка. Согласно Рамбаму, если среди евреев восстанет человек царского рода, который будет изучать Тору, как и его праотец Давид, и будет наставлять народ следовать ее заповедям и будет веcти войны с врагами Исраэля и преуспеет, то можно его считать Машиахом. Если же он построит Храм на его месте и соберет изгнанников Исраэля, то можно считать его Машиахом без сомнения.
По моему убеждению, “Машиах хазекат” — Машиах бен-Йосеф, а “Машиах вадай” — Машиах бен-Давид.

Соответствовал ли Йешуа признакам “Машиаха хазекат”? С точки зрения традиционного ортодоксального иудаизма, нет. Но, если попробовать посмотреть на личность Йешуа непредвзято, без эмоций, то мы увидим иудейского рабби, претендующего на царский трон Иудеи, ставшего жертвой предательства одного из соратников и приговоренного к смертной казни через распятие римской оккупационной администрацией в лице префекта Понтия Пилата.
Объективный анализ имеющихся письменных свидетельств о проповедях Йешуа позволяют утверждать, что его учение представляло собой один из вариантов фарисейского направления иудаизма с элементами учения ессеев. И все его споры с фарисеями не выходили за рамки существовавшего тогда иудаизма. Единственной причиной по которой многие евреи не признали Йешуа Машиахом была его казнь на кресте и неверие в его воскресение. “Если ты Царь Исраэля, возьми и сойди с креста, и мы поверим тебе!” — кричали в толпе. Но, поскольку Йешуа остался на кресте, был официально признан умершим, похоронен в гробнице, многие из тех, кто надеялись на него, были разочарованы. Свидетельства же учеников о его воскресении были для этих людей явно не достаточны для того, чтобы поверить им.
В дальнейшем, вера в возвращение Йешуа претерпела ряд изменений, и превратилась в новую религию с элементами языческих верований. Однако нас интересует не то, что стало с машихистами Йешуа, а то, соответствует ли он фигуре Машиаха Бен-Йосеф. Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратить внимание на время, в которое ему приходилось действовать. Это была эпоха, поколение которой было больно грехом беспричинной вражды друг к другу. “Все мы как овцы блуждали, каждый повернул на дорогу свою” (53,6). Приди “Машиах хазекат” в тот период, кем бы он ни был, он не встретил бы понимания и поддержки. За грех беспричинной вражды Всевышний позволил римлянам разрушить город Йерушалаим и Храм, и рассеять евреев по всей Империи, чтобы научить их беспричинной любви, ибо, как говорил Рав Авраам Ицхак Кук, “беспричинную ненависть можно искупить лишь беспричинной Любовью”.
Но “беспричинная Любовь” и была основой учения Йешуа! Именно эту Любовь непонимали до конца как многие из его современников, так и большинство тех, кто теперь называет себя христианами! Считается, что судьба Машиаха аналогична судьбе всего народа и судьбе Храма. Храм был разрушен, народ частично уничтожен, частично рассеян. Следовательно, если потенциальный Машиах приходил около 2000 лет назад, то он должен был разделить участь своего поколения. “Из заключения и от наказания взят он был, и кто расскажет о (случившемся) с поколением его, ибо отрезан он был от земли живых, за греховность народа моего — поражение ему” (53,8).
Если исходить из постулата о том, что Йешуа был человеком, происходившем из рода царя Давида, учившем народ Торе, исцелявшем больных, пророчествующим, то он соответствует признакам Машиаха Бен-Йосеф, “Машиаха хазекат”. Тем более, что его имя (Йешуа, Йегошуа) соотвтетствовало имени преемника Моше, вождя народа Йегошуа Бин-нуна, происходившего от Йосефа, а имя отца Йешуа тоже было Йосеф! Стоит воспомнить и о том, что большую часть своей жизни Йешуа провел в Галилее, относящейся к Севреному, Израильскому Царству, где обитали потомки Йосефа. Это был Машиах, пришедший “не вовремя”, в том смысле, что его поколение не было готово к осуществлению мессинаских пророчеств об Освобождении всей их полноте.
Но Машиах всегда приходит ВОВРЕМЯ, тогда, когда его посылает Г-сподь, независимо от того, готово ли поколение, к которому ему довлеось принадлежать! Если бы поколение Йешуа было бы готово принять Машиаха, то его раскрытие прошло бы одномоментно. И не было бы необходимости в приходе ДРУГОГО Машиаха, Машиаха Бен-Давида. Но так как Йешуа не смог раскрыться как ПРАВЯЩИЙ Царь всего народа Исраэля, понадобился приход ДРУГОГО Машиаха, Машиаха Бен-Давида, в миссиию которого, в частности, входит ОПРАВДАНИЕ Йешуа, объяснение цели его миссии, очищение его образа как от языческих наслоений, так и от негативных оценок, свойственных ортодоксальной иудейской традиции. Иными словами, чтобы ЙЕШУ превратился в ЙЕШУА, в ЙЕГОШУА. “Отрезание” Йешуа и разрушение Храма заложило фундамент для появление на свет “Менахема” (Утешителя), которому суждено построить Храм заново, и о котором говорится в Агаде.
Любопытно, что сам Йешуа, судя по словам Евангелия от Иоанна свидетельствовал о Машиахе Бен-Давиде. “И я умолю Отца, и даст вам ДРУГОГО Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины…” (Иоанн, 14, 16-17). Традиционное христианство считает, что речь здесь идет исключительно о Духе, однако описание этого Утешителя (Менахема) говорит за то, что речь идет о человеке, а сам образ ДУХА является аллегорией подобно выражению “глас вопиющего”: “И он, придя, обличит мир о грехе и о правде, и о суде. О грехе, что не веруют в меня, о правде, что я иду к Отцу моему, и уже не увидите меня, о суде же, что князь мира сего осужден. Еще много имею сказать вам, но вы теперь не можете вместить. Когда же придет Он, Дух Истины, то наставит вас на всякую истину, ибо не от себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам” (Иоанн, 16,8-13).
Итак, Раб Б-жий, Оправдывающий Праведника у Йешаягу и Утешитель (Менахем) у Иоанна Евангелиста — одно и то же лицо — Машиах Бен-Давид! Кто же он? Однозначно, что не Любавический Ребе! Пока можно лишь сказать каким он должен быть в соответствии с пророчеством Йешаягу: “И сказал Он: “Мало того, что ты будешь рабом Мне для восстановления колен Йаакова идля возвращения сохранившихся из Исраэля, но сделаю тебя светом для народов, чтобы простерлось спасение Мое до концов земли. Так сказал Г-сподь, избавитель Исраэля ПРЕЗИРАЕМОМУ ЛЮДЬМИ, НЕНАВИДИМОМУ НАРОДОМ, РАБУ ВЛАСТЕЛИНОВ: цари увидят и встанут, князья (увидят) и поклонятся ради Г-спода, который верен, Святого Исраэлева, который избрал тебя”. (Йешаягу, 49, 6-7).
Итак, Машиах Бен-Давид сначала будет ненавидим и презираем. Не об этом ли пророчествовал Рав Кадури, говоря о том, что многие люди будут говорить о Машиахе с удивлением: “Неужели этот — Машиах?” Будет ли Машиах Бен-Давид реинкарнацией Машиаха бен-Йосефа мы оставим за скобками данного комментария, ибо это тема для отдельного разговора.
Вышесказанное не означает призыва к евреям переходить в христианство. Евреи должны жить по заповедям, данным Всевышним в Торе, а не по уставам той или иной конфессии. Не является вышеприведенная концепция и исламом, ибо несмотря на то, что в исламе Пророк Иса (Йешуа) почитается не как бог или богочеловек, а как один из пророков, ислам представляет собой отход от магистрального пути или, столбовой дороги (постулат о первенстве Ицхака и неотменимости избранничества евреев). И это не новая религия, ибо в таком случае и ХаБаД с его верой в мессианство Ребе тоже необходимо рассматривать как новую религию. Данная концепция представляет собой полноценный мессианский иудаизм, иудаизм будущей эпохи Машиаха!

МЕССИЯ ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Парадокс

Любой, кто захочет узнать, что говорит Ветхий Завет о пришествии Мессии, вскоре столкнется с кажущимся парадоксом. Иногда парадокс может даже превратиться в полное противоречие. Ибо еврейские пророки изобразили двойственный портрет Мессии, Которого ждал еврейский народ.
С одной стороны, исследователь обнаружит множество предсказаний относительно Мессии, согласно которым Ему предстоит пройти через страдания, сопряженные с унижением и физической болью, а затем быть осужденным на жестокую смерть. Еврейские пророки провозгласили эту смерть заместительной — смертью за грехи еврейского народа. С другой стороны, читатель найдет, что пророки также говорили и о Мессии — торжествующем Царе, Который поразит врагов Израиля и установит мессианское царство мира и процветания.
Таков двойственный характер Мессии. И в течение всех последующих веков формирования Талмуда наши рабби всерьез изучали и исследовали мессианские пророчества. Они пришли к выводу: пророки говорят о двух разных Мессиях.
Мессия, Который должен был прийти, пострадать и умереть, был назван Мессией, сыном Иосифа (Машиах бен Иосиф). А второй Мессия, Который должен был прийти вслед за первым, был назван Мессией, Сыном Давида (Машиах бен Давид). Этот второй должен будет возвратить к жизни первого и установить на земле мессианское царство мира. Все ранние рабби признавали, что Ветхий Завет выдвигает две линии развития мессианского пророчества. Но Ветхий Завет никогда четко не утверждал, что состоится пришествие двух Мессий. На самом деле многие противоречащие друг другу высказывания находятся рядом друг с другом в одних и тех же контекстах, где, похоже, речь идет об одном и том же лице. Но для ранних рабби теория о двух Мессиях казалась наилучшим ответом на все вопросы.
В течение многих веков ортодоксальный иудаизм придерживался концепции двух Мессий. Однако со времен появления Талмуда воображением сердец и умов еврейского народа завладел Мессия, Сын Давида. Другая мессианская фигура — Сын Иосифа, Страдающий Мессия — игнорировался ими. В иудейском богословии Он упоминался, только когда нужно было объяснить стихи, описывающие страдания Мессии в Ветхом Завете. Его присутствие обеспечивало удобный выход из сложных ситуаций, когда возникали неудобоваримые вопросы. В других же случаях, как правило, эта страдающая мессианская фигура игнорировалась полностью. На сегодняшний день мало кто из евреев слышал о Нем или знает, что Он давно присутствовал в иудейском богословии. Тот же, Кого евреи знают сегодня, придет завоевать мир; это Мессия, Сын Давидов.

Источник парадокса

Один из главных источников, на основании которого рабби развивали свою концепцию Страдающего Мессии, Сына Иосифова, была глава 53 Исайи. В центре всех споров, которые ведутся о Мессии сегодня на основании текста Ветхого Завета, находится эта глава. Там говорится о Рабе — Рабе Иеговы. Этот Раб проходит через многие страдания, которые заканчиваются смертью. Затем в главе говорится, что это заместительные страдания и заместительная смерть за грех. Он страдает и умирает за грехи других. Далее в отрывке говорится, что Раб воскресает. И яблоком раздоров становится не столько то, о чем здесь говорится, сколько то, о ком идет речь.
Вопрос ставится сегодня так: о ком говорил Исайя? пророчествовал ли он о Мессии? Рабби утверждают, что такой подход является христианской интерпретацией отрывка, а не иудейской. Иудейская, говорят они, видит в этом отрывке описание страданий израильского народа, евреев, страдающих в языческом мире. Такова иудейская интерпретация, говорят рабби, — и здесь нет ничего о Мессии.
Но понимать данный отрывок как характеристику израильского сообщества — это почти надуманное толкование. Нет сомнения, что здесь подразумевается только одна личность.

Раввинистическое истолкование Исайи 53

Для того, чтобы лучше понять прежний взгляд иудеев на Исайю 53, нужно вернуться к истории. К наиболее ранним таргумам относятся тар-гумы Ионатана бен Узиэля, датированные первым веком по Р.Х.

Между холмов Галилеи притаилась небольшая пещера с возвышающимся над ней белым куполом. Место называется Амука. Здесь похоронен мудрец эпохи Мишны, рабби Йонатан бен Узиэль. Жил он сто лет до разрушения второго Храма и был величайшем из учеников старого Гилеля.
Его таргумы по этой главе Исайи начинаются следующими словами:»Вот, Мой Раб, Мессия, будет благоденствовать…».
Таргумы Ионатана бен Узиэля широко цитировались ранними рабби, он определенно считался большим авторитетом в области иудейского понимания Писаний. Он совершенно определенно считал Мессию темой данной главы Исайи. Это относилось ко времени, когда христианство еще не появилось на свет. А потому Ионатана бен Узиэля вряд ли можно обвинить в принятии «христианского» варианта истолкования Исайи.

Законы вавилонского царя Хаммурапи

Законы вавилонского царя Хаммурапи

Этот документ важен для исследователей древности тем,

что это один из сохранивших древних, не отрывочных тесктов,

который раскрывает нам часть культуры того времени.

Кроме этого, светская историческая наука, нередко

противопоставляет этот текст тексту Библии.

Поэтому, библейским богословам, очень желательно

знать его, чтобы полноценно вести дискуссию,

с противниками Писания.

Редакция сайта.

“ЗаконыХаммурапи” были найдены в 1901–1902 гг. французской археологической экспедицией при раскопках в Сузах (столице древнего Элама) и хранятся в Лувре. Черный базальтовый столб, на котором эти законы были высечены, очевидно, был захвачен в качестве трофея эламитами. В верхней части лицевой стороны имелось изображениеХаммурапив молитвенной позе перед богом солнца и справедливостиШамашем, вручающим ему законы. Вся остальная часть столба была с обеих сторон заполнена клинописным текстом.

Текст состоит из трех частей: пролога, собственно законов и эпилога.

Всего статей насчитывалось первоначально 282, но на найденном в Сузах столбе до нас дошли только 247; 35 статей, написанных на лицевой стороне столба, были выскоблены, очевидно, по приказу эламского царя-победителя, который,[c.167]возможно, собирался начертать здесь реляцию о своей победе. Недостающие статьи частично восстанавливаются на основе фрагментов глиняных табличек, найденных в Сузах и других местах, особенно в знаменитой библиотекеАшшурбанапала. В тексте они обозначены буквами латинского алфавита.

Дошедшие до нас оригинальные тексты “ЗаконовХаммурапи” не имеют знаков препинания и нумерации строк, не разделены на абзацы или на нумерованные параграфы (статьи). Все это внесено в текст современными учеными, и в разных изданиях может несколько различаться. Нумерация параграфов в нашем переводе несколько упрощена. Нумерация строк для удобства сравнения с оригиналом дается через каждые пять. Указывается также номер первой строки каждого параграфа. Пролог и эпилог Законов написаны торжественным, поэтическим слогом (существует даже мнение, что они представляют собой стихотворный текст). Сами же Законы написаны четким, деловым, очень правильным языком. В целом их язык – это своего рода “золотая латынь” среди бесчисленных памятников аккадского языка.

Приведем некоторые пояснения к структуре текста Законов.

I, 1–V, 25. Впрологеперечисляются все важнейшие города Месопотамии и их боги-покровители, начиная сВавилонаиНиппура, а затем отЭридуна крайнем юге доАшшураиНиневиина крайнем севере владенийХаммурапи. Из этого перечня, между прочим, следует, чтоАккадбыл расположен где-то ближе кАшшуруиНиневии(возможно, в долине р. Диялы, впадающей в Тигр в его среднем течении).

I, 15–30.ХаммурапипровозглашаетВавилонвечным обиталищем царственности.

§15. Основные принципы отправления правосудия: доказательствами являются свидетельские показания и ордалия, наказание назначается по принципу талиона, вынесенное решение не может быть изменено.

§7. Здесь в казуистической форме выражается представление о дееспособности.

§21и25(а также некоторые другие), по-видимому, устанавливают возможность бессудной расправы на месте преступления.

§2641касаются не службы редума и баирума, как это обычно понимают, но исключительно их служебного надела и возможных злоупотреблений касательно этого надела.

Все законы можно разделить, кроме вышеназванных, на следующие части: §625– защита собственности царя, храмов и общинников; §4288– операции с недвижимостью и правонарушения в отношении недвижимости; §89126– торговля и коммерческие операции, а также правонарушения в этой области; §127195– семейное право и относящиеся сюда правонарушения; §196214– преступления против личности; §215282– операции с движимым имуществом и личный наем.

“ЗаконыХаммурапи” принадлежат к важнейшим источникам по древневавилонскому и вообще древневосточному праву и дают возможность решать многие важные вопросы социальной истории Вавилонии первой половины II тысячелетия до н.э.

Перевод сделан по изданию:Roth M.T.Law Collections from Mesopotamia and Asia Minor, Scholars Press Atlanta. Georgia, 1995 (Writings from the Ancient World, Society of Biblical Literature. Vol. 6) P. 71–142. Перевод и комментарииЯкобсона В.А.[c.168]

Кроме того, имеются следующие переводы на русский язык “ЗаконовХаммурапи”:Волков И.М.Законы вавилонского царяХаммурапи. М., 1914;Дьяконов И.М.Законы Вавилонии, Ассирии и Хеттского царства //Вестник древней истории. 1952. № 3.Липин Л.А.Законы вавилонского царяХаммурапи// Хрестоматия по истории Древнего Востока. М., 1963.

[Пролог]

(I, 1) Когда высочайший Ану, царь ануннаков, и Эллиль, владыка небес (5) и земли, судящий судьбы страны, Мардуку, первородному сыну (10) Эйи (Эа), эллильство над всеми людьми вручили, среди игигов (15) возвеличили его, Вавилон его высочайшим именем назвали, среди четырех стран света превознесли его (и) (20) в нем вечную царственность, у которой, подобно небесам и земле, основания ее (25) тверды, установили для него,– тогда-то Хаммурапи, государя (30) заботливого (и) богобоязненного, меня, дабы справедливость в стране была явлена (35) беззаконным и злым на погибель, дабы сильный слабого не притеснял, а я, подобно Шамашу, над черноголовыми1 восходил и страну озарял, (45) Ану и Эллиль, ради облагодетельствования людей, назвали по имени.

(50) Хаммурапи, пастырь призванный Эллилем я семь! Накопитель (55) богатства и изобилия, совершивший все возможное для Ниппура, связи небес и земли, (60) заботливый кормилец Экура; мощный царь, восстановивший Эриду (65) на его (прежнем) месте, очистивший (II, 1) обряды Эабзу; гроза четырех стран света, (5) превознесший имя Вавилона, возвеселивший сердце Мардука, своего владыки, (10) тот, кто (все) дни свои служил Эсагиле; отпрыск царственности, которого Син (15) сотворил, податель благополучия Уру, смиренный и усердный богомолец, (20) приносящий изобилие в Экишнугаль; благоразумный царь, повинующийся Шамашу, могучий, укрепивший (25) основания Сиппара, украсивший зеленью святилище Айи, начертавший (план) (30) Эбаббара, что подобен небесному чертогу; воитель, пощадивший Ларсу, обновивший Эбаббар (35) для Шамаша, своего союзника; владыка, даровавший жизнь Уруку, податель вод (40) изобилия его людям, вознесший ввысь вершину Эанны, нагромоздивший (45) изобильный урожай для Ану и Иштар; сень страны, собравший (50) рассеянных людей Исина, умноживший изобилие Эгальмаха; (55) дракон среди Царей, возлюбленный брат Забабы, прочно укрепивший жилища Киша, (60) окруживший блеском Эметеурсаг, учредивший великие обряды для Иштар, попечитель Хурсагкаламмы; сеть для врагов, тот, кому Эрра, друг его, (70) исполнил (III, 1) его мечты, расширивший Куту, умноживший (5) все для Эмеслама; яростный бык, забодавший супостата, (10) любимец Туту, принесший ликование Борсиппе, неустанно пекущийся (15) об Эзиде; высокий среди царей, ведающий мудрость, расширивший пашню (20) Дильбата, наполнивший житницы для могучего Ураша; владыка, достойный (25) жезла и короны, которые соотворила для него мудрая Мама, (30) установивший рубежи Кеша, дающий в изобилии чистые яства (35) для Нинту; предусмотрительный и совершенный, определивший пастбище (40) и водопой Лагашу и Гирсу, держащий жертвенные дары (45) великие для Энинну; укротитель врагов, любимец Всемогущей; (50) повинующийся оракулам Халлаба, веселящий сердце Иштар; (55) светлый государь, чью молитву знает Адад, успокоивший сердце Адада – (60) воителя в Каркаре, установивший все подобающее в Эугалгале; (60) царь, дающий жизнь Адабу, управитель Эмаха; (70) владыка царей, неудержимый в битве, (IV, 1) даровавший жизнь городу Машкан-Шапиру, напоивший (5) изобилием Эмеслам; [c.169] мудрый и деятельный, тот, кто овладел (10) всею премудростью, давший прибежище людям Мальгиума во время бедствия, утвердивший (15) жилища их в богатстве, (а) для Энки и Дамкины, возвеличивших его царствование, (20) навечно учредивший чистые жертвы; первый среди царей, покоривший (25) поселения вдоль Евфрата с помощью Дагана, своего создателя, пощадивший (30) людей Мари и Туттуля; заботливый государь, сделавший светлым (35) лик Тишпака, установивший чистые яства для Ниназу, спасший людей своих в беде, (40) утвердивший благополучно стопы их в Вавилоне; (45) пастырь людей, чьи деяния приятны Иштар, утвердивший Иштар в Эульмаше посреди (50) пространного Аккада; провозгласитель правды, дарующий справедливость народам, (55) возвративший Ашшуру его благую покровительницу; усмиритель мятежа, (6) царь, провозгласивший в Ниневии в Эмешмеше установления Иштар; заботливый, усердно (65) молящийся великим богам, потомок Сумулаэля, могучий наследник (70) Синмубаллита, (V, 1) вечное семя царственности могучий царь, солнце (5) Вавилона, проливший свет на страну Шумера и Аккада, (10) царь, заставивший повиноваться четыре страны света, любимец Иштар – я есмь! Когда (15) Мардук для управления людьми и для установления благоденствия в стране послал меня, (20) правду и справедливость в уста страны я вложил, плоть людей я ублаготворил. (25) Отныне:

§ 1. (26) Если человек обвинил (другого) человека и возвел на него обвинение в убийстве, но (30) не уличил его, обвинитель его должен быть убит.

§ 2. Если человек обвинение в колдовстве (35) на (другого) человека возвел, но не уличил его, тот, на кого обвинение в колдовстве возведено, к Реке2 (40) должен пойти, испытанию Рекой он должен подвергнуться, и если Река возьмет его, обвинитель его (45) дом его может забрать; если же человека этого Река очистит (от обвинения) и он останется невредим, (50) тот, кто на него обвинение в колдовстве возвел, должен быть убит, (а) тот, кто испытанию Рекой подвергся, дом обвинителя своего может забрать.

§ 3. (57) Если человек в судебном процессе для свидетельства (60) о преступлении выступил, но слова сказанного не подтвердил, (то), если процесс этот -(65) процесс о жизни, человек этот должен быть убит.

§ 4, (68) Если для свидетельства (VI, 1) о зерне или деньгах он выступил, ответственность процесса этого (5) он должен понести.

§ 5. (6) Если судья дело его решил, приговор вынес, (10) документ с печатью велел изготовить3, а потом решение свое изменил, судью этого (15) в изменении решенного дела надлежит изобличить, и претензию, которая по этому делу (20) предъявлена, в двенадцатикратном размере он должен удовлетворить, и в собрании4 с кресла (25) судейского своего его должно заставить встать, и он не должен вернуться и с судьями в суде (30) не должен (более) заседать.

§ 6. (31) Если человек имущество бога или дворца5 украл, (35) человек этот должен быть убит, и тот, кто украденное из рук его получил, (40) должен быть убит.

§ 7. (41) Если человек серебро ли, золото ли, раба ли, рабыню ли, (45) быка ли, овцу ли, осла ли или что бы то ни было у (несовершеннолетнего) сына человека6 или у раба человека (50) без свидетелей и договора купил или на хранение принял, человек этот – вор, он должен быть убит.

§ 8. (57) Если человек быка ли, овцу ли, осла ли, свинью ли, лодку ли (60) украл, то, если это принадлежит богу или дворцу, в тридцатикратном размере он [c.170] должен отдать, (60) (а) если это принадлежит мушкенуму7, десятикратно он должен возместить, если же вору нечего отдать, он должен быть убит.

§ 9. (70) Если человек, (VII, 1) у которого нечто пропало, некую свою пропажу у (другого) человека (5) обнаружил, а человек, у которого обнаружена эта пропажа, “продавец-де мне продал, (10) при свидетелях-де я купил” скажет, и хозяин пропажи “свидетелей, знающих мою пропажу, я готов привести” скажет, (то, если затем) покупатель продавца, (20) продавшего (это) ему, и свидетелей, перед которыми он купил, приведет, и хозяин пропажи (25) свидетелей, знающих его пропажу приведет, судьи дело их должны рассмотреть, и (30) свидетели, перед которыми покупка была совершена, и свидетели, знающие пропажу, (35) то, что им известно, перед богом должны клятвенно заявить, и тогда продавец – вор, он должен быть убит, хозяин пропажу свою может забрать, покупатель (же) из дома продавца (40) серебро, которое он отвесил, может забрать.

§ 10. (48) Если покупатель продавца, (50) продавшего (это) ему, и свидетелей, перед которыми он купил, не представит, а хозяин пропажи (55) свидетелей, знающих его пропажу, представит, (то) покупатель – вор, он должен быть убит, (а) хозяин пропажи (60) пропажу свою может забрать.

§ 11. (62) Если (же) хозяин пропажи свидетелей, знающих его пропажу не (65) представит, (VIII, 1) (он) – злодей, напраслину он возвел, он должен быть убит.

§ 12. (4) Если продавец8 (5) умер, покупатель из дома продавца (10) сумму, о которой идет спор в этом судебном деле, в пятикратном размере может забрать.

§ 13. (14) Если у этого человека (15) свидетели (сейчас) не могут быть вызваны, судья отсрочку до шести месяцев должен ему предоставить, и если на шестой месяц (20) свидетелей своих он не приведет, человек этот – злодей, наказание, полагающееся по этому делу, он должен понести.

§ 14. (25) Если человек сына человека, ребенка, украл, он должен быть убит.

§ 15. (30) Если человек раба дворца, рабыню дворца, раба мушкенума или рабыню мушкенума (35) выведет за городские ворота, он должен быть убит.

§ 16. (37) Если человек раба или рабыню беглых, (40) принадлежащих дворцу или мушкенуму, в доме своем укрыл и по объявлению (45) глашатая не выдал (букв, не вывел), это хозяин дома должен быть убит.

§ 17. (49) Если человек (50) раба или рабыню беглых в степи поймал и в дом его господина (55) его привел, 2 сикля серебра господин раба должен ему отдать.

§ 18. (59) Если раб этот (60) господина своего не назвал, во дворец его надлежит привести, прошлое его (65) надлежит исследовать, и его господину его должны вернуть.

§ 19. (68) Если раба этого в (70) своем доме он удержал, а затем (IX, 1) у него он будет обнаружен, человек этот должен быть убит.

§ 20. (5) Если раб от (человека), поймавшего его, убежал, человек этот (10) господину раба (в этом) во имя бога9 должен поклясться и будет свободен.

§ 21. (14) Если человек (15) (стену чужого) дома проломил, перед проломом этим (20) его должны убить и зарыть.

§ 22. (22) Если человек грабеж учинил и (25) был схвачен, человек этот должен быть убит.

§ 23. (28) Если грабитель не пойман, (30) человек ограбленный обо всем, что У него пропало, перед (35) богом клятвенно должен объявить, и община и староста общины, на чьей земле (40) и в чьем округе грабеж был учинен, все, что у него пропало, (45) должны ему возместить. [c.171]

§ 24. (46) Если (при этом грабеже погублена) жизнь10, община и староста 1 мину серебра людям его (50) должны отвесить.

§ 25. (51) Если в доме человека огонь загорелся, и человек, (55) который для тушения (пожара) пришел, на пожитки хозяина дома позарился и (60) пожитки хозяина дома присвоил, человек этот в этот самый огонь (65) должен быть брошен.

§ 26. (66) Если редум или баирум11, которому в царский поход идти (X, 1) приказано, не пошел или наемника нанял и (5) вместо себя послал, редум или баирум этот должен быть убит, (10) (а) наемник его хозяйство его может забрать.

§ 27. (13) Если редум или баирум, (15) который в крепости царской взят в плен, (а) после него его поле и сад (20) отдали другому, и службу12 его тот стал служить, (то), если он (пленный) вернется и (25) общины своей достигнет, поле и сад его должны быть ему возвращены, и именно он службу свою должен служить.

§ 28. (30) Если редум или баирум, который (служит) в крепости царской, взят в плен, (35) (а) сын его службу служить может, поле и сад должны отдать ему, и службу своего отца (40) он будет служить.

§ 29. (41) Если сын его мал и службу отца своего служить (45) не может, треть поля и сада матери его должна быть отдана, и мать (50) пусть его вырастит.

§ 30. (51) Если редум или баирум свое поле, свой сад и свой дом из-за службы (55) покинул и удалился, (а) другой после него его поле, сад (6) и дом принял и 3 года службу служил, (65) (то), если он вернется и свое поле, свой сад и свой дом потребует, это не должно быть ему отдано, (XI, 1) тот, кто (имущество) принял и службу его служил, тот же и будет служить.

§ 31. (5) Если год лишь один он отсутствовал и вернулся, его поле, его сад и его дом (10) должны быть ему отданы, и он сам свою службу будет служить.

§ 32. (13) Если редума или баирума, (15) который в царском походе взят в плен, тамкар13 выкупил и дал ему возможность достигнуть своей общины, (20) (то), если в его хозяйстве средства для выкупа имеются, он сам себя должен выкупить, (25) если в его хозяйстве средств для выкупа нет, храмом его общины он должен быть выкуплен, (30) если в храме его общины средств для его выкупа нет, дворец его выкупит, (35) (но) его поле, его сад и его дом для его выкупа не должны быть отданы.

§ 33. (39) Если декум (40) или лапуттум14 человека для повинности15 (из хозяйства своих подчиненных) забирает либо в поход царский (45) наемника взамен (обязанного лица) принял и послал, декум или лапуттум (50) должен быть убит.

§ 34. (51) Если декум или лапуттум утварь (у) редума забирает, редума притесняет, (55) редума в наем отдает, редума в суде сильному выдает, подарок, (что) царь (60) редуму дал, отнял, (то) этот редум или лапуттум должен быть убит.

§ 35. (65) Если человек крупный или мелкий скот, что царь редуму (70) дал, (XII, 1) у редума купил, серебро свое он потеряет16.

§ 36. (5) Поле, сад и дом редума, баирума и плательщика дохода за серебро не могут быть проданы.

§ 37. (10) Если человек поле, сад или дом редума, баирума или плательщика дохода купил, (15) табличка его должна быть разбита, и серебро свое он потеряет, (а) поле, сад и дом (20) к своему хозяину должны возвратиться.

§ 38. (22) Редум, баирум и плательщик дохода из поля, сада и дома (25) его службы своей жене или своей дочери не может (ничего) отписать и по (долговому) обязательству (30) не может отдать. [c.172]

§ 39. (31) Из поля, сада и дома, которые он купил и приобрел, своей жене (35) или своей дочери он может (что-либо) отписать и по обязательству может отдать.

§ 40. (39) Надитум17, тамкар (40) и несущий иную службу свое поле, свой сад и свой дом за серебро может продать, (а) покупатель (45) службу поля, сада и дома, которые он купил, должен нести.

§ 41. (49) Если человек (50) поле, сад или дом редума, баирума или плательщика дохода выменял и приплату (55) дал, редум, баирум или плательщик дохода к своему полю, саду и дому должен вернуться, (60) а приплату, которая ему дана, он может забрать себе.

§ 42. (63) Если человек поля для возделывания (65) взял и на поле зерна не произвел, в (том, что надлежащую работу) в поле (XIII, 1) он не выполнил, его должны изобличить, и зерно как соседи его хозяину поля (5) он должен отдать.

§ 43. (6) Если поле он не возделал и забросил, зерно как его соседи хозяину поля (10) он должен отдать, а поле, которое он забросил, он должен вспахать, взборонить и (15) хозяину поля вернуть.

§ 44. (17) Если человек залежное поле на 3 года (20) для распашки взял, но был нерадив и поле не распахал, (то) на четвертый (25) год поле он должен вспахать, разбить комья, взборонить и (30) хозяину поля (его) вернуть, и за (каждый) бур поля 10 гур зерна он должен отмерить.

§ 45. (35) Если человек свое поле за арендную плату18 арендатору отдал и арендную плату своего поля (40) получил, (а) потом поле бог Адад побил, или наводнение унесло (урожай), (45) (то) убыток – только на арендаторе.

§ 46. (47) Если арендную плату своего поля он не получил, но за половину (50) или за треть урожая поле отдал, (то) зерно, которое на поле имеется, арендатор и хозяин поля согласно договору должны поделить.

§ 47. (58) Если арендатор из того, что в году (60) предшествующем затраты свои он не оправдал, поведет речь (о новой) аренде поля, хозяин поля (65) не должен отказывать, именно (этот) арендатор поле его пусть возделывает и во время жатвы согласно договору (70) (зерно) пусть он возьмет.

§ 48. (71) Если за человеком долг в рост (XIV, 1) имеется, а поле его Адад побил (5) или наводнение унесло (урожай), или из-за отсутствия воды зерно на поле не имеется, (10) (то) в этом году зерно своему кредитору он может не возвращать, табличку свою он может увлажнить19 (для внесения изменений), (15) и рост за этот год он может не отдавать.

