Авторизация

Эстер, Шауль и Давид.

Эстер, Шауль и Давид.

Alex Blend

 

 

Мы сейчас в начале месяца Адар – месяц когда народ начинает веселиться. Веселиться мы будем до месяца Ав, будем в веселии «разгоняться», как написано: «с началом месяца Адар разгоняются с весельем», а потом с началом месяца Ав мы будем «тормозить»… О «тормозить» мы подумаем потом, а пока мы «разгоняемся».

И вот, начало месяца Адар говорит нам, что приближается праздник Пурим. Строго говоря, не совсем праздник в еврейском понимании, потому что праздничная жертва «хагига» в этот день не приносится, и поэтому словом «хаг» этот праздник называется условно. Тем не менее это важная библейская дата и одна из заповедей этого дня – чтение свитка «Эстер».

Изучение Писания дело полезное, даже если вы уже читали свиток «Эстер». Есть заповедь читать его каждый год и каждый год переосмыслять его по-разному, что мы сегодня и попытаемся с вами сделать.

Мы поговорим с вами о книге «Эстер» в свете ее связи с другой книгой – «Книгой Царств», с историей царя Шауля. Мы проведем некоторые параллели между царицей Эстер и царем Шаулем, хотя царствовали они, естественно, в разные времена и в разные эпохи.

Книга «Эстер» описывает события, произошедшие примерно через 30 лет после начала возвращения на Сион, описывает общину, которая в Святую землю не поехала, а осталась в Вавилоне, в Шушане, в сегодняшней Персии. И, следовательно, это книга довольно поздняя и это позволяет ей иметь уникальную роскошь: беседовать, как бы вступать в диалог, включать в себя параллели с другими книгами Танаха и мы посмотрим сегодня на параллели этой книги, как мы уже сказали, с историей царя Шауля.

Начнем мы с книги «Берейшит». В книге «Берейшит» рассказывается о человеке по имени Лаван, к которому, как мы помним, бежит Иаков после того как Исав грозится его убить. Лаван – родственник Иакова и к нему обращается Иаков. А у Лавана есть две дочери: Рахель и Леа.

Когда книга «Берейшит» представляет Рахель, то она говорит: «а имя младшей – Рахель» (Быт. 29:16). Слово «младшая» на иврите «ктана» – маленькая, то есть когда книга «Берейшит» представляет Рахель – праматерь нашу – она говорит, что Рахель маленькая. В чем ее малость?

Мидраш не удовлетворяется тем, что она маленькая, как просто младшая. Мидраш говорит об особом качестве Рахели, и говорит так: «младшая», «малая» она названа дарами – все дары ее на короткое время: Иосиф – «на час», Шауль – «на час» и Шило – «на час». То есть Иосиф был в Египте, правил определенное время, династии из этого не вышло. Царь Шауль тоже правил – в Израиле, был помазан, но не выстоял и династии из него тоже не вышло. И Шило — скиния в Шило тоже, как известно, не простояла долго. Что мы можем отметить относительно царицы Эстер? Царица Эстер тоже появляется на короткое время в израильской истории. Все они: и Иосиф, и Шауль, и Шило имели судьбоносную роль в истории Израиля, как и царица Эстер, но это роль временная. Потомки Беньямина, по мнению мудрецов, появляются на короткое время как такие красивые кометы в небе израильской истории: очень важные, много света, много следа оставляют после себя, играют важную историческую роль, но в течение очень короткого периода времени.

Попробуем увидеть еще параллель между Шаулем и Эстер. Начнем с того, как Писание представляет Эстер или Есфирь… Все начинается с человека по имени Мордехай. Откуда мы вообще знаем, что Эстер из одного рода с Шаулем? Мы знаем, что Шауль из рода Беньяминова. Свиток «Эстер», представляя Мордехая, тоже говорит: так в крепости Шушан был человек по имени «Мордехай, сын Иаира, сын Шемея, сын Киша, из колена Беньяминова» (Есфирь 2:5). Кто такой Шемей, который здесь приводится? По непонятным причинам Семей стал Шемеем, а кто такой Семей?

Посмотрим 2ю Книгу Царств (16 главу) где появляется человек Семей, который злословит Давида. Слуги хотят его убить, но Давид останавливает слуг и говорит: «может, Господь повелел ему меня злословить. Это Господь меня злословит, и как же ты ему теперь запретишь?» Семей тоже из рода Беньямина и здесь мы видим столкновение между Беьямином и Иегудой, между Давидом как потомком Иегуды и Семеем как потомком Беньямина, Шаулем как потомком Беньямина и об этой борьбе будет идти речь в свитке, но не официально, а чуть-чуть скрыто.

