Архив рубрики: Диалог между христианством и иудаизмом

Диалог между христианством и иудаизмом

Бней Ноах это не про нас!

По мотивам статьи, ( с доработкой) взятой отсюда: http://kifakz.blogspot.com/2014/06/blog-post_18.html

Бней Ноах это не про нас!

Существует теория, согласно которой евреям дана Тора, а всем остальным людям «7 Заповедей бней Ноах».
Эта теория распространяется настолько успешно, что в интернете создаются целые сообщества, участники которых именуют себя бней Ноах (сыны Ноя). И многие люди начинают путать кто они на самом деле и что они обязаны исполнять. Особенно странно, когда находясь в мессианской общине начинается разделение на евреев и бней Ноах.
На самом деле теория «7 Заповедей бней Ноаха» не работает с теми людьми, кто принимает Иешуа как Машиаха. Более того, эта теория совсем не работает, поскольку противоречит Слову Бога. Так называемые «7 Заповедей бней Ноах», были даны человечеству, еще до рождения Ноаха. Заповедь о субботе; о ценности человеческой жизни; о прелюбодействе; о «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею», и исходящих из них Заповедей. То есть, налицо искусственно выведенная теория.

Что же стало причиной рождения этой теории? Противостояние  между последователями Мессии Иешуа и иудаизмом. То есть желанием создать в противовес христианства религиозное течение, которое бы состояло из не евреев, но при этом поклонялось только Единому Богу. А датой зарождения «движения бней Ноах», можно назвать вторую половину двадцатого века, когда многие из не евреев, начали проникаться идеями Торы и Писания. И в этот момент, раввинат решил взять это движение под свою опеку.

Замысел в общем неплохой, если бы не одна подоплека – как уже было сказано выше, дабы противостоять распространению движения последователей Мессии Иешуа, во всем мире, без желания глубже вникнуть в учение Мессии, и Его первых последователей. Посудите сами: Иешуа это Слово Божье, т.е. Тора. Иешуа объединяет язычников и евреев в один народ. Знаете почему? Потому что при даровании Торы на горе Синай произошло то же самое: вышедшие с евреями не евреи получили Тору и стали одним народом с евреями. И на самом деле мы теперь не различаем кто там был кровный еврей, а кто присоединился с других народов.
При заключении Нового Завета произошло то же самое: не евреи примыкают к евреям и становится один народ с одной Торой. Ведь как вы знаете, Иешуа проповедовал Тору и исполнял Тору, в том числе и пророческие моменты, чем и доказал что он Машиах
Теперь, причём здесь 7 заповедей Ноаха? Всё правильно, ни при чём. Например, во 2 главе послания к Римлянам, апостол Павел говорит:

11 Ибо нет лицеприятия у Бога. 12 Те, которые, не [имея] закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся 13 (потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут, 14 ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: 15 они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую) 16 в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные [дела] человеков через Иисуса Христа. (Рим.2:11-16)

Потому-то и не могут многие понять послания апостола Павла, потому что не знают Тору. Ну мы об этом уже говорили в статье «апостол Павел и Мессия Йешуа: кто под кем?».

А ведь действительно, если человек считает себя бней Ноах, у него всего лишь 7 заповедей, то зачем ему знать Тору? Но тогда иди до конца в своих умозаключениях — не читай послания Павла, ведь они адресованы знающим Тору. Или вот ещё доказательство: в Исход 20 главе написано:

8 Помни день субботний, чтобы святить его; 9 шесть дней работай и делай всякие дела твои, 10 а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих; 11 ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его. (Исх.20:8-11)
Вот к примеру, приехал друг язычник к еврею (можно увидеть это в Торе на примере Итро, тестя Моше), и он, язычник, обязан тоже соблюдать субботу, так учит Тора! Но, подождите, ведь он бней Ноах, а бней Ноах не соблюдают субботу! А ответ такой: кто тебе сказал, что ты должен оставаться бней Ноах, независимо от того, что после этого была дарована Тора, а потом подтвержденная через Йешуа?

То, что было до…

То, что было до…

Р-н Ишайя Гиссер

Востребованная тема

В последнее время стали модными темы лекций, книг, дискуссий: «Тора и народы мира», «Творец, евреи и народы мира» и т. п. По ним не прошелся только ленивый. А что, востребованная тема!

В еврейской традиции, правда, все это называется несколько иначе: «Семь заповедей потомков Ноаха», расхожее выражение, уже ставшее привычным для уха. Они постоянно перечисляются, о них, слава Б-гу, стало известно уже большому количеству людей. О них говорят, спорят… Правда, как это обычно бывает, когда речь идет о серьезных вещах, мало кто понимает, что говорит.

Терминологическая неразбериха

Человеку, не знакомому со Священным Писанием, не ясно само понятие «потомки Ноаха», оно ни о чем ему не скажет. Отсутствует система ассоциаций, за словом не возникает идея.

И даже если он его читал и знаком с именем прародителя человечества, он не очень понимает, во-первых, причем тут Ноах, а во-вторых – о каких заповедях идет речь. Они, вроде бы, нигде в тексте Писания непосредственно не перечисляются.

Да и само понятие «заповеди» очень по-разному воспринимается людьми. Есть те, кто думают, что заповедь – это некие благие дела на пользу людям. Некоторые думают, что это любые формы поведения, угодные Творцу. Некоторые понимают заповеди как способ соединить себя с Ним, исполняя высказанную Им в Откровении волю. И вот эта терминологическая неразбериха не дает людям поговорить о сути, потому что все, как обычно, говорят на разных языках.

Начнем сначала

Есть смысл сделать несколько шагов назад и поговорить о том, что я не буду называть «семью заповедями потомков Ноаха».

Я хочу говорить об «общечеловеческой религии», как бы смешно и напыщенно это не звучало, после попыток (успешных, порой очень успешных!) создания рукотворных верований в последние времена.

Дело в том, что я являюсь религиозным евреем… И, как таковой, я доверчиво и без скептицизма воспринимаю данное Моисею, то есть учителю нашему Моше, Откровение. Его пророчество. Называется оно Торой, что в переводе значит Учение. То есть его недаром называют еще Пятикнижием Моисеевым.

Так вот, есть Учение Моше, Откровение, что было даровано народу Израиля через величайшего из когда-либо живших пророков: «Говорил Б-г с Моисеем лицом к лицу, как человек говорит со своим другом» (Шмот (Исход), 33:11), во времена Исхода, примерно 3330 лет тому назад.

Большая часть Пятикнижия посвящена изложению перипетий Исхода и законов-заповедей, предназначенных для служения «народа священников», еврейского народа. Но в его тексте, особенно в первой из пяти книг, подробно и иллюстративно рассказывается о периоде человеческой истории, предшествовавшему Дарованию Торы. И рассказы оттуда знает любой культурный человек, вне связи с его конфессиональной принадлежностью. Перечисляются события, люди, какие-то семейные истории, личные переживания, молитвы… Проблемы как большого количества людей, порой даже человечества в целом, так и индивидуумов. И все это, повторюсь, было до Дарования Торы.

Кто бы мог подумать!..

И, как это ни странно для нашего сознания (которое, опять же, вне зависимости от конфессиональной принадлежности, сформировано после Откровения), и в те далекие времена, когда Тора еще не была дана, люди понимали, что есть Творец и Хозяин этого мира. Верили в Него, служили Ему, достигали праведности и нравились Ему, Благословенному!

А это значит, что и до Дарования Торы (которая, как уже было сказано, дана еврейскому народу, который, таким образом, стал естественным и единственным хранителем общечеловеческой традиции), и до того, как возник, собственно, сам еврейский народ, в исторической реальности уже было то, что сегодня мы непочтительно называем монотеистической религией.

А я назову это не религией, потому что для меня это почти унизительное определение, ставящее предмет нашего разговора в длинный ряд рукотворных верований, а системой личных отношений со Всевышним. Служением!

И, представьте себе, различные люди достигали личной праведности или, в противовес этому, обрекали себя на беды и катастрофы, противостоя и противореча замыслу Творения.

Факты на стол!

Это особенно важно подчеркнуть в свете свидетельств, сохраняемых тем же Писанием, о праотце еврейского народа Аврааме (который отнюдь не был выходцем из традиционной еврейской семьи!), об отделении им десятины, которую он отдавал служителю Всевышнего. «И Мальки-Цедек, царь Шалема, вынес хлеб и вино; он был служителем Б-гу Всевышнему. И он благословил его, сказав: Благословен Авраам Б-гом Всевышним, Создателем неба и земли; И благословен Б-г Всевышний, Который отдал твоих врагов тебе в руки. – И дал ему десятину от всего» (Берешит (Бытие), 14:18–20).

Значит, это уже было

А из этого прямо следуют несколько выводов: ну, например, что тогда уже (или еще!) существовало традиционное, структурированное служение Всевышнему, с иерархией, упорядоченным ритуалом. Были люди, которые этим Служением занимались профессионально, предстательствуя за иных людей перед Всевышним. Была некая принятая форма отделения доли от своих доходов на святые цели. Более того, Авраам, приняв благословение от Мальки-Цедека и оделив его десятиной, признал тем самым посредничество последнего в своих отношениях с Творцом, способным низвести на него благословение!

И это явно не было изолированным явлением! Тора сохранила также многочисленные свидетельства о жертвоприношениях, молитвах, иначе говоря – о традиционных уже тогда формах служения Всевышнему. Да взять, хотя бы, историю с Биламом (Валаамом, в русской традиции). И пророком Всевышнего был, и молитвы возносил, и жертвы приносил! А уж как клялся в верности воле Творца!

И все это, повторюсь, до дарования Торы! То есть ни монотеизм, единобожие, ни необходимость в личной связи с Творцом и служением Ему не были ни последствием Синайского откровения, ни даже предшествовавшего ему Завета с праотцами еврейского народа!

Угодное Творцу созидание

И тот же самый Ноах, с упоминания о котором мы начали наш разговор, о котором прямо сказано, что он делал «угодное для Всевышнего». Обратите внимание, сказано не только то, что он «праведный в своих поколениях», что подразумевает преданность и отсутствие нарушений воли Творца, но подчеркнуто делание угодного Ему. То есть Ноах не только не нарушал запретов, но и делал нечто, соответствующее замыслу Творца: выстраивал отношения в семье, позицию по отношению к миру… Какие-то поступки, которые вменились ему в праведность. То есть у нас есть многократно повторенные, детализированные свидетельства в описании жизни праотцев и других родоначальников человечества, которые неоспоримо говорят о том, что знание о существовании Единого Творца и представление о служении Ему не являлись монополией какого-либо народа.

Никто не забыт и ничто не забыто

Но я могу сказать, не скрывая хвастовства: еврейский народ остался вечным и единственным хранителем этой исконной традиции, знаний и памяти, хотя сам он, после дарования Торы, имеет к ней только опосредованное отношение. Мы бережно сохранили Тору и Устное предание, содержащее свидетельства о наличии некоего общечеловеческого знания и системы отношений с Творцом.

Тут, правда, есть проблема: в каком-то смысле на сегодняшний день мы оказались в ситуации археологов или, если хотите, палеонтологов, которые по обломку кости или по фрагменту сохранившегося кувшина пытаются восстановить то, каким образом выглядел источник, как оно было некогда. Понятно и известно любому, что в нашей еврейской традиции сохраняется большое количество разрозненных сведений и рассказов, которые зафиксировали, как это соблюдалось и сохранялось на протяжении тысячелетий. Но, к сожалению, цельной картины нет!

Его пример – другим наука

Ну, например, известный рассказ Талмуда (Вавилонский Талмуд, тр. Кидушин, 31а) о праведном нееврее (Талмуд сохранил даже имя этого праведника – Дама бен-Нетина), который приводится как образец (для евреев!) должного почитания родителей.

Однажды из нагрудника первосвященника выпал драгоценный камень и разбился. Долгое время не находили такого камня и, узнав о том, что у Дамы имеется подобный, еврейские мудрецы пришли к нему с предложением продать им его за весьма крупную сумму. Тот согласился и пошел взять камень из сундука, где он хранился, но, застав отца спящим на нем (по другой версии – ключи от сундука находились у того под изголовьем) и не желая его будить, он отказался продать камень. Те подумали, что Дама набавляет цену, и предложили ему гораздо больше, но тот не согласился.

Разочарованные, они ушли. Когда отец проснулся, Дама передал мудрецам камень, отказавшись принять у них предложенную ему во второй раз сумму, прибавив: «Я не продаю своего уважения к отцу за деньги и не желаю извлекать из этого выгоду». И Талмуд предписывает нам учиться у этого человека исполнению заповеди почтения к родителям, я уже не говорю о порядочности в деловых отношениях!

Личная и человеческая этика, этичность деловых и общественных отношений – все это было присуще людям и вне контекста Откровения, дарованного во время Исхода. И оно не исчезло никуда, как не исчезли и бережно сохранившие эти свидетельства евреи, как не исчезли отношения с Б-гом! Все это продолжает сохранять актуальность, ведь четко написано: «Б-г же не человек, чтобы лгать, и не сын человеческий, чтобы передумать» (Бемидбар (Числа), 23:19).

Нет достойной альтернативы

Мне представляется, что система отношений с Творцом, предназначенная для доступа к Нему, для осмысленного поведения и жизни, сегодня востребована как никогда раньше. С моей точки зрения, я могу ошибаться, но я опираюсь в этом на еврейскую традицию и на собственное разумение, все альтернативные формы служения, которые ныне предлагаются ищущему человеку, относятся к категории «награда теряется в убытках», и попытки следовать рукотворным культам не могут закончиться добром. Как, с моей точки зрения, и попытка сделать некий облегченный вариант «иудаизма для гоев», ну, чтобы они тоже себя почувствовали евреями, ну, хоть в каком-то смысле!

Это никому не нужно, ни Всевышнему, ни евреям, ни всем остальным!

Пришло время

Поэтому я думаю, что пришло время реконструировать и возродить ту самую, хорошо забытую систему отношений с Творцом, которую уместно назвать «исходной верой», воплощением Завета с Ноахом, праведным неевреем, предком всего, столь разнообразного человечества. Там все могут найти свое место, без отпихивания локтями друг друга и свары за приоритет!