§ 49. (18) Если человек серебро у тамкара (20) взял (в долг) и распаханное поле под зерно или кунжут тамкару дал, (и) “поле возделай, а (25) зерно или кунжут, что (на нем) вырастут, собери и возьми (себе)”, – сказал ему, (и) если земледелец20 (30) на поле зерно или кунжут вырастил, (то) во время жатвы зерно и кунжут, что на поле имеются, (35) только хозяин поля21 может забрать, и зерно за серебро и его рост, что он у тамкара (40) взял, и расходы на возделывание (поля) он должен отдать.

§ 50. (45) Если возделанное зерновое поле или возделанное кунжутное поле он отдал, то зерно или кунжут, (50) что на поле имеются, только хозяин поля может забрать, а серебро и рост на него (55) тамкару он должен вернуть.

§ 51. (56) Если серебра для возвращения (у него) нет, зерно или кунжут (60) соответственно его серебру и росту на него22, что он у тамкара взял, согласно указу (65) царя23 тамкару он должен отдать. [c.173]

§ 52. (XV, 1) Если арендатор на (арендованном) поле зерна или кунжута не вырастил, (5) свой договор он изменить не может.

§ 53. (7) Если человек в укреплении обваловки своего поля (10) был нерадив и обваловку свою не укрепил, и в его обваловке образовалось отверстие, (15) и вода опустошила общинную орошаемую землю, человек, в чьей обваловке образовалось отверстие, зерно, которое он погубил, (20) должен возместить.

§ 54. (21) Если возместить зерно он не может, (то) его самого и его имущество (25) за серебро должны продать, а жители орошаемой земли24, чье зерно унесла вода, (30) пусть разделят (это серебро).

§ 55. (31) Если человек свой арык для орошения (поля) открыл и был небрежен, и (35) поле его соседа опустошила вода, зерно как у его соседа он должен отмерить (пострадавшему).

§ 56. (39) Если человек (40) открыл воду, и работу, проделанную на соседском поле, смыла вода, за (каждый) бур (поля) 10 гур зерна (45) он должен отмерить.

§ 57. (46) Если пастух о кормлении мелкого скота травой с хозяином поля (50) не договорился и без (ведома) хозяина поля поле мелкому скоту скормил, хозяин поля поле свое (55) пусть сожнет, пастух (же), который без (ведома) хозяина поля поле мелкому скоту скормил, (60) сверх этого25 за (каждый) бур 20 гур зерна хозяину поля должен отдать.

§ 58. (65) Если, после того как с орошаемых земель мелкий скот ушел (букв.: поднялся), и знак окончания выпаса на городских воротах26 (70) был вывешен, пастух мелкий скот на поле пустил и поле мелкому скоту скормил, (75) (то) пастух поле, (которое) он скормил, должен сторожить и во время жатвы за (каждый) бур (VI, 1) 60 гур зерна должен отдать.

§ 59. (4) Если человек (5) без (ведома) хозяина сада в саду человека дерево срубил, половину мины серебра он должен отвесить.

§ 60. (10) Если человек поле для посадки сада садовнику дал, (и) садовник сад посадил, (15) (то) 4 года сад он будет растить, (а) на пятый год хозяин сада (20) и садовник (сад) поровну они должны разделить, хозяин сада свою долю (25) может выбрать и взять.

§ 61. (27) Если садовник поле при посадке не полностью использовал (букв.: не закончил), (30) залежь оставил, залежь в состав его доли должны ему включить.

§ 62. (34) Если поле, (35) которое ему дано, садом он не засадил, (и) если это -пахотная земля, (то) доход поля за годы, (40) когда оно было заброшено, садовник хозяину поля, как соседи его, должен отмерить, (45) и работу на поле он должен выполнить и поле хозяину вернуть.

§ 63. (48) Если (же) поле – залежное, работу на поле (50) он должен выполнить и хозяину поле вернуть, и за (каждый) бур 10 гур зерна (55) за один год он должен отмерить.

§ 64. (58) Если человек сад свой (60) садовнику для ухода (букв.: для опыления) дал, (то) садовник, пока он сад держит, (65) из урожая сада две трети хозяину сада должен отдавать, одну треть (70) сам он должен забирать.

§ 65. (71) Если садовник за садом не ухаживал и (тем) уменьшил урожай, садовник (75) урожай сада, как сосед его, [хозяину сада должен отмерить…] (лакуна)

§ А. (1) Если человек серебро у тамкара (в долг) взял, и этот тамкар его прижимает, и (5) ничего для уплаты, (долга) у него нет, (и) свой сад после опыления тамкару он дал и (10) “финики, сколько в саду их будет за серебро твое возьми”, ему сказал, тамкар его (15) соглашаться не должен, только хозяин сада должен [c.174] (их) взять и (200 серебром и ростом его, согласно его табличке, тамкара он должен удовлетворить, а остальные финики, что в саду (25) будут, только хозяин сада пусть возьмет.

§ В. (28) Если че[ловек] дом хоч[ет построить, и] его сосед […]

§ С. (1) [Если …] за пла[ту…] он ему не от[дас]т; если зерно, серебро или (другое) имущество за дом, связанный с повинностью27 (5) и относящийся к хозяйству его соседа, который он покупает, он отдал, (то) все, что он уплатил, (10) он теряет, (а) дом к [хозя]ину своему должен вернуться; если этот дом не связан с повинностью, (15) он может его купить; за этот дом зерно, серебро или (другое) имущество он может дать.

§ D. (1) Если че[ловек] за[брошенный участок] без ве[дома своего соседа] за[строил], в доме […] со[сед(?) его (?) …]

§ Е. (1) [Если человек, у которого дом соседний разрушен или поле соседнее 5) заброшено, хозяину руин] “руину твою укрепи, (10) (ведь) из твоего дома могут пройти ко мне”, или хозяину пустоши “возделай свою пустошь, (ведь) с твоей пустоши (15) могут мой дом проломить” [ска]зал и [свидетелей представил, (то), [если] через руины [во]р(?) (далее текст сильно разрушен).

§ F. (1) [Если …] в […] дом […]

§ G. (1) Ес[ли человек сдал в аренду дом … (5), и] человек, живущий (там), арендную плату полностью за год (10) хозяину [дома] отдал, (а) хозяин дома жильцу до истечения срока уйти (15) приказал, (то) хозяин дома, поскольку жильца о истечения срока (20) из дома своего он за[ставил уйти], серебро, что жилец ему дал, теряет.

§ Н. (Текст плохо понятен и, возможно, является вариантом предыдущего.)

§ I, J, К. (Разрушено.)

§ L. (I, ? –II, 5) [Если человек серебро в долг взял…], во время жатвы серебро и его рост [он должен отвесить], если у него для уплаты (серебра) [нет], то, что у него есть – утварь или зерно – [он может отдать]; если для уплаты […] есть […]

§ М, N, О, Р, Q, R, S (Текст непонятен.)

§ Т. (4) Если тамкар зерно или серебро (5) в рост дал, на один гур 100 сила роста он может взять, если серебро в рост он дал, на 1 сикль серебра (10) 1/6 сикля (и) 6 ше роста28 он может взять.

§ U. (III, 41–IV, 7) Если человек имеет долг с ростом, (но) серебра для возвращения не имеет, зерно и серебро согласно царскому указу и рост на него (в размере) 60 сила на один гур в год он (тамкар) может взять; если же тамкар рост по (этому) долгу [сверх указанных 60 сила] на один гур [или сверх указанных] 1/6 сикля и 6 ше [на один сикль] попытается увеличить и получить, он должен потерять все, что дал.

§ V. (Текст непонятен из-за повреждений.)

§ W. (IV, 20–39) Если тамкар […] на […] рост […] взял и […] будь то зерно [или серебро], сколько он [получил, или] не вычел и новую табличку не написал, либо рост к основной сумме приписал, этот тамкар зерно, сколько он получил, должен удвоить и отдать.

§ X. (II, 10–21) Если тамкар зерно или серебро в долг с ростом дал и, когда в долг давал, серебро при помощи уменьшенной гири и зерно при помощи уменьшенной меры дал, а когда получал (обратно), серебро при помощи увеличенной гири, а зерно при помощи увеличенной меры принимал, [тамкар этот] вс[е, что он дал, должен потерять]. [c.175]

§ Y. (Непонятен из-за повреждений.)

§ Z. (II, 30–40) Если человек зерно или серебро у тамкара получил, но зерна или серебра для возвращения не имеет, а другое имущество имеет, то, что у него есть, перед свидетелями согласно обменному эквиваленту тамкару своему он может отдать, тамкар (же) не должен отказываться, (но) должен принять.

§ аа, bb. (Из-за повреждений не понятны.)

§ сс (1) Если человек человеку серебро для (создания) товарищества дал, (то) прибыль и убыток, которые будут (получены), перед богом (5) поровну они должны поделить.

§ 100. (8–21) Если тамкар шамаллуму29 серебро для выдачи и получения и путь его отправил, (а) шамаллум в пути […]; если там, куда он пошел, он получил (букв.: “увидел”) прибыль, рост на серебро, сколько он взял, он должен сосчитать и дни свои перечислить30 и перед тамкаром своим отчитаться.

§ 101. (XIV, 8) Если там, куда он пошел, прибыли (10) он не получил (“не увидел”), серебро, которое он получил, он должен удвоить, и шамаллум тамкару должен (это) отдать31.

§ 102. (15) Если тамкар шамаллуму серебро в виде благодеяния дал, и там, куда он пошел, (20) убыток он потерпел (“увидел”), основную сумму серебра32тамкару он должен вернуть.

§ 103. (24) Если по дороге, (25) во время его путешествия, враг все, что он несет, отнял, шамаллум во имя бога (30) должен поклясться и будет свободен.

§ 104. (32). Если тамкар шамаллуму зерно, шерсть, масло (35) или любое (иное) имущество для продажи дал, шамаллум серебро должен подсчитать и (40) тамкару вернуть, (а) шамаллум документ с печатью (за) серебро, которому тамкару он отдал, (45) должен получить.

§ 105. (46) Если шамаллум был небрежен и документ с печатью о серебре, которое он тамкару (50) отдал, не получил, серебро без документа с печатью на (его) счет не будет зачислено.

§ 106. (55) Если шамаллум у тамкара серебро взял и (затем) с тамкаром своим (о долге) поспорил, (60) тамкар этот перед богом33 и свидетелями во взятии серебра должен шамаллума уличить, и (тогда) шамаллум серебро, (65) сколько он взял, в тройном размере тамкару должен отдать.

§ 107. (68) Если тамкар серебро шамаллуму доверил, и (70) шамаллум все, что тамкар ему дал, тамкару своему (XXV, 1) вернул, (а) тамкар (обо) всем, что шамаллум ему отдал, (5) с ним заспорил, шамаллум этот перед богом и свидетелями тамкара должен изобличить, и тамкар, поскольку он со своим шамаллумом (10) спорил, все, что он взял, в шестикратном размере шамаллуму должен отдать.

§ 108. (15) Если корчемница (в уплату) за сикеру зерно не принимает, гирей, большей (установленного веса) серебро принимает (20) или обменный эквивалент сикеры по отношению к зерну уменьшает, эту корчемницу должны уличить и в воду (25) ее должны бросить.

§ 109. (26) Если у корчемницы злодеи в ее заведении собираются, а (30) злодеев этих она не схватила и во дворец не представила, эта корчемница (35) должна быть убита.

§ 110. (36) Если надитум (или) угбабтум34, которая в “монастыре” не живет, проникла в корчму (40) или ради (питья) сикеры в корчму вошла, эту свободную женщину должны сжечь.

§ 111. (45) Если корчемница один кувшин пива в кредит дала, во время жатвы 50 сила зерна она может взять.

§ 112. (50) Если человек находился в путешествии и серебро, золото, [c.176] (драгоценные) камни или (иное) имеющееся при нем имущество (55) (другому) человеку отдал и для (передачи) посылки его отправил, (а) этот человек (60) все, что было послано, там, куда было послано, не отдал и присвоил, хозяин посылки (65) этого человека во всем, что было послано, но не отдано, должен изобличить, и (70) этот человек в пятикратном размере все, что ему было дано, хозяину посылки должен отдать.

§ 113. (75) Если человек за человеком (XXVI, 1) зерно или серебро имел и без (ведома) хозяина зерна из житницы или с гумна (5) зерно взял, этого человека в (том, что) без (ведома) хозяина из житницы или гумна (10) зерно он взял, должны изобличить, и зерно, сколько он взял, он должен вернуть, и все (15) сколько он дал (в долг), он должен потерять.

§ 114. (17) Если человек за человеком зерна или серебра (20) не имел, а (тем не менее) заложника его в залог взял35, за каждого заложника 1/3 мины серебра (25) он должен отвесить.

§ 115. (26) Если человек за человеком зерно или серебро имел и (30) заложника его в залог взял, а заложник в доме своего залогодержателя по судьбе своей умер, (35) по этому случаю иска быть не может.

§ 116. (38) Если заложник в доме своего залогодержателя (40) от побоев или дурного обращения умер, то хозяин заложника своего кредитора (букв.: “тамкара”) (45) должен изобличить, и если (заложник) – сын авилума36, его (т.е. кредитора) сын должен быть убит, (а) если (заложник) – раб авилума, 1/3 мины серебра (50) он (кредитор) должен отвесить, и все, сколько он дал, он должен потерять.

§ 117. (54) Если человека (55) одолел долг, и свою жену, своего сына или свою дочь он продал за серебро или в долговое рабство (60) отдал, 3 года (на) хозяйство своего покупателя или своего закабалителя они должны работать, (а) на четвертый (65) год их освобождение должно быть совершено.

§ 118. (68) Если раба или рабыню в долговое рабство (70) он отдал, кредитор может дать пройти сроку (и) продать (их) за серебро, (а) судебного спора об этом быть не может.

§ 119. (74) Если человека (75) одолел долг, и свою рабыню, которая родила ему сыновей, он продал за серебро, (XXVII, 1) серебро, которое кредитор (ему) отвесил, хозяин рабыни может (кредитору) отвесить и рабыню, свою выкупить.

§ 120. (4) Если человек (5) зерно на сохранение в хозяйстве человека ссыпал, и в зернохранилище возникла недостача, (10) будь то хозяин дома амбар открыл и зерно унес, либо (то, что) зерно в его хозяйстве ссыпано, (15) вообще отрицал, хозяин зерна перед богом (существование) своего зерна должен клятвенно подтвердить, а хозяин дома (20) зерно, которое он взял, должен удвоить и хозяину зерна отдать.

§ 121. (24) Если человек (25) в хозяйстве человека зерно ссыпал, в год за 1 гур сила зерна (в качестве платы) за ссыпку (30) он должен отдать.

§ 122. (31) Если человек человеку серебро, золото или что бы то ни было (35) на хранение отдает, все, что он отдает, он должен показать свидетелям, (40) он должен заключить договор и (лишь после этого) отдать на хранение.

§ 123. (44) Если без свидетелей (45) и договора он отдал (что-либо) на хранение, 1 там, куда он отдал, это отрицают, (50), по этому случаю иска быть не может.

§ 124. (53) Если человек человеку (55) серебро, золото или что бы то ни было перед свидетелями отдал на хранение, а (60) тот (это) отрицает, этого человека Должны изобличить, и все, что он отрицал, он должен удвоить и (65) вернуть. § 125. (66) Если человек что-либо принадлежащее ему отдал на хранение, и там, куда он (это) отдал, (70) будь то из-за взлома или из-за перелезания (через [c.177] стену) что-либо, принадлежащее ему, вместе с чем-нибудь, принадлежащим (75) хозяину дома, пропало, (то) хозяин дома, который был небрежен, все, что было дано ему на хранение и пропало, должен восполнить и (XXVIII, 1) хозяину (пропавшего) имущества возместить; хозяин (же) дома все свое, (что) пропало, (5) может разыскивать и у своего вора забрать.

§ 126. (8) Если человек, у которого ничего (10) не пропало, сказал: “Нечто мое пропало”, и обвинил свой квартал, (15) его квартал должен перед богом клятвенно уличить его в том, что у него ничего не пропало, и (20) все, что он требовал (возместить), он должен удвоить и отдать своему кварталу.

§ 127. (25) Если человек указал пальцем37 на энтум38 или на жену человека, но не уличил (ее), (30) этого человека должны побить перед судьями и обрить ему половину головы39.

§ 128. (35) Если человек взял жену, но договора касательно нее не составил, (40) эта женщина – не жена.

§ 129. (42) Если жена человека с другим мужчиной (45) на (ее) лоне была схвачена, их должны связать и бросить в воду, (но) (50) если господин жены свою жену пощадит, (то) и царь своего раба должен пощадить.

§ 130. (54) Если человек (55) жену человека, которая мужчины не знала и живет в доме своего отца, (60) изнасиловал и на лоно ее лег и его схватили (на месте преступления), этот человек (65) должен быть убит, женщина (же) эта должна быть освобождена (от ответственности).

§ 131. (68) Если жену человека (70) ее муж клятвенно обвинил, но с другим мужчиной на (ее) лоне она не была схвачена, во имя бога (75) она должна поклясться, и (тогда) она может вернуться в свой дом.

§ 132. (77) Если на жену человека из-за другого мужчины (80) указывают пальцем, но с мужчиной (XXIX, 1) чужим на (ее) лоне она не была схвачена, ради своего мужа (5) она должна погрузиться в Реку40.

§ 133. (7) Если человек уведен (в плен), но в его доме (10) пропитание есть, жена его до [освобождения] своего мужа себя (15) должна [блюс]ти, [в дом друго]го [не вход]ить; если (же) эта женщина себя (20) не соблюла и в дом другого вошла, эту женщину должны изобличить и (25) в воду ее должны бросить.

§ 134. (26) Если человек уведен (в плен), и в его доме (30) пропитания нет, его жена в дом другого может войти, (35) на женщине этой вины нет.

§ 135. (37) Если человек уведен (в плен), ив его доме (40) пропитания нет, (и) вследствие этого его жена в дом другого (45) вошла и сыновей (ему) родила, (а) потом ее муж вернулся и своей общины (50) достиг, эта женщина должна вернуться к своему первому мужу, сыновья (же) (55) должны следовать за своими отцами.

§ 136. (57) Если человек покинул свою общину и убежал, (60) (а) после этого его жена вошла в дом другого, (то), если этот человек (65) вернулся и жену свою (захотел) забрать, так как он возненавидел свою общину и (70) убежал, жена беглеца не должна возвратиться к своему мужу.

§ 137. (74) Если человек (75) с шугетуих41, которая родила ему сыновей, или с надитум, которая дала ему (возможность) иметь сыновей42, развестить (80) задумал, этой женщине должны вернуть ее приданое, и половину поля, сада и движимого имущества (XXX, 1) ей должны отдать, и своих сыновей она должна взрастить; когда своих сыновей (5) она взрастит, из всего, что дано ее сыновьям, долю, (10) равную доле одного сына, ей должны дать, и муж, который ей по сердцу, может взять ее в жены.

§ 138. (14) Если человек (15) свою первую жену, которая не родила ему [c.178] сыновей, хочет покинуть, серебро, сколько составлял ее выкуп, (20) он должен ей отдать, и приданое, которое она принесла из дома своего отца, он должен ей возместить, и (тогда) он может ее покинуть.

§ 139. (25) Если выкупа не было, 1 мину серебра в качестве разводной платы он должен ей дать.

§ 140. (30) Если он – мушкенум, он должен отдать ей 1/3 мины серебра.

§ 141. (33) Если жена человека, которая в доме человека (35) живет, задумала уйти, расточительствовать (40) принялась, дом свой разоряла, унижала своего мужа, ее должны изобличить, и, если ее муж (45) заявил о намерении покинуть ее, он может ее покинуть, на дорогу ей и (в качестве разводной платы) (30) ничего он может ей не давать; если (же) ее муж заявил о намерении не покидать ее, муж ее другую женщину (35) может взять замуж, (а) эта женщина должна жить в его доме как рабыня.

§ 142. (60) Если женщина возненавидела своего мужа и сказала: “Не прикасайся ко мне”, ее дело ее кварталом (65) должно быть исследовано, и если она себя блюла (и) греха на ней нет, а ее муж (70) – гуляка и очень ее унижал, на женщине этой (XXXI, 1) вины нет, она может забрать свое приданое и в дом своего отца (5) она может уйти.

§ 143. (6) Если она себя не блюла, гуляла, разоряла свой дом, унижала своего мужа, (10) эту женщину должны бросить в воду.

§ 144. (13) Если человек взял замуж надитум, и (15) эта надитум дала своему мужу рабыню и (таким образом) сыновей произвела, (а) этот человек (20) на шугетум задумал жениться, этому человеку (25) не должны (это) позволить, шугетум замуж он брать не должен.

§ 145. (28) Если человек взял замуж надитум, но (30) она не дала ему иметь детей, и он решил жениться на шугетум, (35) этот человек может взять шугетум замуж и ввести ее в свой дом, (40) (но) эта шугетум не должна равняться с надитум.

§ 146. (43) Если человек взял замуж надитум, и (45) она дала своему мужу рабыню, и та родила сыновей, (а) потом эта рабыня (50) стала равняться со своей госпожой, (то), так как она родила сыновей, ее госпожа за серебро (55) ее продавать не должна, она может наложить на нее знак рабства и причислить ее к рабыням.

§ 147. (60) Если сыновей она не родила, ее госпожа может продать ее за серебро.

§ 148. (65) Если человек жену взял замуж и ее постигла болезнь ла’бу (заразная кожная болезнь), (70) (и) он решил жениться на другой, он может жениться, (75) (но) жену свою, которую постигла болезнь ла’бу, он не должен покидать, в доме, который он создал, (80) она должна жить, и он должен пожизненно ее содержать.

§ 149. (XXXII, 1) Если эта женщина не согласна жить в доме своего мужа, (5) свое приданое, которое она принесла из дома ее отца, он должен ей возместить, и она может уйти.

§ 150. (10) Если человек подарил своей жене поле, сад, дом или движимое имущество (15) и документ с печатью ей выдал, что после смерти ее мужа ее сыновья не должны с ней спорить, мать (же) (20) то, что остается после нее, своему сыну, которого она любит, может отдать, а другому (25) может не отдавать.

§ 151. (26) Если женщина, которая живет в доме человека, чтобы кредитор (30) ее мужа не задержал ее (за долг), связала своего мужа договором (и) заставила его выдать документ, (35) (то), если этот человек, прежде чем он взял эту женщину замуж, долг на себе (40) имел, его кредитор не может задержать его жену; и если эта женщина, (45) прежде чем она вошла в дом человека, имела на себе долг, (50) ее кредитор не может задержать те мужа. [c.179]

§ 152. (52) Если после того как эта женщина в дом человека (55) вошла, на них возник долг, оба они (60) должны удовлетворить кредитора.

§ 153. (61) Если жена человека даст убить своего мужа ради другого мужчины, (65) эту женщину должны посадить на кол.

§ 154. (67) Если человек познал свою дочь, (70) этого человека должны изгнать из общины.

§ 155. (72) Если человек выбрал невесту своему сыну, и (75) его сын познал ее, (а) потом он сам на лоно ее возлег, и его схватили, этого человека должны связать и в воду (XXXIII, 1) его должны бросить.

§ 156. (2) Если человек невесту своему сыну (5) выбрал, но его сын не познал ее, а он сам на лоно ее возлег, полмины серебра (10) он должен ей отвесить, и все, что из дома своего отца она принесла, (15) он должен ей возместить, и муж по сердцу ее может взять ее в жены.

§ 157. (18) Если человек после (смерти) своего отца (20) возлег на лоно своей матери, их обоих должны сжечь.

§ 158. (24) Если человек (25) после (смерти) своего отца на лоне своей мачехи (?), которая детей родила, был схвачен, (30) этот человек должен быть изгнан из отцовского дома43.

§ 159. (33) Если человек, который в дом своего тестя (35) дал принести брачный дар (и) отдал выкуп, загляделся на другую женщину и (40) сказал своему тестю; “твою дочь в жены я не возьму”, отец девушки все, (45) что ему принесено, может забрать.

§ 160. (47) Если человек в дом своего тестя брачный дар (50) дал принести (и) выкуп отдал, а отец девушки “Дочь мою я тебе не отдам” (55),– сказал, все, что ему принесено, он должен удвоить и вернуть.

§ 161. (60) Если человек в дом своего тестя брачный дар дал принести (и) выкуп отдал, а (потом) (65) равный ему (по положению) оклеветал его, и его тесть хозяину жены44 “Мою дочь в жены ты не возьмешь” (70), – сказал, (то) все, что ему принесено, он должен удвоить и вернуть, (75) а его жену равный ему в жены получить не должен.

§ 162. (78) Если человек жену (80) взял, и она родила сыновей, а (потом) эта женщина к судьбе (XXXIV, 1) ушла45, ее отец не должен предъявлять претензий по поводу ее приданого, (5) ее приданое – только для ее сыновей.

§ 163. (7) Если человек взял жену, и (10) она не дала ему иметь сыновей, (а потом) эта женщина ушла к судьбе, (то), если выкуп, (15) который этот человек принес в дом своего тестя, его тесть ему вернул, по поводу приданого (20) этой женщины предъявлять претензии он не должен, ее приданое – только для ее отцовского дома.

§ 164. (24) Если его тесть (25) выкуп не вернул, (то) из ее приданого столько, сколько (составлял) ее выкуп, он (т.е. муж) должен вычесть, а (30) (остаток) приданого он должен вернуть в ее отцовский дом.

§ 165. (33) Если человек своему наследнику, (35) который ему приятен, подарил поле, сад или дом (и) написал ему документ с печатью, (то), после того как отец (40) ушел к судьбе, когда братья стали делиться, награду, (что) отец (45) ему дал, он должен забрать, и, сверх того, имущество отцовского дома поровну46(50) они должны разделить.

§ 166. (51) Если человек сыновьям, которых он имел, взял жен, (а) сыну своему (55) малолетнему не взял, (то), после того как отец к судьбе (60) ушел, когда братья стали делиться, из имущества отцовского дома своему брату (65) [c.180] малолетнему, который жену (еще) не взял, сверх его доли (70) серебро (для) выкупа они ему должны положить и (тем) дать возможность взять жену.

§ 167. (74) Если человек (75) жену взял и она родила ему сыновей, (а потом) эта женщина к судьбе (80) ушла, (и) после нее он взял другую женщину, и она родила сыновей, (85) (то), после того как отец к судьбе ушел, (XXXV, 1) сыновья не должны разделяться по матерям: приданое своих матерей (5) они должны взять, а имущество отцовского дома они должны поделить поровну47.

§ 168. (9) Если человек задумал (10) лишить наследства своего сына и сказал судьям: “Сына своего я лишаю наследства”, (15) судьи должны рассмотреть его дело, и если сын тяжкой вины, влекущей за собой лишение (20) наследства, не несет, отец не может лишить наследства своего сына.

§ 169. (25) Если (же) тяжкую вину перед своим отцом, ведущую к лишению наследства, он несет, (30) на первый раз они должны его простить, если (же) он во второй раз тяжко провинился, отец своего сына (35) может лишить наследства.

§ 170. (37) Если человеку его законная супруга родила сыновей, (40) и его рабыня родила сыновей, (и) отец при своей жизни сыновьям, которых ему родила рабыня, (45) сказал: “Мои сыновья” (и) причислил их к сыновьям супруги, (то) после того как их отец к судьбе (50) уйдет, имущество отцовского дома сыновья супруги и сыновья рабыни поровну (55) должны разделить; наследник, сын супруги, из наследственных доль может выбрать и забрать.

§ 171. (60) А если отец при своей жизни сыновьям, которых ему родила рабыня, “Мои сыновья” не сказал, то после того как отец (65) уйдет к судьбе, имущество отцовского дома сыновья рабыни с сыновьями супруги (70) разделять не должны; освобождение рабыни и ее сыновей должно быть установлено, сыновья (же) супруги (75) к сыновьям рабыни претензий по поводу рабства предъявлять не должны; супруга свое приданое (80) и дар, который ее (покойный) муж ей дал и на табличке ей отписал, (85) может взять, и в жилище своего мужа она может жить, (XXXVI, 1) она может пожизненно пользоваться (всем этим), но за серебро продавать не должна, после нее (5) (все это) лишь для ее сыновей.

§ 172. (6) Если (же) ее муж не дал ей подарка, ее приданое (10) они должны ей возместить, и из имущества дома своего мужа долю как один наследник (15) она может взять; если (же) ее сыновья, чтобы заставить (ее) уйти из дома, начнут ее притеснять, судьи (20) должны рассмотреть ее дело и наложить на сыновей наказание, а эта женщина (25) из дома своего мужа уходить не должна; если (же) эта женщина решение об уходе (30) (сама) приняла, подарок, который ей дал ее муж, своим сыновьям (35) она должна оставить, приданое (же) своего отцовского дома она может забрать, и муж, который ее по сердцу, (40) пусть возьмет ее в жены.

§ 173. (41) Если эта женщина там, куда она вошла, своему следующему мужу (45) родила сыновей, (то) после того как эта женщина уйдет к судьбе, ее приданое первые и последующие сыновья (5) должны разделить48.

§ 174. (51) Если своему следующему мужу сыновей она не родила, ее приданое 55) должны забрать только сыновья ее первого мужа.

§ 175. (57) Если раб дворца или раб мушкенума (60) дочь (свободного) человека взял замуж и она родила сыновей, (то) хозяин раба (65) к сыновьям дочери (свободного) человека претензий по поводу рабства предъявлять не должен.

§ 176а. (69) Если раб дворца (70) или раб мушкенума дочь свободного человека взял замуж, и когда он взял ее замуж, вместе с (75) приданым своего отцовского Дома она вошла в дом раба дворца или раба мушкенума, и (80) после того как они объединились, создали (общее) хозяйство (и) приобрели движимое [c.181] имущество, а впоследствии раб дворца (85) или раб мушкенума ушел к судьбе, дочь человека свое приданое (95) должна забрать, а все, что ее муж и она сама (XXXVII, 1) после их объединения приобрели, должны разделить на две части, и (5) половину должен забрать хозяин раба, (а другую) половину должна забрать для своих сыновей дочь человека.

§ 176b. (10) Если у дочери человека приданого не было, все, что ее муж и она сама приобрели с тех пор, как они объединились, (15) на две части должны разделить, и половину хозяин раба должен забрать, (а другую) половину (20) дочь человека пусть заберет для своих сыновей.

§ 177. (22) Если вдова, у которой (все) сыновья – малолетние, (25) решила войти в дом другого (мужа), без ведома судей (30) войти она не должна; когда она будет входить в дом другого (мужа), судьи (35) должны рассмотреть обстоятельства хозяйства мужа ее прежнего и хозяйство мужа ее (40) прежнего мужу ее последующему и (самой) этой женщине должны передать и (45) заставить их выдать (удостоверяющий это) документ; они (муж и жена) должны хранить (это) хозяйство и вырастить малолетних детей; (50) имущество (этого хозяйства) они не должны продавать за серебро, (а) покупатель, который имущество (55) детей вдовы купил, должен потерять свое серебро, имущество (же) к своим хозяевам (60) должно возвратиться.

§ 178. (61) Если (есть жрица) угбабтум, надитум или секретум, которой ее отец приданое (65) дал (и) написал ей (об этом) документ, (но) в документе, который он ей написал, (70) не написал (о том, что) наследство после нее она может отдать (это) куда захочет, и поступать по своему желанию (75) ей не позволил, (то) после того как отец уйдет к судьбе, ее поле и сад (80) должны забрать ее братья, и соответственно размеру ее доли хлеб, масло и шерсть (85) они должны ей выдавать и (этим) удовлетворять ее сердце; если ее братья соответственно размеру (90) ее доли хлеб, масло и шерсть выдавать ей не будут и (XXXVIII, 1) сердца ее не ублаготворят, свое поле и сад пахарю (арендатору), (5) какой ей угоден, она может это отдать, и пусть этот пахарь ее содержит; полем, садом (10) и всем, что ей дал ее отец, она может пользоваться пожизненно, (но) за серебро (15) продавать (их) она не должна, не должна (также) отвечать (ими по требованиям) другого лица: ее наследство (предназначено) только для ее братьев.

§ 179. (20) Если (есть жрица) угбабтум, надитум или секретум49, которой ее отец дал приданое, (25) написал (ей об этом) документ с печатью (и) в табличке, что он ей написал, (о том, что) наследство после нее (30) она может отдать куда захочет, он ей написал (и) поступать по своему желанию позволил, (35) (то) после того как отец уйдет к судьбе, наследство после нее туда, куда она захочет, (40) она может отдать, (а) ее братья не должны с ней спорить.

§ 180. (43) Если отец своей дочери (45) надитум, живущей в обители, или секретум приданого не дал, (то) после того как отец (50) уйдет к судьбе, долю как один наследник (55) она должна получить и пожизненно должна ею пользоваться, (а) наследство после нее – только для ее братьев.

§ 181. (60) Если отец посвятил богу (жрицу) надитум, кадиштум или кульма-шитум50, а приданого (65) ей не дал, -(то) после того как отец уйдет к судьбе, из имущества отцовского дома (70) одну треть (в качестве) ее наследственной доли она должна взять и пожизненно должна этим пользоваться; наследство после нее – (75) только для ее братьев.

§ 182. (76) Если отец дочери своей, надитум Мардука Вавилонского, (80) приданого не дал (и) не написал ей документа с печатью, то после того как отец (85) уйдет к судьбе, из имущества отцовского дома одну треть (в качестве) ее [c.182] наследственной доли при разделе со своими братьями (90) она должна получить, но повинности она нести не должна; надитум Мардука наследство после себя (95) туда, куда она захочет, (XXXIX, 1) должна отдать.