Итак, Мордехай – он сын Иаира, сын Семея, сын Киша. А почему нельзя было написать, что он и сын Шауля, потомок Шауля? Мы видим, что родословие «перескакивает» через роды… Слишком уж сложный человек Шауль, во-первых, чтобы его сразу «сходу» вписывать в родословную, а во-вторых, Мегилат «Эстер» — это свиток отчасти сокровенный, и поэтому автор этого свитка любит намеки. Опытный читатель поймет, что Кис и Семей – это Киш и Шемай, человек который проклинал Давида. Таким образом, перед нами потомок Беньямина – Мордехай и один из потомков Беньямина – его приемная дочка Эстер. Так он представлен Писанием.

Обратим внимание: был человек из рода Беньяминова, его зовут Мордехай и упомянута некоторая часть его родословной. Очень похоже представлен Киш – отец Шауля: был человек из сынов Беньямина, его звали Киш, он сын Авиила, сын Церона, сын Бехорафа, сын Афия и т.д. и восходит это все к Беньямину, человеку знатному (см. 1 Царств 9:1). В обоих случаях происходит удивительная вещь: тот, кого здесь представляет Писание – он не главный герой, как в песне: «…впрочем песня не о нем…» или «песня совсем не о том…» и т.д. Представляем человека, а дальше речь пойдет о его сыне или о его воспитаннице, о Шауле и об Эстер. Представления героев, как мы видим, очень похожи.

Кто еще появляется на сцене свитка «Эстер»? Появляется Аман, сын Амадафа (см. Есфирь 3:1) – он потомок того самого Агага, которого не добил в свое время Шауль. Таким образом, встречаются два давних-давних врага. Они встречаются не на своей территории. Для столицы Шушан и Амалек, и Беньямин – «люди не местные», те и другие не оттуда. Но воевать они будут словно «за себя».

Итак, вторая серия фильма «Шауль и Амалек».На этот раз схватка происходит несколько поколений спустя, и в схватке учавствуют Мордехай с Эстер и Аман. Что общего можно увидеть между героями, между тем как они поступают, как действуют? Прежде всего, мы видим, что когда Шауль находится в беде, то он объявляет пост. Но народ особо так уж и не постится, и пост его неэффективен, потому что народ постится до вечера и затем «набрасывается» на еду. Каким воином становится человек, который после долгого воздержания набрасывается на еду – никаким! Ни голодный – не воин, ни слишком сытый – не воин. Итак, пост, который объявляет Шауль во время противостояния с филистимлянами, оказывается неэффективным.

Вообще, пост очень эффективное и полезное дело в духовной борьбе. Могу сразу сказать, что когда говорят о духах, которые изгоняются «постом и молитвой», то это вставка: нет, к сожалению, слова «пост» в оригиналах Евангелия в большинстве авторитетных рукописей, а есть «знанием и молитвой». Но во внутренней борьбе, во внутреннем противостоянии пост вещь очень эффективная и полезная. Это мы сказали в скобках.

Царица Эстер тоже объявляет пост и сообщает об этом, когда рассылаются послания Ахашевероша о погроме. Народ поддерживает пост, весь народ постится, идея воспринимается. Еще одно важное общее между героями: возможность отомстить противнику, возможность противника уничтожить. Мы видим, что царь Шауль помиловал, в конечном счете, Агага, а вот Эстер приходиться «доделывать» за него работу. Она не милует поэтому Агага нисколько и заботится о том, чтобы весь род Амана, все его сыновья были уничтожены демонстративно.

Оба и Шауль, и Эстер что-то скрывают. Читаем в 1 книге Царств в 10 главе 16 стихе, что когда Шауль после помазания возвращается к своему дяде (он же ходил искать ослиц), дяде сказали что ослицы нашлись, а он не сказал то, что сказал ему Шмуэль о царстве, не открылся своему дяде. Шауль скрывает свое помазание для того, чтобы сохранить свое царство, чтобы не потерять свое царство. Эстер тоже не хочет терять царство. Шауль хочет сохранить, и Эстер не хочет терять, и она тоже молчит, но на этот раз она молчит не о помазании, естественно, потому что она взята в дом Ахашвероша, она молчит о своем происхождении. Она тоже что-то скрывает, чтобы остаться на царстве. Здесь нужно остановиться и немножко поговорить о самой традиции молчания.

