Перейти к содержимому

Бабий Яр в живописи и скульптуре: от Василия Овчинникова до Вадима Сидура

Бабий Яр в живописи и скульптуре: от Василия Овчинникова до Вадима Сидура

Павел Полян

Живопись и Холокост

В конце 1950‑х годов, побывав на выставке рисунков узников концлагерей, потрясенный Марк Шагал написал:«…Знал ли я их всех? Был ли в их студиях? Видел ли их искусство вблизи или вдали? Сейчас я схожу с ума, я теряю рассудок, я иду к их безвестным могилам. Они зовут меня, тянут к себе, они спрашивают меня: где был ты? Я бежал…

Они прошли через кровавую баню смерти, они ощущали вкус собственного пота. Именно тогда появился свет на их ненаписанных картинах, они считали свои непрожитые годы — столь драгоценные и желанные для них, — как бы для того, чтобы увидеть свои сны наяву. Они искали в своем сознании детский уголок, где луна, окруженная звездами, предвещала ясное завтра. Молодая любовь в темной комнате и трава, смоченная млечным соком и усыпанная цветами, обещали им рай.

Я вижу их теперь в лохмотьях, босыми — на их безмолвных дорогах. Братья Израэльс, Писарро и Модильяни, наши братья — их ведут на веревке сыновья Дюрера, Кранаха и Гольбейна к смерти в крематории. Как я могу, как я должен плакать? Они все давно пропитаны солеными слезами. Издевательства иссушили их так, что я могу оставить свою последнюю надежду. Как я должен плакать? Я вижу огонь, дым и газ, поднимающиеся к голубому облаку и затмевающие его. Я вижу вырванные волосы и зубы — они — яростные цвета моей палитры. Я в пустыне — передо мной горы обуви, одежды, огонь и отбросы, и я шепчу траурную молитву… 

Отражение в живописи темы Бабьего Яра оказалось одновременно широким и недостаточно разработанным.

Сам по себе киевский овраг Бабий Яр — одна из «столиц» Холокоста, место рекордного единовременного убийства евреев, вероломно, под угрозой смерти собранных сюда якобы для выселения. Почти 34 тыс. расстрелянных за полтора дня — 29 и 30 сентября 1941 года: трагический рекорд, 0,5% Холокоста!..

Бабий Яр — это архетип расстрельного Холокоста, отнявшего жизни у миллионов евреев. Это резиденция смерти, эпицентр запредельной отрицательной сакральности — своего рода место входа в ад.

Это же делает Бабий Яр мировой достопримечательностью и общечеловеческой трагической святыней. Можно ли представить себе, чтобы в таком месте не возник прочный очаг исторической памяти?

А вот до сих пор не возник, хоть и минуло уже 80 с лишним — увы, не всегда мирных — лет, заполненных борьбой общества с государством и с самим собой за увековечение исторической памяти.

Фактическими первооткрывателями темы Бабьего Яра и первопроходцами ее осмысления стали не историки, не представители науки, а посланцы искусства — поэты, писатели, художники, скульпторы, композиторы, музыканты, театральные и кинорежиссеры. Трагедии посвящено — а точнее, побуждено ею или вдохновлено — немало выдающихся произведений самых разных жанров.

На фоне «звездного триумвирата» темы Бабьего Яра — поэта Евгения Евтушенко, композитора Дмитрия Шостаковича и прозаика Анатолия Кузнецова — иные имена и даже целые творческие жанры оказались в тени.

Эти заметки — попытка вывести на свет живописцев и скульпторов, творчество которых связано с темой трагедии Бабьего Яра.

Бабий Яр и живопись 1940‑х годов

Мы не знаем, были ли среди полегших в Бабьем Яре художники или скульпторы. Скорее всего, были. Но если и были, их имен уже не узнать.

По нацистским критериям среди них должны были оказаться, например, братья‑художники Кричевские: классицист Федор Григорьевич (1879–1947; еврейкой была и его жена), а также самоучка Василий Григорьевич (1872–1952). Оба остались под оккупацией, а Федор Григорьевич даже возглавлял при немцах Союз художников. Вероятнее всего, документы у братьев были «нарисованы» просто отменно, а доносить на них никто не стал .

Но мы знаем, что среди тогдашних скульпторов и художников были и те, кого Бабий Яр по‑настоящему потряс.