§ 183. (2) Если отец своей дочери-шугетум приданое (5) дал, отдал ее мужу (и) написал ей документ с печатью, (то) после того как отец уйдет к судьбе, из имущества отцовского дома она не должна получить ничего.

§ 184. (15) Если отец своей дочери-шугетум приданого не дал (и) (20) мужу ее не отдал, (то) после того как отец уйдет к судьбе, (25) ее братья должны дать ей приданое соответственно возможностям отцовского дома и мужу (30) должны ее отдать.

§ 185. (31) Если человек малолетнего в его (амниотических) водах (т.е. новорожденного) в усыновление (35) взял и вырастил его, этот воспитанник не может быть у него истребован51.

§ 186. (39) Если человек (40) малолетнего в усыновление взял и после его усыновления своего (кровного) отца (45) и свою (кровную) мать тот обнаружил, этот воспитанник может вернуться в дом своего отца.

§ 187. (50) (Приемный) сын гирсекума, (термин неизвестен), служащего во дворце, и (приемный) сын секретум не может быть (у них) истребован.

§ 188. (54) Если ремесленник (55) взял ребенка на воспитание и научил его своему ремеслу, он не может быть (у него) истребован.

§ 189. (60) Если своему ремеслу он его не обучил, этот воспитанник должен вернуться в дом своего отца.

§ 190. (65) Если человек малолетнего, которого он взял в усыновление и воспитал, не причислил к своим сыновьям, этот воспитанник должен вернуться в дом своего отца.

§ 191. (75) Если человек малолетнего, которого он взял в усыновление и воспитал, и тот работал в его хозяйстве, а потом он (человек) приобрел (кровных) сыновей, решил изгнать из воспитанников, (то) этот (приемный) сын не должен уйти с пустыми руками: отец, воспитавший его, из своего имущества треть в качестве наследственной доли (90) он должен ему отдать, и пусть он (с этим) уйдет, (а) из поля, сада и дома (ничего) он не должен ему да-(95)вать.

§ 192. (96) Если (приемный) сын гирсекума (XL, 1) или (приемный) сын секретум отцу, воспитавшему его, или матери, (5) воспитавшей его, сказал: “Ты мне не отец, ты мне не мать”, ему должны отрезать язык.

§ 193. (10) Если приемный сын грисекума или приемный сын секретум узнал дом своего (кровного) отца и отца, (15) воспитавшего его, и мать, воспитавшую его, возненавидел и в дом своего (кровного) отца (20) ушел, у него должны вырвать глаз.

§ 194. (23) Если человек своего сына кормилице (25) отдал, и этот сын умер на руках у кормилицы, а кормилица (30) без ведома его отца и его матери приложила к груди другого ребенка, ее должны изобличить и (35) за то, что без ведома его отца и матери она приложила к груди другого ребенка, грудь у нее (40) должны отрезать.

§ 195. (41) Если сын ударил своего отца, ему должны отрезать руку.

§ 196. (45) Если человек ослепил глаз сыну человека, его глаз должны ослепить.

§ 197. (50) Если он сломал человеку кость, ему должны сломать кость.

§ 198. (54) Если глаз мушкенуму (55) он ослепил или кость мушкенуму сломал, он должен отвесить 1 мину серебра.

§ 199. (60) Если он ослепил глаз раба человека или сломал кость раба человека, половину его цены (65) он должен отвесить. [c.183]

§ 200. (60) Если человек выбил зуб человеку, равному ему, (70) ему (самому) должны выбить зуб.

§ 201. (71) Если он выбил зуб мушкенуму, он должен отвесить 1/3 мины серебра.

§ 202. (75) Если человек ударил человека, который выше него, (то) всенародно (80) он должен быть бит шестьюдесятью ударами плети из воловьей кожи.

§ 203. (81) Если кто-либо из людей кого-либо из людей, кто равен ему, по щеке (85) ударил, он должен отвесить одну мину серебра.

§ 204. (88) Если мушкенум по щеке мушкенума (90) ударил, он должен отвесить 10 сиклей серебра.

§ 205. (92) Если раб человека кого-либо из людей по щеке (XLI, 1) ударил, ему должны отрезать ухо.

§ 206. (4) Если человек человека (5) во время драки ударил и нанес ему рану, этот человек (10) должен поклясться: “Я не ударил его умышленно” и оплатить врача.

§ 207. (14) Если (же) от удара (15) тот умер, он опять-таки должен поклясться и, если (потерпевший) – сын человека, он (виновный) должен отвесить 1/2 мины серебра.

§ 208. (20) Если (потерпевший) – мушкенум, он должен отвесить 1/2 мины серебра.

§ 209. (23) Если человек дочь человека (25) ударил (и тем) причинил ей выкидыш, 10 сиклей серебра за плод ее чрева 930) он должен отвесить.

§ 210. (31) Если эта женщина умерла, дочь его должны убить.

§ 211. (35) Если дочери мушкенума он ударом причинил выкидыш, 5 сиклей серебра (40) он должен отвесить.

§ 212. (41) Если эта женщина умерла, он должен отвесить 1/2 мины серебра.

§ 213. (45) Если он ударил рабыню человека и (тем) причинил ей выкидыш, 2 сикля серебра (50) он должен отвесить.

§ 214. (51) Если эта рабыня умерла, он должен отвесить 1/3 мины серебра.

§ 215. (55) Если врач сделал человеку большой надрез бронзовым ланцетом и (тем) исцелил (этого) человека (60) или на виске человека сделал надрез бронзовым ланцетом и (тем) исцелил глаз (этого) человека, (65) он (пациент) должен отвесить 10 сиклей серебра.

§ 216. (67) Если (пациент) – мушкенум, он (врач) может взять 5 сиклей серебра.

§ 217. (70) Если пациент – раб человека, хозяин раба должен дать врачу 2 сикля серебра.

§ 218. (74) Если врач человеку (75) сделал большой надрез бронзовым ланцетом и (тем) причинил человеку смерть или на виске у человека (80) сделал надрез бронзовым ланцетом и (тем) ослепил глаз (этого) человека, ему должны отрезать руку.

§ 219. (84) Если врач большой надрез (85) сделал бронзовым ланцетом рабу мушкенума и (тем) причинил (ему) смерть, он должен отдать раба за раба.

§ 220. (89) Если на его виске (90) он сделал надрез бронзовым ланцетом и (тем) ослепил его глаз, он должен отвесить серебро, (равное) половине его цены.

§ 221. (95) Если врач кость человека (XLII, 1) сломанную вправил или больную мышцу (5) исцелил, пациент должен дать врачу 5 сиклей серебра.

§ 222. (10) Если (пациент) – мушкенум, он должен дать три сикля серебра.

§ 223. (13) Если (пациент) – раб человека, хозяин раба (15) должен дать врачу 2 сикля серебра.

§ 224. (18) Если лекарь быков или ослов (20) сделал быку или ослу большой [c.184] надрез и исцелил животное, хозяин быка или осла (25) должен дать лекарю в качестве его платы 1/6 сикля серебра.

§ 225. (29) Если быку или ослу (30) он сделал большой надрез и (тем) причинил (животному) смерть, 1/5 его цены хозяину быка или осла (35) он должен отдать.

§ 226. (36) Если цирюльник без ведома хозяина раба рабский знак чужому рабу (40) сбрил, этому цирюльнику должны отрезать руку.

§ 227. (43) Если человек обманул цирюльника и (45) он сбрил рабский знак чужому рабу, этого человека должны убить и (50) на его воротах повесить; цирюльник (же) должен поклясться: “Умышленно я не сбривал” и (55) может быть свободен.

§ 228. (56) Если строитель построил дом человеку и завершил его для него, (60) (хозяин) должен дать ему в качестве награды 2 сикля серебра за 1 cap (площади) дома.

§ 229. (64) Если строитель построил дом человеку, но работу свою сделал непрочно, и построенный дом (70) рухнул и причинил смерть хозяину дома, этот строитель должен быть убит.

§ 230. (73) Если он причинил смерть сыну хозяина дома, (75) должны убить сына этого строителя.

§ 231. (77) Если он причинил смерть рабу хозяина дома, раба, равноценного (погибшему) рабу, (80) он должен отдать хозяину дома.

§ 232. (82) Если он погубил имущество хозяина дома, все, (85) что он погубил, он должен возместить, и так как дом, который он построил, он построил непрочно, и (дом) обвалился, (90) он должен отстроить дом за свой собственный счет.

§ 233. (93) Если строитель построил человеку дом и (95) постройку свою сделал непрочно, и стена покривилась, этот строитель (XLIII, 1) должен укрепить стену на свои собственные деньги.

§ 234. (4) Если корабельщик (5) построил (букв.: законопатил) человеку корабль (вместимостью) в 60 гур, хозяин должен дать ему в качестве его награды 2 сикля серебра.

§ 235. (10) Если корабельщик построил корабль для человека, но работу свою сделал неискусно, и (15) в том же году корабль затонул или в нем выявились пороки, корабельщик (20) должен разобрать этот корабль и за свой собственный счет укрепить его и прочный корабль (25) отдать хозяину корабля.

§ 236. (27) Если человек корабельщику свой корабль (30) отдал в наем, а корабельщик был небрежен и корабль потопил или (иным образом) погубил, (35) корабельщик должен возместить корабль хозяину корабля.

§ 237. (38) Если человек корабль и корабельщика (40) нанял и зерном, шерстью, маслом, финиками или каким-либо иным грузом загрузил, (45) а этот корабельщик был небрежен и потопил корабль и то, что (было) в нем, (50) корабельщик и все, что он в нем погубил, (55) должен возместить.

§ 238. (56) Если корабельщик потопил корабль человека, но (затем) поднял его, (60) он должен отдать серебро (в размере) половины его цены.

§ 239. (62) Если человек нанял корабельщика, 6 гур зерна (65) за год он должен ему дать.

§ 240. (67) Если корабль плывущего вверх по течению корабль плывущего вниз по течению (70) ударил и потопил, хозяин корабля, чей корабль потоплен, все, что погибло на его корабле, перед богом (75) должен подтвердить, и плывущий вверх по течению, который корабль плывущего вниз по течению потопил, корабль и все погибшее (80) должен ему возместить. [c.185]

§ 241. (81) Если человек забрал вола в залог, он должен отвесить 1/3 мины серебра.

§ 242–243. (85) Если человек нанял (волов) на 1 год, (то) за основного (букв.: заднего) вола 4 гура зерна, за подпряжного (букв.: среднего) вола (90) 3 гура зерна он должен отдать52.

§ 244. (XLIV, 1) Если человек нанял вола или осла, и в степи его убил лев, (5) (убыток лежит) только на его хозяине.

§ 245. (6) Если человек нанял вола и небрежностью или побоями (10) причинил ему смерть, он должен возместить хозяину вола, равного (погибшему) волу.

§ 246. (14) Если человек (15) нанял вола и сломал, ему ногу или перерезал шейное сухожилие, (то) вола, равного искалеченному волу, (20) он должен возместить хозяину вола.

§ 247. (22) Если человек нанял вола и повредил ему глаз, (25) он должен отдать хозяину быка серебро, равное половине его цены.

§ 248. (28) Если человек нанял вола и (30) сломал ему рог, отрезал хвост или стер ему холку, серебро (в размере) 1/5 его цены (35) он должен отдать.

§ 249. (36) Если человек нанял вола, а бог поразил его, и он умер, (40) человек, который нанял вола, должен поклясться во имя Бога и может быть свободен.

§ 250. (44) Если бык, когда по улице (45) он шел, забодал человека и убил его, по этому делу (50) нельзя предъявлять иск.

§ 251. (52) Если бык человека бодлив, и о том, что он бодлив, (55) его квартал его предупредил, но он не притупил ему рога и за своим быком не присматривал, а (60) этот бык забодал кого-либо из людей и причинил ему смерть, 1/2 мины серебра (65) он должен отдать.

§ 252. (66) Если (потерпевший) – раб человека, он должен отдать 1/3 мины серебра.

§ 253. (69) Если человек человека (70) для работы на своем поле нанял и дал ему зерно для посевной работы, (75) вручил ему волов и связал его договором об обработке поля, (то), если этот человек семена или корм украл и (80) в его руке (краденое было) схвачено, ему должны отрезать руку.

§ 254. (83) Если зерно для посевной работы он взял, но волов (85) истощил, он должен возместить в двойном количестве зерно, которое он получил.

§ 255. (83) Если волов человека в наем (90) он отдал либо семена украл и в поле (зерна) не произвел, этого человека должны изобличить, и (95) во время жатвы он должен отмерить за 1 бур (площади поля) 60 гур зерна.

§ 256. (97) Если он не способен исполнить свое обязательство53, (то) на этом поле волами (100) его должны волочить (до смерти?).

§ 257. (101) Если человек (XLV, 1) нанял земледельца, он должен дать ему 8 гур зерна в год.

§ 258. (5) Если человек нанял погонщика быков, он должен дать ему 6 гур зерна в год.

§ 259. (10) Если человек украл плуг на общинной орошаемой земле, 5 сиклей серебра хозяину плуга (15) он должен отдать.

§ 260. (16) Если он украл легкий плуг (?) или борону, 3 сикля серебра (20) он должен отдать.

§ 261. (21) Если человек нанял пастуха для пастьбы волов или овец, (25) он должен дать ему 8 гуров зерна в год.

§ 262. (28) Если человек вола или овцу (30) для […]

§ 263. (37) Если вола или овцу, что ему даны, он погубил, (то) (40) он должен [c.186] возместить их хозяину вола, равного (погибшему) волу, (или) овцу, равную (погибшей) овце.

§ 264. (44) Если пастух, (45) которому дан для пастьбы крупный и мелкий скот, свою наемную плату полностью (50) получил (и) удовлетворен, (но) допустил уменьшение числа крупного скота (или) числу мелкого скота (55) позволил уменьшиться, (или) уменьшил приплод, приплод и доход согласно его договору (60) он должен отдать.

§ 265. (61) Если пастух, которому дан для пастьбы крупный и мелкий скот, (65) совершил преступление (и) изменил клеймо или продал (скот) за серебро, (70) его должны изобличить и то, что он украл, крупный и мелкий скот, их хозяину (75) он должен возместить.

§ 266. (76) Если в загоне для скота случилось прикосновение бога (эпидемия) или лев убил (животное), пастух должен очистить себя перед богом54, а (80) хозяин загона должен принять на себя убыль в загоне.

§ 267. (82) Если пастух был небрежен и допустил в загоне заразную болезнь55, пастух ущерб от болезни, (85) которая случилась в загоне, крупный и мелкий скот должен возместить и отдать его хозяину.

§ 268. (90) Если человек нанял вола для молотьбы, его наемная плата – 20 сила.

§ 269. (93) Если он нанял осла для молотьбы, (95) его наемная плата – 10 сила.

§ 270. (96) Если он нанял козла для молотьбы, его наемная плата – 1 сила.

§ 271. (99) Если человек (100) нанял вола, повозку и погонщика, (XLVI, 1) он должен отдать за один день 180 сила зерна.

§ 272. (3) Если человек одну только повозку (5) нанял, он должен отдать за один день 40 сила зерна.

§ 273. (8) Если человек нанял наемного работника, (10) он должен отдавать от начала года до пятого месяца 6 ше серебра в день, (а) (15) от шестого месяца до конца года он должен отдавать 5 ше серебра в день.

§ 274. (20) Если человек нанимает ремесленника, плату […] 5 ше серебра, (25) плату изготовителя тканей (?) 5 ше серебра, плату изготовителя тонких тканей (?) […] серебра, плату резчика печатей (30) […] серебра, плату изготовителя луков […] серебра, плату кузнеца […] серебра, (35) плату столяра 4 (?) ше серебра, плату кожевника […] ше серебра, плату изготовителя изделий из тростника (4) […] ше серебра, плату устроителя […] серебра должен отдавать за один день.

§ 275. (45) Если человек нанял судно, [идущее вниз по тече]нию, его плата за один день – 3 ше серебра.

§ 276. (49) Если он нанял судно, идущее вверх по течению, (50) он должен отдать 21/2 сикля серебра в качестве его платы за 1 день.

§ 277. (53) Если человек нанял судно (грузоподъемностью) в 1 гур, (55) за один день он должен отдать 1/6 сикля серебра.

§ 278. (58) Если человек купил раба или рабыню, и до истечения месяца на него напала падучая (?), он должен вернуться к своему продавцу, а покупатель (65) может забрать серебро, которое он отвесил.

§ 279. (67) Если человек купил раба или рабыню, (а) он (раб) станет предметом виндикации56, (70) по виндикации должен отвечать его продавец.

§ 280. (72) Если человек в чужой стране (75) купил раба или рабыню, и когда он пришел в свою страну, (80) господин раба или рабыни признал своего раба или рабыню, (то) если они, раб и рабыня,– уроженцы (нашей) страны, (85) их освобождение должно быть установлено без всякой платы.

§ 281. (88) Если (они) – уроженцы другой страны, покупатель (90) должен [c.187] объявить перед богом (сумму) серебра, которую он отвесил, и (тогда) хозяин раба или рабыни серебро, которое он отвесил, купцу (95) может отдать и выкупить своего раба или свою рабыню.

§ 282. (97) Если раб сказал своему господину: “Ты мне не господин”, (100) он (господин) может изобличить его как своего раба, и его господин может отрезать ему ухо.

[Эпилог]

(XLVII, 1) (Вот) справедливые законы, которые Хаммурапи, могущественный царь, (5) установил и (тем) даровал стране твердый порядок и надлежащее управление. Хаммурапи, (10) совершенный царь я (семь!). Черноголовыми, которых Эллиль даровал мне, (и) пастырство над которыми дал мне Мардук, (15) я не пренебрегал, я отыскивал для них благополучные места, (из) тяжких трудностей (20) я открывал выход, я привел к ним свет. Могучим оружием, которое Забаба и Иштар (25) вручили мне, мудростью, которой наделил меня Хайа, могуществом, которое даровал мне Мардук, (30) врагов на севере и на юге я истребил, уничтожил раздоры, ублаготворил страну, (35) дал людям всех поселений пребывать на (безопасных) пастбищах и не подпускал к ним тревогу. (40) Великие боги призвали меня, и вот я – пастырь-миротворец, чей скипетр (45) прям, благая сень, простертая над моим градом. На лоне своем (50) я держу людей Шумера и Аккада, с помощью моего духа-покровителя процвели они, (55) мирно правил я ими, премудростью своей я укрывал их.

Дабы сильный слабого (60) не притеснял, дабы сироте и вдове была оказываема справедливость, в Вавилоне, городе, которому Ану и Эллиль (65) главу его вознесли, в Эсагиле, храме, чьи основания прочны как небо и земля, (70) чтобы судить судебные дела страны, чтобы решать судебные решения страны (и) притесняемому оказывалась справедливость, мои драгоценные повеления (75) я написал на своей стеле и перед статуей моей, (именуемой) “Справедливый царь”, я установил (ее).

Царь, который среди всех царей (80) превосходен,– я! Мои указы превознесены, мое могущество не имеет равного. По повелению Шамаша, (85) великого судии небес и земли, справедливость моя в стране да восторжествует! По указу (90) Мардука, моего владыки, предначертания мои да не встретят нарушителя! В Эсагиле, которую я люблю, имя мое (XLVIII, 1) да будет поминаемо вовеки!

Обиженный человек, у которого судебный спор (5) возникает, пусть придет перед статую мою, именуемую “Справедливый царь”, и стелы моей (10) начертание пусть он заставит огласить, указы мои драгоценные пусть он услышит, и (15) стела моя (надлежащий) указ пусть ему покажет, пусть он увидит свой закон (и) пусть успокоит свое сердце. (20) “Хаммурапи-де – владыка, что словно отец родной был для людей, (25) перед словом Мардука, своего владыки, он склонялся и победы для Мардука на севере и (30) на юге он одержал, сердце Мардука, своего владыки, ублаготворил и благоденствием (35) наделил навеки, а страной правил справедливо”,– так (40) пусть он скажет и перед владыкой моим Мардуком и Царпаниту, моей владычицей, (45) от всего сердца пусть он меня благословит. Шеду и Ламассу, боги, вступающие в Эсагилу, (50) (и сами) кирпичи Эсагилы славу мою ежедневно перед (55) Мардуком, моим владыкой, и Царпаниту, моей владычицей, да делают доброй.

В будущие (60) времена, когда бы то ни было, царь, который в стране появится, слова (65) справедливые, что я на стеле моей написал, да соблюдет, судебные дела [c.188] (70) страны, которые я судил, решения страны, которые я решал, да не изменит, предначертания мои да не нарушит. (75) Если этот человек (будет) благоразумен и способен править страной справедливо, к указам, что я написал на моей стеле, пусть он будет почтителен, (80) путь и направление, судебные дела страны, которые я судил, судебные решения страны, которые я решал, эта стела (85) да покажет ему, и черноголовыми своими да правит он справедливо, судебные дела их пусть он судит, судебные решения их (90) пусть он решает, в стране своей беззаконных и злых пусть он искоренит, людей своих пусть ублаготворит.

(95) Хаммурапи, справедливый царь, которому Шамаш даровал истину, я (есмь)! Мои указы превознесены, (100) мои деяния не имеют равных, лишь для глупца пусты (они), (XLIX, 1) (но) мудрому созданы для соблюдения. Если этот человек к указам моим, что на стеле своей я написал, (5) будет почтителен, судебное решение мое не нарушит, слова мои не исказит, предначертания мои не изменит,– человек этот, подобно мне, (есть) справедливый царь. Скипетр его Шамаш (15) да удлинит, (и) людей своих да пасет он справедливо!

Если же этот человек к указам моим, (20) что на стеле своей я написал, не будет почтителен, проклятиями моими пренебрежет и (25) проклятия богов не убоится и судебные дела, которые я судил, отменит, слова мои (30) исказит, предначертания мои изменит, имя мое, написанное (на этой стеле), выскоблит (и) (35) имя свое впишет (или) из-за (боязни) этих проклятий кого-либо (другого) заставит, (то) у человека этого, (40) будь он царь или эн, или энси, или (просто) человек, называемый по имени, (45) великий Ану, отец богов, провозгласивший мое царствование, царский блеск да отнимет, (50) скипетр его да сломает, судьбу его да проклянет!

Эллиль, владыка судящий судьбы, (55) чье повеление неоспоримо, возвеличивающий мою царственность, неусмиряемый бунт, (60) погибельный мятеж в жилище его да разожжет, плачевное царствование, (65) краткие дни, голодные годы, беспросветную тьму, (70) внезапную смерть да назначит он ему уделом, погибель его города, рассеяние его людей, (75) низложение его царственности, исчезновение из страны имени его и памяти своими почитаемыми устами (80) он да изречет!

Нинлиль, великая матерь, чье повеление почитаемо в Экуре, (85) владычица, одобряющая мои помыслы, в месте тяжбы и решения перед лицом Эллиля (90) дело его да сделает проигрышным, разорение его страны, погибель его людей, излитие жизни его словно воды (95) да вложит она в уста Эллиля!

Эйя, великий государь, чьи предопределения судеб первенствуют (среди прочих), мудрец (среди) богов, кому известно все сущее, продлевающий (L, 1) дни моей жизни, разумение и мудрость у него да отнимет, (5) в безумие его да ввергнет, реки его в истоках да заткнет, (10) в стране его хлеба, жизни людей, да не произведет!

Шамаш, великий судия (15) небес и земли, справедливо правящий живыми существами, владыка, мое упование, (20) царство его да ниспровергнет, судебного Дела его да не рассудит, путь его да искривит, порядок в войске его (25) да погубит, при жертвенном гадании дурное предзнаменование57, предсказывающее искоренение основ его царства (30) и погибель его страны да пошлет он ему, злое слово Шамаша быстро да постигнет его, наверху (35) из числа живых да извергнет он его, (а) внизу, в преисподней дух его (40) да заставит он жаждать воды!

Син, владыка небес, бог, сотворивший меня, тот, чьи оракулы прославлены среди богов, (45) венца и престола царствования да лишит его, тяжкое наказание, великую кару, что с тела его (50) не исчезнет, да нашлет он на нею, дни, месяцы [c.189] и годы его правления в плаче (55) и стенаниях да приведет он к концу, ненавистника царственности его да заставит его он увидеть, жизнь, (60) что подобна смерти, на долю да присудит он ему!

Адад, владыка изобилия, (65) ороситель небес и земли, мой союзник, дождей с неба и половодья (70) в источниках его да лишит, страну его голодом и нуждой (75) он да погубит, над городом его яростно да воскликнет, страну его в руины потопа (80) да обратит!

Забаба, великий воитель, первородный сын Экура, (85) шествующий одесную меня, на поле битвы да сломает его оружие, день в ночь да превратит для него и (90) врагу его над ним да позволит он восторжествовать!

Иштар, владычица войны и битвы, обнажающая (95) мое оружие, моя милостивая богиня-покровительница, возлюбившая мое правление, в сердце своем (100) яростном, в гневе своем великом царствование его да проклянет, благо его (105) во зло да обратит, (LI, 1) (диттографический повтор предыдущей строки) на поле войны и битвы оружие его да сломает, (5) смуту и мятеж да нашлет она на него, воинов его да ниспровергнет, (10) кровью их да напоит землю, кучи трупов воинства его (156) да разбросает в степи, бойцам его милосердия да не окажет, его (же) самого (20) в руки его врага да предаст она и во враждебную страну в оковах да уведет она его!

Нергал, (25) могучий среди богов, неудержимый в сражении, дающий мне одерживать победы, своим божественным оружием (30) великим, точно огнем, людей его да сожжет, (35) своим могучим оружием да рассечет он его и члены его словно глиняное изваяние да сокрушит!

(40) Нинту, возвышенная владычица стран, моя мать-родительница, наследника да отнимет у него, (45) потомства да не даст ему иметь, среди людей его отпрыска человеческого она да не создаст!

(50) Нинкаррак, дочь Ану, говорящая благое обо мне в Экуре, (55) тяжкую болезнь, злую немочь, болезненную язву, которым нет исцеления, (чьей) сути врач (60) не понимает, (которую) повязкой он не успокоит (и) словно смертельный укус из членов его не удалит, (65) да нашлет она на него, и пока жизнь его не угаснет, свою (утраченную) мужскую силу он да оплакивает!

(70) Великие боги небес и земли, ануннаки все в совокупности, (75) дух-хранитель храма, кирпичи Эбаббара его самого, его семя, его страну, его воинов, (80) его людей и его войско страшным проклятием да проклянут!

Проклятиями этими Эллиль из непререкаемых уст своих его да проклянет, и (90) тотчас они его да постигнут! [c.190]

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Черноголовые – семиты. [c.190]

Вернуться к тексту

2 В тексте с детерминативом бога. [c.190]

Вернуться к тексту

3 Букв.: заставил выпустить. [c.190]

Вернуться к тексту

4 То есть публично; возможно, речь идет о народном собрании. [c.190]

Вернуться к тексту

5 То есть храмовое или государственное, но не царское. [c.190]

Вернуться к тексту

6 В данном случае речь безусловно идет о малолетнем сыне. [c.190]

Вернуться к тексту

7 Неполноправный гражданин вавилонского общества. [c.190]

Вернуться к тексту

8 Букв.: ушел к своей судьбе. [c.190]

Вернуться к тексту

9 Букв.: поднятие: имеется в виду поднятие рук при клятве. [c.190]

Вернуться к тексту

10 То есть было совершенно убийство. [c.190]

Вернуться к тексту

11 Редум – воин, получивший от царя недвижимое и движимое имущество в пожизненное пользование без права отчуждения и обязанный отправиться на войну по первому зову; баирум (букв.: ловец) – примерно то же, что и редум. [c.190]

Вернуться к тексту

12 То есть ильк – термин от вавилонского слова “алакум” (ходить), обозначавший права и обязанности воина или другого зависимого, а также имущество, полученное от государства за царскую службу. [c.190]

Вернуться к тексту

13 Тамкар – торговый агент, состоявший на царской службе и производивший также различного рода торговые и ростовщические операции на свой страх и риск. [c.191]

Вернуться к тексту

14 Декум и лапуттум – командные чины в армии. [c.191]

Вернуться к тексту

15 Букв.: война исторжения, т.е. человека из хозяйства воина, которого нельзя привлекать к исполнению повинностей. [c.191]

Вернуться к тексту

16 Букв.: он поднимается на своем серебре; ср. русское: его деньги вылетели в трубу. [c.191]

Вернуться к тексту

17 Надитум – жрица; букв.: брошенная или покинутая. [c.191]

Вернуться к тексту

18 Букв.: за доход. [c.191]

Вернуться к тексту

19 Документ составлялся на необожженной глине; при смачивании глиняного документа можно было легко уничтожить прежнюю надпись и сделать другую.

Вернуться к тексту

20 То есть кредитор (ростовщик). [c.191]

Вернуться к тексту

21 То есть должник. [c.191]

Вернуться к тексту

22 То есть эквивалентно всей сумме договора в серебре. Проценты за один год капитализировались с самого начала, поэтому они либо включались в сумму займа, либо прибавлялись к ней. [c.191]

Вернуться к тексту

23 Царский тариф – 20 % годовых за серебро и 331/2 % за зерно. Что имеется в виду в данном случае, трудно сказать, хотя можно предположить, что поскольку возвращается не серебро, а зерно, то, вероятно, выплачивается 331/2%, а не 20%.

Вернуться к тексту

24 Букв.: сыновья полей. [c.191]

Вернуться к тексту

25 То есть сверх того зерна, которое было собрано с потравленного поля. [c.191]

Вернуться к тексту

26 По-видимому, на время, когда созревал урожай, скот не выпускали за городские ворота, опасаясь потрав. [c.191]

Вернуться к тексту

27 Возможно, имеется в виду не только дом, но и земля (ср. русское двор). Ильковый дом, т.е. хозяйство, полученное за царскую службу. Ср. § 27[c.191]

Вернуться к тексту

28 Этот параграф дошел только во фрагментах, на стеле он выскоблен. Текст не совсем ясен, так как за зерно брали 331/2 %,а не 20 % (1/5), как здесь сказано. [c.191]

Вернуться к тексту

29 Шамаллум – помощник торгового агента, тамкара; мелкий торговец, торгующий вразнос. [c.191]

Вернуться к тексту

30 Очевидно, нужно сосчитать число дней, потраченных шамаллумом в дороге. [c.191]

Вернуться к тексту

31 Такой высокий процент обусловлен длительностью путешествия и большим риском. Ср. § 103[c.191]

Вернуться к тексту

32 Букв.: голову серебра. [c.191]

Вернуться к тексту

33 То есть с клятвой. [c.191]

Вернуться к тексту

34 Угбабтум – одна из категорий жриц. [c.191]

Вернуться к тексту

35 Речь идет о том, что ростовщик захватил в долговую кабалу человека, глава семьи которого ничего ему не должен. [c.191]

Вернуться к тексту

36 Сын человека – социальный термин (если речь не идет о малолетнем), обозначающий представителя наиболее привилегированных вавилонских граждан. [c.191]

Вернуться к тексту

37 Простирать палец – указывать на дурное поведение женщин. [c.191]

Вернуться к тексту

38 Энтум – одна из категорий жриц. [c.191]

Вернуться к тексту

39 To есть ему следует сделать прическу раба, выбрить рабский знак. [c.191]

Вернуться к тексту

40 То есть доказать свою невиновность путем испытания водой. [c.191]

Вернуться к тексту

41 Обычный перевод: наложница, но возможно, жрица. [c.191]

Вернуться к тексту

42 Надитум не могла сама рожать детей, но она могла для этой цели предоставить своему мужу рабыню; дети от этой рабыни считались детьми самой надитум. [c.191]

Вернуться к тексту

43 То есть изгнан из дома и лишен наследства. [c.191]

Вернуться к тексту

44 То есть жениху. [c.191]

Вернуться к тексту

45 То есть умерла (или умер – как в § 165). [c.191]

Вернуться к тексту

46 Речь, очевидно, идет о движимом имуществе, а недвижимое было полностью подарено любимому сыну. [c.191]

Вернуться к тексту

47 То есть независимо от того, первая или вторая жена была их матерью. [c.191]

Вернуться к тексту

48 To есть дети обоих мужей. [c.191]

Вернуться к тексту

49 Секретум – одна из категорий жриц. [c.191]

Вернуться к тексту

50 Кадиштум (“святая”) и кульмашитум (“забытое семя”) – жрицы, точное значение неизвестно. [c.191]

Вернуться к тексту

51 То есть по поводу него нельзя предъявлять судебные претензии. [c.191]

Вернуться к тексту

52 При езде цугом переднее животное, ослабляя постромки, выполняет меньшую работу, нежели находящееся сзади, впряженное непосредственно в телегу. [c.191]

Вернуться к тексту

53 Букв.: свою обязанность или ответственность. [c.191]

Вернуться к тексту

54 То есть поклясться. [c.191]

Вернуться к тексту

55 Букв.: белянка. [c.191]

Вернуться к тексту

56 Юридический термин, означающий истребование своей собственности из чужого неправомерного владения. [c.191]

Вернуться к тексту

57 Букв.: скверное мясо (гадали на внутренностях животных). [c.191]

Вернуться к тексту

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН И НЕКОТОРЫХ ТЕРМИНОВ

Адад (Ада) – бог грома, молнии, дождя и бури в древнем Двуречье и Сирии; центр культа – г. Бит-Каркар с храмом Эугалгал[c. 661]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 173 (1)c. 173 (2)c. 190; к примечаниям: КаркарЭугалгал.

Айя – богиня Двуречья, супруга Шамаша[c. 662]

К тексту: c. 169.

Ан (аккад. Ану) – см. Анум.

Анум (шумер. Ан, аккад. Ану) – шумерский (позднее вавилоно-ассирийский) бог неба, глава верховной триады богов, в которую входили также Энлиль и Энки; главное место почитания – г. Урук[c. 662]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 169 (3)c. 188c. 189c. 190; к примечаниям: НаннаУрук ЭаннаЭнлильЭнки.