Мы читаем в 1 книге Царств в 10 главе 27 стихе о том, когда Шауль приходит в Гиву , то он «обжигается»: люди смеялись над ним и не приносили даров, и книга говорит «он как бы не замечал это». Здесь употребляется глагол «хиреш», что, в данном означает «прикинулся глухонемым»: я не слышу и молчу. Вот такую позицию занял Шауль. Такая позиция хороша для сельского жителя, который говорит: «Моя хата с краю – я ничего не знаю. Не трогайте меня, оставьте меня в покое», но это совсем неподходящая для царя позиция. Царь должен быть решительным, он должен уметь принимать решение.

Мудрецы говорили по этому поводу, что вообще у Израиля с царством большие сложности. Израиль как народ милостивый, народ категория которого прежде всего милость, не мог сам по себе восстановить царя, потому что все были ужасными, жуткими «либералами и демократами». Либерализм и поныне Израилю очень свойственен, и поэтому Всевышний предусмотрел в роду Давида моавитянку Руфь. Мы, так сказать, «экспортировали царственность» от моавитян, то есть умение царствовать. Более того, Талмуд говорит, что царю примеряли корону моавитян. Если она ему подходила, то есть он ее выдерживал (а это была штуковина тяжелая), то он мог быть на царстве, а если не выдерживал — то не мог. Разумеется, речь идет не о силе шеи, а о такой своеобразной генетике — насколько у царя есть умение править. Итак, Шауль молчит, когда его буквально таки оскорбляют.

Что происходит с Эстер, находящейся в царском доме, после того как царь уже разослал послание об уничтожении евреев?

К ней приходит Мордехай, одевшись во вретище (cак, одежда из материала для изготовления мешков), такое грубое одеяние – мешковина, не современная мешковина, а старая, добротная мешковина. И как реагирует Эстер на то, что Мордехай пришел в такой одежде во дворец? Она говорит: «Все будет хорошо. Не напрягайся. Спокойно. Все ОК. Оденься как человек. Что ты тут ходишь во всем этом и меня позоришь. Давай не будем вести себя маргинально неадекватно, а лучше – костюмчик, галстучек, кисочка… И так будем ходить, будем молчать». То есть, Эстер предпочитает молчать: все рассосется, будет хорошо, главное всем понравиться, главное найти милость в глазах и т.д. И на это Мордехай говорит ей такие слова: «Если ты сейчас промолчишь (употребляется то же самое слово, которое сказано и про Шауля – «им ахреш тахриш», т.е. «если смолчишь», Есфирь 4:14)), то спасение придет из другого дома, а ты и дом отца твоего погибнете». Что делает Эстер после этого? Она идет к царю. До этого она говорила: «Царь не звал меня 30 дней, то, се». На что Мордехай ей говорит: «Иди к царю! Если ты промолчишь, то ты и дом твоего отца погибнете» (см.Есфирь 4 глава).

Что в этих словах заставило Эстер встать и пойти?

Есть два подхода к этому вопросу. Первый предлагает Раби Шломо Алеви Алькабец, каббалист из Цфата. Он известен тем, что написал известный пиют, песню прославления «Леха Доди», которую поют каждый раз при встрече субботы. Очень известный напев, и есть много мелодий для него. Думаю, что все, кто был когда-либо в синагоге и на мессианском служении, знают эту песню. Кроме этой песни у него есть много книг по каббале. Это был великий ученый, мудрый человек и он написал комментарий на книгу «Эстер», которая называется «Манот Халеви», то есть «Доли Левия». И в этом комментарии он говорит, что этими словами Мордехай намекнул ей и сказал: «Ты должна исправить то, что наш предок не доделал. Ты должна наконец-то извести этот проклятый род, иначе он будет нас всегда преследовать. А у нас, ты помнишь, и в Торе есть заповедь: уничтожь его память. Так что ты иди и смой позор с нашего рода, оправдай наш род». Это первая версия, которую дают комментаторы.