Мы все – современники религиозного и духовного кризиса человечества, приводящего, с одной стороны, к животному безверию, а с другой – к кровавому фанатизму, на фоне очевидной несостоятельности современных нам рукотворных религиозных систем, которые предлагаются для удовлетворения духовных нужд. И для меня очевидна необходимость возродить традиционную, бережно сохраненную, исходную систему служения Творцу!

Любавичский Ребе Менахем-Мендл Шнеерсон, в 1978 году, сказал, что пришло время! Я верю Ребе. Если он сказал, что время пришло, значит, оно пришло! Понятно, что подобного рода реконструкция, восстановления этого поля отношений, выработка и создание форм, в которых это будет реализовываться, – это процесс не однодневный, тяжелый и длительный. Но при этом важно понять одну вещь, как мне кажется, принципиальную: нам, слава Б-гу, есть на что опираться! Есть работающие алгоритмы, подходы и опыт сотен поколений, которые учитывают волю Творца, человеческую психологию и реальность, в которой мы живем. Реальность сотворенного мира, которая не противоречит Б-гу, а создана как место для служения Ему. Источник: https://ru.chabad.org/library/article_cdo/aid/4621678

Боярин и Иисус

Боярин и Иисус

Мила Дубровина

А вы смотрели «Примечание» — израильскую ленту о двух талмудистах, которую наградили в Каннах? А вы знаете, что в ней имена всех упоминающихся ученых вымышлены, кроме одного — Даниэля Боярина?

Профессор религиоведения из университета Беркли, исследователь, преподаватель, автор множества книг. Он не просто ученый, а культурный герой, мифологический персонаж академического фольклора. Его последний труд — о сексе в талмудической культуре. Носит кипу, цветные подтяжки и сережку в левом ухе. Говоря о серьезных вещах, шутит так, что удержаться от смеха невозможно. Шутя, рассказывает притчи из собственной жизни. Если бы Даниэля Боярина не существовало, его стоило бы выдумать. Если бы «Эшколота» не существовало, его следовало бы выдумать, чтобы привезти в Москву Боярина.

В мае профессор Боярин провел на «Эшколоте» курс семинаров по талмудическому трактату «Хагига» и прочел лекцию «Иисус соблюдал кашрут».

Евреи нередко говорят, что христиане присвоили себе Ветхий Завет. Даниэль Боярин заявляет, что они присвоили себе и Новый. И что время вернуть эти тексты себе. Он выбрал Евангелие от Марка (подозреваю, что его резвый и сообразительный автор, убежавший, по преданию, голым от преторианцев, должен быть Боярину симпатичен), чтобы доказать, что на самом деле Иисус не призывал пренебрегать нормами иудаизма.

Согласно христианским толкованиям, на 18-м стихе 7-й главы Евангелия от Марка заканчивается кашрут. То есть якобы именно в этих строках Иисус официально сформулировал для своих последователей разрешение не соблюдать многовековые еврейские правила питания.

…все то, что входит извне в человека, не может сделать его нечистым, потому что идет не в сердце, а в желудок, а оттуда выбрасывается в отхожее место [христиане полагают, что этой фразой Иисус объявил чистой любую пищу]. А нечистым, – продолжал Он, – человека делает то, что исходит из него. Изнутри, из человеческого сердца, исходят злые помыслы, ведущие к разврату, кражам, убийствам, супружеским изменам; оттуда исходят жадность, подлость, коварство, наглость, зависть, сквернословие, гордость, глупость. Все это зло исходит из человека, оно и делает его нечистым.

Чуть ранее (в 15 стихе) Иисус говорит о том же, обращаясь не к ученикам, а к фарисеям: Ничто из того, что извне попадает в человека, не может сделать его нечистым, а делает его нечистым то, что из человека исходит. Повторяя это, Иисус напоминает фарисеям законы Торы, касающиеся ритуальной чистоты и нечистоты и сформулированные в книгах «Числа» и «Второзаконие»: ритуально нечистым может сделать человека контакт с мертвым телом и истечения из тела живого (например, менструальная кровь, семя, гной). Заметьте, речь о еде в этих законах не идет. 

Тем самым Иисус упрекает фарисеев в том, что они отменяют заповеди, лишь бы соблюсти собственные предписания, подменяют Тору письменную устной: требуют совершать ритуальное омовение рук перед едой (согласно устному преданию, руки тоже могут приобретать ритуальную нечистоту), позволяют подношением Богу «компенсировать» обязанность заботиться о родителях:

Моисей сказал: «Почитай отца и мать» и «Оскорбивший отца или мать карается смертью». А что говорите вы? Если скажет человек отцу или матери: «Корбан (то есть предназначено Богу) — то, что ты мог бы получить от меня», то вы уже ничего не разрешаете ему сделать для отца или матери. Своим преданием вы отменяете Слово Бога.

Дело в том, что Иисус и фарисеи, которых он осуждает и которые в равной степени почитали оба воплощения Торы (письменное и устное), были представителями разных течений в иудаизме. Устные традиции в Галилее значительно отличались от иерусалимских (1-й стих 7-й главы Евангелия от Марка указывает на то, что фарисеи пришли к Иисусу именно из Иерусалима). Иисус придерживается галилейского подхода и защищает письменную Тору, выступая против фарисейской подмены Закона Моисея устными предписаниями. 

Но причем здесь кашрут, если на самом деле Иисус вовсе не говорит о еде? И как 18-я строфа 7-й главы Евангелия от Марка стала вдруг официальным разрешением есть трефное? Зачем Иисус в 8-м стихе педантично повторял фарисеям законы Торы и призывал соблюдать их, если в 18-м стихе собирался их же отменить?

По Даниэлю Боярину разгадка очень проста. Дело в том, что 18-му стиху в Евангелии от Марка предшествует фраза Имеющий уши да услышит (стих 16). И если как следует вчитаться в библейский текст, станет ясно, что это художественный оборот, зачин большинства библейских притч. Сигнал к тому, чтобы идущую следом за этой фразой информацию воспринимать не только в буквальном, но и в переносном смысле: подобно тому, как по закону Торы оскверняет человека то, что из него исходит, его могут осквернить и дурные помыслы. И если игнорировать 16-й стих или выкинуть его (профессор Боярин уверяет, что из многих изданий Евангелия от Марка он был изъят), связь между прямым смыслом и метафоричностью высказывания теряется.
К середине II века н.э. в христианской церкви не евреев было уже гораздо больше, чем евреев, и им, естественно, необходимо было найти в учении Христа оправдание собственной потребности есть привычную пищу. Поэтому они обошлись с 16-м стихом вольно, позволили себе его игнорировать и превратили рассуждение Христа о необходимости соблюдать не только ритуальную чистоту, но и чистоту мыслей, в антикошерную декларацию, мол, есть можно все что угодно, главное следить за тем, о чем ты думаешь.

Иисус просто не мог призывать отказаться от соблюдения кашрута, потому что для еврея, так рьяно отстаивающего законы Торы, речь о другой системе питания (то есть о непосредственном нарушении законов Торы) идти просто не может.

Даниэль Боярин убежден, что тексты Нового Завета, смысл которых исказили христианские толкователи, несправедливо отвергнуты еврейской культурой и что их следует сделать ее достоянием наравне с теми же Кумранскими рукописями.


Я слушаю Боярина и удивляюсь тому, как он защищает учение Иисуса, с каким энтузиазмом заходит на не самую приятную для ортодоксального еврея новозаветную территорию. Я подхожу к нему с его свежеотпечатанной книгой «Израиль по плоти», он зачеркивает свое имя, набранное типографским шрифтом, ставит вместо него размашистую подпись и хитро улыбается. 
Даже если когда-нибудь появятся неопровержимые доказательства того, что Иисус ел свинину и запивал ее молоком, я, пожалуй, пойду и переслушаю лекцию Даниэля Боярина. Настолько он подкупает изящностью мышления, глубиной осознания, и очаровывает непредвзятостью.

Источник: http://www.eshkolot.ru/library/text/37595

Бог есть любовь

«Бог есть любовь»

П.Полонский

1. Постановка проблемы
2. Иудаизм: отрицание ограничения Божественности
3. Проблемы определений
4. Определение понятия «Любовь»
5. Понимание заповеди «Возлюби ближнего своего как самого себя»
6. Прояснение вопроса о Божественности любви

1. Постановка проблемы

    Тезис «Бог есть любовь»[1] является очень известным «символом веры» некоторых радикальных направлений христианства[2] – но, конечно, не только их. Концепция эта весьма привлекательная для человеческих сердец, и потому ее широко используют все, кому не лень[3].
    Почему эта концепция так успешна? Потому, очевидно, что она в чем-то соответствует глубинным устремлениям человека. Вообще, отнесение к Богу понятия «любовь» совершенно стандартно для западной цивилизации[4]. Фразу «любовь – это Божественное чувство» столетиями также говорили нам литература и искусство. С другой стороны, мы явно чувствуем, что во фразе «Бог есть любовь» что-то корёжит нас, что-то явно не так, но что именно – нам не сразу ясно.
    Ниже я постараюсь проанализировать эту концепцию с точки зрения иудаизма, и предложить модель современного еврейского отношения к ней[5].

2. Иудаизм: отрицание ограничения Божественности

    Для начала анализа нам следует отметить, что сама концепция «Бог есть любовь» не соответствует подходу иудаизма прежде всего потому, что данная концепция стремится к ограничению Божественности. Вообще, иудаизм отвергает всякую концепцию, которая говорит: «Бог есть нечто…» – чем бы это нечто ни было. Всякая концепция, которая говорит: «Бог есть…» и дальше любая самая положительная и желательная и замечательная вещь, чувство, идея – не верна, потому что она ограничивает Божественность, Которая бесконечна, а всякое ограничение Божественности ведет, в конце концов, к её примитивизации, к «воплощению», являющемуся в некотором смысле видом «духовного идолопоклонства»[6]. Соответственно, иудаизм никак не может согласиться с этим ограничением Божественности[7].
    Но при этом нам всем прекрасно ясно, что как во фразе «Бог есть любовь», так и во фразе «любовь – Божественное чувство» – все же нечто очень содержательное есть. А вот что именно там есть и как это проявляется в иудаизме – это очень сложный и важный вопрос, который я и собираюсь дальше разобрать.

3. Проблемы определений

    Надо вообще сказать, что понятию «любовь» в иудаизме придается очень большое значение. Например, уже упоминавшаяся выше заповедь Торы «люби ближнего своего, как самого себя» (Левит 19:18) названа р. Акивой в Талмуде «великим принципом иудаизма», а некоторые еврейские религиозные философы вообще считают её центральной заповедью, вбирающей в себя всю Тору[8]. Или, например, в тексте главной еврейской молитвы «Шма, Исраэль» («Слушай, Израиль») мы читаем: «И возлюби Господа, Бога твоего…» (Второзаконие 6:5). И если слова «любовь к ближнему» еще можно постараться как-то понять и верифицировать, то что означает «любовь по отношению к Богу»? Что имеется здесь в виду? Является ли, например, эта любовь просто бурной эмоцией по отношению к Богу? Этого ли Бог от нас требует? Или эта любовь должна проявляться, как комментируют это место Мидраш и Раши, в «выполнении заповедей из любви, а не из страха» – но в этом ли, действительно, состоит любовь?
    Для того, чтобы разобраться во всех этих вопросах, надо, прежде всего, дать определения понятиям, которыми мы оперируем, и начать надо с того, чтобы дать более или менее четкое определение понятию «любовь».
    Любовь, конечно, бывает разная. Бывает любовь к помидорам, любовь к детям или родителям, к мужу или к жене, к народу, стране, природе или искусству, или же любовь к Богу – и все это, конечно, не совсем одно и то же[9]. И все-таки мы не можем уйти от того, что все это называется «любовь» – а потому желательно дать такое определение этому понятию, которое (на разных уровнях, конечно) охватывало бы все перечисленные случаи[10].
    Итак, каково определение понятия «любовь»?[11]
    Вот, например, очень уважаемый мною современный исследователь Зеев Маген в эссе[12], посвященном почти целиком анализу понятия «любовь», утверждает, что любовь по сути своей есть предпочтение[13]. Любить – это значит кого-то или что-то предпочитать. И поэтому невозможно любить всех, потому что такая любовь, на самом деле, никому не нужна. Вся суть любви в том, что я предпочитаю это больше, чем другое; а иначе это вовсе не любовь. И он приводит классический пример, когда молодой человек говорит девушке: «Я тебя очень люблю! Ну прямо так же, как ту и ту девушку, и всех остальных девушек», – и, естественно, она соответствующим образом на это реагирует.
    Это, конечно, все замечательно и очень во многом правильно, но, приняв концепцию любви как предпочтения, мы напрочь отвергаем саму возможность любви ко всему человечеству и мирозданию в целом, ибо его нельзя предпочитать по отношению к чему-то другому. Однако ведь интуитивно нам совершенно ясно, что «любовь к человечеству» и «к мирозданию в целом» тоже существует, и она есть вполне реальное спонтанное чувство, в нас имеющееся[14].
    И это чувство универсальной любви притягательно для людей, и люди поэтому и тянутся в те идеологии[15], которые обещает любовь ко всему миру – а иначе бы они в них вообще не шли бы. Поэтому, если мы, следуя Зееву Магену, определяем любовь как «предпочтение», – то мы не сможем стать адекватными интуитивным глубинам понятия «любовь» (и, как следствие, потеряем души тех, кто тянется к этой универсальности[16]). Поэтому нам необходимо дать другое определение понятию любви, которое было бы: (а) подходящим для применения к случаю «любви ко всему человечеству» или «ко всему мирозданию», и которое бы при этом (б) соответствовало нашему интуитивному понятию «любовь», и через которое бы мы (в) могли бы осознать (напомним, что у нас есть еще невыполненная заявка), почему любовь – это Божественное чувство, и какая конкретно искра Божественного света (т.е. элемент Божественной Истины) есть во фразе «Бог – это любовь».
    Пример «неудачного признания молодого человека в любви» из эссе Зеева Магена доказывает только, что невозможно (т.е. неправильно) любить всех в равной степени, но он вовсе не показывает, что любить всех – по-разному! – было бы в принципе нельзя или неправильно. А потому надо дать такое определение понятия «любовь», которое подходило бы и к «предпочтению», и к «универсальности».