Ануннаки – в мифологии древненго Двуречья божества земли и подземного мира. [c. 662]

К тексту: c. 169c. 190. к примечанию Игиги.

Ашшурбанапал (Сарданапал) – ассирийский царь (668 – до конца 630-х гг. в Ассирии, 648–627 гг. до н.э. в Вавилонии под именем Кандалану). [c. 662]

К тексту: c. 168

Гирсу – см. Нингирсу

Даган (Дагон) – западносемитский бог благодетельной воды (дождя, рыболовства). [c. 663]

К тексту: c. 170.

Дамкина (Дамгальнунна) – богиня Двуречья, супруга Эа, мать Мардука[c. 663]

К тексту: c. 170.

Забаба (Замама) – главный бог г. Киша, изображался в виде орла. [c. 663]

К тексту: c. 169c. 189c. 190; к примечанию Эметеурсаг

Игиги – в мифологии древнего Двуречья божества неба в противоположность земным – аннунакам.

[c. 664]

К тексту: c. 169

Инанна (Минина, Нана) – шумерская богиня любви и женского плодородия, покровительница материнства; впоследствии ее культ слился с культом главного женского божества аккадцев, богини любви и раздоров Иштар[c. 664]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 169 (3)c. 170 (1)c. 170 (2)c. 170 (3)c. 170 (4)c. 188c. 190; к примечаниям: ХурсагкаламмаЭаннаЭмахЭмешмеш.

Иштар – см. Инанна.

Мама – вавилонская богиня-мать, создательница людей; отождествлялась с богиней Аруру. [c. 664]

К тексту: c. 169; к примечанию Нинту.

Мардук – вначале бог-покровитель г. Вавилона, после XVIII в. – верховное божество всего вавилонского пантеона. [c. 665]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 170c. 182c. 183c. 188 (1)c. 188 (2)c. 188 (3)c. 188 (4)c. 188 (5)c. 188 (6)c. 188 (7)c. 188 (8); к примечаниям: Дамкина,НабуЦарпанитуЭсагила.

Набу (Туту) – вавилонский бог знания, письма и мудрости, считался сыном Мардука; покровитель г. Борсиппы[c. 665]

К тексту: c. 169; к примечаниям: БорсиппаЭзида.

Нанна (аккад. Син) – шумерский бог Луны, сын Энлиля и внук Ану, один из эпитетов – Магур (шумер. “Корабль”); главный культовый центр – г. Ур[c. 665]

К тексту: c. 169c. 189; к примечанию Экишнугаль.

Нергал – один из главных богов вавилоно-ассирийского пантеона, бог болезни, смерти и кровопролитной войны, “владыка обширной страны” (т. е. царства мертвых); отождествлялся с планетой Марс. [c. 665]

К тексту: с. 190

Ниназу (букв, владыка, знающий воду) – бог-лекарь, один из богов врачевания, охранителей здоровья в древнем Двуречье. [c. 666]

К тексту: c. 170

Нингирсу (Гирсу) – шумерский бог-покровитель г. Лагаша[c. 666]

К тексту: c. 169; к примечанию Лагаш.

Нинкаррак (Гула) – богиня врачевания в древнем Двуречье, жена бога войны Нинурты; изображалась в виде собаки. [c. 666]

К тексту: c. 190

Нинлиль – супруга верховного бога шумерского пантеона Энлиля[c. 666]

К тексту: c. 189

Нинту – богиня-мать, покровительница плодородия в древнем Двуречье; отождествлялась с богиней Мама[c. 666]

К тексту: c. 169c. 190; к примечанию Кеш.

Нинурта – месопотамский бог удачной войны; отождествляется с планетой Сатурн.[c. 666]

К примечанию Нинкаррак.

Син – см. Нанна.

Синмубаллит – отец Хаммурапи, царь Вавилона (1812–1793 гг. до н.э.). [c. 667]

К тексту: c. 170.

Сумулаэль – вавилонский царь (1880–1845 гг. до н.э.), предок Хаммурапи[c. 667]

К тексту: c. 170.

Тишпак – бог-покровитель Эшнунны (немесопотамского, вероятно, кутийского или луллубейско-эламского происхождения). [c. 667]

К тексту: c. 170.

Туту – см. Набу.

Ураш – божество Двуречья, связанное с плодородием земли, пашни. [c. 667]

К тексту: c. 169.

Уту (аккад. Шамаш) – бог Солнца, правосудия и предзнаменований в древнем Двуречье, блюститель справедливости и “судья богов”; главные центры почитания – Сиппар и Ларса[c. 667]

К тексту: c. 167c. 169 (1)c. 169 (2)c. 169 (3)c. 188c. 189 (1)c. 189 (2)c. 189 (3)c. 189 (4); к примечаниям: АйяЭбарра.

Хаммурапи – вавилонский царь (1792–1750 гг. до н.э.), шестой царь I Вавилонской (Аморейской) династии. [c. 668]

К тексту: c. 167 (1)c. 167 (2)c. 168 (1)c. 168 (2)c. 168 (3)c. 168 (4)c. 169 (1)c. 169 (2)c. 169 (3)c. 169 (4)c. 169 (5)c. 188 (1)c. 188 (2)c. 188 (3)c. 189; к примечаниям: СинмубаллитСумулаэль.

Царпаниту (“Блистающая”) – вавилонская богиня, супруга Мардука[c. 668]

К тексту: с. 188 (1)с. 188 (2).

Шамаш – см. Уту

Шеду и Ламассу – духи-хранители вавилоно-ассирийского пантеона; их изображения в виде крылатых быков ставились перед входом в храмы и дворцы. [c. 668]

К тексту: c. 188.

Эйя (Эа) – см. Энки.

Эллиль – см. Энлиль.

Энки (шумерск.; аккадск. Эа) – бог моря и подземных вод, а также бог-покровитель мудрости, письма и наук, дававший исцеление, и оракул. Ему было посвящено мифическое животное “Горный козел Абзу” (вавилонск. Апсу). [c. 668]

К тексту: c. 169c. 170c. 189; к примечаниям АнумМальг(и)умЭабзу.

Энлиль (аккад. Эллиль) – шумерский бог воздуха, “царь богов”, позднее бог Земли, сын Ана, также “царя богов”. Со времен III династии Ура – главный бог пантеона. [c. 668]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 169 (3)c. 188 (1)c. 188 (2)c. 189 (1)c. 189 (2)c. 189 (3)c. 190; к примечаниям: НаннаНинлильНиппурЭкур.

Эрра – шумерский бог чумы. [c. 669]

К тексту: c. 169.

УКАЗАТЕЛЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙ И ЭТНИЧЕСКИХ НАИМЕНОВАНИЙ

Адаб – город в древнем Двуречье, совр. Бисмая. [c. 669]

К тексту: c. 169.

Аккад (область) – название северной части нижней Месопотамии (где лежали, в частности, города Аккад и Вавилон); отсюда – официальное наименование Нововавилонского государства в высоком стиле, синоним “Вавилонии”. Ср. Шумер и Аккад[c. 669]

К тексту: c. 168c. 170; к примечанию ЭмахЭулмаш.

Ашшур – древняя столица Ассирии, совр. Калаат-Шеркат. [c. 670]

К тексту: c. 168 (1)c. 168 (2)c. 169.

Борсиппа – пригород Вавилона на правом берегу Евфрата, центр культа бога Набу[c. 670]

К тексту: c. 169; к примечаниям: НабуЭзида.

Вавилон (аккад. Баб-Или, шумер. Ка-дингир – Ворота бога) – город на Евфрате. [c. 670]

К тексту: c. 168 (1)c. 168 (2)c. 169 (1)c. 169 (2)c. 170 (1)c. 170 (2)c. 188 (2); к примечаниям: МардукСинмубаллитАккадБорсиппаДильбатЭсагила.

Дильбат – город в Двуречье к югу от Вавилона, совр. Далем. [c. 671]

К тексту: c. 169.

Ис(с)ин – город в Нижней Месопотамии. [c. 671]

К тексту: c. 169.

Каркар (Бит-Каркар) – город в Двуречье, где находился храм Адада Эугалгал[c. 671]

К тексту: c. 169; к примечаниям: АдадЭугалгал.

Кеш – город в Двуречье, центр культа богини Нинту[c. 672]

К тексту: c. 169.

Киш – город в северной части Двуречья, совр. Эль-Охеймир. [c. 672]

К тексту: c. 169; к примечаниям: ЗабабаХурсагкаламмаЭметеурсаг.

Кут – город в северной части Двуречья, совр. Телль-Ибрагим. [c. 672]

К тексту: c. 169.

Лагаш – шумерский город в Южном Двуречье, центр почитания Нингирсу, совр. Телло. [c. 672]

К тексту: c. 169; к примечаниям НингирсуЭнинна

Ларса – город на юге Двуречья, совр. Сенкерэ. [c. 673]

К тексту: c. 169; к примечанию Уту.

Мальг(и)ум – город в долине Тигра ниже устья Диялы, центр культа бога Энки[c. 673]

К тексту: c. 170; к примечанию Машкан-Шапиру.

Мари (Мэр, Маэр) – крупный центр на Среднем Евфрате, совр. Телль-Харири. [c. 673]

К тексту: c. 170; к примечанию Туттуль.

Машкан-Шапиру – город в Двуречье в пределах области Мальгиума[c. 673]

К тексту: c. 169.

Ниневия (собств. Нинуа, Нинаа; греч. Нин) – хурритский, с XIV в. до н.э. ассирийский город на левом берегу р. Тигр, недалеко от совр. г. Мосул; столица Ассирии в VII в. до н.э. [c. 674]

К тексту: c. 168 (1)c. 168 (2)c. 169; к примечанию Эмешмеш

Ниппур – город в Южном Двуречье, древнейший культовый и, возможно, потестарный центр Шумера (IV тыс.), центр культа Энлиля, совр. Ниффер. [c. 674]

К тексту: c. 168c. 169; к примечанию Экур.

Сиппар – город в северном Двуречье, совр. Абу-Хабба. [c. 676]

К тексту: c. 169; к примечаниям: УтуЭбарра.

Туттуль (Верхний) – город при устье р. Балих, к 1759 г. входил в царство Мари [не путать с Нижним Туттулем, или Итом (совр. Хит), городом на Среднем Евфрате неск. выше Рапикума]. [c. 676]

К тексту: c. 170.

Ур – шумерский город на юге Двуречья, совр. холмы Эль-Мукайир. [c. 677]

К тексту: c. 169; к примечаниям: НаннаЭкишнугаль.

Урук – шумерский город на юге Двуречья. [c. 677]

К тексту: c. 169; к примечаниям: АнумЭанна.

Халлаб – город в древнем Двуречье. [c. 677]

К тексту: c. 169.

Хурсагкаламма – пригород г. Киш с храмом богини Иштар[c. 678]

К тексту: c. 169.

Шумер и Аккад – со времен III династии Ура (XXI в.) обычное обозначение Нижней Месопотамии (бывш Шумер) где “Шумер” соответствует южной части Нижней Месопотамии (былого Шумера), а “Аккад” – северной; официальное именование державы III династии Ура, позднее именование Вавилонского государства “в высоком стиле”. [c. 679]

К тексту: c. 170c. 188. к примечанию Аккад

Эабзу – храм бога Эа в городе Эриду[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эанна – храм Анума и Иштар в Уруке[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эбарра (Эбаббар) – храм бога Солнца и правосудия Шамаша в Сиппаре[c. 679]

К тексту: c. 169 (1)c. 169 (2)c. 190.

Эзида – храм бога Набу в Борсиппе[c. 679]

К тексту: c. 169.

Экишнугаль – храм бога Сина в городе Ур[c. 679]

К тексту: c. 169.

Экур – центральный храм бога Энлиля в Ниппуре[c. 679]

К тексту: c. 169c. 189c. 190 (1)c. 190 (2).

Эмах – храм богини Иштар в г. Аккаде[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эметеурсаг – храм бога Забабы в г. Киш[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эмешмеш – храм богини Иштар в г. Ниневия[c. 679]

К тексту: c. 170.

Энинна – храм бога Нингирсу в г. Лагаше[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эриду – шумерский город на крайнем юге Двуречья, совр. Абу-Шахрейн. [c. 679]

К тексту: c. 168c. 169; к примечанию Эабзу.

Эсагила – центральный храм бога Мардука в Вавилоне[c. 679]

К тексту: c. 169c. 188 (1)c. 188 (2)c. 188 (3)c. 188 (4).

Эугалгал – храм бога Адада в г. Каркаре[c. 679]

К тексту: c. 169.

Эулмаш – храм в г. Аккаде[c. 679]

К тексту: c. 170.

Источник: http://grachev62.narod.ru/hrest/chapt02.htm

Все для Босса

Все для Босса

Рухама Шайн

Это книга о человеке, которого по праву можно считать героем. Он не захватывал блиндажи и не пускал поезда под откос. Он попросту служил Творцу и помогал другим людям.

От редактора

Эта книга написана дочерью об отце.

В 1984 г. (5744) вышло английское издание, и вот теперь книга коротко пересказана по-русски.

Книга о жизни великого еврея в великом галуте.

Когда-то Рабби Хаим Моше Луцатто в предисловии к своему сэферу «путь праведника» опрашивал: — Все учатся на врача или инженера, а кто же станет учиться святости?

И вот эта книга о человеке, который даже не говорит «я», а молча делает шаг вперед.

Предисловие

Среди нерассказанных историй о еврейских героях есть сага о легендарном мистере Германе. Если говорить о выдающихся евреях Америки, то он воистину был одним из величайших. Мне посчастливилось знать его лично, и хотя прошло пятьдесят лет с того дня, когда я последний раз видел его, он по-прежнему стоит перед моими глазами во всем блеске своей уникальной личности. С присущими ему изобретательностью и остроумием он проявлял себя в различных областях Торы, аводы и актов милосердия. Все его мысли, слова и поступки были пронизаны пламенной любовью к Гашему и Его Народу. Он независимо мыслил и был сведущ в Торе; он был смел, энергичен, предусмотрителен, бескорыстен и полон обаяния. Нашему поколению полезно знать историю этой великой души. Результаты многих его усилий мы ощущаем по сегодняшний день.

Рабби Авигдор Миллер

Клятва на скамейке. Кто такой папа

Отец и мать служат малышам примером для подражания. В особенности, когда речь идет о мудром и праведном человеке, который постоянно помогает другим.

Давным-давно в Нью-Йорке родилась еврейская девочка. Папа решил назвать ее Рухома, «милосердная», и Мама с ним согласилась, В Европе в это время шла первая мировая война. Тысячи солдат стреляли друг в друга из ружей и пулеметов. Разве может еврей радоваться смерти? Папа решил назвать дочку таким именем, которое напоминало бы людям о свойстве, без которого нельзя ужиться вместе. Когда твой товарищ делает что-нибудь плохое по отношению к тебе, но ты не платишь ему той же монетой, то это значит, что есть в твоей душе «рахамим», милосердие…

Когда Рухома немного подросла, она научилась различать две большие фигуры, заслонявшие горизонт — Папу и Маму. В этом нет ничего удивительного, все дети поначалу видят так своих родителей. Но время шло, Рухома взрослела, а Папа с Мамой не убывали в росте. Их фигуры по-прежнему упирались в горизонт, заслоняя здания театров, банков, магазинов… Это уже необычно, об этом стоит поговорить.

Итак, начнем с Папы. Какой он? Высокий. Черная шляпа и борода, дуга бровей похожа на орлиные крылья. Строгий? Пожалуй, да. Когда Рухома бедокурила, ее пороли. Делалось это так: Папа хлестал ремнем по спинке кровати, Рухома вскрикивала от страха при каждом ударе, а Мама стояла за дверью и просила:

— Янкев Йосеф, хватит! Отпусти Рухому, она будет теперь хорошей девочкой…

Папа был богат, но не любил зря тратить деньги. Зима в Нью-Йорке может быть холодной, а он снимал квартиру, где можно было погреться только на кухне, у печки, которая топилась углем. «Зато дети не будут простужаться», — говорил Папа. И, действительно, его детвора простужалась очень редко.

Папа был сильный. Правда, он не сгибал уличные фонари и не забрасывал противников на крышу дома. Но Рухома помнит, как он шел по улице с ее бабушкой, папиной мамой, и та пожаловалась, что нет сил подниматься по лестнице. Папа подхватил ее на руки и взбежал на самый верх. Бабушка ругалась, но, наверное, была довольна.

Папа мог быть смешным. От всех болезней он прописывал Рухоме касторовое масло. Спорить было бесполезно. Немного поскандалив, Рухома послушно глотала тошнотворную жидкость, а Мама стояла рядом с апельсином в руке, чтоб заесть поскорее. С той поры стоит Рухоме посмотреть на апельсин, и она сразу чувствует вкус касторки…

Еще Папа знал какую-то тайну. Однажды, когда он пришел домой из синагоги в субботу, Мама встретила его словами:

— Янкев Йосеф, у Рухомы разболелось ухо. Что нам делать? Наш Закон разрешает обращаться к врачу в субботу, если болезнь серьезна. Но у Папы оказалось в запасе другое средство. Он подошел к плачущей девочке и сказал:

— Рухома, прижми ушко к моему талесу и ляг. Тебе станет много лучше. Дочка послушалась и уснула, прижавшись щекой к папиному талесу. А когда проснулась, боль прошла…

Папа был солдат. Правда, снаружи этого не было видно. Ведь он носил штатский сюртук и зарабатывал на жизнь, торгуя мехами. Но Рухома-то знала правду. Как боевой припев солдат на марше, звучали в ее ушах слова Папы:

— Мы не должны никого бояться, кроме Босса!

Дочка знала, что этим американским словом, произносимым с любовью и трепетом, Папа называет Гашема, Который создал этот мир. Папа выполнял Его приказы без колебаний, и когда он поднимался в атаку, никакая преграда не могла его остановить.

Однажды он встретил в шул Алтера Виневского, который приехал в Америку на заработки. ют сидел одинокий, с парой долларов в кармане, не зная, с чего начать и куда приткнуться. Папа поселил его у себя дома, обучил ремеслу меховщика, помог заработать денег на билеты жене и детям Алтера, чтоб они тоже смогли перебраться в Америку. Только после этого Папа протрубил отбой и объявил атаку законченной.

Но тут приходил новый приказ Босса, И об этом наша история.

Край чудес

Историю Папы надо начинать с его дедушки. На идиш дедушка — «зейде». Зейде Ицхок был ешива-бохур. Все еврейские дети с малолетства ходят в хедер, где изучают Тору, а после того, как заканчивают его, начинают учиться ремеслу или торговле. Но некоторые продолжают учебу дальше и идут в ешиву. И зейде тоже пошел в ешиву. Он сидел с утра до вечера над огромными книгами Талмуда. Если у него мерзли ноги, он знал, что на дворе зима. Если ветром доносило запах свежего сена, он знал, что, наверно, наступило лето. Зейде Ицхок мало спал и быстро ел, потому что, листая пожелтевшие страницы, он встречался с замечательными людьми, которые, хоть и жили много лет назад, говорили с ним, как живые.

Царь Давид… Над его постелью висел кинор, инструмент, похожий на нашу скрипку. Каждый день, ровно в полночь, в окно влетал северный ветер и начинал тихо перебирать струны. И тогда еврейский царь вскакивал с постели и до утра учил Тору и сочиняя Теиллим, песни во славу Гашема.

А Реш Лакиш! В юности он пошел по плохому пути: был гладиатором, рисковал жизнью и сам проливал чужую кровь. Но потом он раскаялся, оставил это занятие, и стал известным ученым, толкователем Торы. Была у него одна слабость: он любил генисаретские фрукты. Эти плоды обладали такой сладостью и силой, что, отведав их, ученый-богатырь впадал в буйство, начинал все крушить, и целый отряд еврейских полицейских приводил его в чувство…

Аптекарь, знакомый дедушки, не понимал, как можно убивать лучшие годы, согнувшись над старой книгой. Он был ученый человек, этот аптекарь, и много повидал. Он был даже в Варшаве. И там нашлись добрые люди, дали ему взглянуть на небо в телескоп. Тут у него глаза открылись. Звезд, оказывается, гораздо больше, чем мы думаем. И здоровые какие! Ясно, что такие глыбы никто не мог создать, А они склеились сами собой, за миллионы лет, из микробов и электричества. Ну, а старики верят в свои сказки, потому что за три тысячи лет ни у кого не нашлось ума купить билет до Варшавы…

Когда Зейде Ицхок шел по улице, аптекарь выбегал из-за прилавка и бросался на него, как маленький рыжий петух.

— Ведь есть же у людей разум! Есть мозги! — кричал он, крутя пуговицу на дедушкином сюртуке. Сделать все звезды за один день — разве это возможно? Да за каждой еще смотреть нужно, чтоб с рельсов не сошла!

— Именно так, — соглашался Зейде. — Все звезды Гашем создал в один день, и разум человека не в силах представить, как можно в один и тот же миг видеть и беречь каждую звездочку…

— Религиозный фанатизм, — вздыхал аптекарь. Он в сердцах отрывал пуговицу с сюртука зейде и уходил обратно в аптеку. А зейде Ицхок спешил в ешиву, в край чудес.

За тридевять земель

Шло время. Аптекарь постепенно оборвал на дедушкином сюртуке все пуговицы, а новые пришить зейде как-то не собрался. Тогда родственники поняли, что его нужно женить. Они нашли хорошую девушку Минну Ривку, показали ей зейде, и она сказала «да».

— Только учти, он ешива-бохур, — предупредили ее. — Специальности у него нет, а денег-то уж точно… Может другого поищем?

— Другого не нужно, — ответила Минна Ривка. — Когда будет хупа? Ей хотелось поскорей стать матерью детей зейде Ицхока, а потом бабушкой его внуков. Только для этого пришлось ехать в Америку. При слове «Америка» аптекаря трясло.

— Эта страна — сказка, — объяснял он каждому, кого удавалось поймать. — Только приехал и сразу получаешь в подарок тысячу долларов. Лошадей нет, все ездят на паровозах. У каждого свой паровоз, Городовые стоят на перекрестках и бесплатно спрыскивают прохожих одеколоном. Чего еще?

Зейде, пожалуй, обошелся бы без одеколона. Но у них с бабушкой уже родился Папа и его сестра Молли. А денег как раз не было. И он решил ехать.

— А как ты будешь зарабатывать? — спрашивали его.

— Я буду меламедом. Буду учить детей Торе.

И вот большой корабль, пуская дым из пяти труб, деловито ползет через Атлантический океан. На его палубах кого только нет: евреи, поляки, итальянцы, евреи, украинцы, датчане, опять евреи, и опять евреи. Все спешат в Америку, все хотят быть счастливыми.

Берег уже совсем близко.

— Прежде всего, это свободная страна, — рассуждал высокий еврей стараясь занять очередь у трапа. — Племянника тети Брайны вы, конечно, знаете? Поступил на минутку в лучший университет, играет там в футбол с сыном президента. Вы можете представить, чтоб ваш сын гонял в мяч с наследником престола?

Этого Зейде представить не мог. Если честно, то ему и не очень этого хотелось. Но сказать об этом он не успел. Они причалили.

Оказавшись в Америке, Зейде понял, что аптекарь немного ошибся. Люди жили здесь не в сказке, а, скорее, в кино, причем кадры мелькали быстро-быстро, и казалось, что все скачут, как кузнечики.

Скорей-скорей!.. Надо снимать квартиру, потому что солнце клонится к закату и надо где-то ночевать. Третий этаж. Несколько комнат с пальмой и хрустальной люстрой. Зейде говорит спасибо и бежит вниз, к жене и чемоданам.

Подвал, разделенный занавесками на восемь углов. Зимой здесь немного холодно, зато летом очень жарко. Зейде говорит «спасибо-нет» и бежит наверх, к жене и чемоданам. Одного чемодана нет. Сверху спустилась веревка с крюком, подцепила его и он исчез среди небоскребов. Бабушка плачет. Рядом стоит полисмен и строго говорит по-английски, что надо убрать вещи с мостовой, а то трамвай не может проехать. Тем временем сверху опять спустили крюк. На этот раз подцепили полисмена. Может, сверху он похож на коробку из-под шляп. Во всяком случае, рядом с ними его уже нет.

Кадр сменился. Рядом с ними стоит человек с бакенбардами и что-то спрашивает у Зейде. Зейде обнаружил, что понимает по-английски. Вот здорово! Но тут выяснилось, что прохожий три года назад приехал сюда из Минска и говорят они все-таки на идиш. И вот о чем:

Во-первых, нужно сбрить бороду. Так легче устроиться на работу.

Во-вторых, есть такие люди, ученые. Они изобрели электрическую лампочку. И еще они говорят, что люди произошли от обезьяны. Раз лампочка горит, значит, в это надо верить.

В-третьих, нечего тут спорить. Вы, конечно, слышали о племяннике тети Брайны? Он согласился происходить от обезьяны и теперь играет в футбол с сыном президента. Ну как? То-то! И не говорите мне.

По счастью, кадр сменился. Они-таки сняли подходящее помещение, и на следующее утро Зейде пошел устраиваться меламедом. Вернее, побежал. Все спешили, толкались, и чтобы переговорить с человеком, нужно было сначала его догнать.

Мимо проезжал трамвай. Один еврей разбежался и прыгнул в него на ходу. Зейде разбежался и прыгнул следом.

— А гут морген, — сказал Зейде.

— Хау ду ю ду, — ответил еврей.

— Скажите, вам нужен меламед?

— Конечно! Мне очень нужен меламед английского языка. А то хозяин сердится, что я говорю по-английски с ошибками.

Хозяин у американцев называется «босс». Весь день Зейде только и слышал про этого босса.

Босс добрый. Раз в год он приглашает служащих на день рождения и там танцуют. Нужен меламед танцев.

Босс строгий. Он не любит тратить время на выговаривание длинных иностранных имен. Шмуэль у него Сэм, Михоэль — Майк и так далее. Нужен меламед, который поможет переделать имя.

Босс любит все прекрасное. Нужен меламед, который научит завязывать галстук. Босс не любит, когда его работники на ходу спят. Нужен меламед езды на велосипеде. И так далее.

Но Зейде ничего не услышал здесь о самом главном Боссе, о Том, Кого мы называем в молитвах «Рибоно шель олам», Хозяин мира… Зейде возвращался домой тихо, не спеша, у него было тяжело на душе. И не только потому, что не смог найти работу. Зейде было грустно, что евреям в Америке не нужен меламед Торы. А ведь в ней записаны приказы Босса, от Которого зависит все. Как же можно не учить их?

И тут он увидел, что на пороге его ждет сын, Янкев Йосеф, будущий Папа.

— Мы будем читать сегодня Тору? — спросил сын. Глаза его горели от нетерпения.

И тут зейде понял, что рано отчаиваться. Раз есть ученик, значит, найдется дело для меламеда.

И они стали учиться.

Обратный билет

И все же зейде было плохо в Америке. Он видел, что с этой американской спешкой еврей все время выходит на много остановок дальше, чем собирался.

Он берет билет до станции «Хлеб с маслом», но выясняется, что остановка «МЕХОВОЕ ПАЛЬТО» совсем скоро. Он уже совсем собрался выскочить там, но дочка умоляет подождать до станции «Новый Граммофон», а жена заявляет, что сойдет только в пункте «Своя Квартира». Но и там они не сходят, потому что вдали виднеется полустанок «Дешевый Автомобиль», а за ним другой под названием «Дорогой Автомобиль». Зейде случалось встречать людей, доехавших туда. Растерянно он спрашивал у них:

— А когда же вы ходите в шул? Когда вы учите Тору?

— Что такое «шул», что такое «Тора»? — спрашивали они в ответ…

Эта дорога отшибала память еврею.

Зейде решил быть умным. Он решил сойти на ближайшей станции, которая называется «ХЛЕБ». Без всякого масла, чтобы потом не закружилась голова. Но доехать туда ему не дали. Стоило ему не выйти на работу в шабат, как в понедельник зейде узнавал, что он уволен.

— Но я еврей, я не могу работать в субботу, — пытался объяснить зейде очередному боссу.

Тот молча показывал пальцем на евреев, которые могли. В Америке людей, которые соглашаются на любые условия хозяина, мешая другим рабочим бороться за свои права, называют штрейкбрехерами. К сожалению, многие евреи были тогда штрейкбрехерами в отношении субботы.

Из-за них Зейде вот уже пять лет никак не мог доехать до станции под названием «ХЛЕБ». Правда, он сохранил пейсы и бороду, и свет субботних свечей, и вкус кошерного мяса. В этом смысле он был богаче многих. И вот, чтобы не потерять это богатство, Зейде решил вернуться в Россию. Америка ему не подошла.

Стали считать деньги, и выяснилось, что их хватает на два взрослых билета, ему с женой и на один детский, для маленькой Молли. Для Янкева Йосефа, будущего Папы, денег на билет не было.

Почему?

Этот вопрос не такой уж глупый. Ведь Гашем, в руках Которого все, может залить человека потоком своей милости. Зейде мог получить наследство, найти драгоценный камень, или хотя бы заработать деньги на лишний билет. И — нет… Родителям суждено было ехать, Янкев Йосефу — оставаться в Америке.

Почему?

В свое время, перед отъездом, Зейде с семьей пошел прощаться к раввину Слуцка, знаменитому Ридбазу. Зейде попросил, чтобы Рав дал броху его сыну. И раввин пожелал Янкев Йосефу долгой жизни и сказал, что он принесет много пользы для «клал Исроэль», для всего нашего народа.

И, может быть, для исполнения этой брохи, было нужно, чтобы у Зейде не хватило денег на билет для сына. Пришлось договариваться с родственниками, жившими в Нью-Йорке, чтоб Папа остался у них. А Зейде с остальными домочадцами сел на корабль и уплыл обратно в Россию.

Янкев Йосеф начал работать посыльным в меховом магазине, и присматриваться к Америке. Он увидел, что у людей, окружавших его, были довольно простые желания. Одному хотелось купить блестящий черный цилиндр и медленно идти с ним по скверу, чтоб прохожие оглядывались, а лошади ржали от восхищения. Другому нужен был автомобиль. В ту пору это был большой тарахтящий сундук на колесах, за рулем которого сидел человек, с лицом, перепачканным машинным маслом. Когда он мчался, прохожие шарахались, а лошади вставали на дыбы от страха.

И цилиндр, и автомобиль можно получить за деньги. А их ты зарабатываешь, служа у босса. И чем лучше ты служишь, тем больше он может заплатить. Поэтому в Америке есть поговорка «Олл фор зе босс», «Все для хозяина». Хотя сам по себе этот босс никому не нужен. Люди смотрят на него с умилением, но каждый видит свое: один — цилиндр, другой — машину, третий — дом с тремя балконами, и так далее,

Зейде не выдержал этих глупостей и уехал в Россию, где евреям живется трудней, но зато ясно видно, что твоя судьба зависит не от множества мелких хозяев, а от Одного, Того, Кто этот мир создал.

Папа остался. Вместе с другими сверстниками он думая о заработке, увлекался футболом, повторяя поговорку «Олл фор зе босс», только слово «Хозяин» произносил о большой буквы. Для здешних мест это была большая новость.

Футбольное поле. По краям зрители, в середине парни гоняют мяч, и Папа среди прочих. Нападающий противника прорывается к воротам его команды. Папа отнимает у него мяч.

— А-ааа! — вопит стадион. Папа обводит полузащитников.

— Янкев Йосеф! — повторяют зрители.

Комья травы из-под ног, топот, тяжелое дыхание. Папа обводит защитников.

— Гер-ман! Гер-ман! — сходит с ума стадион.

Папа остается один на один с вратарем. Гол неминуем. Но тут он видит, что солнце почти скрылось за крышами домов. Пора читать дневную молитву, Минху, И Папа, не добежав несколько шагов до ворот, бросает мяч и бежит в другую сторону — к синагоге.

Этого никто не ждал. Из игроков как будто выпустили воздух. Они застыли, не зная, что делать. Желание гнать мяч и пробиваться к воротам исчезло, словно Папа унес его с собой. Зрители терялись в догадках:

— Наверно, забыл утюг на столе.

— Или не закрыл кран в ванной…

— Может, он сумасшедший?

— Мне кажется, его кто-то позвал, — вмешался в разговор старичок с палочкой, но тихо, так что мы не слышали…

Клятва на скамейке

Возмущенный алчностью родственников, маленький Яаков-Йосеф уходит от них. В парке он дает клятву помогать обездоленным, давать им кров и еду.

Наверно, вам интересно узнать, как Папа сделался Папой. Это случилось раньше, чем он встретил Маму, раньше, чем он разбогател и знакомые стали называть его «мистер Герман». Просто однажды, тринадцати с небольшим лет от роду, он произнес несколько важных слов, после которых стало ясно, что ему суждено быть Папой, только Папой и никем другим.

Как вы помните, Зейде вернулся в Россию, а сына оставил у родственников. Договорились они на том, что Папа будет платить им доллар в неделю, а за это живет у них и питается. И теперь, работая посыльным и зарабатывая доллар с четвертью, он думал о том, как накопить побыстрее денег и вернуть родителей обратно. Ну и, конечно, снять им жилье, и кормить их, и одевать… Планы у Папы, как видите, были большие, а свободных денег — четверть доллара в неделю, потому что остальное он отдавал родственникам.

И вдруг родственники объявляют, что он им платит мало. А сколько же нужно? Ну, мм-м… Доллар с четвертью будет в самый раз…

Тринадцатилетний Папа разгневался. Если бы он зарабатывал побольше, если бы ему не нужны были эти деньги, чтобы увидеть отца и мать, он, может быть, и принял новое условие. Но теперь эта просьба была как удар в живот. Папа сказал, что не будет с ними жить. Он поднялся и вышел на улицу.