Вторая версия. Наверное, есть намного больше версий, но мы рассмотрим только две в нашей сегодняшней беседе. Вторую версию приводит рав Акива Иосиф Шлезинген, человек который жил не так уж давно, чуть больше ста лет назад. Вторая версия в том, что Мордехай говорит: «Мы всегда молчали. Хватит молчать! Надоело молчать. Даже если ты сейчас смолчишь, то иудеи все равно спасутся, а колено Беньямина будет уничтожено. Сколько можно молчать?»

На нагруднике Коhена камень Беньямина называется «яшпе», что значит «есть род», но потомки Беньямина (как обратили внимание мудрецы) любят молчать. Рахель, мама Беньямина, молчала, когда вместо нее выдали замуж ее сестру. На этот счет есть очень много мидрашей. Можно только представить, что творилось в голове этой бедной женщины, когда она знала, что ее любимый муж лежит в брачную ночь с ее тоже, может быть, любимой, сестрой. Рахель молчала. Мидраш говорит, что Беньямин знал о продаже Иосифа и молчал, тоже молчал. Дальше мы видим, как молчит Шауль, когда над ним насмехаются. Род Беньямина – это такой род молчальников. И вот приходит Мордехай и говорит: «Хватит молчать! Надоело молчать. Если мы продолжим молчать, то мы просто погибнем». И что говорит Писание после этого? Эстер надевает царские одежды и идет к царю. Она пошла говорить с Ахашверошем. Что ею двигало: желание ли оправдать свой род, желание ли спасти свой род или наконец-то прекратить эту цепочку молчания? Я не знаю, и мы не узнаем это, наверное, никогда. Но мы видим, что Эстер исправляет что-то родовое, какие-то действия рода, которые были свойственны Беньямину, и Эстер их исправляет. Можно сказать, что она исправляет недостаток, который был у нее еще от праматери Рахели.

И еще один, наверное, последний пункт на сегодня, который мы отметим. И у Шауля и у Эстер, у каждого есть свой учитель, свой воспитатель. Мы хорошо это видим у Шауля, понятно, что это пророк Шмуэль. Они связаны очень тесно еще с рождения Шмуэля. (Мы пользуемся синодальным переводом Писания, в котором, к сожалению, эта связь не прослеживается.) Когда мама Шмуэля посвящает его Гоподу, то она говорит: «Я отдаю его Господу, на все годы жизни его служить Господу». Слово «служить» на иврите звучит как слово «шауль», то есть уже в самом рождении Шмуэля сказано, что он будет всю жизнь с «шаулем» Господу. И тем она поклонилась Господу. Таким образом Шауль и Шмуэль очень тесно связаны между собой. Мы видим, что когда Шмуэль приходит для помазания Шауля на царство, то он при помазании целует Шауля. (Мы не видим подобного при помазании Давида на царство.) Писание рассказывает, как Шмуэль расстраивается, когда Шауль в чем-то не преуспевает. Когда от Шауля отходит царство, то Шмуэль реально плачет.

Мы также видим, что и сам Шауль не может действовать без Шмуэля. Шауль ждет Шмуэля при жертвоприношении, ждет пророка, чтобы начать войну, хотя должен был начать войну. С одной стороны – ожидание учителя, а с другой стороны – непослушание. Из-за этого непослушания, собственно, Шауль и теряет царство.

Эстер так же имеет учителя – Мордехая, как и Шауль, но она слушается его. Эстер хорошая ученица, и ей удается учиться у своего учителя. Учительство Мордехая преуспевает, то есть ученичество Шауля Эстер тоже исправляет. Мы видели общее между ними: красота , молчание и т.д. И также мы видим, что Эстер во многом исправляет то, что недоделал Шауль. Эстер устраивает пост. Эстер входит к царю. Эстер перестает молчать, и она доделывает самое важное, что недоделал Шауль – она уничтожает Амана и его потомков. Эстер – замечательная, успешная ученица своего учителя. Она нарушает, прекращает родовое молчание. Эстер исправляет проблемы своего рода, своих предков. Мы наследуем от своих предков какие-то их качества, не только достоинства, но и недостатки и несем их в своей жизни. И то, что мешало в служении нашим предкам, часто мешает в служении и нам самим. Наша задача приближаться к святости, а это значит, исправлять потомственную родовую несвятость, которую мы получили, как это делала Эстер. Например, у Эстер – это потомственное молчание. Она нарушает традицию молчания и входит к царю, чтобы заступиться за свой народ. Это главное ее достижение.

Источник: http://www.alexblend.net/?p=904#more-904