По крайней мере следует назвать одного такого художника — рисовальщика‑этнографа Юрия Юрьевича Павлóвича (1870–1947), пережившего всю оккупацию в Киеве. Он единственный, кто зарисовал «с натуры» еврейскую процессию к оврагу 29 сентября 1941 года. Он и после часто наведывался в Бабий Яр, где рисовал, рисовал и рисовал все, что фиксировал его глаз .

Акварелист Алексей Шовкуненко вернулся в Киев из эвакуации из Уфы. Впоследствии он сопровождал в Бабий Яр многих приезжих друзей, например Льва Озерова. И он был тем педагогом, у которого учились художники, отозвавшиеся на тему Бабьего Яра.

В 1942 году Адольф Иосифович Страхов‑Браславский (1896–1979), художник‑плакатист (автор плаката «Смерть фашизму», 1941), создал своеобразный скульптурный триптих: памятник «Бунт ХХ столетия», барельеф «Гонят в неволю» и горельеф «Ров смерти». Все они были представлены на художественной выставке в Киеве в 1944 году , причем композиция горельефа воспринималась зрителями как сюжет не просто трагический, но определенно еврейский. Еврейскими выглядят и фигура молодой матери, из рук которой немец вырывает младенца, чтобы бросить его в яму с расстрелянными, и мальчик — может быть, уже мертвый, беспомощно повисший на руках другого немца, который волочит его к тому же рву, и старцы с длинными бородами пророков… 

Художник и многолетний директор Киевского музея восточного и западного искусства Василий Федорович Овчинников (1907–1978) участвовал в первой послевоенной выставке украинских художников в Музее русского искусства в Киеве, где был представлен графическим триптихом «Бабий Яр. Дорога обреченных»: картины «29 сентября», «Дорога обреченных» и «Бабий Яр». Ночью накануне открытия выставки неизвестные (sic!) порезали ножом центральное полотно («Дорога обреченных»). Его тогда наспех заклеили, но антисемит старался не впустую: по приказу ЦК с выставки убрали весь триптих!..

Василий Овчинников. Дорога обреченных. Из триптиха «Бабий Яр. Дорога обреченных». 1947

Само произведение люди тем не менее запомнили, в том числе и коллеги‑художники. В мае 1949 года на расширенном VI пленуме Союза художников советской Украины Овчинников удостоился обвинений в «космополитизме», «буржуазном национализме», «антипатриотизме», а еще — это как бы «по профессии» 

— в «бойчукизме»: отрицание Холокоста по‑советски:

 «В основу этого формалистического произведения положена фальшивая идея о том, что якобы жертвами германского фашизма стало только еврейское население, а не вообще советские люди…» 

Василий Овчинников. . 29 сентября. Из триптиха «Бабий Яр. Дорога обреченных». 1947

Ближе к 1970‑м годам Овчинников создал новый триптих: из двух новых картин — «Оккупанты в Киеве» и «За час до расстрела» — и одной старой, «Дороги обреченных» .

В 1978 году в Киевском музее западного и восточного искусства состоялась долгожданная персональная выставка Овчинникова. Художник не дождался ее: умер за девять дней до вернисажа.

Между 1945 и 1948 годами свою картину «Бабий Яр. Последний путь» написал рижский художник Йосиф Кузьковский. Вне мастерской работа ни разу не экспонировалась, посмотреть ее можно было только у художника дома, но посетителей оказалось немало, в том числе иностранцев. В 1969 году Кузьковский репатриировался в Израиль, в 1970 году эта картина была приобретена у него кнессетом и установлена в одном из залов израильского парламента .

Иосиф Кузьковский. Бабий Яр.  1948

Бабий Яр и живопись второй половины XX — начала XXI века

Борис Иванович Пророков (1911–1972) — советский график, народный художник СССР, член‑корреспондент Академии художеств СССР, художник «Крокодила» (с 1938‑го). В 1958–1959 годах создал серию работ под названием «Это не должно повториться!», в том числе рисунок «У Бабьего Яра» (тушь, акварель).