А был канун шаббос. Наверно, в далекой России, мать зажжет за него свечу, но кидуш, освящение субботнего дня, он должен сделать сам. Ведь Папе уже исполнилось тринадцать, значит, по-нашему закону он считается взрослым. И вот он купил три маленькие халы, пошел в парк, сел на скамейку, и когда зашло солнце, сделал кидуш и съел одну из них. Ночь он провел на той же скамейке, зевая и ежась от холода. А утром в нем созрело решение. Папа обещал себе, что когда обзаведется домом, то будет искать одиноких, терпящих нужду евреев, и приглашать их к себе на шаббос. Здесь, в Америке, евреи помогают беднякам деньгами, но разучились делиться с ними теплом. Так он возьмет на себя этот бизнес.

Это было сказано и запечатано.

Конкурс мам

Герой нашей книги открыл собственное меховое дело и превратился в выгодного жениха. Однако найти религиозную невесту в те годы было не так-то просто…

Написано в Талмуде: «Бен эсрим — ле-хупа», «Исполнилось двадцать — пора жениться». Папе был уже двадцать один год, а он все еще не был женат. Правда, зато он успел многое другое:

— Выучился на меховых дел мастера.

— Скопил денег, снял квартиру и выписал родных из России. Теперь он жил вместе с родителями, братишкой и двумя сестрами.

— Завел собственное меховое дело.

Но до исполнения обещания, которое он дал себе на скамейке в парке, было еще далеко. Ведь Папа собирался не просто поделиться с одинокими людьми вкусной едой в субботу. Он хотел согревать их домашним теплом, а откуда ему взяться без жены?

И Папа решил, что пора жениться.

И другие тоже так считали. После того, как он стал хозяином мехового магазина, в дом зачастили шадхоним. Шадхан — это человек, который помогает другим, незамужним и неженатым, найти подходящую пару, и получает за свои труды деньги. Папа был красив и богат. Шадхоним считали, что отыскать для него подходящую невесту ничего не стоит. Надо, чтоб она тоже была красива и богата. Только и всего.

Не тут-то было. Против богатства и красоты Папа не возражал, но просил, чтобы его познакомили с такой девушкой, которая честно соблюдает заповеди Торы.

А их у нас 613.

А для того, чтобы сойти в Америке за своего, нужно выучить разные светские заповеди. Никто их, конечно, не считал, но набиралось много.

Мужчины учились брить бороду. А Тора предписывает не брить бороду.

Женщины снимали старомодные платки и делали модную прическу. А Тора предписывает замужней женщине покрывать платком голову.

Евреев приглашали на вечеринки. Там из грамофона лилась музыка и весело кружились пары. А Тора запрещает мужчине прикасаться к любой женщине, кроме его матери, дочери или жены,

Вот и получилось, что, изучая новые обычаи, евреям приходилось забывать про старые мицвос. А Папе нужна была такая жена, которая их помнит. И шадхоним сбились с ног. Время от времени один из них приходил к нему и говорил:

— Реб Янкев Йосеф, кажется, я нашел то, что вам нужно… Папа отвечал:

— Очень хорошо. В пятницу вечером я навещу эту семью.

Нью-Йорк большой город, а по субботам мы не ездим, но Папе не было в тягость отшагать путь, занимавший несколько часов, чтобы посмотреть, как в семье будущей жены соблюдают шаббос.

И вот, свернув со стрит такой-то на стрит такую-то, под моросящим дождем, решительно шагая через лужи, Папа наконец находил нужный дом. Он стучал. Ему открывали. Он заходил в комнату и видел, что девушка, о которой ему было заранее сказано, что лучше на свете не сыскать, ставит на огонь чайник. Это в субботу-то…

Иногда случается, что экзаменатор ставит студенту двойку и слегка злорадствует — вот, мол, учиться надо было лучше. Но в этом случае Папа ставил двойку двоим: девушке, которая не знала, что такое шаббат, и себе, потому что опять не смог найти для своих будущих детей Маму.

Он очень огорчался. Но он был солдат, который знал, что «все для Хозяина». Поэтому он поворачивался и спокойно говорил: «Извините. Мне дали неверный адрес».

И так было не один раз.

Шадхоним поняли, что Папу не так легко поставить под хупу, как казалось с первого взгляда. Тогда они запротестовали.

— Э, нет, мистер Герман, — сказали они, — нельзя так строго, уважаемый реб Янкев Йосеф. Откуда бедным девушкам знать законы субботы, если родные их не учили. И что это за дело — вошел и сразу вышел? Нет, вы навестите кандидатку в будни, посидите, расспросите, рассмотрите…

Папа согласился, что надо дать девушкам шанс. И вот одну семью он навестил в будний день. Пили чай, разговаривали. В это время в дверь позвонили. Дочка пошла открывать. На пороге стоял нищий. Она дала ему денег, а когда вернулась, родители сделали ей замечание, что дала слишком много.

Папа с размаху влепил в невидимый журнал большую жирную двойку. Да еще с кляксой. Он не хотел связать судьбу с семьей, где перед бедняком зажимают руку. Папа допил чай, сказал броху и больше в этом доме не появлялся.

Шадхоним объявили забастовку.

— Нет, нет, и еще раз нет, — сказали они. — Лучше поступить матросами на китобойное судно и, пробиваясь через айсберги, метать гарпуны в сердитых китов, чем пытаться заработать копейку на шидухе много раз уважаемого реб Янкев Йосефа… Хватит с нас!

И только один шадхан не сдавался. Он все искал и искал Папе невесту, и вот однажды пришел к нему и сделал такое заявление:

— Реб Янкев Йосеф, я наконец нашел девушку, которая отвечает всем вашим требованиям. Шаббос и кошер она держит так, что можете быть спокойны. Ее отец — известный талмид-хохом, знает восемь языков, в 12 лет уже получил право быть раввином. Есть только один маленький недостаток: у них нет ни гроша. Так что нечего и думать о приданом…

Это было что-то новое. Невесту без приданого Папе ни разу не предлагали. Шадхан стоял, окаменев, и ждал ответа. Папа сказал:

— Хорошо. Я навещу их в пятницу вечером,

И вот он стучится в дверь дома, где живет реб Шмуэль Ицхок Андрон, и видит статного мужчину с седеющей бородой, который сидит во главе стола, где ярко горят субботние свечи. Его жена, Фрума Рохл, в парике, сидит рядом с ним, пятеро сыновей, один к одному, окружают родителей справа и слева, готовые слушать «двар Тейра», слова Торы, которые будет говорить отец, а их сестра…

Вот, наконец!

Их сестра Адель раскладывает чай и разливает пирог. Тьфу, наоборот! Мысли у Папы немного перепутались, настолько необычно, настолько тепло, настолько по-субботнему дышалось в этом доме. Он почувствовал, что может не торопиться. Кажется, он-таки нашел Маму..,

Папа дает цдоку

Адель была скромной и соблюдающей заповеди девушкой. Но мать жениха противилась браку с бесприданницей. Выход был найден внезапно.

Бывает на крутой волне, что всех пассажиров лодки заваливает на один борт, и, чтоб она не перевернулась, кто-то должен, поборов инерцию, кинуться к другому. Таким человеком был отец Адель, реб Шмуэль Ицхок. В Америке он оказался не по своей воле, а потому, что его сыновьям грозила царская армия, где было трудно, почти невозможно соблюдать субботу и кашрут.

Вот и пришлось им всем собрать вещи и переплыть через океан. И там реб Шмуэль Ицхок увидел совсем другую страну, и даже немного других евреев. Конечно, там не было черты оседлости. И полицейский не вопил на тебя, что как ты, жид, посмел без вида на жительство топтать святую грязь города Саратова… Купил билет и поезжай, куда хочешь, в Техас или на Аляску.

И от этого у многих закружилась голова. Их закрутило, завертело, понесло. Одни евреи кинулись открывать фабрики готового платья, другие — сниматься в кино, третьи искали нефть среди кактусов.

А ешив не было, руки не доходили.

Однажды, по приезде, реб Шмуэль слышал, как выступает в шул знаменитый рабби Ридбаз, реб Яаков Довид бен Зеев. Говорил он примерно так: «Мицву можно сравнить со свечой, а Тору с факелом. И свеча, и факел распространяют свет в темной комнате. Но сильный ветер может погасить свечу, а факел от него разгорается еще больше и разносит свет еще дальше. Если в Америке не будет ешив, откуда разносится Тора, то свет наших мицвос может погаснуть…»

Реб Шмуэль Ицхок возвращался домой, задавая себе один и тот же вопрос: «Как быть?»

Через несколько дней его младший сын Фейвиш пришел домой и сказал, что в американской школе, куда он ходил, собирают деньги на рождественский вечер. И он тоже должен принести.

Это была последняя капля.

Евреи, стоя у горы Синай, приняли завет не поклоняться никому, кроме Гашема. И вот — деньги на чужой праздник, связанный с «аводой зарой», идолопоклонством…

Ох, Америка!

Словно от вспышки молнии темнота завтрашнего дня осветилась перед реб Шмуэль Ицхоком. До этого он работал страховым агентом, потому что ешив не было, в знатоках Торы не нуждались. Теперь он понял: раз так, он сам откроет ешиву, он сам будет принимать туда студентов и нанимать учителей.

Деньги? Вспышка молнии была слишком сильна, чтобы споткнуться о подобные мелочи… Вскоре окружающие увидели, что у знатока Торы тоже может быть деловая хватка. Реб Шмуэль Ицхок снимает помещение в синагоге. Горячо убеждает знакомых послать в ешиву своих детей, и так собирает первых десять студентов. О 9 до 2-х они занимаются Торой, с 4-х до 6-ти светскими предметами. И называется это ешива Яакова Йосефа, в честь его друга, главного рабби Нью-Йорка.

Впоследствии к ешиве присоединился детский сад, начальная школа и еще много чего. Это была одна из крепостей Торы. Факел, о котором говорил рабби Ридбаз.

Да, а деньги на все это?..

Реб Шмуэль Ицхок отдавал в ешиву все, что имел. Поэтому у Мамы не было приданого.

Мы, конечно, не осмелимся назвать реб Шмуэль Ицхока бедняком. Гашем наградил его преданной женой, семью детьми, множеством учеников, счастьем восхождения на склоне лет в Эрец Исроэль, Спросить у такого человека, сколько денег на его счету в банке, это все равно, что спросить богатыря, много ли лекарств в его аптечке.

Зачем богатырю лекарства?

Папа это понял. Но маме своей объяснить не смог. Она сказала, что все берут в жены девушек с приданым. А чем ее сын хуже? Нет, она не дает согласия на этот брак.

Бедность, если длится долго, может, как грипп, давать осложнения Папина мама боялась нищеты, она хотела, чтобы Папа жил в достатке. Папа не знал, как быть. Он страдал, и будущая Мама тоже страдала.

Прошло несколько месяцев. И вот однажды Папа встретил на улице старшего брата Мамы, которого звали Янкев Лейб. Они поздоровались и брат напрямую спросил:

— Почему ты перестал посещать мою сестру? Мы все думали, что ты интересуешься ею…

— Я очень хочу жениться на ней, — вздохнул Папа, — но моя мать против. Ей нужно приданое.

Янкев Лейб на минуту задумался.

Он мог обидеться, повернуться и уйти. Но тогда Папа и Мама по-прежнему остались бы в разлуке.

Он мог начать уговаривать Папу взять сестру без приданого. Но как быть тогда с родительским согласием?

И тут Янкев Лейб показал, что недаром происходит из семьи знатоков Торы. Он спросил:

— У тебя есть две тысячи долларов в банке?

— Даже больше, — быстро ответил Папа.

— Я придумал, как решить вопрос так, чтоб все были довольны. Дай мне эти две тысячи долларов в подарок, а перед свадьбой я верну их тебе в качестве приданого…

Папа был восхищен. Они тут же отправились в банк.

Папина мама была счастлива. Такая чудесная девушка! Из такой замечательной семьи! И с таким приданым!

Родители Адель тоже были счастливы. Их дочь выходит замуж за молодого бизнесмена, строго соблюдающего мицвос, который не потребовал никакого приданого…

А старший брат хранил молчание.

Если разобраться, то, вручив эти деньги, Папа кому-то дал цдоку. Только кому?

Будущей Маме? Да, это важная мицва — помочь бедной девушке выйти замуж.

Или своей маме? Ведь так важно, когда свекровь и невестка ладят между собой. Минна Ривка очень полюбила Адель, следила, чтоб та не работала слишком много, а если Папа с Мамой спорили, то она всегда заступапась за Маму.

Или себе самому? Потому что когда он спросил Маму, может ли она помочь ему принимать у себя в субботу одиноких, лишенных домашнего тепла людей, та немедленно согласилась.

Выходит, что, в конечном счете, Папа дал цдоку самому себе.

Редкий случай!

Шатер в пустыне

Главный герой принимал в своем доме самых разных гостей. Хлебосольный хозин никогда ни на кого не сердился и был готов исполнять любые просьбы.

Если вы откроете учебник истории Востока, то очень много сможете узнать о великом царе Ашшурбанапапе. Его боевые колесницы были устроены по самому последнему слову техники. Его опытные воины могли захватить и разрушить до основания самый большой и цветущий город. А трупы жителей они вешали на развалинах. А тем, кто оставался в живых, отрубали руки и выкалывали глаза. И все народы, от Вавилона до Египта, трепетали перед могучим ассирийским царем. Кроме того, он был очень образованный. Он собрал огромную библиотеку на разных языках. И текущий отчет о своих военных художествах он тоже аккуратно заносил на глиняные таблички. И вот мы листаем учебник и верим, что культурное чудовище, которое сдирало с живых людей кожу, действительно жило на свете.

Но напрасно вы будете в этом учебнике искать имя Аврагама-авину. Хоть его слуги поили верблюдов из тех же рек, через которые переплывали кони ассирийцев, но занимался он совсем другими делами. На краю пустыни разбивал Аврагам-авину свой шатер и бесплатно кормил и поил там усталых путников. И еще он делился с народами своей мудростью, говоря им о Гашеме и о том, как надо Ему служить. И окрестные народы — египтяне, вавилоняне, канаане понимали, что перед этим человеком не стоит хвастаться дальнобойностью луков или высотой пирамид. Они присвоили ему звание «князя мира», потому что видели, что Аврагам заведует на этой земле добротой, и здесь с ним нельзя тягаться.

И учебник истории для него нужен другой, не могут они с ассирийским царем находиться на соседних страницах. Или — или… Или большое дело разрушать чужие города и тянуть все выше свои собственные, и тогда правильно, что в учебнике ничего нет о нашем отце Аврагаме. Или главное — кормить голодных и помогать слабым, и тогда надо составить учебник человеческой доброты, где кровожадному индюку Ашшурбанапалу просто не будет места…

Иногда зло в мире усиливается, и история Аврагама-авину кажется прекрасной сказкой. Единственный способ доказать, что это не так, состоит в том, чтоб самому разбить на краю пустыни его шатер. Именно это и сделал Папа, когда, наконец, женился на Маме и стал балабосом — главой дома.

Он сделал это в Нью-Йорке, многомиллионном городе, где бродят толпы людей, и где так многие чувствуют себя заброшенно и одиноко. В том числе и евреи. В Торе говорится, что нашему народу приходится скитаться в «пустыне народов». Евреи, которых приглашал в свой дом Папа, не заглядывая в книгу, смогли бы объяснить, как это так: вокруг столько людей и некому подать руки, все чужие…

И вот, вскоре после Папиной свадьбы, среди каменных громад большого города загорается вдруг теплый огонек: суббота в доме Германов. Много евреев, кроме Папы, встречали субботу в Нью-Йорке, но мало кто при этом так широко распахивал двери. Один из его учеников рассказывает, что, придя к Папе в субботний вечер, он застал за столом около 25 человек со всех концов света. Там были американские, польские, сефардские и йеменские евреи. Там были богатые путешественники и местные бедняки. Там были выдающиеся знатоки Торы и люди, которые тяжело сдвигали губы, вспоминая слова молитвы. И всем было хорошо.

Тут можно было бы рассказать одну историю… Однажды началась война, и царский сын гордо скакал на коне во главе большого войска. Но враг встретил их страшным огнем. Свистели пули, рвались ядра, падали убитые солдаты, ржали раненые кони. Принцу стало страшно. Он слез с коня и побежал без оглядки. А чтоб враг его не узнал, сбросил с себя шлем и латы, а остальную одежду выпачкал в грязи. Возвращаться домой ему было стыдно. Несколько дней он бродил по лесу, а потом пришел в деревню и нанялся в пастухи.

Оставшись без принца, армия отступила. Придворные сбились с ног, разыскивая пропавшего повелителя. Наконец кому-то почудилось, что он признал знакомые черты в грязном пастухе, который гнал по проселочной дороге стадо. Но на все вопросы этот парень тупо мотал головой и бормотал корявые слова, которым научился в деревне. Но был среди посланцев один вельможа, то ли старше других, а может быть, умнее, который приказал доставить пастуха в замок, одеть в шелк и бархат, посадить во главе роскошного стола и обращаться с ним, как с царской особой. Так и сделали. Пастух плевал во все стороны и лил соус на платья придворных дам, а они кланялись и называли его «ваше величество». Потом ему надоело плеваться. А когда по знаку вельможи за окном ударил военный оркестр, пастух расплакался, сел на коня и поскакал назад к своему войску.

Эта история не про Папу. Это история про его гостей. Про тех из них, кому показалось, что быть евреем в этом мире слишком трудно. Ты словно прицепился к маятнику и тебя бьет то об одну, то об другую стену. В царской России все за тобой следят. В Америке никому до тебя нет дела. В России ты можешь справлять шаббос и остальные шесть дней бродить в поисках работы. Здесь работать нужно круглые сутки, а если заикнешься о субботе, то хозяин возьмет на твое место другого парня. Но есть выход. Надо только сыграть в игру «я — не я». Убрать пейсы. Смело заговорить по-английски. Притворяться, что обожаешь футбол и пиво. И хозяин будет подыгрывать тебе, потому что ему нравится парень, который из кожи лезет вон, чтоб сойти за сносного американца и не болтает ни о каком седьмом небе.

Папа играл в другую игру. В обратную. Под названием «я — это ты». «Гахнасас орхим» по-еврейски означает «вводить гостей». То есть надо разыскать ореаха, гостя, и пригласить его, и ввести с почетом в свое жилище, и усадить на лучшее место, и принимать так, как принимали фальшивого пастуха в нашей сказке. Ведь говорится в Торе, что все евреи — царские сыновья. Ну, а если кто-то упорствовал, пытаясь доказать, что его призвание подгонять свиней, а не стоять во главе отборного войска, то с Папой было трудно тягаться в терпении. Однажды, когда он поставил перед гостем тарелку горячего чолнта, тот схватил ее и выплеснул на папин новый сюртук, крикнув: «Не желаю есть это!»

Остальные гости взревели от такой наглости. Испугавшись, этот человек выскочил за дверь. Папа бросился следом и через несколько минут привел его назад, держа за руку и говоря: «Я дам другое блюдо, оно тебе понравится…»

Потом один из близких сказал Папе:

— Вам требуется столько терпения… Папа ответил:

— Если есть рахмонес, не надо терпения…

Слово «рахмонес» нельзя перевести ни на какой другой язык. «Хесед» — это доброта. Мы проявляем ее к тому, кого считаем достойным. «Гвура» — строгость. Плохой человек никакого добра от нас не дождется. Но если смотришь на него, как на свое дитя, то, даже если он плох, если недостоин, все равно помогаешь ему, с риском получить назад тарелку чолнта. Это и называется — иметь рахмонес…

Эстер вступает в бизнес

Мама стала рожать Папе детей. Сначала двух дочерей, Эстер и Фрейду, потом сына, которого назвали Нохум Довид, потом опять двух дочерей, Бесси и Рухому.

Эстер, которая была самая старшая, приходилось больше других помогать Маме, и свободного времени у нее было не так уж много. Вместе с Мамой она готовила обед, прибиралась в доме, следила за младшими детьми. И, конечно, помогала принимать гостей в субботу, и в другие дни, когда Папа находил одинокого еврея и приводил его к себе, чтобы накормить, обогреть и приласкать.

А в Нью-Йорке было много таких евреев. И работы у Эстер с Мамой тоже было много.

Поэтому в свои 10 лет Эстер была очень занятой женщиной. Для того, чтоб попрыгать на улице через скакалочку, ей нужно было искать свободную минуту, а она не всегда находилась.

Поэтому, какова же была ее радость, когда Мама сказала ей, что сегодня они поедут в порт, провожать маминого брата Янкев Лейба, который на большом корабле уплывал в Европу.

Эстер сразу представила всю картину:

Волны у пристани.

Дым из огромных труб.

Матросы лезут по высоким мачтам.

Толпа отъезжающих и провожающих, черные котелки, белые зонтики, чемоданы, тросточки, сигары.

Капитан на капитанском мостике ходит взад-вперед, мечтая поскорей вывести корабль в море.

И она, Эстер, в своем субботнем платье, почти такая же красивая, как Мама.

Ох…

И вот она надела платье, которое носила только по субботам, и на цыпочках, чтоб не увязались младшие, направилась к двери. Она подождет Маму на улице, а потом они вместе поедут в порт. И она снова представила: волны, мачты, зонтики, красавицу Эстер…

Дверь сама раскрылась ей навстречу.

На пороге стоял Папа.

— Приготовься, — строго сказал он. — Сейчас придет гость!

Глаза у Папы блестели особым блеском. В этом блеске чувствовалась радость, азарт, предчувствие удачи.

У Папы блестели глаза так, когда ему удавалось выполнить мицву. Особенно его любимую — «гахнасас орхим», введение в дом гостя…

И вот, подчиняясь этому блеску, Мама отложила сумочку и стала накрывать на стол. А Эстер стало очень-очень грустно. Как-будто кто-то мокрой тряпкой стер с доски весь ее чудесный план: волны, пристань, белые зонтики и черные котелки…

Эстер боялась, что она скажет сейчас Папе что-то очень противное и злое. Поэтому она молча пошла в спальню и там зарыдала. В комнату кто-то зашел. Это был Папа. Он сказал:

— Эстер, сейчас не время для слез. Мама нуждается в твоей помощи. Мы поговорим потом.

И действительно, когда гость был накормлен и покинул дом, Папа отвел Эстер в дальнюю комнату и сказал, мягко взяв ее за руку:

— Слушай, дочка, я сейчас объясню, почему не надо было плакать. Говоря по правде, ты была сегодня самой счастливой девочкой на свете, а мы являемся самой богатой семьей в Америке. Посмотри на наших знакомых: часто ли бедняки едят у них дома? Они выполняют много других мицвос, но мицва «гакнасас орхим» забыта почти всеми. Выходит, мы захватили рынок!

Эстер была поражена. Да, она знала, что в деловом мире люди стараются вложить деньги в предприятие, выпускающее дефицитный товар, чтоб получить на этом большую прибыль. Выходит, принимать гостей ~ это тоже бизнес? Она видела, как родители вкладывают в него средства: покупают много еды на шаббос, одалживают деньги беднякам, дают ночлег тем, у кого нет своего дома. Но ведь за это они не получают ни цента. Откуда же возьмется прибыль? Кто расплатится за всех гостей?

Эстер не могла этого понять. Но она вдруг увидела, что вся обида прошла. Ни с того, ни с сего Эстер действительно почувствовала себя самой счастливой девочкой на свете…

Восемь стаканов

Папа всегда говорил детям, что с гостями надо обращаться так, как будто это члены их семьи. Рухома очень старалась, но это было трудно. Например, один из гостей, реб Берл, очень любил горячий чай. В конце трапезы он поворачивался к девочке и говорил:

— Рухома, пожалуйста, стакан чая…

Она наливала. Он в несколько глотков выпивал его. И снова:

— Рухома, стакан чая…

Она наливала. Он выпивал. И опять:

— Рухома…

Однажды Рухома подсчитала, сколько стаканов может захотеть реб Берл субботним вечером. Получалось семь или восемь. И вот однажды, когда ей надо было спешить к подругам, Рухома разом наполнила восемь стаканов чаем, поставила их на поднос и отнесла реб Берлу со словами:

— Скорей, реб Берл, пейте, а то остынет!

И выскользнула из комнаты.

На следующий шаббос реб Берл шутливо погрозил ей пальцем:

— Рухома, не волнуйся, я буду наливать сам…

Рухома помнила об этом, когда у нее уже были собственные внуки того же возраста.

Помни и береги…

Реб Яаков-Йосеф был настоящим еврейским суперменом. Он постился каждый день, учил евреев Торе и вступался за них, когда того требовали события.

Супермена рисуют с большим количеством мускулов.

Супермен мог летать, поднимать океанские корабли и совершать другие невиданные вещи. Но вряд ли он смог бы поститься каждый день, как это делал Папа. Кроме суббот и праздников, когда еврей обязан наслаждаться пищей, Папа не ел и не пил от восхода солнца и до заката. Он прикасался к пище только после вечерней молитвы, и то не сразу, а после того, как давал в синагоге ежедневный урок Торы.

Так длилось двадцать пять лет.

Папа никому не говорил, почему он взял на себя это бремя. Но он ничего не делал просто так, и домашние поняли, что на это есть серьезная причина.

Папа хотел поститься, но не хотел быть слабым. Поэтому он посоветовался с врачом, из чего должна состоять пища, которую он будет есть после захода. В рацион, который прописал врач, входила груша. Однажды на улице была снежная буря. И вдруг Мама вспомнила, что груши в доме кончились, а Папа вот-вот вернется из синагоги. Мама надела пальто, повязалась большим платком и сказала:

— Дети, я скоро буду. Мне нужно кое-что купить. Она вернулась, облепленная снегом, бережно развернула бумажный кулек, и достала большую зеленую грушу, и предупредила:

— Не говорите Папе, что я выходила в метель из дома…

И вот два этих сильных человека, Папа и Мама, сберегли для многих людей право выполнить заповедь субботы. «Зхор вэ-шмор» сказано об этом дне — еврей должен помнить о нем и беречь его. Помнить — то есть наслаждаться чистотой и святостью этого дня. Беречь — то есть хранить субботу от нарушений. Сказано, что две эти заповеди, «помнить и беречь» сказал Гашем «бедибур эход», в одном слове. Как это возможно, наш разум не может вместить, мы в это верим.

Но, раздвоившись на страницах книги, в жизни еврея эти слова вновь соединяются. Тот, кто отмечал субботу в доме Германов, получал от них в наследство этот дар.

Зейлиг Геллер по профессии был стекольщик. Однажды, когда он сидел в синагоге, склонившись над книгой, к нему подошел совершенно незнакомый человек и сказал:

— Скоро начинается суббота. Я хочу, чтоб вы были моим гостем. Зейлиг был поражен. Он думал, что никому нет до него дела.

О том, что было дальше, он вспоминает так:

«В доме реб Яакова Йосефа я впервые понял, что такое “гакнасас орхим” и святость субботы. С того момента, как он сделал кидуш и начал петь змирос и говорить “двар Тора”, я почувствовал, что нахожусь в Ган Эден. Его жена, Адель, была поистине удивительная женщина. Она обращалась с каждым гостем так тепло, что у меня было ощущение, что я справляю шаббос у себя дома. Я наслаждался каждой минутой в этом доме и хотел, чтоб суббота никогда не кончалась…»

Но кроме «зхор» было и «шмор». У Папы был знакомый американец, который под его руководством сделал гийюр — принял еврейство. Он получил имя Аврагам, и продолжал зарабатывать на жизнь, управляя большим грузовиком. Однажды в пятницу после обеда он попал в пробку на Таймс-сквер. Аврагам взглянул на часы. Потом в календарь, где было отмечено время начала субботы. Он понял, что если немедленно не оставит грузовик, то рискует осквернить шаббос запрещенной работой.

Ни за что.

Но бросать грузовой автомобиль на оживленной площади противоречит всем правилам. Он может лишиться водительской лицензии, потерять кусок хлеба.

Шаббос! Теплое мерцание свечей, рубиновый блеск вина в серебряном стакане, быстрые руки миссис Герман, которая кладет чолнт в пятую, пятнадцатую, двадцать пятую тарелку. И голос ребе Янкев Йосефа. Тот голос, который объяснил ему основы Торы и то, что это значит — взять на себя еврейство.

И он взял.

Аврагам оставил в кармане бумажник и другие вещи, захлопнул за собой дверцу машины и, не оглядываясь, отправился в сторону Ист Сайд, к дому Германов. Все уже волновались, ожидая его. Он не стал вдаваться в подробности и просто оказал, что попал в транспортную пробку.

Только следующим вечером, после гавдолы, он вновь оказался рядом со своей машиной. К ветровому стеклу уже было прикреплено несколько предупреждений из полиции. Дело о грубом нарушении правил движения слушалось в суде. Судья был строг и сказал, что за такие фокусы надо лишить Аврагама водительских прав. Это же надо — бросить огромный грузовик на узкой улице, в деловом районе города, так что миллионерам и другим серьезным людям приходилось тратить столько нервов, чтобы объехать его! А если в грузовик сядут бандиты и, догнав почтовый поезд, ограбят его? А если он заведется сам собой?

Но Аврагам был в зале суда не один. Рядом с ним стоял Папа. И если судья видел мир раздробленным на кусочки, то Папа представлял его себе, как единое целое: шесть дней Творения, и шаббос, время покоя. Все подчиняется единой Воле. Брошенный грузовик не причинит никому вреда, если он брошен ради того, чтобы еврей мог отпраздновать субботу.

Папа говорил, а судья слушал. Сдвинутые брови его раздвинулись и приподнялись от удивления. И дело закончилось хорошо. Когда Аврагам покидал суд, права по-прежнему лежали у него в кармане.

Папа столько сил отдавал Торе и мицвос, и вдобавок постился… Однажды, встречая его у входа, Мама сказала с громким вздохом:

— Смотри, какой ты бледный, Янкев Йосеф… В ответ Папа согнул руку. Под тонкой кожей набухли мускулы.

— А ну-ка троньте меня! — пригласил Папа. Никто не рискнул.

В одном Папа был похож на супермена: его нельзя было сдвинуть с позиции, которую ему назначил Босс.

В одном супермен не был похож на Папу: супермена выдумал художник в утешение слабым людям, а Папа жил на самом деле, и помогал другим стать сильнее…

Старая кушетка

В этом споре Мама была права на сто процентов. Она хотела купить в комнату для гостей новую кушетку. Старая была обита тонкой потрескавшейся кожей и пружины грозились вот-вот вырваться наружу. Папа обследовал кушетку и решил, что она еще годна к службе. Вопрос повис в воздухе.

В это время их постоянный субботний, гость, рабби Крейзер сказал, что на этот шаббос его пригласили в одну богатую семью, жившую в аристократическом районе. В субботу вечером, после гавдолы, рабби вернулся. Он поставил на пол саквояж, вбежал в комнату для гостей, скинул ботинки и с наслаждением улегся на ту самую кушетку. И потом сказал:

— Миссис Герман, вы не представляете, как я тосковал по вашему дому! Правда, там, где я был сейчас, лежат ковры во всех комнатах, а диваны такие роскошные, что остается только глядеть на них издали. Тарелки из китайского фарфора, даже трогать не хочется, чтобы не разбить. Все, о чем я мечтал, это скорей сюда вернуться… Ваша кушетка — Ган Эден…

И с этими словами рабби Крейзер заснул.

Болезнь Эстер

Дочь главного героя тяжело заболела. Несмотря на это, реб Яаков-Йосеф продолжил оказывать гостеприимство и надеяться на спасение.

Эстер заболела. Пришел доктор, осмотрел ее и покачал головой:

— Реб Яаков-Йосеф, состояние вашей дочки очень серьезно. У нее дифтерия. Ее нужно немедленно везти в больницу…

И вот Эстер в больничной папате. Мама день и ночь рядом с ней — ухаживает, молится, читает Теилим. Папа собрал миньян, и, как принято в случаях, когда болезнь грозит плохим исходом, Эстер дали второе имя — «Хая», что означает «живая», «живущая»… Все родные и близкие тоже были рядом. Они помогали, кто как мог, и молились, чтоб Эстер жила.

Но вот настал четверг. Папа сказал Маме:

— Адель, я хочу, чтоб ты пошла домой и готовилась к приему гостей, как мы делаем каждый шаббос. Все должно быть, как прежде. Я надеюсь, что в заслугу нашей субботы Босс ответит нашим молитвам, и Хая Эстер поправится…

Мама не спорила. Она поднялась, бросив последний долгий взгляд на свою дочь, которая лежала без сознания, между жизнью и смертью.

Наступила суббота. Дом был полон гостей. В их тарелках дымилась горячая пища. Папа пел субботние песни — «эмирос» и говорил слова Торы. Он никак не позволил себе обнаружить волнение. Он знал, что надежда лечит.

Но другие родственники не разделяли его уверенности. Сестра Папы, тетя Молли, дежурила у входа на случай печальной вести. Она хотела перехватить ее и постараться подготовить остальных. И это случилось. Почтальон принес телеграмму, в которой говорилось, что Эстер умерла. Тетя Молли зарыдала и бросилась к соседям. Они стали плакать вместе с ней и сквозь слезы решили ничего не говорить Папе и Маме до конца субботы.

И вот суббота кончилась. Папа сделал гавдолу, отделение субботы от будней, тетя Молли уже была готова произнести слова, которые застревали у нее в горле, но в это время почтальон опять принес телеграмму. В ней говорилось: «ЭСТЕР ГЕРМАН ЖИВА И ВНЕ ОПАСНОСТИ».

А первая телеграмма? Оказалось, что работники больницы ошиблись. Умерла другая девочка, которая была соседкой Эстер по папате…

Когда Папа услышал об этих происшествиях, он сказал Маме:

— Адель, ты видишь, как суббота и наши гости сохраняют нас от несчастья.

Теперь это было видно не только Маме.

Суббота как Суббота

Однажды в пятницу вечером, когда в доме Папы народ сидел за субботним столом, в дверь постучался полицейский.

— Мистер Герман, я получил известие, что ваш магазин горит. Пожарники уже приехали и пытаются погасить пламя. Наверно, вам тоже надо быть там как можно быстрее…

Папа покачал головой:

— Спасибо, но у нас началась суббота, и я не смогу появиться там раньше завтрашнего вечера.

Полисмен взглянул на него с изумлением:

— Мистер Герман, ваш магазин превращается в пепел, и вы даже не хотите взглянуть, что творится?!

Это было именно так. В течение всего дня Папа не обнаружил никаких признаков волнения. Он пел субботние песни, говорил за столом слова Торы, и не торопился сделать гавдолу, даже когда наступило дозволенное время.

Давно уже стемнело, когда Папа приехал на Седьмую авеню, где был его магазин, ожидая увидеть развалины. Но оказалось, что полисмен ошибся. Пожар был в соседнем магазине.

Реликвия

Мамин брат Исроэль Иссер покупал новую мебель для своей столовой. Старый гарнитур он обещал подарить Маме. Вы только представьте: огромный стол, шесть стульев, два кресла. И все в отличном состоянии. Мама была очень рада и поспешила сообщить новость Папе. Он подумал и сказал:

— Адель, я не согласен.

— Но это не будет стоить нам ни гроша! Я уверена, что Исроэль Иссер оплатит даже перевозку…

Разговор происходил в столовой, рядом с древним столом, покрытым царапинами, и стульями, которые давно нуждались в ремонте. Папа медленно пошел вокруг, нежно касаясь каждой спинки.

— Нет, Адель, дело не в деньгах. Ты. только подумай, каких людей мы принимали за этим столом! Здесь сидел реб Борух Бер, здесь реб Лезер Юдель Финкель, здесь реб Моше Мордехай Эпстейн, здесь реб Аврагам Калманович, здесь реб Реувен Грозовский… Как же мы сможем расстаться с таким сокровищем?

Имена мудрецов Торы оказали на Маму магическое действие. Она поняла, что их стол — реликвия, которая дороже всех новых гарнитуров на свете. И с каждым новым мудрецом, который сидя за ним, погружает хлеб в соль, стоимость его возрастает.

В одном строю

Однажды в пятницу вечером Папа пришел из синагоги вместе с молодым человеком, у которого кожа была темнее ночи. Этот молодой негр хотел сделать гийюр, принять еврейство. Папа взял его под свою опеку. Он посадил юношу рядом с собой, во главе стола, и переводил для него на английский то, о чем другие толковали на идише.

Этот негр учил у него Тору и старался проводить вместе с Папой каждую субботу. Мама и Рухома проявляли особую заботу о нем. Черный юноша понял истину, которую народы мира не могут переваривать многие сотни лет: евреем может стать каждый, ни происхождение, ни цвет кожи тут не помеха. Хочешь вместе служить Гашему, занимай место в нашем строю. Не хочешь — не кричи, что евреи считают себя выше других. Просто наш дом — это дом Торы. Двери открыты. Если можешь — входи.

Женская команда из одного человека

Умение вести домашнее хозяйство и принимать огромное количество гостей — вот что отличало жену нашего главного героя.

Был на свете генерал, ученый генерал и умный генерал. Он с закрытыми глазами мог сказать, где поставить пушки, и когда двинуть в обход кавалерию Но его армия состояла из одних трусов и лодырей, поэтому наш генерал ни разу не выиграл сражения и с горя скакал вокруг дома на деревянной лошадке.

Папе больше повезло. За ним двигалась команда из отборных людей готовых выполнить любой приказ, и не жалуясь на усталость. Правда, в этой команде был всего один человек. Звали его Мама.

Мама была мастером подсчетов. Перед каждой субботой или праздником она могла с аптекарской точностью сказать, сколько штук цыплят, сколько килограммов фруктов и овощей понадобится им к этому дню. Если заранее знать число гостей, это был бы еще не фокус. Но в том-то и дело, что этого никто не знал, даже Папа. В последний момент, возвращаясь из шул, он мог пригласить еще двух, трех, четырех евреев, и их тоже нужно было накормить вкусно и досыта. С другой стороны, если купить еды больше, чем нужно, то она может испортиться, потому что холодильников тогда еще не было. У Мамы был талант покупать ровно такое количество припасов, чтоб гости были сыты и деньги не тратились понапрасну. Как ей это удавалось, никто не знал.

Во-вторых, Мама оживляла экономику. Когда она появлялась на Гестер-стрит, где расставили свои тележки торговцы рыбой, вся улица приходила в волнение. Продавцы знали, что Мама не уйдет отсюда, прежде чем не наполнит две огромные корзины, которые были у нее в руках.

— Миссис Герман! Миссис Герман! Отдайте мне сегодня ваш бизнес! кричали они наперебой.

Только тот, кто плохо знал Маму, мог подумать, что она будет сейчас покупать товар оптом, не вглядываясь в каждую рыбину. Нет! Как опытный эксперт, поднимала она их за хвосты, бросая короткие замечания:

— Эта пахнет керосином. А эта родилась много лет назад…

С ней никто не спорил. Все знали, что Мама специалист.

Когда, наполнив корзины, Мама возвращалась домой, плечи ее сгибались от тяжести. Но она не жаловалась.

Для того, чтобы обслужить двадцать или тридцать гостей, которых Папа приглашал на субботу, Маме приходилось заменять собой несколько поваров, официантов и судомоек. При этом она еще была воспитательницей в детском саду из пятерых детей и нескольких соседских.

Однажды Папа нашел на улице десять долларов и решил потратить их на то, чтобы механизировать мамин труд. Он накупил ей много хитроумных чистилок, скоблилок, терок и прочего добра. Честно говоря, он думал, что, увидев это, Мама придет в восторг. Но она не пришла. Это было все равно, что предложить шерифу, который давно привык обходиться старой лошадью и парой кольтов, пересесть в бронепоезд…

Мама повертела в руках скоблилку для моркови. Нет, это игрушка для детей, Янкев Йосеф… Она взяла свой старый нож.

Бац! Бац! — морковка была очищена. Бац! Бац! — за ней другая.

У Папы высоко поднялись брови. Впервые Рухома видела, что у Папы нет слов…

Но самое веселье начиналось в субботу вечером, после гавдолы. Горы грязных горшков, кастрюль и тарелок ждали своего часа. Девочки мыли посуду поменьше, а Мама скребла и чистила большие чугуны. Один был так велик, что Рухома могла укрыться в нем с головой. Было тяжело. Но Мама не зря была дочкой талмид-хохама. За грязной посудой она видела свет мицвы. За струей холодной воды, от которой болели руки, она чувствовала теплоту еврейских сердец, которые им с Папой удалось отогреть в эту субботу. И Мама не жаловалась.

Однажды роскошный черный автомобиль остановился у их двери, и леди, одетая по последней моде, сказала, что хочет видеть Маму. Эту леди звали миссис Голдинг. Она была еврейка. Про нее говорили, что она очень богата и очень помогает беднякам. Но сейчас миссис Голдинг сама приехала за помощью. Она хотела занять немного света от маминой мицвы «гакнасас орхим», помочь ей приготовиться к приему гостей в субботу.

— Каким образом? — с удивлением спросила Мама.

— Я могла бы перемыть вам полы…

— В вашем чудесном платье? Ни за что не позволю!

— Ну тогда я помогу на кухне.

— Давайте сначала попьем чаю…

Бедная миссис Голдинг! Ей так и не удалось добраться до маминых кастрюль. Каждый человек, переступивший порог дома Германов, автоматически делался их гостем и был обязан получить свою долю отдыха и тепла. Даже для миллионерши Мама не могла сделать исключения…

Сколько стоит ваш обед?

Рухама Шайн, из цикла «Все для Босса», темы: Рухама Шайн, Все для Босса

Как-то в пятницу, когда Мама готовилась к шаббос, в доме появился гость. Он приехал из другой страны, задержался в Нью-Йорке по делам и искал дом, где можно есть, не опасаясь за кошер. Его послали к Германам.

— Простите, — робко сказал гость. — Не мог бы я обедать у вас несколько дней? Я с радостью заплачу, сколько вы скажете…

— Ну, конечно, вы будете у нас обедать, завтракать и ужинать, — любезно сказала Мама. — И не беспокойтесь о плате. Перед отъездом мы обсудим этот вопрос.

Последний раз этот человек ел у них во вторник утром. Прощаясь, он достал бумажник и сказал:

— Миссис Герман, я очень благодарен за гостеприимство и вкусный стол. Скажите, сколько я должен вам?

— Неужели вы думаете, что я продам мицву за деньги?! — удивилась Мама.

— Но миссис Герман! Вы же сами сказали, что мы обсудим этот вопрос о плате!

— Я сказала это для того, чтоб вы кушали без стеснения…

Мама идет в кино

Папа не любил пускать в кино своих дочек. Спору нет, очень здорово вместе с героем фильма мчаться на верном мустанге по горящему мосту, имея за спиной толпу вредных индейцев, которые метают тебе вслед лассо и томагавки.

Но Папа с некоторым основанием считал, что его дочерей ждут в будущем совсем другие приключения. Имея за спиной ватагу малышей, которые то и дело просятся на горшок и хлюпают носом, еврейская женщина должна летать по дому, подметая и достирывая, выпекая и накрывая, чтобы вовремя зажечь субботние свечи и спокойно, с улыбкой, как будто и не было никакой суеты, встретить мужа, который возвращается из синагоги…

И тут кино ничем не могло помочь. Тут главным инструктором была Мама.

Ах! Мама!.. Когда в годы депрессии их семья потеряла кучу денег, знакомые спрашивали у миссис Герман, как она переносит потерю богатства, Мама отвечала:

— Нет никакой разницы. Когда мой муж был богат, он давал мне десять долларов в неделю на домашние расходы, и теперь я получаю столько же…

Каждое утро она готовила завтраки в школу. Однажды Рухома забыла свой сверток дома. На перемене ее вызвали в дирекцию. Там ее дожидалась Мама.

— Рухома, ты забыла завтрак. Я принесла его тебе. Потом Рухома узнала, что несколько миль до школы и обратно Мама проделала пешком, потому что папин бизнес переживал трудные времена, и она не хотела тратить деньги на транспорт. Но и без завтрака дочь не должна остаться.

Да, это была Мама… И даже если мы выложим это слово из самых больших букв, они все равно окажутся маленькими. Кстати, надо ли удивляться, что Мама никак не могла выбрать время, чтобы пойти в кино — посмотреть, что это такое. Рухома очень переживала за нее.

— Сходи, Мама, сходи! Тебе понравится, — повторяла она снова и снова,

И вот однажды Мама объявила, что днем отправляется в кино. Рухома с трудом досидела до конца уроков и тут же бросилась домой. Мама уже вернулась.

— Какое кино ты смотрела? — горя от нетерпения, спросила Рухома.

— Я видела ковбоя… Он скакал на лошади по пыльной дороге.

— Ну а что же дальше?

— Видишь ли, в зале было так прохладно и уютно, что я заснула, а когда проснулась, увидела, что ковбой скачет обратно. Это был конец фильма.

Рухома раскрыла рот от удивления.

Папа был рядом. Он сказал:

— Адель, когда у тебя будет свободное время, ты можешь ходить в кино. Тебе это полезно…

Двадцать четыре курицы

В романах, которые Рухома иногда читала, не спросясь у Папы, ничего не говорилось о кошеровании кур. Их героини влюблялись, страдали от разлуки или получали наследство, и переживания, связанные с этими событиями, занимали много страниц. Но нигде не были описаны муки еврейской женщины, которой из одной курочки нужно было приготовить бульон и второе, чтоб накормить семью из десяти человек, причем имеется по меньшей мере пять претендентов на куриную ножку, а их у курицы только две.

Роман об этой проблеме молчал. Да и сама Рухома не могла представить, что кошеровка кур — это такое трудное, рискованное и увлекательное занятие.

Ну, вообще-то она знала, что после шхиты куру надо общипать, опалить на огне, разрезать вдоль, вынуть внутренности, проверить, чтоб сердце, печенка и прочие органы не были больными, иначе курица окажется треф — негодной в пищу, и вся работа пойдет насмарку. Бывает еще, что хозяйка сама не может разобраться, можно ли куру о такими внутренностями считать трефной или кошерной. Тогда она идет к раввину делать шайлу, то есть задать ему об этом вопрос.

Собственно, в этом и состоит задача раввина — помогать членам общины решать трудные вопросы, связанные с законами кашрута, субботы, семьи. Раввин — это судья, знаток законов Торы. А служить Гашему своей молитвой должен уметь каждый еврей. Сказано, что все мы — народ священников…

А стол еврея сравнивают с мизбеахом, жертвенником, который стоял во дворе Храма, и куда могли попасть только те животные, у которых не было ни одного изъяна. Вот и получается, что в самой бедной еврейской семье курицу готовят к столу с большими предосторожностями, чем в самом дорогом ресторане.

Но Рухома знала, что все эти трудности — ерунда, когда за дело бралась Мама. Ой, что было в ночь на Гошано Рабо, в конце праздника Сукос! По обычаю, мужчины проводят эту ночь без сна, погруженные в учебу. И Папа был в синагоге, а Мама тоже не спала, потому что к полуночи она уже откошеровала 24 куры, и еще шесть дожидались своего часа.

Завтра ожидалось много гостей.

После того, как из куры вынули внутренности, ее вымачивают в воде, а потом высаливают, чтобы соль выгнала остатки крови, которая запрещена нам в пищу. Мамины пальцы мелькали быстро-быстро, сыпя соль во все куриные уголки и складки. 24 куры торжественно лежали на мясных досках, будто облитые серебром. Вдруг одна медленно полетела по комнате. За ней вторая…

— Иди спать, Рухома, — раздался мамин голос. — Ты достаточно помогла сегодня.

Эту команду было приятно исполнить. Но не успела Рухома провалиться в долгожданный сон, как почувствовала толчок и настойчивую просьбу:

— Вставай, Рухома, вставай! Это было почти невозможно.

— Который час? — спросила она сонно.

— Сейчас середина ночи, — ответила Мама.

— Что?! — Рухома вскочила с постели — Что случилось?

— Я стала убирать желудки кошерованных кур и вдруг увидела, что один из них нуждается в шайле. — Тут Мама тихо всхлипнула. — Но внутренности кур были перемешаны, и я понятия не имею, какой курице он принадлежал…

Сон ушел от Рухомы. Слова Мамы означали следующее: если желудок будет признан треф, подозрение в некошере ляжет на всех птиц, И двадцать четыре курицы отправятся на помойку…

Рухома побежала на кухню и взяла в руку сомнительный желудок. С одной стороны там была небольшая опухоль.

— Мама, что же нам делать?

— Беги за Папой и скажи, чтоб он немедленно отправился к рабби Скиндеру и сделал шайлу. Скажи, что я не знаю, от какой он куры…

Рухома положила желудок в пакет и помчалась по темной улице. Синагога встретила ее светом и тихой волной голосов. Множество людей шептали слова Торы. Папа кинул на нее удивленный взгляд и Рухома на одном дыхании изложила ему мамину просьбу. Папа схватил шляпу и они отправились в путь. В доме раввина в эту ночь тоже горел свет. Папа постучался. Рабби Скиндер открыл им дверь и тепло пожал Папе руку,

— Шолом алейхем, реб Яаков Йосеф. Что случилось?

— Моя жена кошеровала курицу и у ней шайла об этом желудке, — сказал Папа безразличным тоном.

Рухома чуть не подпрыгнула на месте. «Курицу»? Двадцать четыре курицы! Она отлично знала, что когда дело связано с большим ущербом, закон разрешает идти на послабление. Рухома уже открыла рот, чтоб восстановить истину, но Папа молча взглянул на нее, и рот сам собой закрылся.

А рабби Скиндер придирчиво и не спеша вертел и щупал бедный куриный желудок, за который некому было заступиться. Рухома стояла, ни жива, ни мертва. Мамино усталое лицо было у нее перед глазами.

Она оглянулась на Папу. Высокий и стройный, он стоял молча, как солдат, ожидающий приказа генерала. Казалось, испытание длилось вечность. Наконец раввин поднял глаза и произнес:

— Кошер, кошер.

В ушах Рухомы эти слова прозвучали хрустальными колокольчиками. Наверно, отлегло на душе и у Папы, потому что, прощаясь с хозяином, он сказал:

Рабби, если б желудок оказался треф, нам пришлось бы выкинуть двадцать четыре курицы. Жена не знала, какой из них принадлежал этот желудок.

Рабби Скиндер с укором посмотрел на него.

— Реб Яаков Йосеф, почему же вы раньше не сказали мне об этом? Когда замешан большой ущерб, шайлу полагается решать менее строго…

— Я никогда не искал послаблений, — ответил Папа.

Он сказал эту фразу, будто поставил печать, и в разговор двух мужчин уже ничего нельзя было добавить. Но зато оставался разговор двух женщин! Папа вернулся в шул, а Рухома изо всех сил мчалась к дому. Когда она влетела в парадное, то потеряла контроль над собой и завопила:

— Мама! Мама! Желудок — кошер! Он кошерный! Миссис Фридман, соседка с первого этажа, приоткрыла дверь и сказала строго:

— Рухома, что с тобой? Почему ты подняла такой шум посреди ночи? Рухома могла ответить только одно:

— Желудок кошерный! Понимаете?

На крик сбежались остальные соседи и услышали волнующий рассказ о курином желудке.

Спустилась Мама. Рухома обняла ее, причитая:

— Все в порядке, мама… Он кошерный на сто процентов!

И тут Мама расплакалась.

А Рухома потом подумала о том, что Мама смогла бы написать увлекательный роман о кошеровке куриц. Но, наверно, у ней никогда не будет на это времени.

Уличные мальчишки

Наверно, вам приходилось читать о детях, которые остались без присмотра взрослых и стали жить где придется и делать что попало. Курить они начинают, не спросив у мамы разрешения, а о школе и думать забыли.

Школа по-еврейски «шул». Маленькие дети и седые старики молятся там и учат Тору. В местечке было просто. Там одна-две улицы, и по какой бы ни пошел ты, шул тебе не миновать. В Нью-Йорке оказалось совсем не так. Улиц безумно много, и на каждой кино, магазины, конторы, университеты. Ничего удивительного, что евреи забегали туда — то ради заработка, то из любопытства. В конце концов, это делалось привычкой: ходить куда угодно и не ходить в шул. У этих евреев подрастали дети, и они только краем уха слышали о шул, не зная толком, что это такое. Как и родители, они постепенно привыкали без устали носиться по улицам.

При этом они открывали фабрики верхнего платья и нижнего белья.

Преподавали музыку и математику.

Становились адвокатами и защищая на суде человека с итальянской фамилией, который в воскресенье после завтрака прострочил из автомата трех своих старых друзей и восемь их племянников, доказывали, что он не виноват, потому что в детстве тяжело болел свинкой.

А также делались врачами и лечили друг другу нервы, так как от этой суеты может сама собой дергаться левая щека, что иногда помогает отпугнуть грабителей.

Словом, это были настоящие уличные мальчишки, которых носило туда-сюда.

Один из них был профессором химии. Приятель привел его к Папе в гости. Папа посмотрел на хорошо одетого человека и приветствовал его странной фразой:

— Снимите, пожалуйста, ваш пиджак… Профессор широко раскрыл глаза от удивления.

— Я хочу проверить его на «шаатнез», — объяснил Папа.

Профессор знал все про белки и углеводы, а слово «шаатнез» слышал впервые. Ему стало стыдно своей необразованности. Он снял пиджак и вручил Папе. Тот вспорол подкладку воротника, вырвал несколько нитей и стал их тщательно исследовать. Потом воскликнул:

-Шаатнез!

Профессор перебирал в памяти названия всех микробов, которых он знал. Ни один не носил такой клички. Папа объяснил, что шаатнез — это смесь шерсти и льна, которую Тора запрещает.

— Вам нельзя пока носить этот пиджак, — вынес Папа диагноз. — Не волнуйтесь, у меня есть портной, который удалит шаатнез очень аккуратно, и пиджак будет как новый. А пока берите мой!

Наверно, профессор в эту минуту думал о том, как бы оказаться отсюда подальше. Но, когда его мечта исполнилась, он, против своей воли, стал думать о Папе. И о Торе. Кто нам ее дал. В конце концов, он появился у Папы снова, и еще раз, и еще. Они говорили о законах Торы, о том, что ее должен учить каждый еврей, независимо от того, чем он занимается. В Америке профессора каждый седьмой год свободны от лекций. Папа уговорил нашего профессора провести этот год, изучая Тору в польской ешиве. И тот согласился.

Он переплыл океан. Он сошел на берег в Гамбурге, и, поменяв несколько поездов, оказался пассажиром телеги, которую трясла по ухабам сонная лошадь. Он ступил на мостовую маленького города, где польский жандарм задирал нос гораздо выше вице-президента, а евреи совсем не понимали по-английски. И он, к своему удивлению, заговорил с ними на идиш, которого почти не знал, и все-таки знал, оказывается. Ему показали ешиву. Он вошел в нее и, спустя короткое время оказался рядом с новыми товарищами за длинным столом. Перед ним лежал Талмуд. Первый лист упруго отогнулся вправо и указательный палец лег на узкий черный столбец еврейских букв с бисером комментариев по обе стороны. Вдумываясь в их смысл, профессор почувствовал, что, наконец, не надо никуда спешить. Улица кончилась. Он оказался дома.

Папа передвигает магазин

Вашингтон — столица Соединенных Штатов Америки, и ничего плохого об этом городе сказать нельзя. Кроме того, что там до войны жило мало евреев. Один из них, Перец Шейнерман, приехал по делам в Нью-Йорк и попал на субботу к Папе. В разговоре выяснилось, что у мистера Шейнермана девять детей и свой магазин. Папа спросил:

— Как вы сможете воспитать этих мальчиков и девочек настоящими евреями, если в Вашингтоне нет для них подходящих товарищей? И ни одной ешивы?

Гость печально покачал головой:

— Но что я могу сделать? Мой магазин находится в этом городе… Тогда Папа заявил, что надо переставить магазин. Потому что:

— Если вы хотите, чтоб дети сохранили свое еврейство, переезжайте немедленно в Нью-Йорк. Босс может обеспечить парносой в любом месте, предоставьте ему решать это дело…

Приехав домой, мистер Шейнерман посоветовался с женой, и они решили так и сделать. Спустя короткое время их семья вместе с магазином оказалась в Нью-Йорке. Папа помог им снять жилище и укрепиться на новом месте. Теперь у их детей появились еврейские товарищи. И магазин ничего, торговал себе…

Револьвер и шоколад

День шел себе как обычно: доктор принимал в кабинете больных, его жена хлопотала по хозяйству, сын пришел из школы и сел за стол. И вдруг…

— Бах! — полетела в стену чашка. Трах! — прыгнуло за ней блюдце. Дзинь! — раскололась сахарница.

Слыша этот звон, доктор нервно подпрыгивал на стуле, в то время как пациентка, не спеша, рассказывала ему про кашель, нервы, глупых родственников. Когда ухнуло об пол блюдо для пирожных, доктор крикнул: «Простите, у меня срочный вызов!» И выбежал из кабинета.

Оказавшись на кухне, он увидел жену, которая, остолбенев, смотрела, как сын бьет посуду.

— Что такое?! Почему? — вскричал доктор,

— Не буду пить из некошерной чашки, — повернувшись, объяснил сын.

— Не стану есть из некошерной тарелки… Доктор понял, что надо действовать.

Но Папа понял это раньше. Когда приближалось время Минхи, он закрывал свой меховой магазин, брал в руку корзину с шоколадными вафлями и отправлялся в кварталы восточного Бродвея, где еврейские мальчишки после школы гоняли мяч. Как бы близко не был мяч от ворот, при появлении реб Янкев Йосефа игра прерывалась. Реб Янкев Йосеф занятой человек, он не станет ждать конца матча. И вафли тоже.

Мальчишки выстраивались в ряд и каждый получал от Папы свою порцию.

Потом они говорили броху.

Потом он вел их в шул, читать Минху.

Ха, это в обмен на вафли, скажете вы. Ну, хотя бы…

Но ведь они могли съесть и не пойти. И все же шли. Ждали новых вафель? Но корзина была пуста. Значит, была какая-то другая сила, которая тянула евреев в шул? Но зачем тогда нужны были вафли?

Иногда еврей похож на всадника, который заснул, сидя в седле. Конь бредет, куда хочет, а со стороны кажется, что это человек его направляет. Если просто окликнуть их обоих, ничего не получится. Человек спит, а конь не понимает человеческой речи. Другое дело, если показать ему пучок сладкого сена. Подрагивая теплыми ноздрями, конь подойдет, и тогда можно будет тряхануть всадника, заставить его проснуться.

В шул мальчишки молились, а потом садились за длинный стол, а Папа рассказывал им интересные истории из наших святых книг.

Заходило солнце и наступало время Маарива. В нем есть молитва «Шма». С ней их предки шли в бой и на костер. Она начинается со слов «Слушай, Израиль…» И как будто вспышка молнии соединяет небо и землю, дав почувствовать, что нет преграды между евреем и его Творцом…

После таких встреч многие мальчишки оставляли школу и, к неудовольствию родителей, поступали в ешиву. Многие начинали соблюдать субботу и кашрут. При этом иногда билась посуда…

Дорогой автомобиль со скрипом остановился у папиного дома. Доктор взлетел по ступеням и без стука ворвался в комнату.

— Где мистер Герман? — закричал он.

— Чем я могу вам помочь? — спросил Папа.

— Чем помочь?! Мой сын перебил в доме все фарфоровые тарелки. Он сказал, что это треф… Вы, вы научили его этим глупым законам! Я убью вас за это!

Доктор выхватил револьвер и направил его в Папу.

Папа не вздрогнул. Он расстегнул ворот рубашки и сказал:

— Стреляйте!

Доктор задрожал. Он бросил револьвер на пол и упал в кресло. Мама уже ставила на стол кофе и пирог. Папе не понадобилось много времени, чтобы успокоить гостя. После доктор признался:

— Я никогда не встречал такого человека, как мистер Герман. Не удивительно, что мой сын слушает каждое его слово…

Так закончилась история с револьвером. А мальчишки продолжали получать шоколадные вафли.

Папа рассказывает анекдот

Есть такая песня на идише «Тумбалалайка». В ней говорится, что парень стоит без сна всю ночь и ломает голову, как бы ему выбрать хорошую девушку в жены. Это правдивая песня. Многие так стояли.

В свое время, под влиянием папиных учеников молодой человек по имени Мордехай Иоффе уехал в Европу и там провел шесть лет, учась в прославленных ешивах» В 1938 году он вернулся назад, поселился в Нью-Йорке, познакомился и подружился с Папой.

Все было хорошо у реб Мордехая, только не было у него дома, то есть, жены. Не так много девушек в Нью-Йорке хотели в те годы стать женой «бен Тора», соблюдать кошер и субботу, ходить в микву. Все усилия молодого человека найти «ту самую» девушку кончались неудачей.

И вот однажды, идя по Норфолк-стрит, Папа встретил реб Мордехая, который двигался навстречу очень грустный. Папа сразу все понял. Он взял приятеля за руку и пошел с ним рядом. И потом Папа сказал:

— Реб Мортчи, разрешите рассказать вам историю. В Варшаве жил богатый еврей, который вел очень прибыльную торговлю. Но вот он умер и сын занял его место. Хотя сын очень старался, но дела у него пошли плохо. Тогда он пришел к своему ребе и рассказал о своей беде. Ребе выслушал его внимательно и спросил:

— Скажи, что делал твой отец, когда в магазине не было покупателей?

Сын ответил:

— Когда у отца выпадала свободная минута, он погружался в изучение Торы или читал тгилим.

— А что в такие моменты делаешь ты?

— Я читаю газету или беседую с соседями.

— Тогда все понятно. Когда Сатан видел твоего отца, изучающего Тору или читающего тгилим, он был обеспокоен. Он тут же посылал в магазин побольше покупателей, чтоб они мешали отцу заниматься. Конечно, при этом его дело процветало. Ну а про тебя Сатан знает, что ты не станешь учиться, даже если в магазине никого нет…

Закончив рассказ, Папа сказал:

— Вы тоже радуете Сатана. Он видит, что вы не можете сосредоточиться на занятиях, и мысли заняты лишь тем, чтобы найти себе пару. Ну, так он прилагает все усилия, чтобы вы подольше не смогли встретиться с ней. Я советую вам серьезно углубиться в Тору, и тогда невеста появится очень быстро…

Реб Мордехай последовал папиному совету. Не прошло много времени, как он встретил свою будущую жену, Хану. Они родили и вырастили детей, преданных заповедям Торы. Реб Мордехай говорил:

— Аврагам, наш отец, приблизил Гашема к земле и помог многим людям узнать Его. Так же ваш отец приблизил Гашема к Америке и побудил многих молодых людей встать на дорогу Торы…

Даже когда случайно встречал их на улице.

Проблема Мартина

Однажды, придя домой из шул, Папа увидел, что его ждет женщина средних лет.

— Мистер Герман, мне сказали, что вы единственный человек, который может решить мою проблему…

— Какую проблему?

— У меня есть сын, которому скоро исполнится двадцать. Он служит в бакалейном магазине. После того, как умер муж, мы живем только на его заработок. Но сын вынужден работать по субботам, иначе он потеряет место. А я хочу, чтоб он был настоящим евреем…

Тут гостья расплакалась. Мама стала утешать ее:

— Не беспокойтесь, мой муж поможет вам… Рухома бросилась на кухню, чтобы принести стакан чая. Папа сказал:

— Я хочу повидаться с вашим сыном как можно скорее. Он может прийти завтра вечером?

Назавтра молодой человек по имени Мартин имел с Папой долгую беседу. Провожая его, Папа сказал:

— Я буду помогать вам любым возможным способом. Но прежде всего вы должны прекратить работу по субботам и праздникам.

— Мне совсем не улыбается работать по субботам, — отвечал Мартин. — Но где я найду место, где этого можно избежать?

Для того, кто верит, что этот мир — заведенные часы, в которых ничего не меняется, на вопрос Мартина было бы трудно подыскать ответ. Торговля в конце недели самая бойкая, хозяину нужна прибыль, а Мартин боится потерять место. Все сцеплено, как шестеренки. И в книге Когелет сказано, что нет ничего нового под солнцем. Солнце идет по кругу.

Да, но есть то, что выше солнца. Это Тора. И суббота не рождается из шума поля и шелеста листвы. Она дана сверху. И ее не меняют на хлеб. И она не зависит от хлеба. Папа отвечал Мартину просто:

— Не беспокойтесь, Босс обеспечит вас и вашу мать.

Эти слова мог сказать бы и кто-то другой. Но той силой, которая таилась в них, мог поделиться только Папа. Зараженный этой силой, Мартин пришел к своему хозяину и сказал, что больше не выйдет на работу в субботу и праздники.

А праздники были на носу и хозяин очень огорчился. Он стал просить:

— Мартин, поработай на праздники, и я разрешу тебе сидеть дома по субботам…

Но Мартин сказал, что это невозможно. Хозяин убедился, что юноша не побоится увольнения, А он был честный и толковый работник, И хозяин сдался.

И что-то изменилось в мире. Подуло свежим. Потому что мир — не часы. Он обновляется постоянно, по воле Гашема, в соответствии с тем, как евреи несут свою службу.

Изменилось незаметно, но для Мартина очень сильно. Мартин каждый день после работы приходил к Папе и учил у него Тору. Прошел год. К нему в магазин пришла еврейская девушка, которая понравилась ему, а он — ей. Она сказала Мартину, что согласна принять на себя приказы Торы, и они поженились. И у них родились дети, а потом пошли внуки, как в хорошей сказке. Но была это самая настоящая жизнь.

Капиталовложение

Когда нет денег, люди думают, как бы их получить. Когда получают, то начинают думать, куда бы их пристроить. Вложить в банк? А вдруг его ограбят? Купить дом с участком? А если случится землетрясение? Съедать каждый день по два обеда? Ох, заботы, заботы…

Папа не знал этих забот. Свободные деньги он вкладывал в талмидей хахомим, в людей, которые с его поддержкой учили в ешивах Тору. С каждым годом число этих людей росло. Правда, пока имена папиных учеников еще не мелькали в ряду руководителей ешив и знатоков Торы. И посторонние могли подумать, что Папа одинок. На самом деле за ним уже стояла маленькая армия. Но увидеть ее было нелегко. Днем ученики Папы сидели в ешивах и учили Тору. А ночью… В ешиве Нью-Хэвена, куда Папа отправил многих своих молодых друзей, администрация гасила свет в одиннадцать часов, чтобы ребята могли выспаться. Но самые упорные пробирались на кухню и при свете газовых горелок сидели до тех пор, пока не раздавался стук копыт на улицах: молочники начинали развозить молоко на рассвете.

Если кто-то напишет книгу про мальчика, который учит уроки до зари, такой книжке не поверят. Но это была ешива, а не школа. Здесь учатся по любви…

Да, ну а как же Папа вернул назад свои деньги, вложенные в талмидей-хахомим? Понимаете, он вкладывал их в Тору, и получил назад той же монетой. На склоне лет Папа имел счастье видеть, как его внуки и правнуки становились талмидей-хахомим, как они начинали учить других Торе. О таких процентах можно только мечтать…

Папа разоряется

В Америке разразился кризис. Что это такое? Ну, бывает так, что фабрика делает рояли, а люди почему-то перестали их покупать. Хозяину нечем платить рабочим, а тем нечем платить булочнику, а булочник, который давно копил деньги на рояль, теперь понимает, что никогда-никогда в ближайшие два года его не купит. Все ходят грустные и злые, пытаясь понять, кто виноват.

Рабочие клянут хозяина, который в погоне за прибылью назначает за свой рояль такую цену, что покупатели объявляют забастовку. Хозяин валит на рабочих — те всё прибавки требуют, значит, и стоимость рояля растет. Булочник считает, что неграм много воли дали, отсюда и беспорядок. Есть еще такие люди, ученые, они-то понимают, в чем секрет. Патефон изобрели! Захотел послушать Чайковского, ставь пластинку, и не нужен никакой рояль. С другой стороны, дикари в джунглях живут без патефона, а рояль все равно не покупают.

Загадка.

Но, если заглянуть в Тору, мы могли бы, пожалуй, сказать, что нечто похожее было давным-давно, когда люди со всей земли заявили, что обойдутся без помощи Гашема, не дай Б-г, и принялись строить Вавилонскую башню. Гашем наказал их тем, что смешал их языки. Строители перестали понимать друг друга и разбрелись по всему свету. Эхо этой истории, как круги по воде, повторяется время от времени. Земля рожает, колеса машин крутятся, все вроде есть, чтоб жить хорошо и спокойно. Но Гашем не дает усилиям людей объединиться. Один делает то, что не нужно другому.

Кризис, как война, коснулся всех. Злым людям он был наказанием, а хорошим — проверкой их сил. Папа раньше говорил, что начинает думать о делах, только когда сворачивает на улицу, где стоит его магазин. Теперь ему приходилось думать о них постоянно. Люди поняли, что могут временно обойтись без мехов, и его товар лежал нераспроданный, а долги нужно было отдавать. Папа мог бы, как другие, объявить себя банкротом — сказать, что у него нет средств, чтобы продолжать дело. Тогда особая комиссия распродаст оставшийся товар и расплатится с теми, кому хозяин был должен. Вместо доллара человек получал десять или двадцать центов. Но Папе такой план был поперек горла, как кусок некошерной пищи. Раз я должен тебе доллар, значит, я должен отдать тебе доллар и никакая экономика тут ни при чем.

Поэтому он бился, чтобы выплатить все долги.

И так и не обанкротился.

Хоть миллион…

Есть такая штука на свете, которая называется кредитной компанией. Она ссужает деньги деловым людям, .а те потом возвращают их с процентами. Папа тоже брал деньги в одной такой компании. В года депрессии она обещала своим должникам отсрочку платежей. Но Папа, когда у него появились деньги, тут же отослал их в уплату долга. Директор компании лично приехал к Папе, чтоб сказать, что долг сейчас возвращать не нужно, Но Папа настаивал, и денег назад не взял.

Покидая его, директор сказал, что никогда не встречал людей такой честности. Он сказал, что без колебаний может доверить Папе миллион долларов.

ПОСЛЕДНЯЯ ТЫСЯЧА

В 1929 году в Соединенных Штатах была Депрессия. Когда депрессия бывает у человека, то пишется это слово с маленькой буквы, и означает, что у него плохое настроение, все валится из рук, ничего не хочется делать. Когда депрессия бывает с экономикой, то это значит, что товары не раскупаются, производство падает и вся работа идет невпопад. Вместе с остальной Америкой Папа тоже влетел в большую Депрессию. Меха не раскупались, а долги и налоги нужно было платить. Однажды он обнаружил, что в банке у него оставалось чуть больше тысячи долларов. Это было разорение.

«Что будет с моим домом, с моими коврами и вазами, с моим любимым черным автомобилем?» — думают богачи в таких случаях.

У Папы этих вещей не было. Он думал: «Что будет с моими субботними гостями? С бедняками, которым я помогал?»

И Папе стало очень жалко эту последнюю тысячу, эту круглую упитанную сумму, которая неизбежно разменяется на сотни и десятки, утечет между пальцами серебром и медью. И тогда Папа взял деньги из банка и послал их в Европу, на адрес Ломзинской ешивы.

Почему именно туда? Мы не знаем. Вот что рассказал много лет спустя глава этой ешивы:

«В том году ешива оказалась совсем без средств. Нам нечем было кормить наших студентов. Я боялся, что ее придется закрыть, и не мог найти покоя ни днем, ни ночью. И вот однажды утром я получаю письмо от реб Яакова Йосефа Германа из Нью-Йорка, в котором лежит чек на тысячу долларов. Я никогда не встречал этого человека… Но его деньги спасли ешиву от закрытия и помогли нам продержаться. Благодаря ему сотни студентов продолжали учить Тору…»

Как Папа понял, где трудней всего приходится мудрецам Торы и их ученикам? Это его тайна. Но пока есть такие тайны, легче живется на земле.

Таинственный незнакомец

Времена пошли трудные, беречь приходилось каждую копейку. Папа и Мама отказывали себе во всем, лишь бы только не упустить из рук главный семейный бизнес — прием гостей на субботу. Однажды, размышляя об этом, Папа долго не мог заснуть. Тогда Мама сказала ему вот что:

— Янкев Йосеф, я не понимаю, почему ты так огорчен. Да, ты действительно потерял свое предприятие и кучу денег. Однако что ты делал с этими деньгами? Ты тратил их на цдоку, на мицвос, на субботних гостей. Разве мы могли позволить себе снять квартиру с паровым отоплением или завести модную мебель? Разве мы хоть раз уезжали в отпуск? Никогда! Ну, а теперь, если Гашем хочет, чтобы мы оставили эти мицвос, значит, такова Его воля, и чего же нам беспокоиться? А что касается еды и жилища, я думаю, Он не бросит нас…

Папа сказал:

— Адель, ты права. Не понимаю, как я мог волноваться хоть одну минуту… И он заснул. Иногда даже отборная армия отступает.

И Папа отступил на словах. Но продолжал принимать гостей. Чтобы это понять, надо знать, что еврей выступает перед Всевышним, как раб и как сын. Раб повинуется. Сын любит. Когда господин приказывает рабу уйти, тот беспрекословно выполняет приказ. Когда отец приказывает уйти, сын остается…

В Папиной бороде появилась седина, а на лице морщины. Однажды он увидел, что исчерпал свои средства, что не может занимать деньги, если нет возможности их вернуть. И тогда с глубокой печалью он сказал Маме:

— Адель, в этот шаббос я скажу гостям, что мы пока не сможем их приглашать…

Это был траурный день в доме Германов.

Суббота без гостей?

В четверг, в сумерки, Мама месила тесто для хал. Раздался стук в дверь. Она побежала открывать. На пороге стоял незнакомец. Его лицо было трудно разглядеть в темноте.

— Это дом Яакова Йосефа Германа, где гости едят по субботам? — спросил он.

— Да, — отвечала Мама без раздумий. — И вы тоже можете присоединиться к нам в этот шаббос!

Гость молча повернулся и ушел. Застучали его шаги по ступенькам.

Наступил этот последний шаббос. Папа и Мама ждали незнакомца, но он не появился. Были только старые гости.

Папа ничего им не сказал.

Когда люди разошлись, он повернулся к Маме:

— Адель, я сидел и думал… Может, этот человек, который приходил в четверг, был послан специально, чтоб сообщить нам, что мы не должны прекращать принимать гостей даже на время…

— Я думала о том же, — сказала Мама.

Кризис бушевал. Предприятия закрывались, бизнесмены разорялись, безработные выстраивались в длинные ряды. В это время число гостей у Германов по субботам перевалило за тридцать, так что пришлось заводить новые столы, хвост которых залезал в спальню.

— Как дела, реб Янкев Йосеф? — спрашивали Папу знакомые при встрече.

— Барух Гашем, — радостно отвечал он. — Бизнес процветает!

Странствующий рыцарь

Был такой писатель, Мигель Сервантес, который описал приключения одинокого рыцаря Дон Кихота, который решил воевать со злом и заступаться за слабых. И вот он сел на коня и отправился в путь. Но ничего хорошего из этого не вышло. Люди смеялись над рыцарем и отвергали его помощь. А порой его даже били.

Такое случалось и с Папой… Рухома помнит, как однажды в субботу, придя домой, он сказал Маме:

— Адель, пусть гости садятся за стол без меня, я скоро вернусь. Глаза у Папы блестели. Так было всегда, когда он затевал какое-то приключение. Мама встревожилась и шепнула дочери:

— Рухома, иди с Папой и посмотри, что он будет делать. Если с ним что-то случится, я, по крайней мере, буду знать…

Еле поспевая за быстрыми шагами Папы, Рухома догнала его и пошла рядом. У синагоги, которая принадлежала организации «Молодой Израиль», он попросил девочку подождать его. Но едва Папа вошел туда, как Рухома, сгорая от любопытства, скользнула следом.

Зал был полон. Только что кончили читать недельную главу из Торы. Мгновение Папа стоял у входа, потом взбежал на возвышение, ударил рукой по столу, призывая к молчанию, и громко объявил:

— У вас на стене висит объявление, в котором сказано, что «МОЛОДОЙ ИЗРАИЛЬ ВЕЧЕРОМ ТАНЦУЕТ». Тора запрещает юношам и девушкам танцевать вместе. Поэтому вам нужно стереть слова «Молодой Израиль» или слово «танцует». Они не могут стоять рядом…

В этот момент Папа был похож на человека, который сунул голову в улей, чтоб узнать, как поживают пчелы. Послышался рев:

— Выкинуть его! Выкинуть его!

Двое крепких молодых людей подхватили Папу и вышвырнули его на улицу. Рухома, чуть не плача, подбежала к нему:

— Папа, неужели тебе не стыдно, что тебя выгоняют из синагоги? Он пожал плечами:

— Ни капельки. Я должен был заявить мой протест.

Папа расправил плечи, взял дочку за руку и отправился домой, к своим гостям. Ну чем не Дон Кихот?

Организация «Молодой Израиль» существует до сих пор. Но они уже больше не вешают таких объявлений. После Папы много других людей говорили с ними об этом, и в конце концов всем стало ясно, что приказы Торы нельзя отменить по своему хотению. Но сколько времени прошло, пока дошло до них это! А пока над Папой смеялись и рассказывали о его приключениях смешные истории. Давайте послушаем их.

Папа и «сухой закон»

В Америке объявили борьбу с пьянством и ввели «сухой закон», то есть запретили делать вино и водку, и торговать ими. Думали так: «Раз пить будет нечего, то и пьянствовать людям расхочется». Но вышло совсем по-другому — пьяниц раздирала жажда, а ловкие люди, которых называли «бутлегеры», продавали им тайком спиртное. Полиция не сидела на месте. Она охотилась за бутлегерами, а те стреляли в нее из автоматов и всего, что попадалось под руку. В общем, было весело…

И вдруг полиции стало известно, что уважаемый бизнесмен, мистер Яаков Йосеф Герман тоже завел дома винный склад. Какой ужас!

Только этот склад не был тайным. Папа заявил, что «сухой закон» вещь неправильная, евреям не подходит. Ведь нам нужно кошерное вино для субботнего кидуша и гавдалы, и полагается выпить четыре стакана в седер Песах, и много бокалов — на праздник Пурим. Одна из спален в их квартире тут же была превращена в лабораторию по производству вина.

В дом потянулись покупатели. Папа брал с них деньги только за стоимость продуктов, из которых он делал вино. Полиции не пришлось ломать голову, как поймать его на месте преступления, не пришлось скрестись в дверь и женским голосом говорить, что пришла телеграмма. Папа и так ничего не скрывал. Его вызвали в суд и обвинили в незаконном производстве спиртных напитков.

В суде Папа тоже не стал петлять и изворачиваться. Он заявил, что работает на Босса и что вино нужно евреям для соблюдения мицвос и прибыли от вина он не получает. Папа говорил с таким жаром, что судья сдался и признал, что он прав.

Молоток и полено

По-разному деловые люди начинают день по утрам. Одни считают капитал, другие делают зарядку. Папа начинал свой день с полена. Наш закон советует есть «пат Исроэль» — хлеб, приготовленный еврейскими руками. Это звание сохраняется за хлебом, если еврей хоть немного принимал участие в его выпечке. Однако хлеб пекут спозаранку, а где найти добровольца, который бы вставал так рано? Но доброволец был — проснувшись, он спешил в пекарню, хватал полено, бросал его в печь, где пеклись булки, и хлеб, который попадал после этого на еврейский стол, имел право называться «пат Исроэль»…

Еще диковинней Папа вел себя перед Песах. В это время в его доме всегда красили заново стены. А наши мудрецы постановили, что в память о «Хурбан га-Байт», разрушении Храма, каждый еврей, если он покрасил дом, должен оставить у входа пустой кусок стены размером локоть на локоть. Кто-то мог бы сказать, что это слишком много. Но не Папа. Лишь только маляры складывали кисти, как он брал тяжелый молоток, лестницу, и, забравшись на нее, начинал отбивать над дверью краску.

«Память» на иврите «зехер». Мама держала лестницу и просила:

— Янкев Йосеф, не такой большой зехер…

Но Папа слезал только тогда, когда вся краска над дверью была отбита. Люди, проходившие мимо, посмеивались над его чудачествами и невольно вспоминали Храм…

Летнее купание

Это история о том, как Папа проиграл сражение. И не потому, что у него не хватало сил. Просто не пришло подкрепление и пришлось отступить. Но давайте по-порядку.

Был чудесный солнечный день, первый день летних каникул. Рухома с подружками давно собиралась искупаться в океане на Кони-Айленд. Сегодня, наконец, этот час наступил. Правда, сперва пришлось втиснуться в битком набитый поезд, и, трясясь в такт его толчкам, понять, что чувствует сардина в консервной банке. Но потом банку открыли, и кондуктор произнес магические слова: «Кони-Айленд, конечная, все на выход…»

Впереди ворочался прохладный сине-зеленый океан. Быстро зайти в кабинку, где за десять центов можно переодеться, и, пробежав полоску горячего песка, упасть в соленую воду, плыть, плыть…

Так думала Рухома, ходя по комнате и собирая купальные принадлежности. Но тут из кухни вошла Мама и внесла небольшую поправку:

— Знаешь, Папа сказал, что тебе не стоит ездить на Кони-Айленд. В двенадцать лет ты уже считаешься молодой леди, а по нашему закону женщинам нельзя быть на одном пляже с мужчинами.

Гевалт!

Это слово кричат на идиш, когда внезапно происходит что-то неприятное. Точный перевод:

— Караул! Спасите! Пожар! Полиция!

Ой, гевалт, геваят… Рухома стремглав бросилась к зеркалу. Может, случилось чудо и навстречу ей оттуда выглянет солидная женщина, которой и впрямь не пристало скакать с подружками по песку? Ничуть не бывало! В зеркале по-прежнему отражалась худая девочка с короткой стрижкой и озорными глазами. Ну где же справедливость?! Тут как раз Папа пришел домой после утренней молитвы, и Рухома встретила его длинной очередью:

— Папа, я еще не леди! Я выгляжу моложе своих двенадцати, все так говорят! Ты не пускаешь меня в кино! Ты запретил брать романы в библиотеке! А загорать полезно, и ты сам говорил, что надо уметь плавать. А как же я научусь плавать, если ты не пускаешь меня на Кони-Айленд?!

Папа уселся в кресло и усадил Рухому. Он сказал:

— Послушай, если ты прочтешь на берегу приказ полицейского управления: «Опасное место! Плавать нельзя!», наверно, тебе не захочется входить здесь в воду. По двум причинам: во-первых, ты будешь бояться несчастного случая. Во-вторых, тебе не захочется нарушать закон. Так вот, купание на Кони-Айленд опасно для твоей души. И есть закон Торы, который его запрещает…

Рухома все понимала. Она не сомневалась, что Папа говорит чистую правду. Но солнце-то светило и подружки вот-вот должны были позвать ее с улицы… Поэтому в носу защипало и слезы сами появились на глазах. Мама не могла смотреть на это и сказала, повернувшись к Папе:

— Сделай что-нибудь, Янкев Йосеф! Неужели для Рухомы не найдется место на берегу?

Несколько минут Папа думал, а потом стремительно выпрямился, как рыцарь, который собрался в поход.

— Адель, дай мне лучший костюм и субботние ботинки. Я иду к мэру Нью-Йорка!

Рухома едва могла поверить своим ушам. Папа — к мэру — ради нее? Но решение уже было принято, и папины шаги застучали по лестнице. Потянулось ожидание. Рухома пила холодное молоко из стакана и гадала, почему Папы нет так долго. Может, мэр отказался его принять, а Папа стал настаивать? Полетели столы и стулья, прибежала полиция… Рухома уже видела, как Папа стоит за решеткой и, показывая на нее пальцем, говорит:

«Это случилось только потому, что тебе приспичило ехать на Кони-Айленд…»

Но Папа уже стоял в передней. Он снял шляпу, надел ермолку и вытер пот со лба большим платком. Потом стал рассказывать:

— Попасть к мэру города было не так легко. Сначала я говорил с его секретарем. Потом с его заместителем. Они не хотели пускать меня, потому что я не записался на прием заранее. Но я растолковал, насколько важное у меня дело, и в конце концов мэр меня принял. Он был очень любезен. Он сразу понял, чего я хочу — устроить отдельные места купания для мужчин и женщин. Но как вы думаете, что он ответил мне?

«Рабби, вы единственный человек в Нью-Йорке, который обращается ко мне с такой просьбой. Согласитесь, я не могу выделить для вас одного целый пляж…»

Мэр был прав. И Папа был прав. Не правы были евреи, которые, спасаясь от жары, ехали на Кони-Айленд, на общий пляж. Это их голосов не хватило Папе на свидании с мэром. Как нам порой не хватает друг друга!

Шуба на вешалке

Мама долго уговаривала Папу купить зимнее пальто на меху. Джентльмен без теплого пальто — что скажут люди! Папа наконец ее послушался, но шубу свою почти не носил: ему было жарко. Есть, кстати, такое выражение на идише, «цадик ин пелц», цадик в шубе. Называют так человека, который сам строго соблюдает закон, а до того, как это удается другим евреям, ему нет дела. Так вот, такую шубу Папа тоже не носил.

Как-то в летний день Папа исчез и появился только под вечер, загоревший, с огромным плакатом в руках. На нем было написано: «ЕВРЕЙСКИЕ ЮНОШИ И ДЕВУШКИ! НАША СВЯТАЯ ТОРА ЗАПРЕЩАЕТ СОВМЕСТНОЕ КУПАНИЕ»,

— Где ты был весь день, Янкев Йосеф? — спросила Мама.

— Ходил взад-вперед по берегу Кони-Айленд, Наши дети не всегда помнят приказы Торы, вот я и взял этот плакат…

А ведь Папа мог провести день дома, в холодке, ругая нарушителей закона и радуясь тому, какой он правильный, что не загорает сейчас на общем пляже. Вместо этого он, как безработный негр, бродил среди людей, надев на шею плакат с объявлением.

И голос Торы был слышен на улицах.

А шуба висела на вешалке.

Когда надо сердится

Часто говорят с насмешкой, что у верующего еврея все лежит по полочкам: когда молиться и когда работать, когда есть вкусное и много (по субботам), а когда довольствоваться простой едой. Пожалуй, так все и есть на самом деле. Более того: в законе говорится даже, когда надо сердиться, а когда нет, Шулхан Арух предписывает воздерживаться от гнева всегда, кроме тех случаев, когда это нужно для целей воспитания. Тогда, оставаясь в душе спокойным, можно показать свой гнев.

У синагоги, стоявшей на Пайн-стрит, были финансовые трудности. Чтобы поправить их, администрация как-то начала продавать входные билеты в субботу. Получалось, что тот, кто соблюдал шабат и не имел в кармане денег, не мог войти.

Но надо же понять, что это было временной мерой, да! А мимо проходил Папа и он этого не понял. Увидев, как на Пайн-стрит оскорбляется суббота, он пришел в ярость. Но, чтоб исправить дело, требовалось быть спокойным, поэтому ни один мускул на его лице не дрогнул, а серые глаза светились холодным блеском. Он позвал председателя общины и попросил разрешения войти без билета. Ничего не подозревая, тот позволил. Папа вошел в зал. Снова пламя вспыхнуло в его душе.

Но евреи читали молитву. И хотя они нарушили приказ Гашема, но в то же время хотели служить Ему…

Молитва закончилась. И тут Папа взорвался. Мы не знаем, удалось ли ему при этом сохранять внутреннее спокойствие. Но люди вздрогнули от его крика:

— Вы хотите собирать деньги на шул, оскверняя субботу?! Лучше пусть синагога будет закрыта!

Зал зашумел. Администрация всполошилась. Кантор отказался продолжать молитву. Со всех сторон Папу спрашивали, зачем его, собственно, сюда принесло.

Но билетов больше не продавали.

Папа играет в дедушку

Евреи, попав в Америку, боялись, что не найдут кусок хлеба. Но вот они находили его, и тогда начинали бояться собственного дедушку. Смешного дедушку из далекого польского местечка, который носит длинный сюртук и пейсы, который пугается трамваев и не говорит по-английски. И вот, когда такой дедушка приезжает проведать родных в Америку, то над ним все смеются, да заодно и над внуком тоже.

Люди привыкли, что такому дикарю надо все объяснять по сто раз. Ну, да что с него возьмешь?

А с Папой, между тем, приключилась вот какая история.

Перед праздником Суккос он построил суку на крыше дома, в котором жила их семья. К нему пришел пожарный инспектор и заявил, что этот шалаш представляет угрозу, как бы не случиться пожару, и что по этому поводу Папе нужно явиться в суд. Папа знал, что все в мире происходит по воле Босса, и что скорее может загореться айсберг в Ледовитом океане, чем шалаш, построенный по Его приказу. Но как это объяснить судье?

Папа и не стал ничего объяснять. Он решил переодеться дедушкой из местечка, которому все приходится говорить по сто раз. Пейсы и длинный сюртук у него уже были. Предстояло только забыть английский, что Папа и сделал. В зал суда он пришел с переводчиком, причем вел себя так, как будто только что удрал от трамвая.

Судья понял, с кем имеет дело. Он начал терпеливо объяснять:

— Мистер Герман, вы обвиняетесь в том, что построили на крыше дома нелегальную хижину. Ее надо немедленно разобрать.

Переводчик перевел слова судьи. Папа воскликнул на идише:

— Скажи ему, что я согласен, но это займет у меня две недели! Переводчик перевел судье слова Папы. Судья строго сказал по-английски:

-Нет, это слишком долгий срок. Я даю вам восемь дней, иначе придется уплатить большой штраф.

Через восемь дней праздник закончился, и сука, согласно приказу была разобрана. Папа снова стая говорить по-английски без переводчика.

Приезд гаона

Как стать цадиком, праведником, никто не знает. Но как должен вести себя цадик, знают все. В глухом уединении, вдали от мира, он должен обучать учеников и сочинять книги, которые обычному человеку совершенно невозможно понять. Если у него просят совета, он его дает…

Но не лезет с советами, когда не надо! Не отрывает от дела занятых людей! Понятно вам, реб Янкев Йосеф? Вы знаете, до чего додумался этот чудак? Построил суку во дворе своего магазина! Вообще-то в праздник Сукот такой шалаш должен выстроить каждый еврей. Но только если есть возможность, джентльмены, только если есть возможность! Ведь по закону сука должна стоять под открытым небом, чтоб сквозь ветки видны были звезды. А такое место в Нью-Йорке найти трудно. Сам мистер Герман такое место все-таки нашел и суку на крыше своего дома построил. Мало ему: должна быть сука и в магазине, чтоб покупатели-евреи, которые заглянут туда в промежутке между праздничными днями, тоже могли бы выполнить мицву…

Так я вам скажу — это удар ниже пояса. Нельзя думать только о себе, мистер Герман. У вас один магазин — хорошо. А что делать бедному Рокеаху, фабриканту мыла? Строить шалаши на всех своих фабриках? Или несчастным Голдвину и Майеру, владельцам кинофирмы? Возить за собой суку на все съемки?

А что реб Янкев Йосеф сделал с океанским кораблем, который мирно плыл через Атлантику? Мистер Герман ехал на нем в третьем классе. И это, я вам скажу, больше походит для какого-нибудь портного-неудачника, чем для владельца преуспевающего мехового дела. Иногда нужно уметь вынуть из кармана лишний доллар, я понятно выражаюсь?

Н-да. Только самому мне что-то не все ясно. Оказывается, реб Янкев Йосеф вез с собой четырех юношей, которые должны были учиться за его счет в польской ешиве. Лишний доллар, я сказал? Но не сто, не тысячу, ведь есть же всему границы…

Для всех, но не для мистера Германа. Спозаранку он покидал свой третий класс и начинал дубасить в двери еврейских пассажиров второго и первого класса, собирая их на миньян. Ни одному еврею не удалось этого избежать. Миньян собирался три раза в день, на Шахарит, Минху, Маарив, В истории атлантического судоходства это, наверно, было впервые… Корабельный бассейн мистер Герман переделал в микву, повар кошерной кухни стал готовить под его руководством субботний чолнт, и так далее, и тому подобное. Когда корабль пристал к берегу, капитан вытер пот со лба, а пассажиры прозвали реб Янкев Йосефа — «мистер Миньян».

Однажды в Нью-Йорке случилось важное событие. Из Европы пришла весть, что сюда приезжает известный цадик, глава прославленной Каменецкой ешивы, гаон реб Борух Бер Лейбович. Большое событие, высокая честь. Тот, кто слышал, как реб Борух Бер поет субботние песни, чувствовал, как оковы отпускают его душу, и она начинает бить крыльями, словно птица, готовая взлететь. А как он произносит Броху! Вы бы видели… Лицо его напрягалось и голос дрожал от страха перед Тем, Кто послал в этот мир его душу. «Б-б-борух!..» И святость нашей пищи становилась понятной даже тем, кто вообще не знал, что такое броха…

Мэр Нью-Йорка, Джимми Уокер подарил реб Борух Беру ключи от города и при этом сказал:

— Рабби Лейбович опровергает дарвиновскую теорию эволюции. Такого святого человека мог создать только Б-г…

Много людей пришли встретить цадика: банкиры и фабриканты, профессора и главы еврейских общин. И тут возникла маленькая заминка. Оказалось, что реб Борух не сможет съесть в гостях даже тарелку супа.

Кошер… Одни соблюдали его больше, другие меньше, но никто не мог, глядя в чистые глаза цадика, сказать: «Ребе, у меня вы можете есть спокойно…» Цадикам не лгут. Важные люди, окружавшие реб Борух Бера, могли без труда добыть для его стола редкое блюдо. Но вряд ли кто-то сумел поручиться, что его кухарка, разбивая яйцо, проверяла, нет ли там сгустка крови.

Для такого ручательства мало быть умным и энергичным. Для этого надо уметь говорить «Б-б-борух» так, как это делал глава Каменецкой ешивы.

Прошло уже шесть часов, как реб Борух Бер ступил на берег Америки, а он все еще не съел ни кусочка.

А что думал по этому поводу он сам?

Оказалось, что перед поездкой ему сказали, что в Нью-Йорке живет большой еврей по прозвищу «Махнис Ореах», «Собиратель Гостей», в доме которого кошер соблюдают на сто процентов. Его зовут реб Яаков Йосеф Герман. И реб Борух Бер может попросить разрешения обедать у него. Надеясь на эту возможность, он и пересек океан…

Тут все вздохнули с облегчением.

Реб Янкев Йосеф. Ну конечно! Мистер Герман. Именно он! Но где же он, почему его нет в толпе встречающих? Неужели он куда-то уехал, и тогда им всем, со всем их капиталом и влиянием, останется только бессильно развести руками?

Словно читая их мысли, Папа в это время говорил Маме, что собирается поехать в гостиницу, где остановился высокий гость, и пригласить его обедать у них дома.

— Янкев Йосеф, неужели ты думаешь, что, окруженный такими важными людьми, он согласится поехать к нам? И потом взгляни на нашу мебель — она почти разваливается…

Папа взглянул на Маму с удивлением:

— Адель, как ты можешь так говорить? Если такой большой человек может быть гостем в нашем доме, неужели мы позволим этой золотой возможности выскользнуть из наших рук? Я еду прямо сейчас, чтобы передать приглашение… Рухома, надевай пальто!

И вот Папа с Рухомой стоят в вестибюле отеля, где остановился реб Борух Бер. Там толпилось много евреев — важные, солидные, строгие. Они не галдели, они шумели шепотом.

— Гаон никого не принимает сегодня…

— Он очень устал…

— Его номер на втором этаже, но вы туда не попадете…

Слыша все это, другой человек на месте Папы повернулся бы и пошел восвояси. Но Папа пришел звать гостя, и его уже никто не мог остановить. Пробравшись сквозь толпу, они стали подниматься по покрытой коврами лестнице. В коридоре, где остановился гаон, тоже было много народа. На папин вопрос, может ли он на минуту увидеть реб Борух Бера, сразу послышалось:

— К сожалению, никто не сможет повидать его сегодня. Может быть, если вы придете завтра…

Но тут кто-то быстро спросил у Папы:

— Простите, как ваше имя?

— Герман.

— Вы знаменитый реб Яаков Йосеф Герман, Махнис Ореах — «Собиратель Гостей»?

— Я просто Герман из Ист Сайда.

Папу с Рухомой тут же ввели в номер к гаону. Их провожатый объявил:

— Реб Яаков Йосеф Герман здесь!

Глава Каменецкой ешивы, гаон реб Борух Бер Лейбович повернулся к Папе и сказал от всей души:

— Борух Гашем, что вы пришли! Мы вас ждали… Теперь никто не учил Папу, как цадик должен себя вести. Ведь если б Папа сидел в уединении, он бы ни за что не пришел в гостиницу. А если б он не был цадиком, реб Борух Бер не стал бы брать пищу из его рук. Значит, Папа все делал правильно. Многим, наконец, это стало ясно.

Друг

У Дон Кихота не было друзей. У него был оруженосец Санчо Панса, который являлся для своего рыцаря чем-то вроде очков. То, что Дон Кихот видел в розовом свете, оруженосец видел в обычном, то есть в черном. При этом он был так же беспомощен, как его хозяин. Ведь если смотреть на груду кирпичей и повторять, что это только груда кирпичей, всего-навсего, и ничего больше, то никогда не выстроишь из нее дом. И сам будешь дрожать, и дети твои рядом…

Папа знал, что строить и умел это делать… Но тяжело работать в одиночку. Он был похож на часового, которого другие солдаты поставили сторожить крепость, а сами устроили пир и крепко заснули. И тут как раз подошел враг. Ворота, правда, на замке, стены высокие, но если неприятель догадается, что люди спят, то поставят с четырех сторон лестницы и крепость пропапа. Что было нашему солдатику делать? Затянул он потуже пояс, зарядил все ружья, забил ядра во все пушки и стал бегать от бойницы к бойнице и палить» Как будто целый гарнизон отстреливается. А сам думал — ну когда же, когда же, когда они проснутся?..

Но был в жизни Папы час душевного спокойствия, когда все тревоги и неурядицы дня складывались в цельный узор и отбрасывали тонкий чистый луч правды. Это случалось вечером, когда Папа сидел в шул и учил людей Торе. И бывало не раз, что, притянутый ее магнитом, на пороге появлялся молодой человек и, смущаясь, объяснял, что хотел бы побольше знать о еврейском законе и ищет кого-то, кто мог бы помочь ему.

Папа становился этим «кем-то».

Одним из юношей, пришедшим в этот вечерний час, был Хаим Варшавский. Он работал учеником переплетчика. После знакомства с Папой, все свободное время Хаим проводил рядом с ним, изучая Тору. Он учил ее в поезде, по дороге на работу, и возвращаясь с работы. Он учил ее остаток дня — с шести вечера и за полночь. У Хаима были способности и упорство. Настало время, когда он хорошо знал весь Талмуд.

Этот сильный человек взялся соблюдать наш Закон так, как это делал Папа, и не сошел с пути, не сорвал дыхания. Чтоб провести с Папой праздник, Хаим шел к нему пешком из Бронкса два с половиной часа. Когда он открыл свое переплетное дело, то, подобно Папе, стал на свои деньги посылать учеников в польские ешивы. Бедняки, проводившие шаббос в доме Германов, в будние дни приходили в мастерскую Варшавского, чтобы получить щедрую пдоку и поддержку в делах. Говорится, что человек, который может быть пророком — передавать людям приказы Гашема, должен обладать некоторыми предварительными качествами. Он должен быть гибор, ашир и хохом — богатырь, богач и мудрец. Похоже, что у переплетчика Варшавского были эти свойства. И вот, когда рядом с Папой стоял такой человек, кто бы осмелился сравнить мистера Германа с Дон Кихотом?

Секрет Дон Кихота

Разные солдаты есть в армии Гашема. Есть «невиим», пророки, которые показывают евреям будущее, чтобы они исправились и твердо встречали испытания. Есть «гиборим», богатыри, которые вступали в бой с многочисленным врагом и гнали его прочь из Израиля. Есть «шофтим», судьи. В трудное время, когда связи между евреями рвутся, когда слабеет понимание Закона, они выходят, чтобы бороться со злом, и приближать народ к Торе. По складу души Папа, наверное, был судья.

Есть разница между ним и Дон Кихотом. Надо открыть маленькую тайну: есть сведения, что автор этой книги, Мигель Сервантес, был маран. Так называют евреев Испании, которые не покинули эту страну, как их собратья, а под угрозой пыток и костра приняли крещение. Кто-то продолжал при этом тайно соблюдать Закон. Кто-то искренне пытался жить в шкуре испанца. Горький опыт такой жизни описан в приключениях рыцаря. Вместо факела Торы розовый туман романов, И грязь, которая летит в тебя со всех сторон.

Мараном может сделать человека не только костер, но и жажда денег. Если принц обеднел, его можно уговорить наняться в слуги, И вот Папа носился среди этих слуг и кричал:

«Все евреи — царские сыновья! Вспомни об этом! Возьми Тору!»

Ты еврей. У тебя есть Босс.

В его руках нити событий и судеб.

Он посылает успех человеческим делам.

И об этом следующая история.

Улица торговцев

У Дон Кихота и Папы была в жизни решающая схватка, потребовавшая напряжения всех сил.

Дон Кихот атаковал ветряные мельницы, которые принял за злых великанов, был сброшен с лошади и сильно расшибся.

Папа штурмовал улицу торговцев и победил.

Что это за улица торговцев такая? А, да это знаменитая Орчад-стрит, куда евреи на тележках привозили различный съестной товар и, выстроившись в ряд, зазывали покупателей. Капитал бродячего торговца невелик, и от того, сумеет ли он сегодня распродать товар, будет зависеть, сможет ли он начать дело завтра. Поэтому торговцы кричали громко и торговали до позднего вечера. Даже если это вечер пятницы, когда с заходом солнца начинается шаббат. Даже если это утро субботы…

Орчад-стрит торчала у Папы занозой в душе. Он не мог примириться с тем, что так много евреев публично нарушают субботу. И Папа стал готовиться к осаде. Он напечатал в газете объявление, что хочет создать «агудас балебатим», союз отцов семейств, которые будут распространять идишкайт в городе Нью-Йорке. И такой союз был создан. Там было немного людей, но они шли за Папой в плотном строю. А он повел их на улицу торговцев.

Мама всегда закупала провизию к субботе на Орчад-стрит и хорошо знала характер ее обитателей. Поэтому она боялась, что Папу побьют. Рухома была послана следить за ходом кампании, и благодаря этому у нас есть отчет о событиях.

Когда солнце клонилось к закату, Папа с товарищами появились на Орчад-стрит. Подходя к лотку за лотком, они вежливо напоминали, что скоро шаббос, и продолжать торговлю, значит нарушать еврейский закон. В ответ раздались крики:

— А как я прокормлю детей?

— Где я в другое время найду столько покупателей?

— Тебя бы на мое место!

— Да кто вы такие, чтоб нас учить!

Кто-то грозился позвонить в полицию. Кто-то лез с кулаками. Но пара человек как-будто о чем-то вспомнили. Они сложили товар и укатили прочь свои тележки.

В следующую пятницу Папа с товарищами снова были на Орчад-стрит. Как врачи, совершающие обход больных, они снова пошли от лотка к лотку. Все поняли, зачем они пришли. И встретили их градом проклятий. Но «союз отцов семейств» собрал нервы в комок и продолжал повторять:

— Простите, но скоро шаббос…

Им желали вагон несчастий, причем пожар и сломанные ноги были только на закуску. Их толкали. Но отцы семейств продолжали штурм. Они сложились и собрали некую сумму денег. Теперь Папа спрашивал каждого торговца:

— Вы говорите, что туго с деньгами? Сколько вам удается выручить за субботу? Если вы прекратите торговать, я прямо сейчас готов отдать эту сумму…

Находились люди, которым подходило это условие. Они брали деньги и покидали торговый ряд.

В Америке с уважением относятся к долларам. Многие из торговцев слишком давно справляли субботу, чтоб пробудить в душе ее вкус. Но деньги они мусолили в руках каждый день. И теперь, видя как солидные люди, преуспевшие в жизни больше, чем они, платят эти уважаемые доллары, чтоб дать им субботний отдых, они почувствовали, что за этим лежит что-то настоящее…

Несколько месяцев, как на работу, Папа каждую пятницу ходил на Орчад-стрит. Ряд торговцев редел. Под конец сдались самые упрямые и несговорчивые. Может, им удалось все же вспомнить далекое местечко и старую мамину скатерть, на которой горели субботние свечи.

Орчад-стрит вдруг стала очень-очень кошерная. Торговля в шаббос? Никогда! Лотки по праздникам? Да вам это приснилось! Взгляните сами — бывшие продавцы и покупатели чинно прогуливаются по ней с женами и детьми, обмениваясь привычным «а гут шаббос!» И всем казалось, что так было всегда.

Папа становится раввином

Есть такая книга «Шулхан Арух», что означает «накрытый стол». Там описана вся жизнь еврея — как он должен молиться и как есть, как воспитывать детей и как давать цдоку. Каждый может взять и прочесть ее. Но если возникает сложный вопрос, тогда идут к раввину, знатоку еврейского закона, который поможет в нем разобраться. Можно сказать, что раввин, как вратарь, стоит на воротах, чтоб не пропустить нарушения Торы.

Вратари обычно не бегают по полю. Но иногда нужно бросить все силы, чтоб одолеть противника. И тогда появляется «играющий вратарь» который ведет атаку вместе с остальными. Таким вратарем был Папа. Он никогда не учился в ешиве и не получал «смихи» — документа, дающего право считаться раввином. Но, кормя свою большую семью, он постоянно учил Тору и вставал стеной, когда ее приказы нарушались.

Как-то он был на шаббос в ешиве, которую помог открыть. Одного из ее новых учителей вызвали к Торе. Папа заметил, что тот не смотрит на буквы во время чтения, а стоит, отвернув голову. Когда молитва закончилась, и этот учитель вышел из шул, Папа пошел за ним следом. Через несколько кварталов учитель завернул в магазин и купил пачку сигарет. Папа немедленно встал на его пути:

— Реббе, который учит еврейских детей, нарушает субботу?! Чтоб вы не смели больше появляться в ешиве!

Когда Папу потом спросили, что навлекло его на подозрение, он объяснил:

— Еврей, который не смотрит в Тору во время ее чтения, всегда подозрителен в моих глазах. Он был так холоден, как лед…

А Тора — это жизнь, это огонь. И Папа горел этим огнем. Шулхан Арух предписывает давать цдоку не только нищим, а вообще помогать всем, кто нуждается в опоре. Один Рош-ешива рассказывает:

— У меня было серьезное воспаление десен и пришлось вырвать все зубы. Но вставные стоили очень дорого, а у меня не было денег. Однажды реб Яаков Йосеф навестил меня по какому-то делу. Он заметил, что во время разговора я прикрываю рот рукой. Узнав о причине этого, он сказал: «Реббе, пошли со мной к зубному». Придя к врачу, он заказал мне вставные зубы и оплатил расходы. Все эти годы я его благословлял…

Когда Рухома выходила замуж, один из гостей, реб Моше Мордехай Эпстейн, глава Слободкинской ешивы в Хевроне, написал в брачном документе: «Рухома, дочь Рава Яакова Йосефа Германа». Папа быстро поправил его:

— Ребе, я не рав. У меня нет смихи. Гость возразил:

— Реб Яаков Йосеф, я даю вам смиху прямо сейчас. Значит, вы рав. Так Папа стал раввином, А может, он был им уже давно?!

Королевские дочери

Бесси подросла, и Папа решил подыскать ей жениха. Богатые и родовитые кандидаты были отвергнуты один за другим…

В Торе говорится, что на родителях лежит обязанность устроить брак своего ребенка. Этот приказ, как и все остальные, Папа старался выполнить, не задерживаясь. Молодым людям хочется жениться, девушкам — выйти замуж, это желание вложил в них Гашем, и для чего же тогда тянуть время? Едва дочери исполнялось семнадцать лет, как Папа начинал искать ей жениха.

Но это не значит, что он находил его быстро.

Весь Нью-Йорк ломал голову над тем, какого же мистер Герман хочет себе зятя.

Многие пытались занять этот пост, но уходили, не выдержав даже предварительного испытания, Один молодой богач сказал Папе:

— Став вашим зятем, я мог бы оказать вам большую финансовую помощь, мистер Герман. Особенно сейчас, когда у вас трудности с вашим бизнесом…

Папа ответил просто:

— Моя дочь не для продажи.

Так! Значит, Реб Янкев Йосеф ищет что-то другое. Скажем молодого человека из известной раввинской семьи, вроде того, которого недавно познакомили с его дочерью Фрейдой. Но вот девушка приходит после встречи с ним и говорит — «нет». Он ударил котенка ногой на улице. Вы слышали? Котенок, большое дело! Но Папа вычеркивает эту кандидатуру.

Значит, ни гелд, ни йихус, ни деньги, ни происхождение не интересуют мистера Германа. И как же он найдет женихов для своих дочерей?

Одного жениха Папа похитил.

Он познакомился с Хаимом Шейнбергом, когда тому было четырнадцать лет. У него были способности к Торе, большое желание ее учить и папа, владелец ателье, который относился к этому с прохладой.

Наш Папа уговорил Хаима поехать в город Нью Хэвен, чтобы поступить там в ешиву. Отцу они решили пока ничего не говорить. Папа посадил Хаима на поезд. Мальчик имел при себе тефиллин, пакет с едой и деньги на дорогу. Остальное должны были выслать родители.

Тут, однако, получилась заминка. Когда Папа сообщил владельцу ателье о решении его сына, тот отодвинул от себя подальше ножницы, булавки и прочие колющие и режущие предметы. Потом он попросил Папу вернуть ему сына.

Немедленно. Но когда связались с Хаимом, он отказался возвращаться.

А отец сказал, что тогда он не вышлет ему никаких вещей.

Но Хаим все равно продолжал учиться.

Через три недели мистер Шейнберг сдался. А Папа пришел домой и сказал:

— Адель, у меня есть бриллиантовый мальчик для Бесси…

Бесси, которой тогда было всего двенадцать лет, встрепенулась и глаза ее заблестели. Дело в том, что она очень любила малышей, и нянчила детвору в своем квартале. Неужели она скоро станет мамой? МАМОЙ! И у нее будут свои малыши… Неужели Папа собирается сделать ей такой чудесный подарок?

Папа собирался.

Да, но мистер Шейнберг?.. Он по-прежнему имел зуб на Папу за всю эту историю с похищением. И все же Папа на что-то рассчитывал. Может, он предчувствовал, что со временем мистер Шейнберг простит его, и они даже станут хорошими друзьями, и не будет никаких препятствий к тому, чтоб их дети породнились,

И знаете, так оно и вышло. Когда Бесси было семнадцать лет, а Хаиму девятнадцать, они оказались под хупой. Сбылась мечта Хаима: всю жизнь он посвятил изучению Торы. Сбылась мечта Бесси: спустя недолгое время она держала на руках собственных малышей. И Папина мечта тоже сбылась.

Свадьба Эстер

Это очень хорошо, что Колумб открыл Америку Северную, а не Южную. Потому что, если бы он дал руля влево на десяток градусов и заехал в устье Амазонки, евреям бы пришлось попотеть. Ведь если человек приезжает в незнакомое место и хочет сойти там за своего, то одно дело спрятать пейсы и мирно есть в столовой курицу, которой позабыли сделать шхиту, и другое — украсив себя разноцветными перьями, охотиться в диких зарослях на крокодила.

Вам понятна разница?

Хотя находятся люди, которые говорят, что в Южной Америке им было бы даже сподручней. Не надо там ни костюмов, ни галстуков. Надергал перьев из попугая — вот тебе и наряд на будний день. И вальс не надо учиться танцевать. Шаг вперед, два назад, сколько пальцев евреи отдавили с этим вальсом! А в долине Амазонки просто: прыгаешь вместе с другими приличными людьми вокруг столба, и кричишь погромче. Вот и вся музыка.

Но все-таки большинство людей считало, что лучше пусть вальс, но без крокодилов. И ехало в Соединенные Штаты,

И там встречали Папу. И он говорил им, что и в России, и в Америке, и в Китае, и в Австралии еврей должен вести себя как еврей, потому что такая у нас служба.

Сын Папы, Нохум Довид, пришел однажды в дом, где собралось много друзей и родственников. Вдруг влетел взволнованный молодой человек и крикнул:

— Янкев Йосеф идет!

Поднялась суматоха. Мужчины, которые явились без шапок, бросились по дому, хватая все, что попало, лишь бы прикрыть голову до прихода Папы.

Как шериф в ковбойском фильме, Папа появлялся там, где его не ждали,, И требовал, чтобы выполнялся закон. Закон нашей Торн.

Но это были стычки. А когда Папа выдавал замуж свою старшую дочь Эстер, пришлось дать большое сражение. На свадьбу пригласили несколько сот родственников и знакомых — людей дорогих, хороших, но порой отдавших много сил, чтобы сойти за своего в Северной Америке. Теперь нужно было напомнить им о некоторых вещах, которые они успели забыть, причем мягко и непринужденно, чтобы не испортить праздника.

Папа пошел в типографию, чтоб заказать пригласительные билеты, которые собирался разослать гостям. Хозяин взглянул на текст, который требовалось напечатать, и сказал слегка дрожащим голосом:

— Мистер Герман, вы абсолютно уверены, что на карточках надо напечатать эту фразу — «ЛЕДИ, ПОЖАЛУЙСТА, ПРИХОДИТЕ ОДЕТЫМИ СОГЛАСНО ЕВРЕЙСКОМУ ЗАКОНУ!»

— Печатайте, как есть, я ничего не хочу менять, — решительно сказал Папа. — И еще я хочу заказать вам отдельные карточки, на которых будет написано: «МУЖЧИН И ЖЕНЩИН ПРОСЯТ ТАНЦЕВАТЬ ОТДЕЛЬНО».

Хозяин типографии покачал головой:

— Люди будут смеяться над вами, мистер Герман,

— Пусть себе смеются. А я буду следовать приказам Торы. Я вас прошу напечатать еще вот это: «ВСЯ ПИЩА ПРИНАДЛЕЖИТ ГАШЕМУ. И ТОЛЬКО ПОСЛЕ БРОХИ — ВАМ».

Хозяин понял, что с Папой спорить бесполезно, и взялся за работу. А Папа поспешил в ресторан, где должна была состояться свадьба, и попросил откошеровать все кастрюли и сковородки, поставить новую посуду. Это требовало дополнительных затрат, но Папа не скупился. И еще он попросил, чтоб огромному количеству цыплят, которые подавались к свадебному столу, делали шхиту в его присутствии. Так тщательно он готовился к приему людей, многие из которых уже и забыли, сколько часов надо ждать, чтоб попробовать молоко после мяса, и когда перед ними ставили кусок осетрины, то они не спрашивали, есть ли у нее чешуя.

Но они были евреи. А сказано, что все евреи — сыновья царей. И даже ноли царскому сыну случилось натянуть на голову мешок, Папа видел блеск короны под грязной тканью.

Надо ли говорить, что свадьба проходила шумно! Один из родственников дежурил у входа, и те женщины, которые явились с непокрытой головой или голыми плечами, получали от него платок, чтоб убрать этот изъян. Заиграла мягкая музыка и некоторые гости, хорошо помня, что они не в Южной Америке, где пляшут вокруг столба, а в Северной, где в почете вальс и другие танцы, стали кружиться на полированном полу. Папа подходил к каждой паре, говоря:

— Я должен просить вас остановиться. Тора запрещает мужчинам и женщинам танцевать вместе.

Среди гостей поднялся ропот. Папины запреты обсуждались больше, чем наряд невесты.

— Неужели он будет диктовать нам, что носить? — возмущалась одна женщина.

— Мне пришлось покупать специальный жакет к своему вечернему платью, — вторила другая.

— Танцевать уже не дают… В двадцатом веке! — повторял какой-то мужчина, недоуменно разводя руками.

И все-таки свадьба была веселая. Может быть, потому, что еврейское веселье не зависит от совместных танцев. Вот как описывает это событие брат Мамы, Янкев Лейб в письме к родителям в Эрец-Исроэль:

«Эстер выглядела прекрасной, как сияющая звезда… После того, как был разбит стакан, “мазлтов” разнеслись по залу. Все мужчины взялись за руки и танцевали, встав в круг. Женщины, отдельно от них, делали то же самое. Было удивительно смотреть, как старые и больные танцуют с таким жаром. Старые стали молодыми. Слабые стали сильными. Люди танцевали без перерыва до без четверти двенадцать. В полночь мы пошли в обеденный зал. Рухома держала в руках плакат, который намекал, что надо сделать омовение рук и сказать броху на хлеб. Блюда были изысканными, как во времена царя Соломона. Все гости прочли молитву после еды с большим рвением. Около трех часов ночи счастливые гости стали расходиться, желая жениху и невесте счастья и долгих лет жизни…»

… Америка Северная, Южная, Индия, Австралия, Китай, — всюду, где еврей становится мужем еврейки, над ними поднимают белый балдахин — хупу, и произносят благословение, и разбивается бокал в память о разрушении нашего Храма. Благодаря этому мы — один народ, рассеянный по воле Гашема по всему свету. Благодаря этому, когда будет новый приказ, мы снова можем собраться.

Человек, который пляшет вокруг столба и охотится на крокодила, вряд ли сможет найти общий язык с джентльменом, который танцует вальс и чинно ест недорезанную курицу. Но еврей всегда поймет другого еврея.

Папа очень старался, чтобы люди почувствовали это на свадьбе его дочери. И они почувствовали.

После свадьбы возвращались домой усталые и сонные. Но Папа был бодр и доволен. Он сказал напоследок:

— Дети, когда вы исполняете приказы Торы, надо действовать гордо и без стыда.

С ним никто не спорил.

Короткая история

Что может быть страшнее болезни, которая поражает молодого человека? Муж Эстер заболел нефритом, но его отец, известный раввин, решил не сдаваться.

Это очень короткая история. Наверно, она уместится на одной странице. И она не про Папу, В результате один человек спасается, а другой умирает. Вот послушайте.

Йом Тов, муж Эстер заболел хроническим нефритом. Это болезнь почек, которая часто кончается смертельным исходом. И для Папы с Мамой, и для родителей мужа наступило тяжелое время. Йом Тов был прикован к постели, нужно было помогать Эстер с детьми, нужно было платить большие деньги за лечение. Приглашали одного специалиста за другим, но улучшения не наступало. Наконец известный профессор вынес устрашающий диагноз: Йом Тов будет жить еще полгода.

Его отец, рабби Йосеф Стерн, не мог найти покоя ни днем, ни ночью. После долгих мучений он написал письмо своему учителю, знаменитому Хофец Хаиму, где изливал свое горе и просил молиться за спасение сына. В конце письма он спрашивая, может ли он, годы жизни, отпущенные ему, отдать своему сыну.

Хофец Хаим ответил утвердительно.

Вскоре после этого Йом Тов полностью выздоровел, вопреки прогнозам.

Прошло несколько месяцев.

Его отец заболел раком и через полтора года скончался.

Йом Тов получил тридцать лет жизни, тридцать бесценных удивительных лет, в течение которых можно нести свою еврейскую службу, воспитывая детей, выполняя Тору и мицвос. Он видел, как взрослеют его сыновья и дочери. Он давал цдоку сотням людей, учил друзей Торе, тихо и незаметно успел сделать в этой жизни много добра.

Тихо и незаметно, как его отец…

Когда вам придется услышать злые голоса, негодующие на то, что евреи называют себя избранным народом, расскажите им эту историю. И скажите: вот для этого Гашем нас избрал.

Вряд ли кто-то захочет занять наше место.

Случай в метро

Доверяя Творцу, р. Яаков-Йосеф удостоился близкой связи с Ним. Истории о чудесах.

Было у Папы свойство, которое можно назвать коротким словом «связь».

Связь с тем Местом, откуда идут приказы.

Связь с тем Местом, откуда льется жизнь в этот мир,

И куда человек поднимает глаза во время молитвы…

Но не задирает нахально голову, пытаясь убедить всех, что на самом деле птицы не летают, что на свете существует только прыжок кенгуру. Для этого он запускает в небо ракеты, все дальше и все тяжелее. Как будто хочет сказать: прыжок — дело, а полет — выдумки…

Неправда. Птицы не покидают неба, а кенгуру с размаху шлепается в пыль.

Как начался полет у Папы? Может быть, с доверия. С полного доверия той Воле, которой пронизан мир. Доверяя ей, Аврагам-авину шагнул в огненную печь и остался невредимым. От этого человека, из этой печи вышел необычный народ — евреи.

Папа чувствовал Волю во всем. Однажды Бесси, одна из дочек, увидела на его руке кровоподтек.

— Папа, где ты ушибся? — участливо спросила она.

— Когда я проходил мимо стройки, оттуда упал кирпич и рассадил мне руку. Но я знаю, почему. Один человек просил написать за него письмо, а я отложил это на день. И вот наказан…

Однажды в воскресенье Мама взяла детей и отправилась навестить свою свекровь, папину маму. Они шли по перрону надземной железной дороги, которая в Нью-Йорке представляет эстакаду, протянутую высоко над землей. Нохум Довид немного отстал. Вдруг раздался его пронзительный крик. Дверная решетка проезжающего поезда зацепила его пиджачок и поволокла по перрону. Несколько секунд — и он полетит с высоты. Мама закричала, девочки взвизгнули, машинист почувствовал неладное и круто затормозил. Лицо Дэви было белого цвета. Мама прижала его дрожащее тело и села на ближайшую скамью, перевести дыхание.

А вернувшись домой, она застала Папу с красными глазами, читающего Тгилим. Услышав рассказ о происшествии, он сказал с глубоким волнением:

— Короткое время назад я почувствовал, что надвигается ужасная беда. Я немедленно начал молиться. И Босс ответил моей молитве…

Сигнализация

Меховой магазин Папы был застрахован от жуликов. Если б у него что-то украли, страховая компания должна была бы возместить ущерб. Однажды компания потребовала, чтоб ее клиенты установили электрическую сигнализацию против воров.

Папа подчинился. Но после того, как провода были протянуты, где нужно, Папа вошел в заднюю комнату магазина и слегка приоткрыл окно. Там сигнализация не действовала. Если вор залезет именно в это окошко, он не встретит преград на своем пути.

Зачем Папа это сделал? Он объяснил своим близким это так:

— Я не могу полагаться только на сигнализацию. Конечно, нужно было ее поставить. Но на самом деле защитить может только Босс.

И вот в знак доверия к Тому, Кого он называл своим американским словом, Папа приоткрыл окно…

Бабушка уходит

Бабушка Фрума Рохл, Мамина Мама, собралась в далекий путь. Девять лет назад они с дедушкой уехали в Эрец Исроэль и поселились в Ерушалаиме. Дедушка учил молодежь Торе. Бабушка делала то, что всю жизнь делала: вела хозяйство, помогала бедным, успевала и здесь и там. В этом году дедушка умер. А вскоре бабушка почувствовала, что и ей пора идти вслед за ним. Тогда она попросила приехать своего старшего сына, маминого брата, которого звали Янкев Лейб,

Он приехал и вошел в ее дом, в ее комнату. Там было много друзей и соседей. Они тихо переговаривались и в их беседе мелькало часто слово «цидконис», праведница. Это они бабушку так называли. Янкев Лейб подошел к ее кровати, поцеловал мать, и лицо ее осветилось. Она сказала:

— Борух Гашем, что я дожила увидеть тебя…

И она попросила, чтоб сыну принесли позавтракать, прямо здесь, рядом с ее постелью. Сама бабушка почти ничего не брала в рот, но ей было приятно видеть, как ест ее старшенький, который пятьдесят шесть лет назад появился на свет и стал учить ее, что значит быть мамой. Было десять часов утра, четверг, восемнадцатого Швата, неделя, когда читалась параша «Итро».

Постороннему человеку трудно было бы назвать праведницей старушку, которая слабым голосом отпускает шутки на идиш. Но послушаем, о чем она шутила…

Настал канун субботы и бабушка сказала, что хочет зажечь свечи. Сын ответил:

— Сирены еще не было.

(В Ерушалаиме включали сирену, чтоб все знали о приближении субботы).

Бабушка улыбнулась:

— Зачем мне ждать, когда начнут свистеть на меня? Лучше я на них присвистну…

К ней пришел ученик покойного мужа и спросил, как быть: он начал учиться на шойхета, а тут подвернулась другая работа.

— Хороший бизнесмен никогда не берется за два дела, — ответила бабушка. ~ Продолжай учить шхиту…

Она стала рассказывать сыну, как после приезда в Америку она развесила во дворе талис-катанчики своих сыновей. Соседи спросили с насмешкой:

— Неужели ваши дети действительно их носят?

— А что, разве другой Б-г в Америке? — раздался ее ответ.

Дедушка бился, чтоб обеспечить существование основанной им ешивы, и денег в семье было мало. Бабушка сама пилила дрова. Она ходила в магазин, где по-дешевке торговали несвежим хлебом. Если кто-то рядом покупал свеклу, обрывая зелень, она, пряча гордость, просила отдать очистки ей — чтобы приготовить из них обед на семерых детей… Бабушка, голос которой дрожал при слове «шаббос», никогда не покупала рыбу в пятницу, а только после конца субботы, когда цена ее падала. Весь этот бой, вся эта грошовая экономия нужна была для того, чтоб освободить мужа от поисков заработка, чтоб он не отрывался от главного.

Бабушка была обратной стороной медали. Опорой дома, утопленной в земле. Благодаря ей держалась ешива.

Потом дети подросли и стали хорошо зарабатывать. Денег, которые они присылали в Эрец, с лихвой хватало на жизнь. Но бабушка призналась Янкев Лейбу, что за девять лет пребывания здесь она не купила себе ни одного нового платья. Зато они провели в свой дом водопровод, и люди с их улицы смогли бесплатно получить в дома воду. Зато были сыты бедняки, жившие рядом.

Слишком много небесного было в ее земной жизни, чтоб назвать выход души из тела рубящим словом «смерть». По-еврейски говорится о таких людях «нифтар» — отошел…

Бабушка готовилась к отходу спокойно и быстро, как к субботе прибиралась. Она попросила помыть себя, поменять постель и одежду. Ей хотелось, чтоб после смерти ее тело обмывали на столе из ешивы.

— У меня есть доля в их учебе…

Она сказала сыну на ухо свое главное завещание:

— Передай всем детям, чтоб они соблюдали святой шаббос… Чтоб делали работу Гашема… Чтоб были честными и прямыми… Пусть носят цицис. Пусть вырастят детей, боящихся Б-га. Тогда вам во всем будет удача…

Силы ее слабели, конец был близок. Вдруг бабушка воскликнула, окрепшим звенящим голосом, что видит, как души ее матери, ее родных, ее мужа, выходят сейчас к ней навстречу. Она вытянула ноги и подняла голову. Ее лицо светилось таким светом, что люди, бывшие в комнате, застыли, прикованные к месту.

— Шма, Исраэль… — сказала бабушка.

И ушла от нас. Это было в десять часов вечера, во вторник, двадцать шестого Швата. Стоило так жить, чтобы так умереть.

Ремесло Якова

Наш отец, Яаков-авину, не раз рисковал головой. Однажды он узнал, что его брат и смертельный враг Эсав мчится ему навстречу с отрядом в четыреста воинов. Яаков не мог созвать солдат, не мог запастись оружием. Тогда он обратился к ремеслу, которого не было у брата: он стал молиться. Зазвучал под небом знаменитый «коль Яаков», «голос Яакова» — светлая музыка мудрости и надежды, тревоги и любви.

Единственный голос в мире, которому Гашем отвечал: «Аль тира авди Яаков» — «Не бойся, раб мой Яаков»…

Эту связь Яаков-авину оставил в наследство своему потомству. Чтоб ее сохранить, знающий человек готов пойти на любую жертву. Говорится, что когда собираются вместе десять евреев — миньян, то их молитва не остается без ответа.

Однажды утром, в синагоге города Сен-Луис появился стройный человек в талине и тефилин. Он возник ниоткуда, перед самым началом Шахарита, быстрыми шагами подошел к омуду и спросил, может ли он быть «шалиах цибур» — вести молитву? Пораженные его видом, люди молча кивнули. Незнакомец читал молитву так, будто его губы произносили эти слова в первый и единственный раз. Его голос тревожил слух и обжигал душу. Когда шахарит кончился, он вышел и исчез, словно растворился. Люди переговаривались, что, может, это был пророк Илиягу…

Но когда эту историю рассказали Маме, она объяснила, что ее муж проезжал через этот город и поезд останавливался здесь на час. Не желая упустить миньян, Папа прыгнул в такси и велел гнать в синагогу, а там подождать и отвезти его обратно к поезду.

Такое будничное объяснение…

Но разве каждый еврейский джентльмен, спеша по торговым делам, будет так рваться в миньян? И при этом молиться так, чтоб тебя приняли за пророка?

Наверно, Папа острее многих понимал, в чем наше главное ремесло.

Через Ламанш

Ради утренней молитвы Папа взял такси. Ради вечерней полетел на самолете. По делам бизнеса он был в Лейпциге, а собирался поехать в Лондон. Поезд отправлялся в такое время, что Папе пришлось бы читать Маарив в пути, в одиночку. И он решил полететь на самолете. В начале тридцатых годов это была рискованная затея. И дорогая. Вместе с парой других смельчаков-пассажиров Папа сел в небольшой самолет и вверил себя потокам воздуха и слабенькому мотору. Ехали они, как на санях в пургу — вверх и вниз, петляя в воздушном море. Наконец, вынырнув из очередного облака, самолет приземлился в Англии.

Когда таможенный офицер проверил его паспорт, то выяснилось, что у Папы нет визы на въезд в страну. Но он был так восхищен папиной смелостью, что закрыл на это глаза…

Уже давно стемнело, когда Папа постучал в дверь своего знакомого, известного рабби Илиягу Десслера, который когда-то гостил у него в Нью-Йорке. Хозяин тепло встретил его и сказал:

— Реб Яаков Йосеф, теперь у меня есть возможность отплатить за ваше гостеприимство. Скажите, что я должен сделать, чтоб вы чувствовали себя, как дома?

— Мне нужен миньян для Маарива, — быстро ответил Папа.

Было полдвенадцатого ночи. Раби Десслер пошел стучать в соседские двери. И, как это ни удивительно, миньян состоялся. После молитвы Папа сказал с чувством:

— Реб Эля, вот это настоящее гостеприимство…

Умная лошадь

Царь Шломо, который построил Храм, написал к книге «Когелет», что события в этом мире повторяются, а людям они кажутся новыми, потому что у них нет памяти.

И двадцатый век, со всеми его атомными ракетами и электрическими пылесосами, не является исключением.

История, когда корабль попал в бурю, и еврейский юноша стал молить Гашема, чтобы волны стихли, описана в Талмуде. И она случилась с Нохум Довидом. Только в первом случае корабль был парусный, а во втором работая на угле. Вот и вся разница.

Еще в Талмуде есть рассказ про еврейскую корову, которая отказывалась работать в субботу. Нечто похожее случилось в Америке, и не так давно. У Папы был друг, мистер Силверман, который жил в Ха-зелтоне, штат Пенсильвания. Он зарабатывал тем, что ездил на тележке по городу и продавал сельтерскую воду. Когда он ушел на покой, то продал свою лошадку одному американцу. Через несколько дней покупатель, очень удивленный, пришел к еврею и спросил:

— Что случилось с вашей лошадью? Каждый день, незадолго до захода, она внезапно останавливается и не двигается с места четверть часа. Я бью ее кнутом, а она не шелохнется. А потом вдруг начинает скакать сама…

Мистер Силверман сразу все понял. Он сказал американцу:

— По нашему закону еврей перед заходом обязан читать молитву. Много лет эта лошадь привыкла ждать, пока я не закончу. Знаете, я с радостью верну вам ваши деньги и возьму ее обратно…

Мистер Силверман забрал назад лошадь и заботился о ней до самой ее смерти.

Услышав эту историю, Папа заметил, что когда еврей молится каждый день, то даже его лошадь получает награду.

Источник: http://chassidus.ru/library/vse_dlya_bossa/vse_dlya_bossa.htm

Рулет с сельдью

Ингредиенты:

●лук

●сельдь

●2-3 маринованных огурца

●сливочное масло

●яйца

●пищевая пленка

Приготовление:

Нарежем мелко лук.

Селедочка очень дружит с луком и поэтому не стесняюсь класть его побольше.

Филируем и не крупно режем селедку.

Двух крупных штук будет достаточно.

Если сельдь пересолена, то лучше ее немного вымочить заранее в молоке или чае, но можно и на воде.

Нарежем меленьким кубиком 2-3 маринованных огурчика.

Чтобы «крем» у рулета был нежным, огурчики почистить от кожуры.

Приготовим яичное масло.

Для этого собьем 200-250 г сливочного масла.

Взбиваем как для крема на торт, до воздушности и побеления.

Не пожалейте для этого 5-ти минут работы миксера.

Продолжая работать миксером смешиваем сливочное масло с натертыми яйцами, нарезанным маринованным огурчиком и добавим еще рубленного укропчика.

Если сельдь малосольная, то и щепотку соли.

Попробуйте какой нежный и вкусный получился «крем».

Его и на бутербродик утречком посыпав сверху зеленым лучком очень вкусно с зеленым чаем позавтракать.

Начинаем собирать рулет.

Для этого нарежем зелень.

Очень вкусна смесь из укропа, петрушки и зеленого лука.

Отрезаем и расстилаем на столе кусок пищевой пленки.

Высыпаем на пленку нарезанную зелень в форме квадрата или прямоугольника.

На зелень раскладываем вилкой или ложкой (кому как удобнее) нарезанное филе сельди.

И так же на сельдь раскладываем сверху «крем».

Пытаться намазывать эту смесь нет смысла, так как кусочки сельди будут «прыгать» и расползаться со своего места.

Ну, а теперь нужно при помощи пленки аккуратно свернуть все в рулет.

Спешить не нужно.

Каждый виток стараемся завернуть по плотнее и по всей длине рулета через пленку выравниваем и прижимаем его рукой.

Затягиваем пленку по плотнее, закручиваем концы, что бы пленка не раскрывалась и отправляем его в таком виде в холодильник остывать не менее, чем на 4 часа.

Можно и на ночь.

Вот рулет на следующий день готовый к нарезке.

За счет взбитого «крема» рулет очень нежный и вкусный и никого из любителей селедочки не оставил равнодушным.