4. Определение понятия «Любовь»

    Мне представляется, что наиболее правильным определением любви будет следующее: «любовь – это страстная жажда единства»[17].
    Данное определение, как нам представляется, вполне подходит (на разном уровне, конечно) ко всем видам любви, которые мы наблюдаем вокруг себя, начиная от простейших видов «любви» и довысших её уровней[18].
    Просмотрим эти виды и применение к ним данной формулировки.
    К фразе: «я люблю помидоры» (раз мы уж начали с нее) наше определение вполне подходит. Я люблю помидоры – значит, что я люблю их есть и тем самым достигаю с ними некоторого единства. Примитивного, конечно единства, – на то это и примитивный вид любви[19]. Следующий уровень – любовь к семье, к детям или родителям, – тоже, конечно, есть жажда единства, а именно – ощущение своего единства с семьей, ощущение себя частью той общности, которая называется семья, род, клан – и это вполне подходит под наше определение[20]. И уж конечно очевидно, что сексуальная любовь – это страстная жажда единства в наиболее явном виде[21], и рождение ребенка есть реализация во плоти единства мужа и жены («И да прилепится он к жене своей, и станут они единой плотью»[22] – Бытие 2:24)[23].
    Любовь к семье – как острое осознание своего структурного единства со своей семьей – продлевается в направлении любви к своему народу (ведь народ – это, в сущности, большая семья, и любовь к народу – это ощущение себя вместе с народом как некоего единства; ощущение себя клеткой национального организма, ощущение того, что «я» – это не только «я сам», но «я – это мой народ»)[24]; и далее это продлевается и развивается в любовь ко всему человечеству (т.е. в острое ощущение единства человечества, а также себя как части этого единства); и такого же типа – любовь ко всему мирозданию, к универсуму в целом[25].
    И конечно, такого же типа любовью является любовь к Богу – т.е. ощущение своего мистического единства с Богом, с Божественным светом, в каком-то смысле даже растворения в Божественности, проявляющемся, в частности, в желании реализовать в жизни Его Учение (= исполнение заповедей из любви) и быть рядом с Его Явленностью (Шехина) – т.е. всего того, что в еврейской Библии называется термином «двекут» («прилепление» к Божественности – «А вы, прилепившиеся к Господу, Богу вашему, живы вы все ныне» – Втор.4:4), а это и соответствует понятию любовь в рамках нашего определения.
    Итак, мы дали определение, которое работает во всех тех случаях, где мы используем слово «любовь»; и оно при этом включает как любовь избирательно-предпочитающую, так и любовь ко всему человечеству, к универсуму и к миру в целом.
    При этом определенное таким образом понятие «любовь» не создает никакого «стирания граней», равенства – одинаковости… Даже напротив: оно совершенно естественным образом градуированно, – т.к. разная степень любви соответствует разным типам и уровням единства. Ибо наше единство с миром не есть единство однородное. Наоборот: оно есть единство структурное, сложносоставленное; мы более едины с теми, кто нам ближе, и менее едины с теми, кто дальше – хотя на некотором уровне мы едины даже и со всем мирозданием. Соответственно, нет ничего плохого в том, что любить всех – важно только при этом тех, кто находится ближе (в разных смыслах) любить больше, чем тех, кто дальше.

5. Понимание заповеди «Возлюби ближнего своего как самого себя»

    Впрочем, дать определение и показать его корректность – это только начало дела. Дальше надо показать, что это определение имеет смысл («операбельно»), т.е. что оно может нам проявить такого, чего мы раньше не понимали. И это мы посмотрим прежде всего на уже упоминавшейся известной всем заповеди Торы «Возлюби ближнего своего как самого себя» (Левит 19:18).
    Об этой заповеди р.Акива в Талмуде говорит, что это основа всего, «великое правило Торы». Однако как достичь «любви, как к самому себе», к ближнему – к соседу, к прохожему, к жителю твоего города и страны, к человеку вокруг тебя? И какого типа, характера должна быть эта любовь «как к самому себе»? Более того, зададим вопрос: не только с точки зрения «разве мы в состоянии», – но более того, разве в принципе было бы правильно заботиться о живущих по соседству людях как о самом себе и о своей семье?
    Комментаторы Торы[26] много обсуждают вопрос не только о невозможности, но и о неправильности прямой реализации этой заповеди, если мы будем понимать её в смысле «люби ближнего ровно так же, как ты любишь самого себя». Например, я должен был бы тогда каждый день сидеть в глубоком трауре – ибо у кого-то из моих ближних, жителей моего города или моей страны, в этот день (наверняка у кого-то именно в этот день) умер кто-то из прямых ближайших родственников. И также я должен был бы каждый день устраивать праздник – ибо у кого-то из моих близких родился сын или дочь, или он женился и т.д. И если я люблю его, как самого себя, то должен немедленно веселиться и пойти поздравлять его. Иными словами, ясно, что прочтение этой заповеди в смысле «любить всех ровно в том же смысле и с той же силой, как любишь себя» – является заведомо неправильным пониманием Божественных слов[27]. Или, например, правильно ли будет мне (если я действительно хочу любить ближних «как себя») распределять заработанную мною зарплату поровну между мною и всеми окружающими людьми, а также между своими и их детьми? – Ясно, что такой коммунизм, привлекательный на уровне опьяняюще-восторженных лозунгов, в реальной жизни (а Бог не зря поместил нас в реальную жизнь) ни до чего хорошего не доведёт. (Мы обсуждаем здесь, конечно, не вопрос «можно ли этого достичь», а лишь вопрос «является ли это в принципе идеалом, к которому следует или не следует стремиться».) А если такого требования нет, то в чем же состоит та самая любовь к ближнему?
    Мне кажется – в соответствии с выдвинутым выше определением любви – что правильное продвижение в сторону «любви к ближнему» находится не в направлении альтруизма (т.е. ограничения себя и отдавании принадлежащего себе окружающим), а в направлении углубления ощущения единства с окружающими людьми, ощущения себя вместе с ними целостной единицей – так, что жажда продвижения и достижений для этой единицы, этого общего организма, и будут естественным образом реализовываться в правильном характере «любви к ближнему».
    Слова же…»как самого себя» при этом, на наш взгляд, означают, что осознание этого единства и «полноты жизни» надличностного (например, национального) организма должны в идеале быть столь же глубокими, как и жизнь собственного индивидуального «я».

6. Прояснение вопроса о Божественности любви

    Перейдем теперь к той теме, ради которой мы, в первую очередь, и затеяли всё это обсуждение – прояснение вопроса о Божественности любви, в соответствии с выдвинутым нами определением.
    Здесь мы должны вспомнить классическую схему процесса развития мира согласно Каббале, которую дает нам в своих трудах Рамхаль (рабби Моше-Хаим Луцато, 1707, Италия –1747, Эрец-Исраэль) – величайший поэт и мистик еврейского Нового времени.
    Рамхаль говорит о трех стадиях развития мироздания. Начинается оно с полного и абсолютного единства, называемого «Ор Эйн-Соф» («Свет Бесконечности»). Это первоначальное состояние до-мира, когда всё суть Божественный свет и единство его абсолютно.И даже на следующей стадии, когда «сфирот», т.е. отдельные параметры Божественности, только начинают исходить из » Эйн-Соф » в то, что в дальнейшем станет нашим миром – они находятся в состоянии, которое называется «акудим», -«связанные» (глагол «лаакод» – «связывать», как например «стреножить» животное, чтобы оно не могло ходить; отсюда в частности «Акедат Ицхак» – история «связывания [жертвоприношения] Ицхака»). Итак, начальное состояние мироздания есть полное единство. Но это полное единство не дает возможности продвижения – так же, как не может эффективно передвигаться стреноженное животное.
    Единство уровня «Ор Эйн Соф» – это все равно, что взять все краски и смешать их миксером в полное единство, картины из этого не получится. И потому такое «полное единство» не устраивает Бога. И даже на следующем уровне – «акудим» – продвижение, как мы видели, тоже невозможно. А поэтому Всевышний создает в мире разобщенность (эта вторая стадия развития сфирот, которая на языке Каббалы называется «некудим» – «точечность», «изолированность»)[28], чтобы затем эти разобщенности в процессе дальнейшего развития, объединяясь друг с другом, смогли сами придти к единству, – с тем, чтобы они осознали себя и все мироздание, от начала бытия и времен до конца, и от края и до края, полным и абсолютным структурным сложносоставленным единством; – а именно такое единство мироздания и Бога и является целью Творения.
    Итак, цель Сотворения мира – не в единстве перемешивания красок миксером, но в достижении единства на более высоком уровне, когда все части и краски существуют отдельно, и сами по себе, – но при этом они составляют одно высшее единство, называемое картиной. Входя в картину, краски не теряют индивидуальность; наоборот – они сохраняют и полноценно реализуют её, и эта индивидуальность совершенно необходима именно для того, чтобы всем вместе осуществиться как высшее единство картины. И, естественно, несчастна та краска, которая, боясь потерять индивидуальность, остаётся в тюбике, так как она не желает соединяться в единую картину с другими…
    Так, вкратце, выглядит по Рамхалю весь путь мира и Божественная цель мироздания.
    Но для того, чтобы человечество и мир сами пришли к этому единству, – а ведь именно в том, чтобы они пришли сами, и состоит задача, поставленная миру Богом, – для этого тяга и страсть к такому единству должны быть заранее заложены в самых фундаментальных основах мироздания. А мы выше именно и указали, что эта страсть к единству и называется любовь. Иными словами, любовь – это и есть та центральная страсть к единству, которая должна быть заложена в мироздании, во всех неживых и живых его компонентах[29] (и особенно, конечно, в человеке) для того, чтобы мироздание в процессе своего развития и эволюции к этому, сложно-индивидуальному, единству, само пришло, – что является Божественной целью Сотворения мира.
    Здесь мы видим, что любовь является основой жизни и Божественным чувством, она является Божественной основой мира, – поскольку только любовь, будучи жаждой единства, будучи очищенной, возвышенной и продвинутой, – она и приводит к тому сложно-структурному, с сохранением индивидуальности, объединению мироздания в единую картину; чего и хочет от мироздания Всевышний.
    Бог хочет, чтобы мир сам пришел к этому единству, а не чтобы Он насильно создавал его. Но чтобы мир сам к этому приходил, Богу требуется заложить в основы мира жажду к этому единству, она и называется любовь.
    Итак, отрицая подход «Бог есть любовь», ввиду создаваемого им ограничения Божественности, – мы осознаем, что, действительно, любовь есть фундаментальное Божественное чувство. И Бог заложил его в мир, чтобы мир смог сам в процессе собственного развития придти к этому единству – не миксерному, а структурному, без потери индивидуальности – которое было поставлено Богом как цель мироздания.
    Таким образом, слова «любовь есть божественное чуство» обретают теперь для нас смысл не только на уровне эмоций, но и на уровне интеллекта – будучи, через сформулированное определение понятия любви, связанным с классическими еврейскими структурами в Каббале, по направлению к совершенствованию мира.

    [1] Этот тезис сформулирован в Новом Завете в 1-ом Послании Иоанна 4:8; при этом подчеркивание любви как главного религиозного принципа имеется уже и в словах Иисуса, который из всех заповедей Торы выделяет «любить Бога» (Второзаконие 6:4) и «любить ближнего как самого себя» (Левит 19:18) как главные (Марк 12:31). Следует, при этом, отметить, что это не являлось каким-либо нововведением Иисуса, но было общепринятой точкой зрения иудаизма; не говоря уже о том, что слова Иисуса являются акцентированием двух заповедей, уже имеющихся в Торе, – именно такое акцентирование соответствует раввинистическому иудаизму (это признает далее и Евангелие – см. Марк 12:32). Точно так же, например, Талмуд (в лице р. Акивы) провозглашает «великим правилом Торы» заповедь «Возлюби ближнего как самого себя». Что, да, является здесь совершенно новым – это выводимое из Послания Иоанна возможное отождествление Бога и любви, и именно эту тему мы обсуждаем в данной статье.
    [2] При этом следует заметить, что в самом контексте Послания Иоанна любовь скорее рассматривается как «проявление Бога», а совсем не отождествляется с Ним. Однако в радикальных направлениях христианства – а именно они сегодня являются наиболее активными его проповедниками – такое отождествление, по крайней мере на уровне общественного сознания их последователей, присутствует.
    [3] Начиная от неоиндуизма (или неоязычества?) Бхагаван Шари Сатья Саи Баба: «Бог – это любовь. Любовь – форма Бога. Так же как Бог, воплощение любви, изливает Свою любовь на весь мир, так и человек должен разделять свою любовь со всеми и каждым. Любовь – это Бог, а Бог – это любовь. Я шлю вам всем Свою Любовь и Своё благословение, Дети мои, я жду вас терпеливо, и Любовь Моя постоянно и полностью объемлет весь мир» (см., например, «Любовь – это Бог, живите в любви»), и кончая такой агрессивной концепцией, как ислам, который тоже усиленно утверждает «Ислам – религия любви и покорности Богу, сотворившему миры и повелевшему Своим творениям познавать себя через любовь» (см., например, «Ислам.ру / О проекте»). Впрочем, этот ислам настолько сильно любит всех, что говорит о себе так: «Ислам – это религия, проповедующая подлинный монотеизм, очищенный от языческо-иудейского нацизма» (См. на том же сайте «Теракты в США: кому это выгодно?»). Впрочем, и про Саи Батья вскоре выясняется, что его «любовь» есть чистая мантра (= не имеющее рационального смысла заклинание), поскольку эта его «любовь» никакого отношения к реальной любви не имеет, т.к. далее он же пишет: <<Принцип любви – вне определения или описания. Когда человек не способен осознать святость любви, он переносит любовь на мирские и преходящие объекты. Бог превосходит любые свойства и качества. То же самое можно сказать и о любви. Но человек соединяет любовь с различными атрибутами и, таким образом, напрасно растрачивает свою жизнь. Он использует священное слово «любовь», чтобы описывать отношения, которые существуют между матерью и ребёнком, женой и мужем, коллегами, друзьями, родственниками и т.д. Но кто является матерью и кто является ребёнком до рождения? Точно так же, кто является мужем, и кто является женой до заключения брака? Любовь, которая существует между матерью и ребёнком, женой и мужем, братьями, сёстрами, друзьями, родственниками и т.д., связана с физическим телом и является отрицательной по самой своей природе. Это – только физические отношения, и они не могут называться любовью в истинном смысле этого слова…>> (См. «Любовь – это Бог, живите в любви»). – Таким образом, данное «Учение Бхагаван Шари Сатья Саи Баба» представляет собой не любовь, а элементарный паразитизм на любви. Здесь мы также наблюдаем (что очень типично для «тоталитарных сект») направление всей любви на обожествляемого руководителя секты и объявление всякой другой, реальной жизенной любви, «отрицательной по самой своей природе».
    [4] Вот, например, типичное рассуждение такого типа: <<Даже человеку, который не отождествляет себя ни с какой из религиозных традиций, при изучении многообразия религиозных мнений становится очевидно, что формула «Бог есть любовь» — высочайшая из всех возможных человеческих представлений о Божестве>> (См. «Если Бог есть любовь»).
    [5] Анализ этой концепции будет проведен посредством методики «выделения искр из привлекающей нас идеологии», которая изложена в моей статье «Ортодоксальный модернизм и проблема эволюции иудаизма в учении рава А.-И.Кука» §13.
    [6] См. об этом подробнее р. А.-И.Кук, «Орот», стр. 135 и далее.
    [7] Впрочем, можно найти в иудаизме (в Мидрашах) утверждение типа «Бог есть ничто иное, как истина», но в этой фразе «истина» понимается в своей «бесконечности», так что «ограничения Божественности» не происходит; кроме того, следует отметить, что подобные высказывания никогда не становились символами веры иудаизма, не говоря уже о том, что есть и иные Мидраши, где «истине» уделяется совсем не такое центральное место (См. например, Берешит Раба 8, где Всевышний творит человека несмотря на то, что Истина выступает против этого шага.).
    [8] См. об этом подробнее у выдающегося каббалиста начала 20 века Й.Л. Ашлага, «Матан Тора».
    [9] В английском, как известно, различаются «like» и «love», а в греческом различаются три типа любви: «эрос» – эротическая любовь, «филио» – любовь-дружба и «агапе» – возвышенно-религиозная любовь; и тем самым эти три явления в некоторой степени отделяются друг от друга. Мы, однако, исходим из того, что Святым языком является Библейский иврит, а не английский и не греческий, а там слово «любовь» – «ahaвa» – только одно, и оно употребляется не только для «и полюбил Яаков Рахель» (Бытие 29:18), для «и возлюби ближнего своего как самого себя» (Левит, 19:18) и для » и возлюби Господа, Бога твоего (Второзаконие 6:5) – но даже и для отнюдь не божественного «и полюбил Амнон Тамар…» (Вторая Книга Самуила 13:1). [Отметим, что Септуагинта во всех этих случаях переводит «любовь» как «агапе». Подробный анализ (по-русски) различия смыслов данных греческих терминов см у о.П.Флоренского, «Столп и утверждение истины», Письмо одинадцатое.]
    [10] Иными словами, я считаю жизненно необходимым выводить Божественную любовь непосредственно из всякой прочей любви – во избежание паразитизма на понятиях, о чем уже говорилось выше в примечании про Бхагавана Шари Сатья Саи Бабу. А вот еще один пример подобного мышления («паразитизма на любви») в современном христианском общественном сознании (в интернетной дискуссии на тему «Бог есть любовь»): <<Да. В русском языке словом «любовь» обозначено слишком много понятий. Разумеется, что человек этот говорил не о любви к пиву, и не о любви к поэзии, и не о занятии сексом, о не о романтической любви к прекрасной даме, и даже не о любви к близкому человеку. А о той самой вселенской «божественной любви»…. Перечисленные же мною «любови» ничего общего не имеют, особенно с божественной любовью. И называются одним словом просто от бедности языка. У Вас повернётся язык сказать, что «божественная любовь» – это разновидность «любви»? Не думаю…>>. – А вот я (автор данной статьи) очень даже так думаю, что «божественная любовь» – это разновидность «любви», и даже, более того, считаю, что никак иначе и невозможно.
    [11] Конечно, на первый взгляд смешно снова и как бы заново обсуждать «любовь», после того, как об этом написаны тонны литературы. Но дело, однако, в том, что эти тонны литературы обычно обсуждают вопрос о том, «в чем суть любви», пытаясь выделить правильную «высшую» любовь, – а вовсе не дать такое определение, под которое подходили бы все случаи. Я же, напротив, пытаюсь дать определение не от идеальности, а от реальности, от того, как мы действительно употребляем это понятие – т.к. подозреваю, что в реалиях языка заключена коллективная интуиция, зачастую гораздо более глубокого порядка, чем в индивидуальном, даже очень философски продвинутом умствовании.
    [12] «Imagine – Джон Леннон и евреи».
    [13] Вот яркая цитата: <<Никому особо не нужна всеобщая любовь,… всеобщая любовь – это вообще не любовь.Ибо любовь означает предпочтение. Та любовь, которая имеет для нас хоть какой-нибудь смысл, та любовь, к которой мы стремимся и в которой нуждаемся, та любовь, которая чего-то для кого-то стоит – которая стоит все для всех – это любовь, которая, по самому своему определению, выбирает и предпочитает. Покажите мне человека, который скажет, что любит твоих детей так же, как и своих, и я скажу, что, во всяком случае, ему не стоит быть воспитателем твоих детей. Запомните это хорошенько: тот, кто утверждает или проповедует, что следует всех любить в одинаковой мере – тот совершенно не понимает, что такое любовь! Избегайте такого человека, спасайтесь от него! Каждый, кто пытается убедить вас любить всех одинаково, на самом деле стремится стереть всякую настоящую любовь с лица земли…. Ценна только та любовь (будь то романтическая или платоническая любовь, или еще какая-нибудь) которая по природе своей избирательна, она совершенно тенденциозная и пристрастная любовь, неисправимо неравноправная, любовь, которая разделяет и различает, и разобщает, и предпочитает; которая дискриминирует, и выделяет, и делает человека особенным.>>
    [14] По этому поводу вполне уместно вспомнить, что р.Кук черезвычайно ценил «спонтанные интуитивные моральные устремления», считал их проявлением имманентной Божественности в человеческой душе и указывал, что, с религиозной точки зрения, запрещено подавлять их; и надо, наоборот, развивать их в себе.
    [15] Типа вышеупомянутого Бхагавана Сатья Саи.
    [16] А «пространство душ» изоморфно Божественности, и поэтому, теряя души, мы теряем в «степени соответствия Божественному Свету» – см. подробнее в уже упоминавшейся статье «Ортодоксальный модернизм и проблема эволюции иудаизма в учении рава А.И.Кука».
    [17] Такое определение встречается в иудаизме, например, у Маhараля. (Этот пдход, в рамках взаимоотношения человека с Богом соответствует, в принципе, классическому еврейскому понятию «двекут» – «прилеплние [к Богу]» – Втор. 4:4, см. подробнее ниже). Отметим, что из упомянутых выше греческих подвариантов любви, этому подходу, как нам кажется, в наибольшей степени соответствует «эрос», а не «агапе».
    [18] Вообще, когда мы хотим дать определение существующему термину (т.е. формализовать какое-то понятие, которым до этого и так пользовались) то к этому определению предъявляются обычно следующие требования корректности: 1) «охват» – т.е. оно должно подходить ко всем тем явлениям которые мы и до того обозначали этим понятием, 2) «граничность» – оно должно не подходить к другим, соседним явлениям (т.е. «о-предел-ение» должно ставить «предел», границу), и 3) «операбельность» – т.е. оно должно быть таким, чтобы из него можно было бы вывести что-то новое (а иначе зачем вообще подробное определение нам нужно). Первое прослеживается в статье ниже, третье (операбельность) проявляется в конце (для этого, собственно, и написана данная статья), что же касается четкости границы, то здесь надо отметить, что, конечно, не всякое единство является любовью (и примеров единства без любви вокруг сколько угодно). А поэтому следует подчеркнуть, что, согласно данному определению, любовь – это не само «единство», а именно «стремление к единству», «жажда единства».
    [19] А вот если я ем помидоры через силу, потому что это нужно по медицинским соображениям – то единство достигается, а «страстной жажды к единству» нет; а потому это и не любовь.
    [20] Отметим также, что фразы типа «Я люблю свою собаку» – в них имеется в виду, что она часть моей семьи (т.е. «я люблю свою собаку » – это любовь, в принциппе, того же типа, как и любовь к своей семье).
    [21] Стремление к единству и к соединению-слиянию с «Другим», – коренится, на самом деле, в жажде преодоления ограниченности своего существования, что есть одна из форм фундаментальной страсти человека к преодоления смерти. Интересно отметить, что сформулированное опреднление в значительной степени (хотя и далеко не во всем) перекликается с выдвинутым В. Соловьевым пониманием сути любви как «выхода за пределы собственного я» (см. его эссе «Смысл любви». Это эссе, как и отрывки о любви из вышеупомянутой работы о. П. Флоренского, и множество другого материала можно найти, в частности, в сборнике «Русский Эрос – философия любви в России» – М. 1991).
    [22] Надо отметить, что эти слова можно перевести двояко: как «они станут едиными», так и «они произведут плоть (т.е. ребенка), в которой реализуется их единство».
    [23] Здесь следует, наверное, отметить, что именно сексуальный тип любви является в нашем языке и сознании наиболее воплощенной реализацией понятия «любовь»; а потому тот момент, что предлагаемое нами определение «любви как страстной жажды единства» реализуется в этом виде любви в максимально явном виде, – говорит ещё раз в поддержку правильности выбранного нами определения.
    [24] Здесь следует отметить полную неприемлемость, с нашей точки зрения, встречающегося иногда определения любви как «желания съесть либо быть съеденным», – т.к., в частности, оно, помимо прочих недостатков, отвергает полноценное сохранение личностности при слиянии в семью, в народ или в человечество; а это сохранение индивидуальности при слиянии представляется кардинально важным даже для собственно успешности этого слияния. [См. об этом также В.Ф.Турчин. «Феномен науки/Кибернетический манифест»]
    [25] А любовь к природе и искусству – это, по-видимому, синтез «любви-саморастворения» к универсуму («Любите ли вы театр….так, как люблю его я») и любви к помидорам.
    [26] А они, конечно, относятся к этой, как и к любой другой заповеди Торы, не только как к «обще-возвышенному источнику вдохновения», но и как к прямому указанию Бога, которое мы должны постараться реализовать в своей жизни. А поэтому ограничиться одним только восхищением нельзя – нужно конкретно указать, как эту заповедь соблюдать.
    [27] Не говоря уж о том, что обратной стороной любви является вмешательство [эта важная тема выходит за рамки нашего анализа в данной статье], и разве будет правильно, если мы будем вмешиваться и перестраивать личную жизнь окружающих нас людей в той же степени, в которой обустраиваем свою?
    [28] Мы не будем, конечно, останавливаться здесь на том, что «акудим», «некудим» и «берудим» (оно же «тиккун», гармоничное единство) аллегоризируется Каббалой из трех видов (пород) овец, которые пас у Лавана праотец наш Яаков (См. Бытие 30:39),
    [29] И, в частности, не является ли интуитивное постижение этой «всеобщей эротики мироздания» (как страсти к единству) позитивным ядром классической языческой (гиперболизированной и оскверняющей) сакрализации секса – нашедшей столь широкий сбыт в жаждущем «раскрепощения» современном мире?

Источник: http://berkovich-zametki.com/Nomer20/Polonsky1.htm

“Некоторые Деяния Торы и Биркат а-Миним”

“Некоторые Деяния Торы и Биркат а-Миним”

Фрагмент из статьи Д.Флюссера

На первый взгляд, складывается впечатление, что прав утверждающий, что «нет никакого другого благословения, в которое было бы внесено столько изменений, как в биркат а миним. Но более глубокое исследование показывает, что ситуация не столь безнадежна. Практически существует два основных вида данного благословения: обычный вавилонский вариант и тот, что дошел до нас через каирскую генизу. Последний представляет собой традицию Эрец Исраэль византийского периода. Приведем для примера два варианта этого благословения обычного вавилонского типа. Вот ашкеназский вариант в оригинальном виде:

У доносчиков (мальшиним) да не будет надежды;
И все еретики да сгинут в сей же час;
И все враги Твои да уничтожатся вскоре;
И царство зла да будет вскоре выкорчевано, и сломано, и покорено вскоре, в наши дни.
Благословен Ты, Господь, сокрушающий врагов и покоряющий злодеев.

А вот йеменский вариант благословения этого типа:

У изменников (мешумадим) да не будет надежды;
И все еретики и предатели да сгинут в сей же час;
И царство зла да будет выкорчевано и сломано в скорости в наши дни.
Благословен Ты, Господь, сокрушающий врагов и покоряющий злодеев.

Биркат а миним другого типа, из Страны Израиля, дошла до нас в четырех текстах по два текста разного вида. Вот первый вариант:

У изменников да не будет надежды;
И царство зла да будет в скорости выкорчевано, в наши дни;
И христиане и еретики да сгинут в сей же час,
И да будут стерты из книги жизни и не будут записаны с праведниками.
Благословен Ты, Господь, покоряющий злодеев.

Вот второй вариант этой благословения того же типа:

И у изменников да не будет надежды, если не вернутся к твоей Торе;
Христиане и еретики да сгинут
И да будут стерты из книги жизни, и не будут записаны с праведниками.
Благословен Ты, Господь, покоряющий злодеев.

Между двумя типами явно видно одно двойное различие. Во втором варианте недостает формулы «И царство зла да будет вскоре выкорчевано». Вместо нее появляется оговорка «если не вернутся к Твоей Торе». Эта надежда, дающаяся здесь не смотря ни на что изменникам, соответствует гуманному отношению к ним, которое начинало преобладать во времена танаев и амореев, в духе рабби Акивы. По его мнению, даже самые страшные злодеи, если совершают раскаяние перед смертью – прощается им. Но в свете того, что мы видели в предыдущей главе, можно было сделать вывод, что наказание этих злодеев вечно и безусловно. И всякое сострадание к этим людям создает напряженность по отношению к основной формулировке брахи – «да не будет надежды». Отсюда вывод, что слова: «если не вернутся к твоей Торе» – позднее добавление. Оно даже не присутствует во всех текстах этой брахи рассматриваемого типа.

Второе различие между двумя типами этого благословления – это, как уже было сказано, отсутствие упоминания царства зла. Нет сомнения, что это упоминание является частью изначальной брахи, так как оно присутствует во всех ее вариантах, кроме двух упомянутых из каирской генизы. Но даже и в этих двух текстах заключение брахи – «махниа зедим» (покоряющий злодеев). Можно таким образом предположить, что исключения упоминания о царстве злодейства в упомянутых вариантах – случайная редакция. И у нас совершенно недостаточно материалов для каких либо выводов. Но окончание брахи в традиции Эрец Исраэль – «покоряющий злодеев», а вариантах вавилонского типа – «сокрушающий врагов и покоряющий злодеев». Как видим, существует явная параллель между вавилонским и израильским типом благословения. Только в некоторых современных молитвенниках по традиции восточных общин встречается замена слова «зедим» – злодеи – на слово «миним» – еретики. Нет никакого сомнения в том, что это позднее исправление. Кстати, тот факт, что термин «еретики» не появляется ни в одном из ранних вариантов окончания этого благословения, указывает нам на то, что название «Биркат а миним» не было первоначальным названием этого благословения. В дальнейшем мы еще обоснуем это предположение.

Для того, чтобы продвигаться дальше, мы будем вынуждены сделать два примечания, в отношении текста Биркат а миним. Первое примечание – к слову «мальшиним» –доносчики. Хотя в языке мудрецов и присутствует глагол «леальшин», существительное «мальшин» в нем отсутствует. Поэтому неудивительно, что слово «мальшин» отсутствует во многих вариантах этого благословения. То есть термин «мальшин» проник в текст этого благословения в сравнительно поздний период, когда слово «мальшин» как существительное стало обыденным – точнее, в период раннего средневековья. Более верное слово, также встречающееся во многих варианта – слово «мосрим» («предатель»). Это слово часто встречается в языке мудрецов. Оно встречается и в параллельном тексте в Седер Олам Зута, и в различных параллельных местах в раввинистической литературе. И поэтому, как мы уже сказали, термин «мосрим» во многих вариантах этого благословения появляется вместо термина «мальшиним». И это совершенно оправдано. Потому что место «мосрим» в Биркат а миним – совершенно естественно, против предателей это благословение и было изначально направлено. Удивительно, что предатели не фигурируют в списке злодеев в самом благословении ни в израильском варианте, ни в молитвеннике Саадии Гаона, а также в первоначальном варианте Рамбама. Та же ситуация с молитвенником Амрама Гаона. Это кажущееся противоречие можно, на мой взгляд, разрешить, предположив, что в некоторый период времени, мосрим перестали упоминаться в этом благословении из-за опасной ситуации, в которой они оказались.

Второе примечание, более важное, относится к термину «ноцрим», появляющемуся перед термином «миним» исключительно в благословении израильского типа и во вставке в молитвеннике Амрама Гаона. В сегодняшней науке существует справедливый консенсус, что христиане никоим образом не упоминались изначально в этом благословении. Уже нет необходимости, как мне кажется, опровергать древнее убеждение, что это благословение было добавлено в молитву Шмонэ Эсре в период Явне, чтобы вывести христиан из общины Израиля. Сегодня всем ясно, что это ложное мнение. О том, как и когда было создано это благословение, мы еще поговорим в дальнейшем. Сразу же скажем, что совершенно неверно и предположение, что «ноцрим» были исключены из первоначального варианта благословения под влиянием цензуры. Этот термин не упоминается в традиции молитвы и в тех странах, которые никогда не были христианскими, хотя и имели христианское меньшинство, против которого благословение могло бы быть направлено. Со слов Юстина, который пишет во второй половине второго века, мы знаем, что иудеи уже в тот период проклинали христиан в синагогах во время молитвы. Видимо, незадолго до этого времени под влиянием видения «желтой опасности» были введены подобные обычаи. Тогда многие христиане еще были одной из самых больших еврейских сект, проникающий в отдаленные места мира, в разные концы диаспоры. Из этого, впрочем, никак не следует, что сам текст благословения включал себя термин «ноцрим». Полностью благословение стало использоваться против христиан в четвертом веке, как можно понять из косвенных свидетельств Епифания и Иеронима.

Но прежде всего должно быть ясно, что благословение это возникло задолго до возникновения христианства, поэтому и не могло быть изначально направлено против христиан или включать в себя понятие «ноцрим». Этот термин был добавлен в четвертом веке, когда благословение стало использоваться против христиан. Причем он был добавлен лишь в небольшом регионе в Стране Израиля и использовался в незначительный период времени. Ни в одном другом регионе этот термин не укрепился. Дополнительным доказательством того, что термин «ноцрим» является поздней вставкой, можно считать тот факт, что это слово, как вторичное в благословении, по моему мнению, вставлено перед словом «миним». 

Источник: http://old.myzion.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=469&Itemid=1

Мессианский иудаизм и еврейское исследование Йешуа

Майкл Л. Браун

Цель этой статьи — оценить недавние еврейские исследования личности и деятельности Йешуа, с точки зрения их влияния на формирование христианского академического образования и благовестия в целом, а в частности, на формирование мессианского еврейского академического образования и практического благовестия. Я не буду пытаться проводить обзор соответствующих материалов (как это сделал, по этому вопросу, Дональд Хагнер, дополнивший свою ранее опубликованную монографию).1 Скорее, я намерен избирательно обращаться к наиболее показательным результатам этих материалов, особенно того, что касается мессианского еврейского богословия и служения. Должно ли, выражаясь фразой Хагнера, «возрождение еврейства Йешуа» считаться положительным или отрицательным фактором для евангельских верующих и, особенно, мессианских евреев? Что ожидает нас в рамках этой концепции – многообещающие перспективы, коварные ловушки, или же, и то, и другое? Исходя из этих предпосылок, мы будем рассматривать материал по трем основным категориям:

1) Позитивные разработки;
2) Отрицательные тенденции;
3) Текущие проблемы.

Чтобы облегчить обсуждение, я приведу ссылку на несколько недавних работ, достаточно репрезентативных в области тех основных академических тенденций, которые мы пытаемся проанализировать.

Позитивные изменения

Одним из первых препятствий, встающим на пути у мессианских евреев становятся сражения вокруг споров со своими согражданами евреями на тему — «Йешуа — один из нас». Верующим в Йешуа евреям приходится отстаивать не только истину о том, что Йешуа является обещанным Машиахом и, следовательно, Спасителем мира, также им приходится вести борьбу с укоренившимся мнением о том, что Йешуа, якобы, основатель чуждой новой религии под названием «Христианство». Борьба за истину в этих вопросах продолжается уже более 1500 лет, но каждое проявление очередного «христианского» антисемитизма только подливает масло в огонь, и усиливает напряженность, недопонимание между сторонами. Эта проблема усугубляется и тем, что если Йешуа, или, как Его называют в ортодоксальных еврейских кругах «Йешу», и известен среди еврейского народа, то как вероотступник, обманщик, лжепророк и сбившийся с истинного пути идолопоклонник, незаконнорождённый, мучающийся ныне в аду.2

 Таким образом, в глазах основной массы евреев, Йешуа был либо христианином, представителем чуждой им веры (вероятно, продукт европейской культуры, основываясь на церковной иконографии), либо евреем-отступником (такое мнение опирается на раввинистическую традицию). Так что, как мы видим, остается не так уж много места признательности по отношению к Йешуа, как части еврейского народа, не говоря уже о «возрождении Его еврейства». В свете всего этого, следует сказать, что, однозначно, исследование и возрождение еврейства Йешуа — весьма положительно само по себе. Сам факт возможности публикаций совместных иудео-христианских изданий, таких как «Гилель и Иисус» — уже огромный шаг вперед, тем более, если учесть, что это не случайное академическое исследование, проведенное еврейским (например, как это было в прошлых поколениях с работами Иосифа Клаузнера), а, скорее, отражение сложившихся новых основных тенденций.3 Разве это плохо, когда Лоуренс Х. Шиффман, ортодоксальный еврей и наиболее авторитетный исследователь «Свитков Мертвого моря», пишет на тему «Еврейство Иисуса: заповеди о межличностных отношениях»4, или когда Ирвинг Цейтлин издает труд, озаглавленный как «Иисус и иудаизм Его времени»5, когда раввин Филипп Сигал обсуждает галаху Йешуа в соответствии с Евангелием от Матфея 6, когда израильские ученые, такие как Дэвид Флюссер и Шмуэль Сафрай, возглавляющий Иерусалимскую школу изучения синоптических евангелий, пытаются восстановить (а по сути, вновь открывают) еврейское происхождение Евангелий 7? Все это предполагает еврейство Йешуа и тот факт, что наиболее правильно он может быть понят именно, как Еврей среди евреев — с точки зрения и Его послания, и Его миссии, и Его мышления. И тут есть ряд определенных тенденций, которые нам следует рассматривать как чрезвычайно позитивные.

Во-первых, еврейские ученые, как консервативные, так и либеральные, все же, склонны менее скептически относиться к достоверности свидетельств Нового Завета Йешуа, по сравнению со своими нееврейскими либеральными коллегами изучающими тексты Нового Завета 8. Ведь, то представление о Йешуа, которое возникают при непосредственном чтении Евангелия, в наших глазах также имеет сходство с историческим Йешуа, а подобная точка зрения, резко контрастирует с нигилистическими и широко распространенными взглядами на Его образ в исследованиях скептиков и либералов из такого общества библеистов, как «Семинар Иисуса», например 9. Обусловлено ли это академической базой, на которой строят свои суждения еврейские ученые (как правило, они не учились в христианских семинариях и, как следствие, не были вскормлены на критике Нового Завета), или же им просто легче принять Йешуа таким, каким Он предстает в Новом Завете, факт остается фактом — они склонны более серьезно относиться к религиозным дебатам между Йешуа и его современниками, к основному содержанием Его учений и к Его делам. Так что, даже столь критически настроенные исследователи, такие как Якоб Нойзнер, скорее готовы опираться, в своих трудах, на образ Йешуа из Евангелия от Матфея, нежели на «сфабрикованную абстрактную историческую фигуру, представления о которой весьма расплывчаты и неоднородны для какой-либо дискуссии вообще». 10

Во-вторых, еврейство Йешуа предполагает также и необходимость восприятия Нового Завета с еврейской точки зрения. Поскольку, априори, они признают Йешуа как родственника по плоти, вполне естественно, что они относятся к Нему в контексте среды иудаизма I века. Йешуа приписывают и различные модели лидерства — от харизматичного святого человека (например, у Геза Вермеша) до фарисея новатора (Харви Фалка) – но, как бы то ни было, в большинство из этих моделей Он — евреи. 11 Хочу привести простую иллюстрацию, когда я впервые приехал в Израиль в 1986 году и стал свидетельствовать некоторым израильтянам на моем ломанном иврите, я быстро понял, что мне не нужно говорить им также, как я говорил евреям в Америке, — акцентируя на том, что я еврейский последователь Йешуа. Для них такой подход был само собой разумеющимся! Точно так же и для большинства современных еврейских ученых само собой разумеется, что изучаемый ими Йешуа жил и умер как еврей, что ходил Он по еврейским городам и деревням, окруженный евреями из различных слоев общества. Так, Чарлсуорт приходит к следующим утверждениям, на основании изучения учений Гилеля и Иисуса (из чего, собственно, и родилось название его книги): «Гилель и Иисус были историческими личностями, учителями и благочестивыми евреями, которые жили в Палестине, прежде разрушения Храма», «Занимаясь исследованием … Гилеля и Иисуса, прежде прочих документов необходимо изучить книги Нового Завета и Раввинистическую литературу, к которой следует отнести тексты раннего иудаизма, особенно свитки Мертвого моря, Ветхозаветние апокрифы и псевдоэпиграфические сочинения». 12

В-третьих, еврейские ученые, как правило, признают, что источники Нового Завета, часто, более надежны, чем раввинские (более поздние) источники, такая точка зрения, порой, контрастирует с мнением ряда христианских ученых 13. В этом отношении, особый интерес представляет наблюдение Чарлсуорта о том, что более молодые ученые (как еврейские, так и христианские), внесшие свой вклад в издание о Гилеле и Иисусе, как правило, относятся более скептически, по отношению к «надежному историческому отображению» образов Гилеля и Иисуса, «особенно Гилеля»:
«у нас существуют письменные традиции об Йешуа, которые восходят не просто к веку, в котором он жил, но, в некоторых случаях даже к десятилетию или двум от момента его служения. В то время, как с Гилелем, мы вынуждены оценивать традиции, которые, в некоторых случаях не записывались вплоть до шестого века н.э., что, примерно, датируется 500 годами после жизни Гилеля.» 14
Тот факт, что христианские ученые (особенно в прошлом) часто обращались к раввинистическим источникам некритически, можно объяснить недостатком опыта в этой области или отсутствием (в прошлом) всеобъемлющей критической методологии, подходящей для трактовки раввинистической литературы. 15

В-четвертых, в первом столетии признается разнообразие течений «иудаизма», и Йешуа, и его последователи находятся прямо в этом жизненном контексте и в этой религиозной среде. Таким образом, соответствующие тексты не корректно читать, исходя из понятий «христианин» и «еврей», поскольку там, по сути, речь идет о выражении различных еврейских убеждений и практик (фарисейские, саддукейские, эссейские, фалацкие, мессианские, апокалиптические и т. д.). 16 Я знаю, что научная терминология не всегда отражает это (см. ниже, «Текущие вопросы») но, по крайней мере, существует негласное понимание всего этого разнообразного историко-культурного и религиозного фона как «иудаизма первого века». При этом, мы знаем, что против Йешуа и Его учеников действительно были выдвинуты обвинения в еретических убеждениях (см., например, Мф. 26: 59-66, Деяния 6: 8-14, 21: 27-28), однако, по большей части, сегодня мы бы классифицировали такие обвинения, как внутренний конфликт, возникший на фоне межеврейских дискуссий и соперничества. Подобным образом и Павел мог расколоть синедрион сославшись на свою веру в воскресение, вызвав, тем самым такие же внутренние межеврейские разногласия (Деян. 23: 1-10). Хотя, Павлу было необходимо опровергнуть обвинение в том, что он проявлял нелояльность к обычаям своего народа (например, в Деяниях 21: 17), ему требовалось лишь напомнить это тем, кто не знал, что он итак еврей (например, Деяния 22: 3, 23: 1, 6), и это в корне отличается от ситуации, сложившейся сегодня, когда мессианские евреи должны буквально сражаться за признание своего еврейства, и в этом сражении едва ли можно полагаться на современные коннотации понятия «иудаизм». 17 И если с этой точки зрения рассматривать и то, что пытаются выдать за акты предполагаемого антисемитизма в Новом Завете, то можно будет раскрыть иной характер происходящего, гораздо более плодотворный, поскольку даже используемая там резкая риторика все чаще сегодня признается междоусобной «внутрисемейной» полемикой в еврейской среде. Как в отношении Свитков Мертвого моря отметил христианский ученый Крейг Эванс:
Полемика, встречающаяся в трудах Кумрана, превосходит по своему накалу полемику в Новом Завете. В отличие от эзотерического и эксклюзивного положения Кумрана, ранняя церковь провозглашает открыто свои идеи и приглашает всех верующих стать частью этого общения. Нигде Новый Завет не предписывает христианам проклинать неверующих или своих противников. Нигде Новый Завет не обращается к Богу с просьбой о проклятии врагов церкви. В то время, как в Кумранских трудах мы находим таковое. И, если бы эта группа выжила, сформировала бы свое членство и постепенно обрастала бы не евреями на протяжении веков, а их отличительными писаниями стала бы Библия то, я подозреваю, что большая часть процитированного выше рассматривалось бы как выражение антисемитизма. Но группа не выжила и не стала языческой религией, а поэтому ее критика никогда и не считалась антисемитической. История Кумранского сообщества обрывается, не добавляя больше ложек дегтя к бочке меда. Так что, мы интерпретируем Кумран так, как и должны. Мы интерпретируем его в его еврейском контексте, поскольку он никогда ни в каком ином и не существовал, именно потому никто никогда не описывал эту полемику как антисемитскую. 18

Я верю в то, что такая точка зрения все более будет возрождаться в среде современных еврейских ученых, если только они не возьмутся просто списывать все поздние «враждебные» тексты, сформировавшиеся в нееврейских слоях и добавленные к ранним документам «Церкви», которая уже была на тот момент отделена от «синагоги», и позиционировалась как противостоящая ей. 19
В-пятых, самосознание Йешуа и Его служение часто анализируются в контексте мессианских ожиданий первого века, зачастую основываясь на Писании. Хотя это никоим образом не отражает универсальную тенденцию среди еврейских ученых, я считаю, что мы можем признать общее движение в этом направлении, в отличие от взглядов некоторых либеральных христианских ученых, которые не верят, что даже такой отрывок, как Исаия 52: 13- 53:12, следует учитывать при исследовании самосознания Йешуа. 20 В противовес такой позиции, Хагнер может привести цитату еврейского ученого С. Бен-Чорина, который «не считает невозможным единение в образе Йешуа как Сына Человеческого (Дан. 7) так и страдающего Божьего Слуги (Ис. 53)», исследователь и сам считает, что «Йешуа, возможно, видел свою смерть как неизбежную и думал о своей смерти как «своего рода жертве» 21.

Почему тексты Нового Завета неправильны?

Почему тексты Нового Завета неправильны?

Вдумчивый человек заметит, что церковная традиция толкований Писаний, не всегда является адекватной. И потому, начиная изучать и углубляясь в изучение, такой человек, неизменно приходит к тому, чтобы начать рассматривать Писание в свете еврейской традиции.  И кажется, это правильно. Ведь только еврейский народ сохранял традицию от начала и до сегодняшнего времени. И тем более, чем глубже он начинает изучать толкование в свете еврейских источников, человек приходит в восхищение от открывающихся, ранее скрытых от него глубин Писания.

И это восхитительно.

Но продолжая изучать еврейскую традицию такой человек неизменно приходит к ранее скрывающихся от него, подводным камням, которые не было видно на поверхности.

Это так называемое отношение сегодняшней еврейской традиции к текстам Нового Завета и личности Иешуа.

И когда такой человек видит, как много глубины он получил от еврейского взгляда на Писания. Он встает перед выбором. Во что верить. Ведь до этого момента, он так много уже увидел, чего нет в христианской традиции. А если все, то прежнее оказалось правдой, возможно ли что и еврейский взгляд на тексты Нового Завета окажется правильным?

Если до этого момента я говорил к вам, то и последующее для вас. Если же для вас это не является проблемой, то эти размышление не для вас.

И тут многие искренние верующие начинают сомневаться в своих основных верованиях.

Такие как, а в действительно ли Иешуа – Машиах. Действительно ли апостолы были частью еврейской традиции или небольшой кучей сектантов своего времени.

И самая основная проблема- это личность апостола Павла, написавший большую часть Нового Завета. Чему учил он в действительности. Был ли он истинный еврей или отрекшийся от веры своих отцов, еретиком.

Все эти вопросы имеют под собой основание, но это возникает лишь оттого, что мы слышим только лишь талмудическую традицию, которая сегодня говорит русского говорящему человеку, со страниц интернета и множества хороших книг, написанные раввинами для русскоговорящего человека.

Эта традиция неплоха для сегодняшнего еврея, но она не являлась еврейской традицией времен Иешуа.

И хотя множество прекрасных вещей вошло в талмудический иудаизм еще со времен Второго Храма, но все же она претерпела множества изменений с тех пор когда создавались тексты Нового Завета.

Это важно понимать.

Мы должны учитывать тот исторический фон, в котором развивалось первое христианство и тот иудаизм, который лишь намного позднее приобрел облик того иудаизма, который представляют сегодня современные раввины.

Вот почему, с тем медом, который мы вкушаем, изучая и просматривая лекции учителей Торы сегодня, мы незаметно поглощаем и горечь отрицания текстов связанных с учением апостолов Машиаха.

Ведь современный иудаизм – это не тот иудаизм, который был во времена зарождения первых «талмидим». Но мы, не понимая этого, пытаемся восстановить оригинальное понимание текстов Нового Завета в свете изменившейся традиции.

Это, как если бы мы пытаясь построить дом, пользовались чертежами от городского парка. Что-то бы совпадало, но в основном – это не те чертежи. Чертежи хороши но хороши для постройки парка, а не дома. И если мы хотим построить по-настоящему тот дом, то мы должны пользоваться правильными инструкциями.

Я ни в коем случае не говорю о современном иудаизме сегодня негативно, я лишь говорю, что это в основной своей массе, это не тот инструмент, чтобы сделать вывод о истинности или ложности учения Машиаха Иешуа.

Мы не имеем права, утверждать, что это сегодняшний иудаизм – это неприемлемая традиция для нас сегодня, как верующих в Машиаха евреев. Но мы должны давать себе отчет в том, что эта традиция не является именно той, которая была во времена создания текстов Нового Завета, а значить она временами будет если не противоречить, то говорить нечто иное, чем то толкование, которое было во времена апостолов, учившими о Иешуа и Царстве Божьем.

И не понимая всего этого, у неискушенного и ищущего человека, возникает дилемма. Кому и чему верить.

Ведь с точки зрения современной традиции, Иешуа и Его ученики нарушали Тору. И кажется делали совершенно неправильные заключения из текстов Танаха, чем это понимает сегодня талмудическая традиция.

В действительности мы просто не знаем этого, либо понимая это, сознательно закрываем на это глаза. Потому как поиски истины гораздо сложнее чем уже поданная на «блюдечке готовая еда».

И кажется странным, и непонятным, как так хорошо знающие свою традицию учителя Торы, не понимают этого. Но давайте не будем забывать, что все эти учителя с детства были воспитаны именно в раввинистической традиции, традиции которая уже отличалась от неё существовавшей. И далеко не все углубляются в ту традицию, которая не является частью их практической жизни. Ведь иудаизм видоизменялся и прогрессировал. Хотя «сам стержень веры» еврейского народа был и остаётся прежним. Но все же при этом, что-то сознательно отвергалось, а что-то просто уходило само собой за простой ненужностью. И тем самым сегодня мы имеем то, что и называется современным иудаизмом.

И мы должны пытаться восстановить то утерянное понимание, не для того чтобы снова начать жить так как жили первые талмидим. Так как, по моему мнению, это уже невозможно. Но для того, чтобы наша вера не колебалась, что Иешуа – это Машиах, а его ученики – это Его посланники. Что они выросли в еврейской традиции их времени, а не были каким-то странными маргиналами среди еврейского народа…

Источник: https://tanah.ru/pochemu-teksty-novogo-zaveta-nepravilny/

Ватикан передумал обращать евреев

Ватикан передумал обращать евреев
Константин Карабанов

Католикам не стоит пытаться обратить евреев в свою веру. Вместо этого им необходимо сотрудничать, чтобы вместе бороться с проявлениями антисемитизма. О соответствующем решении Святого Престола сообщается в документе, опубликованном ватиканской Комиссией по религиозным взаимоотношениям с евреями.

Как следует из документа, христианство и иудаизм тесно взаимосвязаны, и с точки зрения иудеев заповеди, которые были дарованы Моисею на горе Синай 17 тысяч лет назад, продолжают действовать. В этой связи, отмечает комиссия, претензии, которые предъявлялись к евреям христианами на протяжении последних двух тысячелетий, не имеют под собой оснований.

«В этой связи Церковь обязана воспринимать крещение евреев, которые верят в единого Бога не как переход в христианство людей другого вероисповедания и мировоззрения, — отмечается в документе. – Христианин никогда не должен быть антисемитом, особенно учитывая еврейские корни христианства».

Кроме того, авторы отмечают, что церкви стоит особенно чувствительно подходить к проблеме Холокоста, который сами евреи обычно называют Шоа [в переводе — катастрофа]. Кроме того, всем правоверным католикам предписывается «делать все возможное, чтобы помочь нашим друзьям-евреям побороть антисемитские тенденции».

Документ был опубликован к 50-летию революционного решения Ватикана, отвергнувшего коллективную вину евреев за мученическую смерть Иисуса Христа, распятого по решению Синедриона с согласия римского прокуратора Понтия Пилата. Концепт коллективной вины основывается на решении евреев помиловать не Иисуса, а разбойника Варраву, несмотря на протест Пилата, которое описывается в 27 главе Евангелия от Матфея.

Тогда правитель спросил их: кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам? Они сказали: Варавву. Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят. Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы. И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших. Тогда отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие. (Мф. 27:24-27)

Несмотря на решение Святого Престола, многие ортодоксальные католики не согласились с этим решением, продолжая настаивать на «Еврейской миссии» церкви, которая якобы обязана обратить евреев, не признающих в Иисусе предсказанного в Ветхом Завете Мессию, которого сами евреи называют Машиах.

«В конкретных терминах это означает, что Католическая церковь не поддерживает никакую институциональную миссию в отношении крещения евреев и не поддерживает ее», — говорится в документе, где также отмечается, что сама идея «Еврейской миссии» Ватиканом принципиально отвергается.

Это первый раз в истории, когда Ватикан столь явно демонстрирует свое положительное отношение к евреям в официальном документе. До 1960-х годов каждую Страстную пятницу евреев обвиняли в «вероломстве», повлекшем за собой смерть Иисуса Христа, и призывали принять христианство. Эти слова были изъяты из мессы после того, как Второй ватиканский совет, проходивший в 1962-1965 годах, принял новый текст пасхальной мессы.

Тем не менее, молитва, призывающая евреев покаяться, сохранилась в латинском тексте мессы, который используют ультратрадиционалисты, в частности, члены Общества святого Пия X, которые отрицают реформы, проведенные Вторым ватиканским советом. В 2008 году папа Бенедикт XVI убрал из латинской мессы эпитеты, которые евреи считали оскорбительными, в частности, о «слепоте народной».

В документе впрочем отмечается, что католики должны говорить с евреями о своей вере в Иисуса Христа, однако делать это в «кроткой и чувствительной манере, осознавая, что евреи являются слова Божьего».

На протяжении всей истории христианства догмат о «коллективной вине» еврейского народа был причиной притеснения евреев, которые были вынуждены платить увеличенные налоги, селиться только в определенных местах, носить определенную одежду, а также регулярно подвергались избиениям, погромам и убийствам среди христианского населения Европы.

Кульминацией гонений стал Холокост, развязанный против евреев властями нацистской Германии, где в 1941 году было принято решение об «окончательном решении еврейского вопроса», после которого миллионы евреев были сосланы в концентрационные лагеря, в которых осуществлялось их физическое истребление. По оценкам ученых, всего за годы Второй мировой войны погибло около 6 миллионов евреев. Лишь спустя 70 лет после окончания войны, в июле 2015 года численность евреев на планете впервые вернулась к довоенному показателю в 16,6 миллионов человек. По мнению ряда ученых, если бы Холокоста не случилось, в настоящий момент евреев в мире сейчас составляло бы от 26 до 30 миллионов человек.

Решение о новом подходе к взаимоотношениям с евреями было опубликовано через два дня после начала внеочередного Юбилейного года – одного из главных праздников в католической традиции, которые обычно проходят раз в четверть века. Главной темой нынешнего Юбилея считается милосердие, которое Бог оказывает всем живым существам.

Источник: https://www.vesti.ru/doc.html?id=2696805

Семь заповедей Ноя: Синедрион или Христос?

Семь заповедей Ноя: Синедрион или Христос?

Даниэль Алиевский

Обсуждаемый вопрос я впервые задал в сообществе движения «бней-Ноах» («дети Ноя») в Живом Журнале:http://community.livejournal.com/bnei_noach/. Вопрос показался мне достаточно интересным, чтобы оформить его в виде этой небольшой заметки.

Ситуация следующая. Существует религиозное движение «бней-Ноах», или «ноахиты», которое иудаизм считает «наилучшим выбором для неевреев». Точнее, с иудейской точки зрения у человека нееврейской национальности, желающего приобщиться к Богу, есть всего два выбора: либо присоединиться к бней-Ноах, либо пройти гиюр и тем самым стать иудеем (т.е. евреем: в языке иврит это одно и тоже). Все остальные религии иудаизм считает некорректными и не ведущими к Богу. Гиюр предусматривает, что человек берет на себя обязательство максимально строго, в меру физической возможности, исполнять 613 заповедей Ветхого Завета — обязательство, лежащее изначально на всех галахических евреях. Если же человек не готов таким образом присоединиться к еврейскому народу, ему следует, как и всем «детям Ноя», соблюдать некоторый минимальный набор заповедей. Иудеи, а вслед за ними последователи движения «бней-Ноах», считают, что этот набор включает 7 заповедей и был дан Всевышним Адаму и Ною, предкам всех современных людей. Эти заповеди обычно называют Заповеди сынов Ноя.

Сама эта идея мне очень нравится. Действительно, если Всевышний даровал людям Тору, Он должен был что-то сказать об этических нормах для всех людей, а не только евреев. Однако, какие же это заповеди? И почему «заповеди сынов Ноя», соблюдаемые «бней-Ноах», именно такие? Ведь, в отличие от знаменитых Десяти Заповедей и других не менее известных постулатов, таких как «Возлюби ближнего своего», заповеди Ноя не приведены ни в Пятикнижии, ни в каких-либо иных священных книгах, где приводятся слова Бога. Откуда же тогда взялись эти заповеди?

Прежде всего, приведу сам список:

  • запрет Богохульства,
  • идолопоклонства,
  • запрет убийства,
  • разврата,
  • грабежа,
  • обязанность устанавливать законы,
  • запрет есть от живого.

Я здесь процитировал однин из наиболее авторитетных иудейских источников — Рамбам, Мишне Тора, Законы о Царях, 9:1–3:

Шесть заповедей получил первый человек (Адам): запрет поклоняться идолам, запрет проклинать Бога, запрет убийства, запрет прелюбодеяния, запрет грабежа и повеление поставить справедливый суд.

Несмотря на то, что эти сведения получены нами по традиции от Моше-рабейну [в традиционном русском прочтении: Моисея], и все это вещи логичные, в прямом тексте Торы также есть намеки на эти заповеди. Дополнительной заповедью, полученной Ноахом [в традиционном русском прочтении: Ноем], стал запрет есть мясо живого животного, как сказано: «Только мясо, пока душа его в крови его, не ешьте» (Бытие 9:4). Таким образом, получилось семь заповедей.

(Текст цитируется по изданию: Рамбам, «Мишне Тора», Книга XIV, 2009, перевод Шошаны Бродской, редакция Гиллеля Бродского. Приношу благодарность уважаемому Леви Китросскому, любезно указавшему мне на этот текст.)

Откуда же мы знаем, что Адам и Ной получили именно эти заповеди? В Торе этого списка нет. Не мог ли Рамбам ошибиться? Это были первые вопросы, которые я задал на блоге ноахитов в Живом Журнале.

Мне подсказали статью «С чего начинается заповедь?» опубликованную на сайте http://www.moshiach.ru/. Процитирую фрагмент статьи, содержащий необходимый вывод:

…чтобы разобраться во всем этом должным образом, нам и придется прибегнуть к помощи Талмуда — этой святой книги, в которой детальнейшим образом проанализированы мельчайшие подробности Писания, и которая любит давать ответы на сложнейшие вопросы, возникающие при его прочтении.

Итак, трактат Санедрин (то есть Высший Суд в переводе на русский), седьмой раздел, лист 56 — именно здесь так сказать выводятся вышеупомянутые семь заповедей, и мы с вами сейчас посмотрим как это происходит.

Мудрецы начинают с перечисления этих заповедей:

«Семь заповедей заповеданы потомкам Ноаха — суды, и запрет Б-гохульства, запрет идолопоклонства, запрет разврата, и запрет кровопролития, и запрет грабежа, и запрет употреблять в пищу орган, отделенный от живого существа…»

Откуда взялись эти запреты? Рабби Йоханан говорит: написано в Писании (Брейшит 2:16 или Бытие 2:16) — «И заповедал Г-сподь Б-г человеку, сказав: от всякого дерева в саду есть ешь».

Здесь необходимо сделать небольшое отступление. Дело в том, что ни одного слова в Библии не сказано просто так, но за каждой буквой в ней скрывается определенный смысл. Мудрецы об этом знали и умели докапываться до скрытого между строк. Использовали они для этого тринадцать принципов толкования Торы. Все они являются частью Устного Предания (Масора), передававшегося из поколения в поколение со времен пророка Моисея. Эти принципы часто применяются во всем Талмуде, когда необходимо проследить источники различных законов в тексте Торы. Один из них называется «гзера шава» (соответствие по подобию — перевод с библейского), то есть вывод из подобия слов или фраз в двух различных местах Писания. Это означает, что если в двух местах Торы встречаются одинаковые слова или выражения, то сказанное в одном месте имеет отношение и ко второму. Это правило (как и все другие), однако, не может применяться произвольно, но только там, где на это имеется явное Предание.

Основываясь на данной предпосылке, мудрецы и выводят по заповеди из каждого слова и словосочетания в данном случае. То есть на основе того, в каком контексте далее в тексте Торы встречаются подобные слова и словосочетания. И вот как они это делают.

И заповедал — это суды, поскольку написано (Брейшит 18:19 или Бытие 18:19): «Ибо предопределил Я его на то, чтобы он заповедал потомкам своим и дому своему после себя следовать путями Г-спода, творя добро и правосудие». Г-сподь — это запрет Б-гохульства, поскольку написано (Ваикра 24:16 или Левит 24:16): «А оскорбляющий имя Г-спода смерти да будет предан». Б-г — это запрет идолопоклонства, поскольку написано (Шмот 20:3 или Исход 20:3): «Да не будет у тебя богов иных предо Мною». Человеку — это запрет кровопролития, поскольку написано (Брейшит 9:6 или Бытие 9:6): «Проливающий кровь человека человеком его же кровь пролита будет».Сказав — это запрет разврата, поскольку написано (Ирмеяу 3:1 или Иеремия 3:1): «Сказано, вот, если отошлет муж жену свою, и пойдет она от него, и выйдет за другого, то разве возвратится он к ней снова». От всякого дерева в саду — это запрет грабежа (то есть Адаму необходимо было, чтобы Всевышний разрешил и дал ему в пользование деревья сада; но то, что не было дано ему в пользование, запрещено ему — комм. РАШИ). Есть ешь (то, что годится в пищу, но не ешь орган, отделенный от живого существа, поскольку живое животное не годится в пищу, но должно… — комм. РАШИ) — это запрет органа от живого существа».

Я не буду полемизировать с членами Синедриона, сделавшими такие умозаключения много веков назад. Для этого мне не хватит эрудиции, более того, вряд ли в обозримом будущем у меня будет достаточно знаний для такого спора. Вместо этого я предлагаю рассмотреть возможный альтернативный вывод, также приводящий к 7 заповедям для всего человечества, помимо иудеев. Но этот список — немного иной. Возможно, среди читателей найдутся достаточно образованные люди, желающие оспорить мои рассуждения — или рассуждения Синедриона — либо предложить свою альтернативу. Я буду рад услышать мнения на моем блоге.

Прежде всего, давайте предположим, что число 7 имеет особый смысл. На это указывают 7 дней Творения и многочисленные другие фрагменты в Торе. Попытаемся искать именно 7 заповедей.

Далее, обратите внимание, что список ноахитов не вполне соответствует знаменитым Десяти Заповедям. Кое-что добавлено, кое-что изменено, а некоторые фундаментальные и явно не «чисто еврейские» постулаты (скажем, уважение к родителям) убраны. Приведу список ноахитов еще раз, но в другом порядке (порядок изменен ради удобства дальнейшего сопоставления):

  1. запрет Богохульства,
  2. запрет убийства,
  3. запрет разврата,
  4. запрет грабежа,
  5. обязанность устанавливать законы,
  6. запрет есть от живого,
  7. запрет идолопоклонства.

А теперь обратимся к Евангелию и словам Иисуса Христа — еврея, пользующегося наибольшим почетом и уважением во всем нееврейском мире, которого, более того, христиане считают Сыном и воплощением Бога на Земле. А именно, откроем Евангелие от Матфея, 19:16–19. Юноша подходит к Иисусу и спрашивает, что ему сделать благого, чтобы иметь вечную жизнь? Учитель отвечает: соблюди заповеди. Юноша спрашивает: какие? Вот ответ Иисуса:

  1. не убивай;
  2. не прелюбодействуй;
  3. не кради;
  4. не лжесвидетельствуй;
  5. почитай отца и мать;
  6. и: люби ближнего твоего, как самого себя.

Набор похож на набор Рамбама, не правда ли? Но не совпадает. Нет ничего про Бога, зато есть про отца и мать (как и в Десяти Заповедях), про лжесвидетельство (оттуда же) и про любовь к ближнему (Левит 19:18 — комментатор Торы Й. Герц, написавший комментарии «Сончино», пишет, что это важнейшая заповедь Торы). Прочтем далее (Мф. 19:21):

  1. Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною.

Я не случайно поставил здесь номер 1. Откроем Мф. 22:36–39:

Учитель, какая заповедьсамаябольшая в законе?
А Он сказал ему: «Люби Господа, твоего Бога, всем своим сердцем, всей своей душой и всем своим разумом».
Это
самаябольшая и первая заповедь.
А вторая подобна ей: «люби своего ближнего, как самого себя»
На этих двух заповедях держится весь Закон и Пророки.

Я думаю, что в своем ответе юноше Учитель говорит о заповеди Номер Один, т.е. почитании и любви к Богу и следовании за Ним. Я вижу в этом расширенный аналог первой заповеди из списка Рамбама.

Из остальных заповедей три (со второй по четвертую) почти совпадают с Рамбамовским списком. Пятая заповедь Христа — «Не лжесвидетельствуй» — входит в Десять Заповедей и в чем-то аналогична заповеди устанавливать законы. Хотя, конечно, это не то же самое.

Выводы из сопоставления напрашиваются. Не являются ли запрет есть от живого (номер 6) и запрет идолопоклонства (номер 7) ошибкой, не имеющей отношения к настоящим заповедям Бога, данным всему человечеству? Синедрион, вероятно, в своих выводах не учитывал слова Иисуса.

С моей, наивной и некомпетентной точки зрения, ложное свидетельство, или попросту обман, ложный донос, из-за которого наказывают другого — куда более серьезный грех, чем общество без судопроизводства. (Иисус, кстати, призывал не судить.) Далее, уважение к родителям не важнее ли непоедания живых тварей? Устриц часто едят сырыми — неужели же люди, делающие это, намного дальше от Бога, чем те, кто насмехается над родной матерью и оскорбляет ее?

Наконец, любовь к ближнему — разве не фундамент вообще всякой этики? И Иисус, и комментаторы к Торе согласны, что это важнейшая заповедь Бога. А вот насчет идолопоклонства ситуация куда менее однозначна. Ведь идолы существовали и у величайших цивилизаций, где были истинные мудрецы и праведники. Прежде всего, конечно, это индуизм — великая мировая религия, признающая Единого Творца Брахмана, послужившая основой для создания знаменитых восточных философских систем и опирающаяся на уникальные по своей глубине Веды. Мог ли Бог подарить индийцам Веды, но при этом поощрить на нарушение фундаментальной общечеловеческой заповеди?

Напоследок небольшое замечание. Заповеди Иисуса действительно стали общепризанными если не всем нееврейским человечеством, то всеми, кто чтит Евангелие. Это миллиарды христиан. Если Бог хотел сообщить всему человечеству некоторый минимальный набор заповедей Торы, то это действительно произошло, а именно, через Христа. Набор же заповедей ноахитов, хотя и считается, что идет еще от Адама и Ноя, однако по сей день остается уделом бней-Ноах, увы, чрезвычайно немногочисленных и практически неизвестных в нееврейской среде.

Какой же список правильный?

Источник: http://algart.net/ru/bnei_noach/7_commandments_by_Jesus_Christ.html

Евреи — свет для народов: сторона народов

Евреи — свет для народов: сторона народов

Даниэль Алиевский

В последние годы в еврейском мире набирает силу движение, которое обычно называют «Ор ле-Гоим», или «Свет для народов». Это парафраз на стих из книги Исайи 42:6: «Я, Господь, призвал тебя к правде, и возьму тебя за руку, и буду хранить тебя, и сделаю тебя народом завета, светом народов». Конец этого стиха на языке оригинала звучит как «ам ле-ор гоим» (עָם לְאוֹר גּוֹיִם), буквально «народ [избранный] в качестве света народов [остальных]». Речь идет о том, что евреи, вернувшись из многовекового изгнания, должны осознать и исполнить свою функцию — быть Светом для остальных народов мира, согласно сказанному в Торе (Пятикнижии): «…а вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исход 19:6).

Я считаю чрезвычайно важным и знаменательным, что сегодня в еврейской нации происходит осознание их функции и роли в рамках всего человечества. Однако я не берусь обсуждать саму эту тему: правильно это или нет, настало для этого время или нет. На эту тему имеется множество публикаций, в том числе не блоге machanaim.livejournal.com. Я хочу обсудить сторону этого вопроса, которая, насколько я пока видел, пока остается практически вне поля зрения.

Ор ле-Гоим — это процесс давания. Нечто, что евреи могут и должны предложить миру. Любое давание само по себе не просто, как правило, требует работы над собой, пересмотра отношения к себе и прочим, готовности ломать сложившиеся стереотипы внутри себя, и так далее. Евреи, готовые что-то делать, понимают это и активно обсуждают это.

У меня сложилось некоторое устойчивое впечатление — это не утверждение, а именно субъективное впечатление — что на сегодня большинство евреев, даже самых думающих из них, склонны этим ограничиваться. Примерно так: мы разберемся в ситуации, найдем правильные решения, постараемся им следовать — ну а народы мира, если захотят, сами подтянутся. О чем они думают, чем живут, мы толком не знаем, но, в общем-то, для нас это не важно — хотя, если у них есть искры святости, мы с удовольствием поможем им очистить себя от клипы (т.е. оболочки — концепция искр святости и клипы стала широко известна в XX веке благодаря трудам рава Кука). Их собственное мнение по этому поводу не имеет значения, ведь мы знаем истину от Всевышнего, а они — гоим (народы мира), которым следует довольствоваться своими Семью заповедями — в иудаизме принято считать, что неевреям необходимо и достаточно исполнять так называемые Семь Заповедей Ноя.