Внизу. Борис Пророков. У Бабьего Яра. Из серии «Это не должно повториться». 1958–1959

В 1960 году полотно «Бабий Яр» в оригинальной технике флоромозаики создал еще один «бойчукист» — Григорий Иванович Синица (1908–1996). По легенде, он и сам чуть не угодил в Бабий Яр: случайно, провожая кого‑то из еврейских друзей. Гонения на Синицу в СССР пришлись на 1960‑е годы: из‑за 

обвинений в «формализме», «национализме» и «абстракционизме» он вынужден был в 1968 году переехать из Киева в Кривой Рог, где после его смерти был открыт персональный музей художника.

В 1962 году свой цикл картин «Бабий Яр» написал, отсидев в ГУЛАГе, Иосиф Наумович Вайсблат (1898–1979). Выделяется также его рисунок «Перед расстрелом» .

1966 годом датируется деревянная композиция «Бабий Яр» всемирно известного скульптора Вадима Абрамовича Сидура (1924–1986) . Черты его поэтики — лапидарность, обобщенность и экспрессивность — проявились в этих работах в полную силу.

Вадим Сидур. Бабий Яр.  1966.

В 1968 году свой «Бабий Яр» создал венгерский скульптор Имре Варга (1923–2019) — автор многих портретных памятников, а также монумента жертвам Холокоста перед будапештской синагогой. «Бабий Яр» — небольшая (60 × 55 см) каменно‑свинцовая композиция с грудами человеческих фигурок в каменных желобах .

Зиновий Шендерович Толкачев (1903–1977) в 1919–1920 годах учился в Москве, во ВХУТЕМАСе, у П. Кончаловского и А. Осмеркина. Одним из первых в СССР, в 1945 году, обратился к теме концлагерей и Холокоста и написал серии работ «Майданек», «Освенцим» и «Цветы Освенцима». В 1950–1960‑х годах Толкачева клеймили за «безродный космополитизм», «буржуазный национализм» и «сионизм». В середине 1960‑х он делал эскизы к проекту памятника в Бабьем Яре, а в 1968 году написал картину «Твоя мать» (темпера, 86,5 × 70,5 см) .

Ефим Давидович Симкин (1915–2001), поэт‑фронтовик, утративший на фронте левую руку, и киевлянин, потерявший в Бабьем Яре родителей, картины «Бабий Яр» и «Перед расстрелом в Бабьем Яру» написал в 1979 и 1980 годах соответственно.

Еще одно — причем неожиданное — имя должно встать в этот же ряд. Оказалось, что Александр Дмитриевич Тихомиров (1916–1995), ученик И. Г. Рыженко и А. А. Осмеркина, автор самых больших в мире (40–60 м высотой!) фасадных билбордов В. И. Ленина, тайно, десятилетиями, в 1950–1980‑х годах, создавал трагические, исполненные переживания и боли графические циклы: «Холокост», «Освенцим» и «Бабий Яр» . При этом он боялся показывать их даже своим домашним.

Александр Тихомиров Из цикла «Бабий Яр». 1950–1980‑е 

В 2013 году в Еврейском музее и центре толерантности в Москве эти работы Тихомирова были собраны в выставку под названием «Не предавая забвению…» Экспонировались 61 графический лист и одна живописная работа, в том числе 24 листа из серии «Бабий Яр». Даты под рисунками были самые разные: 1955, 1969, 1970… В цикле этом:«…плотно прижатые друг к другу фигуры объединены не ожиданием приближающейся смерти, а осознанием длины скорбного пути, который длится много столетий. Избранность народа заключается не только в его близости к Б‑гу, но и в тех бедствиях, что выпали на его долю».

В количественном отношении конкуренцию Тихомирову мог бы составить Михаил Саулович Туровский (р. 1933), в 1979 году эмигрировавший в США. Работу над своим циклом «Холокост» он начал с серии гравюр еще в Киеве. Сейчас это более 80 монохромных картин, а также множество гравюр и рисунков. В 2001 году большая часть цикла была представлена на персональной выставке Туровского в Киеве .

Еще один эмигрант в США — Михаил Леонидович Звягин (р. 1931), художник, скульптор и писатель из Ленинграда. Одной из знаковых и принципиальных для художника работ стала масштабная картина‑икона в красно‑оранжевой гамме «Бабий Яр» (1981–1985, холст, масло, 280 × 240). Расстрел евреев — это:« душераздирающая картина истязания человеческой плоти и гибели человеческого духа, противопоставление людей кровожадным зверям, воплощающим вселенские зло». Картина была впервые экспонирована в 1991 году.