И так говорят отнюдь не консервативно настроенные евреи, а, напротив, самые прогрессивные — в более «традиционных» кругах обычно считается, что искры святости среди народов нужны не для того, чтобы они были очищены от клипы в этих народах, а для того, чтобы евреи их собрали. Сами же народы подобны «рабу» и «служанке», обслуживающим своего господина (евреев). Классическая формулировка: «каждый из народов будет держаться за еврея, который поведет его в святую землю».

В итоге вновь и вновь получается нечто вроде движения зеленых в защиту братьев меньших. Кто же спрашивает волков о том, как именно надо их защищать? Или цветы о том, как следует улучшать их породу?

Я понимаю, что этот подход выстрадан веками, когда евреев, образованных и верящих в Бога людей, окружали толпы варваров-язычников. И этот подход удобен: обсуждая ситуацию в своем, еврейском кругу, можно не бояться нарваться на совершенно иное мировоззрение, для которого твои идеи покажутся странными, а взгляды — дикими.

Однако я хочу все же затронуть вторую половину проблемы. Всякое давание — одновременно также и получение. И получающая сторона в этом процессе ничуть не менее важна, чем дающая — если она, например, не захочет брать, то все давание теряет смысл. Грубо говоря, свет для народов не имеет смысла, если народы этот свет никогда не увидят — например, не догадавшись посмотреть в нужную сторону. Рассуждения о том, что «кто хочет, тот сам придет» — разговоры в пользу бедных: не бывает плохих учеников, бывают плохие учителя.

Здесь, к сожалению, ситуация абсолютно провальна. Свидетельствую об этом как человек, выросший среди этих самых гоим и большую часть сознательной жизни вообще не имевший никакого понятия о еврействе, за исключением отметки в свидетельстве о рождении.

Я считаю: чтобы хотя бы начать говорить о выполнении каких-либо функций, нужно сначала заработать свое место — в идеале, уважаемое, а для начала хотя бы какое-то — в рамках человеческого общества. Рассуждать о гоях, как о породах собак, вполне бесперспективно — они не собаки и сегодня ни в чем не уступают самим евреям. Это имеет смысл только и исключительно совместно с самими гоями. Как минимум, на равных, как партнер с партнером, в рамках осмысления обоими Слова Божьего. Еще лучше — с позиций праведников, учителей и мудрецов, что подразумевает предельную скромность и смирение — разумеется, со стороны учителя (именно сильному подобает быть скромным). Но для этого надо, чтобы за евреями признали такое право и определенную роль в такой беседе — и чтобы уже сами неевреи, по своей инициативе назвали этих скромных и ни на что не претендующих людей истинными мудрецами и праведниками. Точно так же, как люди признают великих писателей, физиков или музыкантов — за их заслуги, которые очевидны всем.

На деле же, увы, ситуация совсем не такова. Евреи для гоев — это, во-первых, «горячая точка», в большинстве случаев — угнетатели несчастных арабов. Во-вторых, Израиль представляет некоторый интерес с точки зрения туризма. В-третьих, евреи — некий народ, исповедующий весьма странный вариант веры в Бога. Четвертый вариант — образ еврея как жадины и прохиндея — кажется, с Божьей помощью уходит в прошлое. Есть и другие представления: так, некоторые христиане склонны видеть в евреях избранников Господа, исполняющих сегодня пророчества о возвращении на Святую Землю — например, движение «Ани́ Исраэли».

Но серьезного восприятия евреев как партнеров по диалогу с Богом, у которых можно чему-то научиться — этого пока, увы, нет.

Многие евреи склонны недооценивать катастрофичность ситуации. Те, кто живет в Израиле, или те, кто общается преимущественно с другими евреями (а это для евреев нормально), нередко утешают себя иллюзиями, что неевреи из других религий постепенно приходят к пониманию ценности Торы и идут к евреям учиться. Ведь, действительно, есть движение«бней-Ноах».

К сожалению, весь мой жизненный опыт свидетельствует об обратном. И не только прошлый, но и современный — ибо я, живя в Израиле, все же работаю бок о бок с неевреями из России и Штатов, активно участвую с нееврейских (главным образом христианских) форумах, поддерживаю множество интернет-контактов. Практически для всех известных мне неевреев евреи, точнее, еврейская вера — просто пустое место, как сказано выше: в лучшем случае, неизвестный и странный вариант веры в Бога. Я был бы рад ошибиться, но проверить может всякий: достаточно зайти на любой нееврейский форум и поинтересоваться мнением об роли еврейской веры для типичных посетителей, например, в разделе о православой духовной жизни. Или еще проще — остановить десяток случайных прохожих в Подмосковье и спросить у них, кто такие бней-Ноах и какое отношение к этим прохожим имеют евреи. Существующие бней-Ноах — увы, лишь исключение на фоне прямо противоположного правила. Реальное место учителей Слова Божьего, более или менее общеизвестных и уважаемых, давно занято мировыми религиями.

Естественно, поднимая такую тему, я обязан предложить хоть что-то конкретное, что могло бы помочь исправить ситуацию. Сразу скажу, что цельной программы, как решить все проблемы, у меня нет, да и быть не может. Но несколько разрозненных наметок уже появилось, и я выношу их на всеобщее обсуждение — в надежде, что думающие евреи и представители иных народов их разовьют и предложат иные пути.

1. Литература о сотрудничестве

Сегодня начали издаваться книги, посвященные сосуществованию и взаимодействию еврейской веры и иных религий. Замечательный пример этого — книга современного еврейского мыслителя, рава Пинхаса Полонского «2000 лет вместе». Эта книга завоевала определенное признание среди христиан, и это здо́рово. Это блестящая попытка фактически предложить некий Свет, причем именно для гоим, а не только «в узком еврейском кругу».

Однако, эта книга пока весьма «сырая» — невозможно за один прием отрешиться от многовековых традиции отношения к христианам и рассмотреть ситуацию вполне объективно. Конкретно эту книгу можно сильно улучшить. При всех стараниях автора быть объективным в книге сквозит неуважение автора к христианской точке зрения — и это очень портит книгу. Я написал в свое время небольшой комментарий на эту книгу и готов активно поучаствовать, в качестве критика, в подготовке нового издания. Разумеется, есть смысл издавать и другие аналогичные книги на эту тему.

2. Проект «Иисус — ортодоксальный еврей»

Я предлагаю, чтобы достаточно уважаемые известные израильские раввины открыто и публично заявили на весь мир: с еврейской точки зрения Иисус, описанный в Евангелиях, есть вполне ортодоксальный еврей, более того, мудрый раввин, учитель Торы. Кратко (и упрощенно): Иисус с точки зрения иудаизма не совершил никаких грехов. В целом, речь идет об адекватном ответе на утверждение Папы Римского Бенедикта XVI, что евреи не виноваты в распятии Иисуса.

Суть этой идеи — снять с иудаизма клеймо высокомерия, которое он, увы, по сей день носит в христианском мире. Сегодня христиане, желающие вступить в какой-либо контакт с евреями, первым делом обнаруживают, что для верующего еврея Иисус — чуть ли не ругательство. В такой позиции сама идея о несении света народам мира, во всяком случае западной половине человечества, столь же абсурдна, как, скажем, предложение кутузовскому солдату обучаться идеалам нравственности у Наполеона. Ведь Иисус и христианская Библия — самое святое, что есть у христианских народов, а евреи говорят в этой ситуации о… (уважаемые читатели-христиане, простите, ради Бога, но такова печальная реальность!) «гимнасте на кресте».

Ситуация станет кардинально иной, если будет озвучено мнение — пусть не единое (в иудаизме нет централизации), но авторитетное и компетентное — что Иисус с еврейской точки зрения есть не кто иной, как праведный еврейский мудрец, обучавший Торе. Тем более что его тезисы действительно практически на 100% дублируют или сам Хумаш, или высказывания других еврейских мудрецов. Вот здесь есть отличная подборка таких параллелей, и подобный анализ (сделанный уже еврейскими равами), разумеется, должен лежать в основе заявления о праведном учителе Торы. Понятно, что такое мнение по-прежнему не совпадает с христианской концепцией Боговоплощения, но кардинально меняется расстановка акцентов. Теперь еврей сможет сказать: брат-христианин, хотя у тебя иная вера, но Иисус, в которого ты веришь как в Бога, был в то же время евреем, как и я, и учил он тому же самому Учению, которое заповедал ему Бог (в твоих терминах, Бог-Отец) и которое мы храним под названием «Тора». А поскольку мы избраны Богом — с нашей точки зрения, Единственным Богом, с твоей точки зрения, самим Христом, Богом-Сыном — на то, чтобы максимально хорошо хранить и понимать это Учение, то мы и тебя можем многому научить, даже несмотря на различие в отношении к Иисусу. Может быть, даже более того: в практическом служении Богу мы-то как раз и есть самые близкие Христу люди, ибо живем именно по той вере, которую исполнял и проповедовал он сам.

Я понимаю, что этот вопрос чрезвычайно острый и взрывоопасный. Но мне представляется очевидным, что обойти его не удастся. Де-факто, христианство является стержневой верой современной западной цивилизации, которая, в свою очередь, составляет основу вообще всей современной цивилизации на планете. А в христианском мировоззрении Иисус начало и конец всего. Следовательно, мы просто вынуждены решить этот вопрос, найти понимание, реально подходящее для обеих конфессий — как минимум на том же уровне, на котором имеют общий язык разные течения христиан. Это обязательное условие, если евреи хотят профессионально и всерьез работать с человечеством, т.е. нести свет народам — не с какими-то отдельными группами, а именно с основной массой человечества.

Ключевым моментом здесь является необходимость профессионального и системного, причем (подчеркиваю) именно еврейского анализа Евангелий и самых основ христианского мировоззрения. Это требует, как минимум, серьезного изучения основных концепций христианской теологии: простого чтения Нового Завета абсолютно недостаточно. Евреям, знатокам Торы, которые возьмутся искать решение, по всей вероятности, необходимо ознакомиться и проработать труды Дамаскина, Василия Великого, Иоанна Златоуста, Фомы Аквинского и других основополагающих христианских богословов. Со своей стороны, я готов всячески помочь в этом процессе, в меру своих собственных небольших знаний.

3. Проект «Бней-Ноах, верующие в Иисуса»

Я готов предложить лично себя в качестве прецедента, который трудно, но, может быть, можно реализовать. В иудаизме существует официальная форма принятия на себя Семи заповедей Ноя, после которой нееврей считается легитимным «сыном Ноя» («бен-Ноах»), с которым можно вести дела, который имеет право (закрепленное Торой) проживать на Святой Земле и который можно (с определенными оговорками в рамках современного еврейского религиозного закона) обучать Торе, т.е. нести тот самый Свет. Для этого необходимо пройти соответствующий религиозный суд, по-еврейски — бейт-дин.

Я хочу пройти такой бейт-дин. С участием, по возможности, достаточно известных равов (уважаемых в еврейской среде и известных за пределами еврейского народа), на котором меня признали бы бен-Ноах, соблюдающим Семь Заповедей. Ключевой момент здесь в том, что я верю в Божественность Иисуса. При этом я не являюсь христианином и не разделяю концепцию Троичности Бога — самого проблемного места с традиционной точки зрения. Для меня Бог Один во всех смыслах, и это, я надеюсь, несколько упрощает ситуацию — на вопрос о количестве Богов, которым я поклоняюсь, мне не нужно вдаваться в сложные философские построения о Единстве Троицы и т.п. При этом я все же признаю самый фундаментальный догмат, признаваемый доброй половиной всего человечества — что Бог воплотился в человеке.

Я намеренно не уточняю здесь слово «воплотился», ибо это простое слово «маскирует» чрезвычайно сложную концепцию единства человеческой и Божественной природы. Как минимум, это тема для отдельной статьи, но в целом мое понимание близко к классическому христианскому, изложенному, например, у Дамаскина (за вычетом концепции отдельных Лиц Троицы).

Прецедент такого типа мог бы послужить демонстрацией, что иудаизм не на словах, а на деле готов признать в качестве легитимных партнеров и адресатов «Ор ле-Гоим» людей, исповедующих совершенно нееврейское мировоззрение. То есть таких, с какими евреи и должны работать при практической реализации еврейской функции в мире.

4. Проект «Еврейская религиозная литература»

Я предлагаю начать налаживать обеспечение христиан и прочих нееврейских народов еврейской религиозной литературой. Это самый нейтральный и простой шаг — предложить людям те знания, которыми обладают евреи, но которые до недавнего времени были физически недоступны прочим народам по причине незнания ими иврита, арамейского и арабского. Сейчас, к счастью, всевозможные комментарии на Танах, Мишну, Талмуд, сочинения Рамбама, рабби Нахмана, рава Кука активно переводятся на английский, русский и другие языки. Но пока что все издатели ориентируются на еврейскую аудиторию. Это ошибка.

Могу свидетельствовать — мы сами регулярно закупаем в Израиле свежие издания комментариев на Тору и другие книги только для того, чтобы переслать их российской методистской церкви. Люди с интересом читают, не только пасторы, но ученики семинарий, и простые прихожане — ибо все это ранее было просто неизвестно им. Христианские комментарии на Ветхий Завет, которые существуют, обычно относительно скудны и поверхностны — а даже такие простые замечания, как комментарии Герца (классический «комментарий Сончино»), просто раскрывают глаза верующим на смысл сказанного в Библии. Между тем, сегодня почти единственная возможность купить хотя бы что-то — магазины при синагогах в самых крупных городах либо же прямой заказ в Израиле или Штатах. В интернете пока выложено крайне мало (ибо на продажах этих книг делается бизнес), к тому же даже сегодня очень многие верующие неевреи с компьютером «на вы». Это гигантский и практически непочатый… не буду говорить «рынок», ибо обучение Торе не должно быть бизнесом, но область для работы.

Источник: http://algart.net/ru/ohr_le_goim_side_of_goim/