В 1988–1990 годах в рамках цикла «Воспоминания о войне» к теме Холокоста обратился и Исаак Иосифович Тартаковский (1912–2002). Тематическое ядро его цикла — советские военнопленные‑евреи. Но есть среди работ Тартаковского и несколько более поздняя — «Слезы Бабьего Яра» (1992), в центре которой образ меноры.

Исаак Тартаковский. Слезы Бабьего Яра. 1992

Картину под названием «Бабий Яр» Илья Александрович Клейнер (1938–2018) написал в 1991 году . Свой «Бабий Яр» написали также Григорий Семенович Минский (1912–2011), ученик А. Шовкуненко, Гернадий (Герман) Моисеевич Гольд (р. 1933; другое название картины — «Вечный крик»), а также венгерский художник Стефан‑Арпад Мадьяр (р. 1951; диптих), Михаил Глезер (р. 1946), Ольга ПетроваТатьяна Ильина и другие .

Очевидно, что тема Бабьего Яра не оставляла художников равнодушными начиная с 1940‑х годов, когда в свете государственного антисемитизма и идеологической концепции «советского народа» в качестве жертвы нацистов это было опасно для профессиональной карьеры. Рискованно это и сегодня, но риск уже другой: риск тривиализации и банализации темы, ее забалтывания. И приурочивание произведений к юбилейным датам служит тут неплохим индикатором.

В качестве P.S. Гобелен Ады Рыбачук и Владимира Мельниченко

В 1991 году в Киеве в Доме кинематографистов в связи с 50‑летием трагедии состоялся кинофестиваль «Бабий Яр. Нетерпимость». Залы фестиваля были украшены аппликациями киевских скульпторов и художников Ады Рыбачук и Владимира Мельниченко .

Несмотря на восторженные отзывы, сами авторы аппликаций остались ими недовольны: не тот материал!.. И впоследствии, на протяжении шести лет, без всякого видимого повода или заказа, из шерсти карпатских овец они соткали уникальный черно‑белый гобелен «Когда рушится мир» (4,5 × 2,5 м), выставить который им удалось только в 2002 году в новом здании посольства ФРГ в Киеве. Поэт Юрий Каплан так отозвался об этом гобелене:«Авторы подчеркивают всемирный, общечеловеческий характер Катастрофы… Детали гобелена едва уловимо подчеркивают именно этот нюанс.

Огромные, как серебряные рыбы (древнейший библейский символ), глаза на прекрасном лице Мадонны. И еще две пары глаз, «уплывших» от лица в разные стороны: графический эквивалент мятущегося взгляда, который не в силах вобрать в себя весь ужас происходящего. Рушащиеся в бездну тела причудливо изогнуты и напоминают литеры ивритского алфавита, из которых складывается страшное имя — Бабий Яр.

Хочу сказать еще об одном удивительном ощущении, возникающем, когда молча стоишь перед гобеленом. Необыкновенную силу духа, чувство собственного достоинства, просветленность излучает этот «шерстяной прямоугольник».

Не могу объяснить, каким образом авторам удалось достичь такого эффекта. Может быть, лес устремленных к небу, скрюченных в предсмертной судороге худых изможденных рук? Может быть, единственное светлое пятно — взметнувшиеся вверх золотые волосы Мадонны…

Удивительное произведение. Цельное, как вдох. Даже не верится, что на него потрачено шесть долгих лет кропотливого труда.

…Генрих Гейне заметил как‑то, что «Библия — портативное отечество евреев».

Мне кажется, что гобелен, созданный Адой Рыбачук и Владимиром Мельниченко, — это своеобразная «портативная» Стена Плача…

Вспомним еще раз начало книги Бытия: «И сказал Б‑г: да будет свет. И стал свет. И увидел Б‑г, что он хорош, и отделил Б‑г свет от тьмы».

Пусть сотканный из карпатской овечьей шерсти руками выдающихся украинских художников гобелен «Когда рушится мир» станет той хрупкой, но непреодолимой гранью, которая навсегда отделит свет от тьмы .

Источник: https://lechaim.ru/events/babiy-yar-v-zhivopisi-i-skulypture-ot-vasiliya-ovchinnikova-do-vadima-sidura-2/

%d такие блоггеры, как: